Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Художественная литература
   Драма
      Шоу Ирвин. Рассказы -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  - 127  - 128  - 129  - 130  - 131  - 132  - 133  - 134  - 135  -
136  - 137  - 138  - 139  - 140  - 141  - 142  - 143  - 144  - 145  - 146  - 147  -
иже, и дважды одна, без него, посещала Францию после их женитьбы. В таком случае этот человек в плаще мог быть одним из сотни ее старых друзей или знакомых, которого она встретила совершенно случайно на улице. Но мысль о том, как Жинетт и этот человек в плаще вели себя всего на расстоянии двадцати шагов от него, перечеркнула догадку о случайной встрече и заставила звучать слова "друг" или "знакомый" натянуто и фальшиво. С другой стороны, за тринадцать лет брака Жинетт никогда, ни на секунду, не позволяла ему усомниться в своей супружеской верности и не проявляла абсолютно никакого интереса к любому другому мужчине. Кроме того, в последний раз, когда она была в Париже, чтобы погостить у матери, то сократила на две недели свое пребывание там, так как, по ее словам, больше не могла выносить долгой разлуки с ним, Бочерчем, и детьми. И во время этого визита, который длится вот уже три недели, они повсюду были вместе, весь день, за исключением тех нескольких часов, когда женщины исчезают за дверьми парикмахерских салонов или роскошных мастерских кутюрье. Еще одно сомнение сбивало с толку. Если ей захотелось что-то скрыть от него, что тогда ей делать здесь, рядом с отелем, где она могла столкнуться носом к носу со своим мужем в любой момент? Если нечего от него скрывать и она чиста, тогда, может, она его нарочно провоцирует... Провоцирует для чего? Он старался стоять перед стеклом витрины абсолютно неподвижно, словно статуя, не шевеля даже пальцем. Он обучил себя этому трюку, полной застывшей неподвижности, давным-давно, когда его так и подмывало распоясаться, разразиться бранью, вести себя безрассудно, давая выход гневу и нетерпимости. В молодости он был страстным и яростно отчаянным. Его выгнали из двух подготовительных школ и одного колледжа. Ему удалось избежать военного трибунала в армии только благодаря неожиданно проявленной доброжелательности со стороны майора, которому он нанес оскорбление. Бочерч был нервным, теряющим порой рассудок драчуном, очень легко наживал себе врагов, проявлял свое нетерпение, бывал груб как с мужчинами, так и с женщинами. Он переделал себя, хотя это был медленный и весьма болезненный процесс, и все потому, что был достаточно умен, чтобы понять, что несет в себе разрушительное начало. Можно сказать, он изменил свой обычный отталкивающий образ, свое поведение. Он знал, чего хотел, каким хотел стать, чтобы достичь поставленных перед собой целей. И сызмальства знал, каковы эти цели. Надежная финансовая обеспеченность, репутация честного человека, не чурающегося тяжелой работы, достойный брак с любимой девушкой и хорошие, воспитанные дети, ну а позже -- политическая власть в руках и должность в Верховном федеральном суде. "Всего этого ему не добиться,-- думал вполне резонно он,-- если не научится держать себя в руках всегда, без исключений". Он насильно заставлял себя действовать не спеша, медленно, подавлять в себе приступы ярости, старался предстать перед окружающими спокойным, рассудительным человеком, умеющим держать себя в узде. Даже в отношениях с Жинетт ему удалось, почти до конца, сохранять этот свой новый образ. Все это далось высокой ценой, но теперь он понимал, что игра стоила свеч. Он в глубине души, конечно, знал, что человек он неистовый, непредсказуемый, готовый порой взорваться, самым фатальным образом причинить себе вред ради моментальной вспышки гнева, ради внезапно овладевшего им мимолетного желания. Его умышленно разработанные движения, мягкость речи, формальная атмосфера уединенности, которой он окружил себя, были лишь заранее четко рассчитанными способами самосохранения. Хотя внешне он казался самым спокойным, самым уравновешенным человеком в мире, внутри постоянно чувствовал грызущую его опасность. Хотя внешне казался таким хладнокровным, таким рационально мыслящим человеком, внутри ему постоянно приходилось вести ежедневную ожесточенную борьбу с самим собой, подавлять приступы ярости и отказываться от иррационального подхода к жизни, и ему приходилось постоянно жить в холодящем душу страхе ожидания того ужасного дня, когда мягкий, восхитительный, но все-таки притворный характер, который служил маской для его внутреннего кипения, не даст трещину и не разлетится на мелкие осколки. Провоцировать, провоцировать... Бочерч пожал плечами. Он бросил последний взгляд на отражение в витрине высокого, здравомыслящего, хорошо одетого человека, то есть на себя, и, повернувшись, направился к отелю. Жинетт с этим человеком в плаще тем временем исчезли из поля зрения. Бочерч быстро прошагал несколько ярдов до отеля, у входа выбросил сигару и вошел в вестибюль. Жинетт с этим незнакомцем стояли в холле возле стола консьержки. Ее спутник, сняв шляпу, медленно крутил ее в руках. Когда Бочерч подошел поближе, то услыхал, как Жинетт осведомлялась у консьержки: "Месье Бочерч уже вернулся?" -- это была одна из немногих фраз, которые он понимал на французском. -- Бонжур, мадам,-- сказал, улыбаясь, Бочерч, стараясь ничем себя не выдать.-- Не могу ли вам чем-то помочь? Жинетт обернулась. -- Том,-- сказала она,-- я думала, что ты уже вернулся.-- Она чмокнула его в щеку. Бочерчу показалось, что она вся напряжена и что ей как-то неловко.-- Прошу, познакомься с моим другом. Клод Местр. Мой муж. Бочерч с Клодом пожали друг другу руки. От краткого прикосновения у него возникло ощущение сухости и натянутых нервов. Высокий, худой человек с высоко поставленными изогнутыми бровями, мягкими каштановыми волосами. Глубоко посаженные, обеспокоенные глаза серого цвета и длинный прямой нос. Привлекательный мужчина, ничего не скажешь, но только лицо у него бледное, усталое, словно он сильно переработал. Он вежливо улыбнулся, приветствуя Бочерча, и в его улыбке была какая-то скрытая неясная привлекательность. -- Ты больше не выйдешь в город, Том? -- спросила Жинетт.-- Можно посидеть где-нибудь, выпить. Ну, что скажешь? -- Само собой,-- отозвался нейтральным тоном Бочерч. -- Мне не хотелось бы портить вам весь вечер,-- сказал Местр. У него чувствовался сильный акцент, но говорил он медленно и понятно, стараясь точно выговорить каждый слог.-- У вас так мало осталось времени в Париже. -- Нам нечего делать до обеда,-- сказал Бочерч.-- Я не прочь выпить. Они пошли по длинному узкому коридору, где дамы преклонного возраста пили чай. Бар помещался в громадном темном, почти пустом холле, с привычными потускневшими золотыми листочками и панелями из красного дерева: элегантная обстановка дворца девятнадцатого века. Местр учтиво открыл перед ними дверь. Когда они входили, Жинетт крепко стиснула руку Бочерча. Тот сразу ощутил сильный, приятный запах ее духов. -- Ну, как поживает мать? -- поинтересовался Бочерч, когда они шли через весь салон к высоким окнам, выходящим на Тюильри. -- Отлично,-- сказала Жинетт.-- Она так расстроилась, что ты не пришел со мной на ланч. -- Передай ей, в следующий раз обязательно приду.-- Они отдали свои пальто официанту и сели за столик. Бочерч передал ему и альбом с красочными эстампами, ничего не говоря Жинетт о том, что это такое. -- В этом баре какая-то зловещая атмосфера, не находите? -- спросил Местр, оглядываясь по сторонам.-- Скорее это очень удобное место для призраков любителей выпить. -- Думаю, здесь было довольно весело, скажем, в 1897 году,-- заметил Бочерч. Подошел официант, и все они заказали себе виски. Когда Жинетт слегка наклонилась к мужу, чтобы он зажег ей сигарету, он вновь почувствовал дразнящий запах ее духов. Он заметил, или это только показалось, холодное, задумчивое выражение на лице Местра, как будто этот француз пытался догадаться об их отношениях мужа и жены в тот краткий момент, когда они оба слегка наклонили друг к другу головы, потянувшись к зажженной зажигалке. В баре сидели двое крупных американцев, и их басовитые голоса создавали гудящий фон в глубине холла. Время от времени через пустые столики долетали их обрывочные понятные фразы. -- Главная проблема,-- говорил один из них,-- это бельгийская делегация. Они все такие мрачные и ужасно подозрительные. Я отлично понимаю почему, но...-- голос оборвался, погрузился в неразборчивый гул. -- Клод -- журналист,-- сказала Жинетт голосом хозяйки, представляющей гостей на домашнем приеме. -- Я могу только поздравить,-- произнес Бочерч.-- Имею в виду вашу профессию журналиста. Как и многим в Америке, в молодости мне хотелось стать журналистом. Но никто так и не предложил мне работу.-- "Да, именно его имя я видел в газете,-- подумал он.-- Я был прав. Она позвонила ему. Это не была никакая случайная встреча на улице". Местр пожал плечами. -- Может, скорее мне пристало поздравить вас с этим,-- ответил он.-- Я имею в виду, с тем, что никто вам не предложил работу. Иногда у меня бывают такие моменты, когда я считаю того человека, который доверил мне первую мою работу в газете, своим злейшим врагом.-- Он казался усталым, этот человек, лишенный всех иллюзий.-- Например, мне и мечтать не приходится, чтобы одеть свою жену так шикарно, как одевается Жинетт, или позволить себе шестинедельное турне по Европе в середине осени, подобно вам. "Как может мужчина питать такую отвратительную зависть, произносить такие неприятные слова?" -- подумал Бочерч. -- Ах,-- воскликнул он,-- значит, вы женаты? -- Женат, и навечно,-- заключил Местр. -- У него четверо детей,-- объяснила Жинетт. "Что-то она так торопится",-- с неприязнью подумал Бочерч. -- Я лично пытаюсь восстановить демографический дисбаланс, который оставил нам Наполеон в наследство,-- сказал Местр, улыбнувшись, с явной иронией в голосе. -- Ты видела его детей? -- спросил Бочерч Жинетт. -- Нет,-- однозначно ответила она. Больше он не дождался от нее никакой информации по этому поводу. Официант принес стаканы с выпивкой. Местр поднял свой. -- За ваше приятное пребывание в приятной стране,-- произнес он все с той же острой иронией.-- И за скорейшее возвращение домой. Они выпили. Воцарилась неловкая тишина. Чтобы нарушить тягостное молчание, Бочерч спросил: -- Какая у вас специальность? Я имею в виду, работаете ли вы в определенной области журналистики? О чем пишете? -- Моей областью являются война и политика,-- ответил Местр.-- Как видите, выигрышные темы. -- Да, тут не будешь сидеть сложа руки, как мне кажется,-- выразил свое мнение Бочерч. -- Да, вы правы. Всегда находятся дураки и жестокие негодяи, которые не оставят такого человека, как я, без работы,-- сказал Местр. -- Как вы думаете, а что произойдет здесь, во Франции? -- спросил Бочерч, решительно настроенный быть отменно вежливым и поддерживать беседу до того момента, покуда не выяснит, даже в результате осторожного намека, почему это Жинетт захотелось познакомить его с этим человеком. -- Ну а что вы сами думаете по этому поводу? Что может произойти здесь, во Франции? -- повторил Местр его вопрос.-- Теперь у нас во Франции новая форма приветствия. Она практически заменила привычные "Bonjour"1 и "Comment ca va?"2-- Он пожал плечами.-- Нам грозят серьезные неприятности. -- Всем грозят серьезные неприятности,-- отозвался Бочерч.-- Америке тоже. -- Неужели вы на самом деле думаете,-- Местр сверлил его своим холодным, ироничным взглядом,-- что в Америке у вас будут такие проявления насилия, волна политических убийств и вспыхнет гражданская война? -- Нет, не думаю,-- сказал Бочерч.-- Так вы считаете, что такое возможно здесь, у вас? -- В определенной мере,-- ответил Местр.-- Как видите, уже происходит. -- Вы полагаете, что такое снова произойдет? -- спросил Бочерч. -- Вполне вероятно. Но только в более обостренной форме. -- И скоро? -- Рано или поздно. -- Звучит довольно пессимистически,-- сказал Бочерч. -- Во Франции живут исключительно одни пессимисты,-- продолжал Местр.-- Стоит вам пожить здесь подольше, и вы сами в этом убедитесь. -- Ну, если это произойдет, как вы думаете, кто возьмет верх? -- Отбросы, самые худшие элементы,-- сказал Местр.-- Конечно, не навечно. На какой-то период. К сожалению, придется пережить такой период. Вряд ли это доставит нам удовольствие. -- Том,-- вмешалась в их диалог Жинетт,-- может, я доходчивее расскажу тебе все о Клоде.-- Она напряженно, внимательно слушала, что говорил он, не спуская с него глаз, в которых сквозила тревога.-- Клод работает в одной газете либерального направления, и ее уже не раз конфисковывало правительство за опубликованные об Алжире статьи. -- В общем,-- перебил ее Местр,-- выходит так, если газета публикует мою статью и ее за это не конфискуют, я начинаю рыться в себе в поисках первых признаков трусости. "Какая жалость к себе,-- подумал Бочерч,-- в сочетании с поразительным самодовольством". Чем больше этот человек разглагольствовал, тем меньше он ему нравился. -- Но это еще не все, Том,-- продолжала Жинетт. Она повернулась к Местру.-- Ты не возражаешь, Клод, если я скажу об этом, а? -- Ну, если ты считаешь, что это его заинтересует...-- Клод пожал плечами.-- Американцы обычно никогда серьезно не относятся к подобным вещам. -- Что вы, я очень серьезный американец,-- возразил Бочерч, в первый раз выдавая свое раздражение.-- Я почти каждую неделю читаю журнал "Тайм". -- Теперь вы подшучиваете надо мной,-- сказал Местр.-- Но я не виню вас за это. Во всем виноват только я один.-- Он рассеянно оглянулся.-- Нельзя ли еще выпить? Бочерч, помахав официанту, сделал рукой широкий круг, давая тому понять, что нужно заказ повторить для всех. -- Так что же такое -- "не все", Жинетт? -- спросил он, стараясь подавлять готовое вырваться наружу недовольство. -- Письма, телефонные звонки,-- сказала Жинетт. -- Какие письма, какие телефонные звонки? -- не понял он. -- С угрозой убить меня,-- с удивительной легкостью объяснил Местр.-- Письма обычно адресуются мне лично, звонками донимают жену. Вполне естественно, она сильно расстраивается, ведь она женщина. Особенно тогда, когда раздается до пяти или шести звонков в день. -- Ну и кто их пишет, эти письма? -- поинтересовался Бочерч. Как бы ему ни хотелось не верить этому человеку, что-то в его манере говорить сейчас указывало на правду.-- Кто звонит? Местр пожал плечами. -- Кто звонит? Чокнутые, старые вдовы -- любительницы оригинальных шуток, армейские офицеры в отставке, убийцы... Ведь они никогда не подписываются, само собой разумеется. Все это старо как мир. Анонимки всегда играли почетную роль во французской литературе. -- Вы думаете, это не пустые угрозы? -- Иногда.-- Подошел официант, Местр поднял на него глаза. Он молчал, покуда тот, поставив на стол стаканы, снова не удалился.-- Ну, когда я очень устал, подвержен депрессии или когда на дворе идет дождь. Тогда я думаю, что это не пустые угрозы. В любом случае, кое-кто из них на самом деле вынашивает такие планы. -- Ну и что вы в этой связи предпринимаете? -- Ничего,-- сказал Местр с удивлением.-- Что тут поделаешь? -- Для начала можно сходить в полицию,-- предложил Бочерч. -- В Америке любой, несомненно, обратился бы в полицию,-- сказал Местр.-- Здесь...-- Скорчив кислую гримасу, он довольно долго и не спеша потягивал виски.-- В данный момент у меня не очень хорошие отношения с полицией. На самом деле, я уверен, что вся моя почта вскрывается, что время от времени за мной устанавливают слежку и мой телефон прослушивается. -- Какой позор! -- искренне воскликнул Бочерч. -- Мне нравится твой муж,-- с прежней легкостью, почти игриво сказал Местр, обращаясь к Жинетт.-- Он считает подобные вещи позором. Чисто американский взгляд. -- У нас, в Америке, бывали такие же времена,-- сказал Бочерч, беря под свою защиту тот уровень политического своекорыстия, который существует у него на родине.-- Причем не так давно. -- Знаю, знаю,-- торопливо заговорил Местр,-- я вовсе не считаю Америку сказочной страной, которую обошли стороной особые заразные болезни нашего века. Но все равно, я просто утверждаю, что в Америке любой на моем месте пошел бы в полицию... -- Вы на самом деле считаете, что кто-то может предпринять попытку вас укокошить? -- спросил Бочерч. "Ничего себе,-- подумал он,-- проводить в Париже отпуск и разговаривать на такие темы!" -- Скорее всего не сейчас,-- спокойно сказал Местр, словно с юридической беспристрастностью рассматривая какую-то абстрактную проблему, не имеющую лично к нему никакого отношения.-- Но стоит начаться беспорядкам, то наверняка. -- Ну и когда, по вашему мнению, начнутся такие беспорядки? После нескольких недель, проведенных в этом мирном, сверкающем городе с его многочисленными нарядными магазинами, с его оживленной деловой активностью, с его громадным выбором самых разнообразных, самых утонченных удовольствий, никак нельзя было поверить, что вскоре все это бурное великолепие будет принесено в жертву насилию и кровопролитию. Просто невероятно! -- Когда все это начнется? -- повторил Местр. Он задумчиво скосил глаза через плечо Бочерча на отливающие красным деревом темные глубины бара, словно пытаясь нарисовать яркую картину того незавидного будущего, которое ожидало этот город.-- Я, как вам, наверное, известно, не вхожу в советы героев,-- чуть улыбнулся он,-- посему могу лишь строить догадки. Все, конечно, зависит от действий генерала1. От состояния его здоровья -- как политического, так и физического. От его способности к выживанию. В настоящий момент все мы переживаем период разрядки. Заговорщики ожидают нужного момента. Убийцы в той или иной мере сидят в своих норах. Но если генерала свергнут, не важно, в силу каких обстоятельств: его слишком большой самоуверенности, его престарелого возраста, в общем, по любой причине, тогда можно ожидать вслед за его падением серьезных политических событий. -- Каких же? -- спросил Бочерч. -- Может, мятежа армии в Алжире,-- продолжал Местр,-- приземления самолетов ВВС на различных аэродромах, волнения в рядах полиции, появления также вооруженных, прошедших специальную подготовку отрядов "коммандос" в различных районах страны, захвата правительственных учреждений, радио- и телестанций, пленения или даже убийства некоторых важных политических деятелей. Все это обычная процедура. Уже нет никакой тайны во всем этом. Проблематичным остается верное определение нужного момента. -- Ты веришь всему этому? -- Бочерч повернулся к жене. -- Да, верю,-- ответила она. -- Ну а твои остальные друзья придерживаются точно такого же мнения? -- Почти все,-- уверенно сказала она. -- Ну а вы,-- теперь Бочерч снова повернулся к Местру почти с видом обвинителя,-- что вы лично собираетесь делать, если такое, не дай Бог, произойдет? -- Предложу свои услуги правительству,-- ответил без колебаний Местр,-- то есть при условии, что я смогу найти его и меня к этому времени не запрут в каталажке. -- Иисусе Христе,-- воскликнул Бочерч.-- Как трудно, однако, быть французом!

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  - 127  - 128  - 129  - 130  - 131  - 132  - 133  - 134  - 135  -
136  - 137  - 138  - 139  - 140  - 141  - 142  - 143  - 144  - 145  - 146  - 147  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования