Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Художественная литература
   Драма
      Шоу Ирвин. Рассказы -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  - 127  - 128  - 129  - 130  - 131  - 132  - 133  - 134  - 135  -
136  - 137  - 138  - 139  - 140  - 141  - 142  - 143  - 144  - 145  - 146  - 147  -
с проволокой, маячил на фоне звездного неба в нескольких сотнях ярдов. -- Мартин,-- позвала его Линда.-- Куда это вы оба направились? Пора домой. -- Мы вернемся через минуту,-- крикнул ей Мартин. Они с Баумэном взбирались по покатому склону, и в густой влажной от ночной росы траве не было слышно их шагов. -- Хочу надеяться, что вам не было скучно на вечеринке,-- сказал Баумэн.-- Кажется, у нас было мало молодежи. Молодых людей всегда недостает... -- Я ничуть не скучал,-- ответил Мартин.-- Вечеринка была просто замечательной. -- На самом деле? -- пожал плечами Баумэн.-- Нужно же что-то уметь делать,-- загадочно сказал он. Они подошли к теннисному корту, и серп луны освещал ее разметку. Ветра не было, и на площадке было очень тихо. Сюда за сотню ярдов от дома доносились звуки заканчивающейся вечеринки со свечами. Их было немного, но они их отчетливо слышали. -- У одного моего приятеля возникла точно такая проблема,-- сказал Мартин, не спуская пристального взгляда с Баумэна.-- На теннисном корте, построенном на окраине Санта-Барбары, он высадил живую ограду с северной подветренной стороны. Через пару лет изгородь достигла высоты восьми футов, и теперь можно было на площадке делать все, кроме свечей, то есть играть нормально, даже если поднимался ураганный ветер. Ее нужно высаживать в двух футах от забора, чтобы она с ним не срасталась и чтобы в ней не пропадали мячи. Как раз вот на этом месте,-- указал рукой Мартин. -- Да, да. Отличная идея,-- сказал Баумэн.-- Я поговорю об этом со своим садовником на этой же неделе. Он стал теребить "молнию" на брюках. -- Не присоединитесь? -- спросил он.-- Думаю, что мочеиспускание -- это одно из самых острых удовольствий. Добавим же еще немного росы при лунном свете в этот излишне механизированный век. Мартин терпеливо ждал, когда Баумэн снова застегнет "молнию". Жикнув ее язычком, он, довольный, сказал: -- Ну вот и все! -- словно ребенок, совершивший какой-то достойный похвалы поступок.-- Ну а теперь, думаю, пора возвращаться к гостям. Мартин положил свою руку на локоть Баумэна. -- Баумэн,-- строго сказал он. -- Ну! -- Баумэн остановился, в голосе его слышались нотки удивления. -- Что вы делали под окном дома моей сестры в пятницу ночью? Баумэн чуть отстранился от него и, повернувшись к нему, посмотрел прямо в лицо Мартина. -- Что такое? -- Он засмеялся.-- Ах, это шутка, не правда ли? Ваша сестра не говорила мне, что вы большой шутник. По правде говоря, у меня сложилось впечатление, что вы серьезный, но слишком молодой человек. Это ее несколько беспокоит, призналась однажды она мне, теперь я это ясно помню... -- Что вы делали под окном? -- повторил свой вопрос Мартин. -- Боюсь, мальчик, вам лучше поехать домой,-- предложил Баумэн. -- Обо мне не беспокойтесь,-- парировал Мартин.-- Я поеду домой. Но я расскажу сестре с Уиллардом, что за окном в ту ночь стояли вы, вызову полицию и им тоже все расскажу. -- Мальчик, вы уже начинаете мне надоедать,-- тихо сказал Баумэн, улыбаясь на светящийся серп луны.-- Вы всем надоедаете и, прежде всего, самому себе. Никто вам не поверит, чтоб вы знали. -- Моя сестра мне поверит. Поверит и Уиллард.-- Мартин зашагал к саду, освещенному зажженными в фонарях свечами.-- Ну а потом увидим.-- Он услыхал за спиной шаги Баумэна. Тот его нагонял. -- Подождите, минутку,-- сказал он. Мартин остановился, и теперь снова они пристально глядели в лицо друг друга. Баумэн фыркнул. Раздался сухой звук. -- Вот почему вы, мой мальчик, решили остаться здесь еще на одну ночь. -- Да, поэтому. -- Я так и думал,-- кивнул Баумэн. Он растирал лицо тыльной стороной ладони и от его щетины до Мартина доносились скрипящие звуки. -- Ну, предположим, это был я. Чего вы хотите? -- Я хочу знать, что вы там делали,-- твердо сказал Мартин. -- Какая вам разница? -- возразил Баумэн. Теперь он был похож на упрямого, безрассудного ребенка, и голос у него повышался, становился плаксивым, хныкающим.-- Что-нибудь украдено? Что-то разбито? Скажем так,-- я наносил визит. -- С лестницей? -- спросил Мартин.-- Ничего себе визит, черт бы вас побрал! -- Нельзя разбрасывать повсюду лестницы, это должны знать все,-- устало сказал Баумэн.-- Почему вы не оставите меня в покое? Почему не катитесь в свою Францию, пристаете ко мне? Оставьте меня в покое! -- Что вы там делали? -- упрямо повторял Мартин. Баумэн в отчаянии неловко взмахнул руками. -- Я там гулял,-- сказал он. -- Спрашиваю в последний раз,-- продолжал Мартин,-- или вы мне признаетесь, или я иду в полицию. Баумэн тяжело вздохнул. -- Я всегда занимаюсь только одним, я наблюдаю,-- сказал он, переходя на шепот.-- Я никогда никому не причинял вреда. Почему бы вам, мой мальчик, не оставить меня в покое? -- Что значит,-- наблюдаю? Баумэн почти беззвучно фыркнул. -- Я наблюдаю за счастливыми людьми,-- сказал он. Теперь в голосе его чувствовалось кокетство, словно у молодой девушки, и Мартин впервые стал сомневаться в здравом уме этого человека, стоявшего перед ним на покрытой росой траве, слабо освещенной лунным светом.-- Вас это удивляет,-- но скажите, сколько счастливых людей живут здесь в нашей округе? Всех возрастов, любой конфигурации, всех религий. ...Все они ходят с широкими, добрыми улыбками на лицах, все они радушно пожимают друг другу руки, они уходят по утрам на работу и целуют на станции своих жен, возвращаются с работы домой, они поют на вечеринках, бросают монеты в церковную кружку, произносят речи на встречах ассоциации родителей и учителей, они приглашают к себе друзей, хвастаются друг перед другом достигнутыми успехами, они занимаются любовью, кладут деньги в банк на свой счет и покупают страховые полисы, они заключают сделки, привечают родственников со стороны мужа или жены, крестят их детей, покупают новые дома, каждый год проходят медицинское освидетельствование по поводу возможного заболевания раком, и, кажется, все они знают, что делают, чего хотят, куда идут... Точно как я.-- Он снова чуть слышно фыркнул, и послышался все тот же скрипучий звук.-- Главный вопрос заключается вот в чем,-- кого они пытаются одурачить? Кого я пытаюсь одурачить? Посмотрите на меня. Он подошел поближе к Мартину, дыхнув на него скопившейся в нем смесью джина, вина и бренди, и его дыхание обожгло алкогольными парами лицо Мартина. -- Ну, чего мне не хватает? Самый большой дом во всей округе, самая красивая жена. Я с гордостью могу сказать, что все мужчины пытаются к ней приставать, но она и глазом не ведет. Трое воспитанных детишек, которые всегда говорят: "Да, сэр, нет, сэр" и перед сном читают молитвы: "если я умру, не проснувшись" и "почитай мамочку и папочку". Все это, скажу я вам,-- показуха! Не верьте этому ни на одну минуту. Иногда я занимаюсь любовью со своей женой, но это абсолютно ничего не доказывает. Все равно, что какой-то зверь-самец в джунглях покрыл такого же зверя-самку. Один напирает, другой сдается,-- так бы я выразился. Больше ничего. Когда я встаю с кровати, когда снова ложусь по ночам, мне стыдно за себя, я не чувствую себя разумным человеческим существом. Вы можете это понять? Я пьян, конечно, пьян, но если бы я был с собой честен, когда трезвый, то сказал бы себе точно такие же слова. Но волнуют ли все мои переживания мою жену? Нет, она куда сильнее озабочена тем, купит ли она зеленые шторы на следующий год для столовой, чем тем,-- жив я или уже умер. Когда я утром ухожу на работу, мне кажется, что она трижды в день замирает на месте, пытаясь вспомнить, как же меня зовут. А мои дети? Да они -- подданные совершенно другого, отдельного государства, живущие за границей, ожидающие только удобного момента, чтобы объявить мне войну. Готовят мне сюрприз. Бросил бомбу, и нет дорогого папочки. Все это вполне нормально. Дети убивают своих отцов ежедневно. Уж не говоря о том, что они бросают их, обрекая на гибель. Пусть себе умирают. Вы только посмотрите на те дома, где живут престарелые. Это поистине больничные палаты для неизлечимо больных. Я целый день сижу в своем офисе, я нанимаю людей, я их увольняю, я занимаюсь важным делом, что-то предпринимаю, но позади меня, за спиной все время, постоянно, я чувствую этот вакуум, ничего, кроме этого большого, безграничного вакуума. Мартин чуть отошел назад, чтобы не задохнуться от его перегара, чтобы не поддаться этому стремительно прорвавшемуся бурному потоку слов из этого человека, который до последнего момента говорил более или менее так, как и все остальные, как те, кого Мартин встретил за этот уик-энд. -- Но все же,-- сказал он, пытаясь выяснить, не хочет ли этот хитрец Баумэн отвлечь его от главного вопроса своей несвязной, трескучей, жалкой исповедью,-- какое все это имеет отношение к подглядыванию в окна и использованию лестницы, чтобы взобраться на балкон? -- Я и сам ищу ответа на этот вопрос,-- сказал Баумэн, с хитрецой, широко улыбнувшись.-- Ведь я исследователь, я ищу оазис посередине великой американской пустыни. Мне кажется, на этот вопрос есть ответ. Я верю, что некоторые люди не пытаются никого одурачить. Они кажутся такими счастливыми, и они на самом деле счастливы. Только их нужно заставать врасплох, мой мальчик, так, чтобы они не знали, что за ними наблюдают, если только вы хотите раскрыть этот секрет. Если кто-то знает, что за ним наблюдают, то на его лице непременно появляется улыбка, точно так как улыбаетесь вы, когда вас фотографируют у памятника во время каникул. Зверь в своей обычной среде обитания. Лучше всего застать его в самый важный момент, как говорят фотографы, когда его секрет выходит наружу. Например, когда поздно вечером он сидит за чашкой кофе на кухне и говорит жене о своей жизни. Что в эту минуту отражается на его лице? Ненависть, любовь, скука? Может, он думает, чтобы удрать во Флориду с другой женщиной? Может, он помогает своему десятилетнему сынишке справиться с домашним заданием? Что на самом деле можно увидеть на его лице? Не расстался ли он пока с последней надеждой? Или когда они занимаются любовью. Что они демонстрируют? Нежность, свойственную человеческим существам? Прикасаются ли они друг к другу доброжелательно, сердечно, с благодарностью, или они терзают друг друга, как двое совокупляющихся животных, так как это получается у меня с женой? -- Вы хотите сказать,-- спросил Мартин, не веря собственным ушам,-- что наблюдаете за людьми и в такие интимные моменты в их жизни? -- Ну, это само собой разумеется,-- спокойно ответил Баумэн. -- Вы сошли с ума,-- сказал Мартин. -- Ну, если вы будете разговаривать со мной в такой...-- Баумэн недоуменно пожал плечами, по-видимому, сильно огорчившись от того, что его неверно поняли.-- В таком случае, какой смысл пытаться вам все это объяснить? Что же, на ваш взгляд, безумнее,-- жить так, как живу я, ничего не чувствуя, думая только о том, что у кого-то есть свой секрет, и пытаться открыть его, этот секрет, но для этого, вполне естественно, нужно что-то предпринять. Или же отказаться от всей затеи, сдаться... Что же это такое? Неужели все вокруг -- это лишь пустой номер? Для всех и для каждого? Вам это известно? Может, и вам следовало бы понаблюдать за жизнью за парами окон,-- с презрением бросил Баумэн.-- У вас такое честное, лишенное всякого притворства, пытливое лицо истинного калифорнийца. Я возьму вас с собой на свои прогулки. И вы тоже получите свою дозу наркотика, глядя вон на тех людей, которые сейчас сидят у меня в саду,-- он жестом руки указал в сторону своего дома, сада, освещенного зажженными свечами.-- Скажем, на ту красотку, которая сидела по вашу правую руку за столом во время обеда. Я имею в виду миссис Уинтерс. Она постоянно толчется возле своего мужа, все время смеется его глупым шуткам, как будто он зарабатывает не меньше миллиона долларов в год на телевидении, а на вечеринках они ходят, взяв друг друга за руку, как будто поженились всего три дня назад. Я бывал у их дома, бывал... Знаете, чем они там занимаются по вечерам? -- Не желаю даже слышать,-- сказал Мартин. Ему очень понравилась миссис Уинтерс. -- Да ладно вам,-- насмешливо сказал Баумэн,-- не ломайте комедию. Мой рассказ не оскорбит вашей целомудренной скромности. Они не разговаривают, не произносят ни слова. Она поднимается к себе, проглатывает пригоршню пилюль, натирает мазью себе лицо, делает себе ночную "маску" и ложится в постель, а он сидит внизу один, с только одной-единственной зажженной лампочкой и глушит неразбавленное виски. После того как "уговорит" половину бутылки, он ложится на кушетку, не раздеваясь, в туфлях или домашних тапочках. Я был возле них четыре раза, и все четыре раза -- одна и та же картина. Пилюли, виски, молчание. А на глазах -- они просто влюбленные птички. Боже, просто смешно. Ну а другие... даже когда они одни. Вы знаете нашего священника, преподобного праведного отца Фенуика? -- Нет,-- сказал Мартин,-- не знаю. -- Конечно, не знаете, откуда вам его знать? Вы ведь сегодня утром играли в теннис, забыв о почитании Бога,-- Баумэн снова насмешливо фыркнул.-- Несколько недель назад, в воскресенье, я нанес визит дому этого божьего человека. Его спальня находится на первом этаже. Этот холеный седовласый джентльмен выглядит просто чудесно. Если бы вам понадобился актер, способный сыграть в кино роль Папы римского, то он справился бы со своей задачей за каких-то пять минут. На его губах всегда блуждает смиренная, мягкая улыбка, и, кажется, божественное всепрощение, исходящее от него, передается на всем пространстве штата Коннектикут. Ну и чем он занимался, когда я стал подглядывать за ним? Как вы думаете? Он стоял перед большим, чуть ли не до потолка, зеркалом в одних шортах, втянув в себя живот, критически оглядывая себя анфас и одобрительно -- в профиль. Вы бы поразились, в какой хорошей форме он находится -- для этого ему нужно делать ежедневно, по крайней мере, по пятьдесят отжиманий. Стоя перед зеркалом, он легкими прикосновениями пальцев взбивал себе волосы, как это обычно делают женщины, чтобы с помощью особой прически достичь эффекта той потусторонней небрежности во внешнем виде, которой он повсюду славится. Он всегда, кажется, слишком поглощен постоянным общением с Господом, и, вполне естественно, никогда не обращает внимания на такие мирские пустяки, как расчесывание волос. Он кривлялся перед зеркалом, строил рожицы, воздевал руки в священном благословении, тренируясь к своему следующему воскресному представлению, почти голый, в одних шортах, а ноги у него под стать опытному футбольному защитнику. Старый притворщик, кривляка. Я не знал, на что рассчитывал, о светлейший, что застану его стоящим на коленях, за молитвой, в полном слиянии с Господом, со счастливым выражением на лице, которое не всегда встретишь в церкви. В отношении плотских удовольствий,-- продолжал Баумэн, резко, неожиданно переключаясь на другую тему, переходя на доверительный шепот и сильнее наклоняясь к Мартину в темноте,-- я решил испытать наших африканских родственников... -- Что вы несете? -- спросил, озадаченный, Мартин. -- Я имею в виду наше цветное население,-- сказал Баумэн.-- Они ведь ближе нас к первозданным позывам. Короче говоря, я почитал их менее заторможенными. У Слокумсов есть одна парочка цветных. Вы видели их вчера вечером, они разносили коктейли. Обоим около тридцати пяти. Мужчина громадных размеров, глядя на него, можно подумать, что он способен свернуть горы голыми руками. И его жена, такая красавица. Слишком высокого роста, чернокожая, с большими роскошными грудями и просто фантастической задницей. Однажды я сидел за ними в кинотеатре. Когда они начинали смеяться, то мне казалось, что это грохочут пушки, отдавая воинский салют из двадцати одного залпа. Я думал, что если хоть раз увижу их вместе в одной постели, то я просто сгорю от стыда за свои скучные, безжизненные, бесстрастные, избегающие греха, пуританские любовные объятия белого человека. Так вот, однажды я их увидел. В доме Слокумсов сразу за кухней у них небольшая комнатка, и там можно беспрепятственно подойти к окну довольно близко. Я увидел их, они оба лежали в одной кровати, и чем, как вы думаете они занимались? Любовью? Ничуть не бывало. Они читали. И знаете, какую книгу она читала? "Слабый пол". Это французская книжка о том, как плохо всегда обращались с женщинами, начиная с эпохи плейстоцена1. А он, представьте себе, читал Библию. Открыл ее на первой странице. "Вначале было Слово",-- Баумэн снова засмеялся,-- по-видимому эта история приводила его в восторг.-- Я ходил к их окну еще пару раз, но они задернули шторы, и поэтому я так и не узнал, что они тогда читали, лежа в кровати... -- Гарри! Гарри! -- Это кричала миссис Баумэн. Она стояла неподалеку, всего в каких-то тридцати ярдах от них, словно расплывшееся белое пятно в лунном свете.-- Что это вы здесь делаете? Гости уезжают по домам. -- Да, дорогая,-- крикнул Баумэн.-- Сейчас идем. Мы просто отошли с мистером Мартином подальше, чтобы переброситься парочкой соленых шуточек. Я иду. -- Поторапливайся, уже поздно.-- Миссис Баумэн, повернувшись, пошла назад к дому через освещенное лунным светом пространство. Баумэн молча следил за ней, по его глазам было видно, что он, озадаченный, над чем-то мрачно размышляет. -- Что вам было нужно от моей сестры и от Уилларда? -- спросил Мартин, потрясенный до глубины души тем, что услыхал от него, но сейчас он был ничуть не больше уверен в том, что ему следует предпринять, чем тогда, когда он приехал к ним сегодня вечером. -- Они были моей последней надеждой,-- сказал Баумэн низким голосом.-- Однако пойдемте лучше к дому.-- Он пошел по лужайке, Мартин шел рядом. -- Если двое кажутся так тесно связанными друг с другом, такими дорогими друг для друга, доставляющими друг другу большое удовольствие... Я приезжал домой по вечерам на том же поезде, что и Уиллард, и наши жены нас ждали, хотя ваша сестра казалась немного не такой, она готовилась к этой встрече, и как только она видела его, что-то отражалось на ее лице. Они, конечно, не похожи на Уинтерсов, и время от времени прикасаются друг к дружке кончиками пальцев. Но вот при общении со своими детьми... Им что-то известно, что-то особенное, они что-то обнаружили, то, чего я пока не знаю и чего мне лично обнаружить не удалось. Когда я вижу их вместе, мне кажется, что я подошел к самому краю, еще шаг -- и я обо всем узнаю. Я уже рядом, у цели, вот она -- рядом. Вот почему вы чуть не поймали меня в ту ночь. Боже, я занимаюсь этим многие годы, и никто никогда и близко ко мне не подходил. Я ведь осторожен, как кот. Но той ночью, когда я наблюдал за вами тремя, я вдруг забылся, утратил представление о том, где я нахожусь. И вот когда вы подошли к окну... я... я хотел улыбнуться... сказать... да... да, сказать вам что-то хорошее... Ах, может, я ошибаюсь и в отношении этой пары. -- Нет,-- задумчиво ответил Мартин,-- вы не ошибаетесь. Они уже подходили к ст

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  - 127  - 128  - 129  - 130  - 131  - 132  - 133  - 134  - 135  -
136  - 137  - 138  - 139  - 140  - 141  - 142  - 143  - 144  - 145  - 146  - 147  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования