Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детективы. Боевики. Триллеры
   Криминал
      Зенькович Н.А.. Покушения и инсценировки: от Ленина до Ельцина -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  -
ткрыл огонь в упор. ИЗМЕНЕНИЕ МАРШРУТА Однако во второй машине, по которой стрелял Ильин, Брежнева не было. В ней ехали космонавты. "Чайка" генсека за несколько минут до поворота кортежа к Боровицким воротам внезапно изменила маршрут и въехала в Кремль через Спасские ворота. Знатоки по сей день ломают головы в догадках относительно подлинных мотивов столь странного поступка Брежнева, необъяснимо оставившего общий кортеж и своевременно отвернувшего от места своей вполне возможной гибели. Версий две, и каждая по-своему уязвима. Предполагают, что с того момента, когда стало известно о побеге вооруженного двумя пистолетами офицера из воинской части, профессионалы из спецслужб допустили возможную связь между прибытием террориста в Москву двадцать первого января и намеченной на следующий день встречей космонавтов с руководителями страны. Получив соответствующую ориентировку, охрана Брежнева для страховки направила его машину через другие ворота. На всякий случай. Однако специалисты утверждают, что охрана по собственной инициативе не может изменить маршрут следования охраняемого без его согласия. Давал Брежнев "добро" на въезд через Спасские ворота, откликаясь на информацию охраны, обеспечивающей его безопасность, или сам отдал указание покинуть кортеж? Вторая версия как раз и состоит в том, что, по словам одного из его охранников, Леонид Ильич в какой-то момент сказал: - А мы-то чего лезем вперед? Кого чествуют, нас или космонавтов? После чего автомобиль генсека свернул к Спасским воротам. Вот и гадайте, что спасло тогда Леонида Ильича: заговорившая скромность или профессионализм охраны. Впрочем, нельзя исключать и следующего обстоятельства: свою сакраментальную фразу генсек произнес после того, как получил тревожную информацию о разгуливавшем по Москве злоумышленнике, не посвящая рядовых охранников в конфиденциальность полученного с самых верхов Лубянки сообщения и не объясняя подлинную причину изменения маршрута. И только недавно стало известно, что сработал сигнал старого служаки-пенсионера, сообщившего о подозрительном приезде племянника из Ленинграда и исчезновении из шкафа милицейской одежды. Приметы Ильина были сообщены многочисленным агентам КГБ. Предполагалось, что беглец появится или на самой Красной площади, или поблизости от нее. Дядю злоумышленника посадил в свой автомобиль военный комендант Кремля генерал Шорников и с ним дважды проехал по маршруту до Внуково-2: не мелькнет ли где в толпе лицо племянника? Ильина искали перед Кремлем, а он, как мы знаем, находился уже в Кремле и "нес службу" у Алмазного фонда. Ценно и вот это свидетельство: - Могу сказать одно: ориентировка от военных о возможности такого-то инцидента поступила часа за три до прибытия кортежа в Кремль. Начали искать. Но искали-то человека в военной форме, а Ильин оказался в милицейской. Мой напарник у Боровицких ворот обратил внимание на Ильина, на его сходство с переданным описанием. Но тот был в милицейской форме. Ильин находился возле Алмазного фонда и, пользуясь формой, делал вид, что работает в Кремле. Он ходил взад-вперед и все время призывал людей встать поровнее, придерживаться порядка. Это и сбило с толку. И пока коллега раздумывал, находясь от Ильина в нескольких шагах, кортеж уже въезжал. Так вспоминал о чрезвычайном происшествии в Кремле через одиннадцать лет после инцидента В. М. Мухин, отдавший девятнадцать лет жизни охране высших государственных лиц страны, включая Л. И. Брежнева. Впрочем, свидетельства бывших сотрудников охраны Леонида Ильича об этом теракте весьма противоречивы. Возможно, разные версии запущены в оборот с известными только охранникам оперативными целями. Например, длительное время умалчивалось, что человек, у которого Ильин остановился в Москве и потом столь своеобразным способом "одолжил" милицейскую форму, являлся его дядей. А бывший адъютант генсека Г. Петров вообще напрочь отметает очень важную деталь, о которой рассказывают сотрудники "девятки", а именно: "Чайка" Брежнева не сворачивала в Спасские ворота. - В аэропорту мы перестроились и поехали третьими, уступив второе место в колонне героям дня - космонавтам, - рассказывает Г. Петров. - Я сидел рядом с водителем. В машине находились Брежнев, Подгорный и Косыгин. Когда наша машина подъехала к Боровицким воротам, услышал выстрелы в Кремле, на участке между Оружейной палатой и Большим Кремлевским дворцом. Сразу дал команду водителю остановиться. Когда выстрелы прекратились, мы обогнули стоящую машину с космонавтами и направились к Дворцу съездов. Все это произошло за какие-то минуты. Преступник действительно стрелял по второй машине, будучи уверенным, что в ней находится Брежнев. Машины въезжали в Кремль колонной, одна за другой, и нам повернуть обратно, чтобы проехать через Спасские ворота, было невозможно. Да в этом и не было никакой необходимости, поскольку стрелявший был уже задержан сотрудниками КГБ. По утверждению же генерала Медведева, заместителя начальника личной охраны Брежнева, генсек следовал не в третьей машине, а в пятой, то есть поближе к хвосту колонны. Разночтения вызваны, наверное, не только оперативными соображениями, но и ведомственным самолюбием, которому этот инцидент нанес колоссальный удар. В Кремле такого не бывало даже в сталинские времена! Не исключено, что легенда об измененном маршруте должна была в какой-то мере обелить кремлевскую стражу - мол, она все-таки вывела из-под обстрела главное охраняемое лицо. Скандал между тем возник грандиозный. Ведомства, причастные к обеспечению безопасности высших должностных лиц государства, спешно разрабатывали меры по ее усилению. Автомобилестроители получили срочный заказ - увеличить пуленепробиваемость стекол. Произошли существенные изменения в самой системе охраны Генерального секретаря и членов Политбюро ЦК КПСС. До выстрелов у Боровицких ворот у членов Политбюро был один начальник охраны и два заместителя, у кандидатов в члены Политбюро - два телохранителя, у секретарей ЦК - один. После теракта охрану увеличили у всех. Для генсека создали так называемую "выездную охрану", состоявшую из десяти человек - по три человека в смене плюс один на подмене. Эти люди охраняли Брежнева в его поездках по стране и за рубежом. СУДЬБА ТЕРРОРИСТА Делом Ильина занялась многочисленная следственная бригада КГБ. Конечно же, прежде всего ее интересовал вопрос: не стоит ли за террористом антигосударственный заговор? Со времени смещения Хрущева прошло совсем немного времени, и все хорошо помнили, как это происходило. Выяснили, что заговора не было. Тем не менее со своих постов полетели многие высшие и старшие офицеры Ленинградского военного округа, не говоря уже о командовании части, в которой служил Ильин. Часть основательно перетрясли, за какую-то пару недель в ней побывало столько комиссий из генералов и полковников, сколько их не было за все годы существования военного городка. Слетел с должности военком Смольнинского района, имевший несчастье призвать Ильина на военную службу. Двоих сослуживцев террориста, младших лейтенантов А. Степанова и А. Васильева, осудили по статье 88 прим У К РСФСР "за недоносительство" на пять лет лишения свободы каждого. Ильин на допросах назвал их фамилии: с ними откровенничал, вел разговоры о том, что в Африке офицеры запросто перевороты устраивают, возможно ли такое у нас? Что касается самого Ильина, то все оказалось сложнее. Ему предъявили обвинение по пяти статьям уголовного кодекса. Организация и распространение клеветнических измышлений, порочащих советский строй. Попытка теракта. Убийство. Хищение оружия. Дезертирство с места службы. На первых же допросах у следователя не возникли подозрения в его психической состоятельности. Однако психиатрическая экспертиза установила наличие шизофрении. В годы горбачевского правления пресса пыталась взять под сомнение заключение врачей-психиатров. Против Брежнева тогда велась оголтелая разоблачительная кампания, и дело Ильина, запрятанного в психушку, представляли в печати как расправу властей над инакомыслящим. Но вот документ, относящийся к 1977 году, когда обсуждался проект "брежневской" Конституции: "Каждый член общества имеет право на террористический акт в случае, если партия и правительство ведут политику, не соответствующую Конституции". Такое предложение вносил Верховному Совету СССР Виктор Ильин, пациент Казанской психиатрической лечебницы. Туда его поместили в мае 1970 года, - после почти двухлетнего следствия и психиатрических экспертиз, - для принудительного лечения. Налицо были многие признаки ненормальности, и в первую очередь неадекватное, полудетское восприятие мира. Специалисты зафиксировали у него и признаки мании величия: он считал, что своим поступком перевернет жизнь страны и войдет в историю. Одну из причин психического надлома отыскали в том, что незадолго до происшествия Ильин узнал новость, сильно повлиявшую на его сознание. Случайно он обнаружил секретный домашний документ, из которого следовало, что он не родной сын в семье, а взят из Дома ребенка. Подлинными отцом и матерью были алкоголики, лишенные судом родительских прав. В Казанской психбольнице Ильин провел восемнадцать лет. Жил в одиночной палате - четыре метра на метр двадцать, в строгой изоляции. В коридоре стоял охранник. Никаких свиданий, кроме с приемной матерью, не разрешалось. Первые три года не приносили газет, убрали со стены радиоприемник. С 1973 года режим несколько ослабили. В 1988 году, благодаря стараниям матери, его перевели в Ленинград, в психиатрическую клинику N 3 имени Скворцова-Степанова. Условия там были получше: вместо одиночки - палата, в которой жили пятеро. В 1990 году в этой больнице состоялось - беспрецедентный случай! - выездное заседание Военной коллегии Верховного Суда СССР. Коллегия освободила его от принудительного лечения, и Ильину разрешено было возвратиться домой. Домой? Но куда? После двадцати лет пребывания в психбольницах это был уже другой человек. Ему требовалась отдельная жилплощадь. А у него - ни прописки, ни паспорта, ни пенсии. Следует отметить, что все эти двддесятилетия он не был уволен из армии и числился в списках своей воинской части как больной. Это давало право на оплату по больничному листу. В дело вмешались депутаты Ленсовета. Ильину, как прошедшему полный курс лечения, выделили однокомнатную квартиру, он получил паспорт, прописался. У него вторая группа инвалидности и соответствующая ей пенсия. По свидетельству лечивших его врачей, Ильин очень сожалел о гибели ни в чем не повинного водителя Ильи Жаркова, переживал за друзей, пострадавших из-за него. ЕЩЕ ТОТ ГУСАР Начальником охраны Брежнева был генерал-майор Александр Яковлевич Рябенко. Они впервые встретились в 1938 году. Брежнев в ту пору возглавлял Днепропетровский обком партии на Украине, Рябенко работал в обкомовском гараже шофером. Встреча произошла при довольно забавных обстоятельствах. Рябенко получил повышение - возить первого секретаря обкома. На новеньком "бьюике" водитель степенно подкатил к обкомовскому подъезду. Из здания вышел какой-то форсистый парень - густобровый, спортивный, в белой сорочке с закатанными рукавами. Сел в машину, сказал: - Поехали. - Куда? - насмешливо отозвался шофер. - Я жду первого секретаря обкома Брежнева. Рябенко подумал, что этот красавчик, наверное, не более чем инструктор-новичок. - Я и есть Брежнев, - ответил седок. - Ну да? - изумился водитель. С тех пор они работали вместе - с перерывом на войну. Рябенко тоже ушел на фронт. После войны снова встретились и больше уже не разлучались - бок о бок почти сорок лет. Телохранитель пережил своего шефа. После кончины Леонида Ильича в ноябре 1982 года его охрану разогнали, а новый генсек Андропов назначил начальником своей личной охраны полковника Евгения Калгана, работавшего у него референтом. Рябенко перевели на второстепенный участок, поручив заниматься охраной резервных дач, в которых жили бывшие члены Политбюро. В 1987 году его отправили на пенсию. Скончался он в марте 1993 года в возрасте семидесяти семи лет. В последние годы жизни, находясь не у дел, Рябенко нарушил многолетнее молчание и рассказал автору этой книги кое-что о своем шефе. Признаюсь, услышанное расходилось с тем образом Брежнева, который сформировали средства массовой информации в годы горбачевского правления. - Брежнев был очень смелым, решительным человеком, - рассказывал Рябенко. - Он участвовал в аресте Берии, о чем мало кто знает. Ну а смещение Хрущева, в котором он сыграл ключевую роль, говорит само за себя... По словам Рябенко, даже выстрелы Ильина не заставили Леонида Ильича изменить прежний образ жизни. Он отказался пересесть с привычной "Чайки" на бронированный и пуленепробиваемый "ЗИС-110", и только много лет спустя после инцидента у Боровицких ворот, будучи больным и престарелым, уступил настояниям соратников. Вопросы мои крутились вокруг одной темы - были ли другие покушения на жизнь Брежнева? - За границей были, - ответил Рябенко. - А внутри страны? - Кроме попытки Ильина, ничего серьезного не было. Так, по мелочи. Другое дело, что Леонид Ильич сам постоянно создавал угрозу собственной жизни. С точки зрения безопасности он, безусловно, был уникальным лидером. - Что вы имеете в виду? - Прежде всего его увлечения, которые приносили охране немало забот. - Например? - Его страсть к автомобилям. По рассказам Рябенко, Брежнев самозабвенно увлекался вождением автомобилей и нередко, сидя за рулем, развивал бешеную скорость. Было несколько случаев, когда он едва не разбивался насмерть. Это лихачество у него с фронтовых времен. На войне Брежнев научился ездить на машинах разных марок. Лихую езду любил даже тогда, когда начала прогрессировать болезнь, слабее стала реакция. Однажды из Кремля до Завидова домчался за пятьдесят минут. А это - сто пятьдесят километров! Конечно, трасса немедленно освобождалась от движения всякого транспорта. Но все равно, каждый раз, когда генсек садился за руль, у Рябенко и его заместителя Медведева, находившихся на заднем сиденье, потели спины. Шофер, сидевший рядом с лихачом, тоже с беспокойством поглядывал на него. - Леонид Ильич, может потише? Не ровен час... Не ровен час наступил, когда генсек ехал из Завидова в Москву. Охота была удачной, и Брежнев находился в прекрасном расположении духа. Скорость развил сумасшедшую. И вдруг: - Что-то вправо меня тянет... Действительно, машину стало заносить. - Скорость, скорость снижайте! - испуганно закричал шофер. Но Брежнев не растерялся. Всем своим весом он налег на руль и сумел удержать машину. Как это ему удалось, остается гадать. Ведь он был уже далеко не в лучшей форме. Когда остановились и осмотрели машину, увидели, что лопнуло правое переднее колесо. Только самообладание и водительская сноровка генсека помогли избежать аварии. Второй случай произошел в Крыму. Леонид Ильич отдыхал в Нижней Ореанде. Утром он проснулся и решил съездить в охотничье хозяйство. Увидев двух женщин-врачей, по-гусарски сделал широкий жест, приглашая в машину: - Не желаете прокатиться? Женщины, вне себя от счастья, уселись на заднее сиденье. С самим Леонидом Ильичом, да еще он за рулем, - об этом можно только мечтать! Охрана проморгала генсека. Он лихо рванул с места и без сопровождения, без оповещения постов ГАИ развил на горном серпантине немыслимую скорость. Дамы восхищенно визжали, когда иномарку заносило то вправо, то влево. Водитель свое дело знал тонко. Но в конце концов Леонид Ильич не справился с управлением и проскочил нужный поворот. В ярости он нажал на тормоз, машину занесло, и она буквально повисла над крутым обрывом. Выходить было нельзя - нарушится хрупкое равновесие. Давать задний ход тоже опасно. Положение спасла охрана, с трудом догнавшая гусара-лихача, решившего блеснуть перед дамами водительским мастерством. Нечто подобное произошло в Бонне. В 1973 году Брежнев посетил ФРГ. Канцлер Вилли Брандт, зная слабость советского лидера к автомобилям, подарил ему шикарный "мерседес". Иномарку подогнали прямо к отелю, в котором остановился высокий гость. Когда Леониду Ильичу доложили о подарке германского канцлера, он вышел из отеля. Немецкие специалисты стали объяснять ему, где какие ручки, кнопки, переключатели. Расспросив, как включать машину, как останавливаться, Брежнев сел за руль, резко дал газ и... скрылся из виду. Советская и германская охрана растерянно смотрели друг на друга. Это было невероятно, но Брежнев укатил один! Преодолевая замешательство, руководитель боннской полиции кинулся к телефону. Какие указания он отдавал и кому, неизвестно. Но минут через двадцать лихач вернулся к отелю. Выяснилось, что дорогу ему перекрыли две полицейские машины. Брежнев вынужден был остановиться и развернуться в обратном направлении. - Ну, как я от вас всех сбежал? - рассмеялся он. - Испугались? Не бойтесь, все в порядке. Все облегченно вздохнули. Лихачил Брежнев на личных автомобилях. Их у него было несколько - английский черный "ролле-ройс", два немецких голубых "мерседеса", японский "президент", американские "кадиллак" и "линкольн". Это были подарочные экземпляры. Чтобы они не застаивались, Брежнев старался соблюдать очередность езды на них. Короче, жизнелюбивый генсек доставлял много хлопот своей охране. Кое-кто роптал: президенту США, например, инструкцией запрещено самому садиться за руль автомобиля. Но нельзя не учитывать и того, что Леонид Ильич ни разу не садился за руль служебного "ЗИЛа". Эта машина была самая надежная, она исключала любые неожиданности. Брежнев четко следовал военному правилу - никогда не садился за руль машины, которая ему не принадлежала. Напрасно Рябенко ссылался на плохую погоду - дождь или гололед - мол, на "ЗИЛе" сподручнее. Леонид Ильич оставался непреклонным. Уговорить его так и не удалось. Не помогали никакие уловки. Впрочем, надежный и мощный "ЗИЛ" тоже не давал полной гарантии безопасности, хотя имел множество преимуществ. Однажды во время следования по Кутузовскому проспекту у "ЗИЛа", в котором ехал Брежнев, неожиданно заглох мотор. Генсека быстро пересадили в оперативную машину, и кортеж на бешеной скорости - сто двадцать километров в час - проследовал дальше. Все произошло настолько быстро, что посторонние ничего не заметили. За все время правления Брежнева лишь один раз на пригородных маршрутах произошло серьезное ЧП. К сожалению, не обошлось без человеческой жертвы. Это произошло во второй половине семидесятых годов. Утром тяжелый правительственный "ЗИЛ" следовал из Завидова в Москву - после дежурства очередная смена личной охраны возвращалась домой. Если сопровождают охраняемое лицо, охранники обычно сидят с автоматами наизготовку на краешках сидений в полуприседе, как бы на корточках, в любой момент готовые выскочить. А тут ехали с работы. В машине было шесть человек. Усталые от бессонной ночи офицеры "девятки" дремали. На

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования