Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Детективы. Боевики. Триллеры
   Детектив
      Топильская Елена. Следователь Маша Шевцова 1-5 -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  - 127  - 128  - 129  - 130  -
е всего, было бы все равно, кого лупить по голове в парадных. А может, даже было бы все равно, где лупить. Этот же злодей ходит по подъездам, выбирает светловолосых молодцев и обязательно расстегивает им брюки... - Лешка, а в серию укладывается? Молодой, светловолосый? Брюки расстегнуты? Горчаков помолчал, подумал, потом заявил: - Понимаешь, тут сложно сказать... Его из парадной доставили в больницу; кто его знает, что там было, подробностей тебе сообщить не могу. - Та-ак. - Я расстроилась. Скорее всего, это просто разбойное нападение и в серию не впишется. - А место осматривали? - Что ты, Машенька? У нас тут не клуб самоубийц. Горчаков намекал на мое гневное заявление на последнем осмотре, загаженном донельзя милицейским следователем. Я пообещала удавить своими руками каждого, кто сунется на следующее место происшествия раньше меня; а тем, кто будет курить и окурки свои разбрасывать вокруг трупа, я посулила эти окурки собственноручно засунуть... понятно, куда. Присутствовавший при этом начальник уголовного розыска многозначительно посмотрел на испуганный оперсостав и трагическим шепотом произнес: "Иногда с ней лучше не спорить". - Ждут тебя, место обнаружения тела охраняют, в больнице пост стоит. Постовой некурящий. - Удивительно. Неужели такое возможно? А как же люди ходят, это же парадная? - По слухам, начальник РУВД сказал, что лучше всю ночь просидеть под лестницей, охраняя следовую обстановку, чем потом иметь дело со Швецовой. Ну ладно, ладно, - он ловко увернулся от моего тычка, - это же не я сказал, а начальник РУВД. Там парадная сквозная. Место, где тело лежало, огородили, и жильцы ходят в обход, со двора. Давай мне мой "пестик" и беги быстрее в убойный отдел. Да не здесь, дурища, не надо его на остановке вынимать, давай хоть в парадную зайдем. В парадной, в лучших традициях шпионских фильмов, состоялась передача бразильского пистолета марки "Таурус". Лешка засунул его в полиэтиленовый пакетик, предусмотрительно взятый с собой. Наверняка выскочил за мороженым для нашего секретаря Зоеньки, своей пассии ненаглядной, о чем я не преминула ему заметить. Он в ответ посетовал, что характер у меня портится на глазах, и поделился своими наблюдениями по поводу патологической злобности женщин, не имеющих постоянных половых партнеров. Я же заверила его в том, что больше он может не рассчитывать на меня, в смысле подмены его в дни дежурств - отмазок перед женой, когда он на выходных удовлетворяет свою похоть с дамой сердца, а также во всех прочих ситуациях, в которых ему отныне придется отдуваться самому. После этого мы с ним обменялись нежнейшими улыбками и разошлись. Все равно Лешка мой лучший друг, да и у него более близкого товарища, чем я, нет. На той неделе он потащил меня обедать, под предлогом, что ему нужно со мной серьезно поговорить, и вдруг, сидя в кафе, спросил: "Маша, "почему я изменяю жене?" - Хороший вопрос, - сказала я. - Ты себе его задавать не пробовал? - В том-то и дело, что пробовал, - честно признался этот недотепа. - Но сам я ответа не нахожу. Я бы понял, если бы у меня жена была стерва, но ты Ленку знаешь. Святая женщина. И готовит хорошо. И вообще дома у меня все хорошо. И с Зойкой мне хорошо. Только совесть мучает - я же не могу на ней жениться. Ну в чем дело, Маша, а? - В чем дело? Видишь ли, Лешенька, есть такие мужчины, они называются... - Да знаю я, как они называются! Но я же столько лет с женой прожил; если бы я был этим самым... я бы столько не выдержал... - Значит, клинический случай. Синдром беса в ребро. - Тебе бы все смеяться. А тут человек погибает! - Да тихо ты! Что ты орешь на все кафе! - Мне пришлось сильно дернуть его за руку. - Тоже мне, погибающий! Переутомился, что ли? - Ну поиздевайся надо мной. Хорош друг... - Леша, я не понимаю, чего ты от меня хочешь? Чтобы я поработала психоаналитиком? Нашла бы пристойное оправдание твоему зуду сексуальному? - Маша! - почти простонал Горчаков. - Если бы это был сексуальный зуд, я бы сам разобрался. Но я иногда с Зойкой просто общаюсь, даже не трогаю ее, и мне хорошо. Вот это что значит? - Значит, это не любовь, а дружба. - Ой, как смешно! Ты пойми, для меня же не потрахаться главное, а человеческие отношения. - Но... - Но у меня и дома человеческие отношения! Вот что мне покоя не дает! Какого хрена я от добра добра ищу? - О-о! Леша, я бы тебе сказала, но ты обидишься. - Да? - Лешка задумался. - Ну ладно, говори. Переживу. - Ты, как всякая особь мужского пола, не в силах противостоять соблазнам. Слабенький ты у нас. Как говорил Анатолий Федорович Кони, у каждого из нас есть свои собаки, надо только держать их на привязи. Но Горчаков этим не удовлетворился. Конечно, он ожидал, что я грамотно, с привлечением авторитетов вроде Юнга и Фрейда, объясню ему, что в сложившейся ситуации нет его вины, а так предопределено полигамной природой мужчин. Видимо, что-то в этом роде он и сам думал, но если бы он услышал это еще и от меня, то освободился бы от всяких угрызений совести. Хотя тот факт, что это толстокожее животное рефлексирует, уже о многом говорит. Размышляя о тяжелой судьбе старого друга, я и не заметила, как дошла до РУВД. Вспомнив, что еще не обедала, я купила несколько пирожков и спустя пять минут была с ликованием встречена немногочисленным личным составом отдела по раскрытию умышленных убийств. Пакет с пирожками бережно изъяли из моих ослабевших рук, усадили меня в продранное кресло для VIP-персон и понеслись ставить чайник. - Ну что, Маша, по душу Коростелева пришла? - Это хором сказали сразу два опера с набитыми ртами, ожесточенно жуя пирожки. - Но душа-то еще тут? - испугалась я. - Он жив еще? - Да жив, жив, успокойся. - Начальник отдела подвинул ко мне последний пирожок. - Правда, в реанимации. С чего начнешь, с больницы или с осмотра парадной? - Прямо и не знаю, - засомневалась я. С одной стороны, надо торопиться в больницу, особенно если потерпевший в реанимации, то есть одной ногой на том свете. А с другой стороны, чем больше медлишь с осмотром места происшествия, тем больше информации теряешь. - Рекомендую начать с осмотра. - Костик Мигулько, начальник отдела, старательно отводил глаза от пирожка, и я сжалилась над ним. - Ладно, ешь мою пайку. А почему с осмотра? - Этот парадняк охранять вечно не будут. А с потерпевшим все равно не о чем разговаривать. - Он в коме, что ли? - Да нет, просто он вообще ничего не помнит. Ни как ударили, ни даже как его зовут. - А вы ж сказали, Коростелев? - Так мы личность установили. Хорошо, жена там рядом оказалась, шла из магазина, увидела сборище любопытных, подошла, а там муженек с пробитой башкой. - Подожди, так он не в своей парадной лежал? - Нет, не в своей. За три дома. - Да, повезло, что жена пошла в магазин. А так бы его год устанавливали. Да еще и захоронили бы за госсчет, в братской могилке... - Костик, а ты на место выезжал? - Я умоляюще посмотрела на Мигулько. Мы с ним договаривались, что если я не смогу оперативно прибыть на очередной осмотр, то хоть он съездит на место и максимум возможного отметит и зафиксирует. - Да выезжал. Правда, уже после того, как "скорая" его увезла. Но могу тебя заверить, ничего интересного ты там не найдешь. Даже крови практически нету, только лужица натекла, похоже, там, где голова лежала. - А как ты думаешь, он из той же серии? Или просто местные отморозки по голове дали с целью ограбления? - Да кто их разберет? И потом, Маша, что ты на серии зациклилась? Посмотри на сто одиннадцатые за прошлый год: восемнадцать случаев нераскрытых тяжких, и все в парадных, и все по голове, а в девяти случаях вообще ничего не пропало. - А как же брюки расстегнутые? - А может, их врачи расстегнули. - Костя! Я врачей допрашивала, они сами удивлялись, что кто-то брюки расстегнул. А... - А это совпадение! - бодро вступил в разговор оперуполномоченный Кужеров, отхлебнув чая. - Маш, - Костик умильно заглянул мне в глаза, - не хотелось бы серии... А? Ну ты же знаешь, налетят, набегут, на контроль поставят, на заслушивания дергать будут два раза в неделю... Оно тебе надо? - Костя говорил, как пел, я даже заслушалась. - А так разбой и разбой. Ну есть сходство, так давай мы будем иметь это в виду - я одному оперу все ОПД скину, вот хоть Сереге Кужерову... Кужеров при словах шефа поперхнулся пирожком, но героически смолчал. Была, конечно, в словах политически грамотного Мигулько сермяжная правда. Оно мне было не надо; никто мне не помешает расследовать, а операм - раскрывать, даже если мы не заявим громко, что у нас загадочная серия. Тем более что потерпевшие - не депутаты и даже не бизнесмены; один рабочий, один программист, один безработный. И сегодняшний Коростелев, похоже, простой смертный, раз никто из милицейско-прокурорского начальства еще не поинтересовался его состоянием здоровья. Я заботливо постучала по спине Кужерова, который все еще давился пирожком, и кивнула Косте Мигулько: - Нет вопросов. Все между нами, только Кужерова желаю получить сразу. Дай машину, метнемся с ним на место, а потом в больницу. Все равно экспертов нет, так что на месте долго не задержимся, только глянем. Опер Кужеров кинул на начальника затравленный взгляд, но Мигулько, сидя напротив, умудрился не встречаться с ним глазами. В принципе, кандидатура Кужерова, которого все дружно называли Фужеровым в силу пристрастия к дешевому спиртному, меня устраивала. Он, конечно, не гений сыска и недостатки имеет. А у кого их нет? В перерывах между запоями он вполне трудоспособен и, более того, проявляет усердие. Если работает со следователями мужского пола, то умудряется уговорить выпить даже трезвенников и язвенников. А со мной вынужден вести трезвый и правильный образ жизни, но обычно увлекается исполнением служебных обязанностей и забывает про свою пагубную страсть. Дождавшись машины, я увела заскучавшего Кужерова, и через десять минут мы с ним уже входили в темную парадную, огороженную специальной ленточкой, которую Мигулько купил на собственные деньги и очень этим гордился. Под лестницей на ящике дремал постовой. Кужеров подошел к нему и потрепал за плечо. В глазах пробудившегося постового заблестела надежда на скорое избавление от бессмысленной с его точки зрения работы - охраны пустой парадной, где никаких ценностей не имеется. Кужеров что-то сказал постовому, тот вскочил и стал шарить по карманам. "Неужели в магазин пошлет?" - испугалась я, краем глаза наблюдая за их общением, но постовой всего лишь вытащил пачку сигарет и протянул Кужерову. Заметив мой косой взгляд, он хмуро доложил: - Я здесь не курил! Я кивнула и стала обходить площадку перед входом с улицы. Вот на полу лужица подсохшей крови, слегка размазанная, она, конечно, натекла из раны головы. Судя по расположению этой лужицы, вошел потерпевший сюда через ту же дверь, что и мы, а вот куда направлялся - наверх по лестнице или к выходу во двор, используя этот путь, как проходную? - Сережа, - окликнула я Кужерова, - а куда он шел, установили? У него есть знакомые или дела в этой парадной? - Не-а, - откликнулся Кужеров, - он же не помнит ни фига. - Иди сюда, - позвала я его. - Изобрази, как ты входишь в парадную. Я хочу понять, куда он шел и откуда его ударили - спереди или сзади. - На себе показывать нехорошо, - засомневался мнительный Кужеров. - Молодой, иди сюда, - перевел он стрелки на постового. - Вот на нем и показывай. Тренируйся на кошках. - Войдите, пожалуйста, в парадную с улицы, - вежливо попросила я молоденького постового. - А ты встань сюда. - Кужеров тяжело вздохнул, но подчинился. - Нет, его в парадной не ждали, - сделала я вывод после третьей попытки постового войти в парадную, где за дверью в углу притаился Кужеров, больше стоять ему было негде. В этом случае потерпевший задевал бы его дверью, и они неминуемо оказывались бы лицом к лицу. Если бы потерпевшего что-то насторожило, он бы уже не повернулся к незнакомому человеку спиной в этом тесном парадняке. Значит, вошли за ним? Или это был знакомый, которому он доверял? Все равно, тогда тоже не повернулся бы. Заговорил бы, стал общаться... А больше в этой парадной притаиться негде. Так, а если вошли за ним? Постепенно постовой увлекся, входил и выходил все более и более артистично. Кужеров же долго крепился, удерживая на лице гримасу пресыщенности, но, в конце концов, тоже с головой погрузился в действо. После серии экспериментов, отрепетировав еще и возможный проход потерпевшего со двора на улицу, мы втроем сошлись во мнении, что преступник вошел в парадную следом за потерпевшим с улицы и сразу ударил его по голове. Кроме того, я убедилась, что на этом месте происшествия надо составлять подробный масштабный план, и не вредно бы то же самое сделать во всех остальных парадных, где были обнаружены мужчины с черепно-мозговыми травмами. Визуальное обследование пола показало, что, кроме соскоба крови, взять отсюда следствию нечего - ни окурка, ни волоска, ни щепок, ни тряпок. Интересно, а что имелось в других случаях? Я, конечно, добросовестно съездила во все парадные, да только два дела я получила спустя несколько дней после происшествия, из милицейского следствия, когда потерпевшие отдали Богу душу и подследственность из милицейской превратилась в прокурорскую, а третий эпизод вообще пришел материалом по телефонограмме из больницы, и ни о каком осмотре не было и речи. Постовой, вовлеченный в следственные манипуляции, проникся важностью происходящего. По моей просьбе он связался по рации с дежурным, сообщил, что нам нужен судебно-медицинский эксперт для фиксации и изъятия следов крови, получил ответ, что свободный медик будет не раньше, чем через пару часов, и, закончив переговоры, выразил готовность охранять это пресловутое место происшествия сколько потребуется, не считаясь с личным временем. Убедившись, что охрана места происшествия обеспечена надлежащим образом, я потащила Кужерова в машину, и через три секунды мы уже двигались в сторону нашей старейшей больницы, знаменитой тем, что основной контингент пациентов ее состоял из окрестных бомжей, стекавшихся на лавочки тенистого больничного сада, где под каждым им кустом был готов и стол, и дом. Летом эти бомжи прямиком с лавочек попадали в больничные палаты с алкогольной интоксикацией, аспирацией рвотными массами, ножевыми ранениями от собутыльников, зимой - с теми же диагнозами плюс обморожение. С учетом этого спецконтингента некоторые особенности больничного бытия, как то: полное отсутствие больничного белья (попавшие сюда по "скорой" так и лежали в своей одежде на голых матрасах без простыней и наволочек) и полное отсутствие столовых приборов, в результате чего пациенты, не запасшиеся ложками и стаканами, вынуждены были глотать слюнки, завистливо глядя на тех, у кого ложки были, так вот, эти особенности воспринимались больными правильно, все сознавали, что стаканы и ложки только дай бомжам - они сразу перекочуют под больничные кустики, равно как и белье на них переводить было слишком шикарно. Территория больницы была похожа на старинный парк родового замка - вековые липы и дубы; усыпанные поздними цветами кусты шиповника; темно-зеленый жасмин, уже отцветший, а в начале лета разливающий свой нежный аромат далеко окрест... Путь к нужному нам корпусу преграждали распростертые поперек дороги два храпящих тела с признаками грядущей алкогольной интоксикации, распространявшие отнюдь не жасминовый аромат. Снующие по территории медсестры в крахмальных халатах привычно перепрыгивали через тела и неслись дальше по своим медицинским делам. Лестница больничного корпуса представляла собой гибрид помойки с общественным туалетом. На площадке второго этажа со стены свисали раскуроченные останки таксофона. Из угла тошнотворно пахло что-то, прикрытое газеткой. Дверь на этаж, явно подвергавшаяся многократным взломам и реставрациям, была заперта с тщательностью психиатрического стационара специального типа. Подергав дверь, я отошла в сторону и кивнула Кужерову. Он до перехода в убойный отдел работал в территориальном отделе, обслуживавшем, в том числе и эту больницу, соответственно, знал, как сюда проникать. Кужеров задачу понял, забарабанил в дверь и заорал дурным голосом: - Открывайте, милиция! Эти выкрики он повторил еще три раза без всякой интонации, глядя в сторону, как бы исполняя рутинную повинность, и не успело эхо от его требований затихнуть в гулких лестничных пролетах, как с той стороны двери забренчали ключи. Нам открыла пожилая санитарка. Кужеров молниеносно сунул ей под нос милицейское удостоверение, и она закивала головой: - Конечно, заходите, заходите. Мы от пьяниц закрываемся, а то стоит одному лечь в отделение, как дружки к нему повадятся, мало того, что в столовой гадят, так у людей вещи воруют. Вы к Витеньке Коростелеву, наверное? С черепно-мозговой? Вот сюда, первая палата налево. Там жена у него сидит, такая девочка милая. Не отходит от его постели, все плачет потихоньку, уж доктор ее выгоняет передохнуть, а она ни в какую. Вот парню с женой повезло... Сопровождаемые разговорчивой нянечкой, мы с Сергеем зашли в маленькую палату, в которой у окна стояла одна кровать. На ней лежал голый по пояс мужчина, голова его была обрита наголо и залеплена какими-то тампонами, рядом стояли стойка с капельницей, какие-то приборы. Возле кровати на табуреточке сидела молодая женщина в блестящей маечке и обтягивающих брючках, с копной рыжих кудрявых волос. Она обернулась, когда мы вошли. Лицо было заплаканным, но губы и глаза, тем не менее, накрашены. И меня это очень тронуло: у постели больного мужа, можно сказать, в походных условиях, а не забывает, что она женщина. Никакого постового, естественно, и в помине не было, как курящего, так и некурящего. Я и не удивилась; вот если бы пост стоял, тогда бы я удивлялась. На всех ударенных по голове постовых не напасешься. В конце концов, он не подстреленный бизнесмен, вряд ли его придут сюда добивать колотушкой. Да и при круглосуточном дежурстве жены никакого поста не надо. Судя по тому"как она вцепилась в руку мужа, безвольно вытянутую поверх одеяла, никакой маньяк сюда не пройдет. Я отметила, что потерпевший Коростелев лежит на чистом, хрустящем белье, явно не больничного происхождения. Рядом на тумбочке - пакет с соком, стакан, кипятильник, термос. Глаза потерпевшего были закрыты, губы запеклись. Вокруг глаз виднелись черно-синие круги - верный признак черепно-мозговой травмы, так называемые "очки". Когда-то я, допрашивая избитую мужем женщину, по неопытности приняла такие "очки" за фингалы и подвергла сомнению ее слова об ударе утюгом по голове, стала домогаться рассказа про подбитые глаза. Спасибо, судебно-медицинский эксперт, тихо заполнявший свои бумажки в уголке, меня деликатно поправил, просветив насчет черепно-мозговых "очков". - Здравствуйте, - тихо сказала я жене, вопросите

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  - 127  - 128  - 129  - 130  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору