Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детективы. Боевики. Триллеры
   Криминал
      Зенькович Н.А.. Покушения и инсценировки: от Ленина до Ельцина -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  -
то они не имеют никакого отношения к этому делу. "Разве я могла думать, что мои письма, подсказанные моей врачебной совестью, затрагивающие вопросы диагноза, лечения и режима больного Жданова А. А., могли послужить в чьих-то руках почти 5 лет спустя основанием для создания "дела" о многих врачах, даже которых я и не знала? - спрашивала Тимашук. - С моей точки зрения, это письмо заслуживало внимания, и цель его была спасти больного, но ни в коем случае не оклеветать коголибо". Хрущев, разумеется, ее не принял, хотя она настоятельно просила личной встречи и жаловалась, что в ЦК на ее письма никто не отвечает. На этот раз ей позвонили и пригласили на Старую площадь. Принимал ее ответственный работник ЦК Золотухин. - Ваше письмо на имя Никиты Сергеевича зачитано на заседании Президиума ЦК, - сказал он. - Решено, что ваш вопрос поднимать сейчас не время. - Как же мне быть? - упавшим голосом спросила Тимашук. - Вокруг моего имени столько пересудов... - Ни о чем не беспокойтесь, - произнес Золотухин. - Работайте на прежнем месте и в той же должности. Никто вас не будет преследовать. Если же вдруг появятся какие-либо трудности, обращайтесь к нам в ЦК... На том и расстались. ЗА КУЛИСАМИ Обычно, повествуя о деле кремлевских врачей, всегда начинают с Лидии Тимашук, отводя ей главную роль в этой драматической истории. В публикациях горбачевской поры несчастная женщина выставлялась чуть ли не единственной виновницей, из-за которой разгорелся весь сыр-бор. Пересмотреть устоявшуюся точку зрения помогли рассекреченные архивные материалы. Дело врачей началось отнюдь не в начале пятьдесят третьего года, когда на свет было извлечено списанное в архив письмо Лидии Тимашук пятилетней давности - кто-то ведь вспомнил о нем! Дело началось значительно раньше, а если быть точным, восемнадцатого января пятидесятого года. В этот день был арестован известный профессор-терапевт Г. Этингер, который в свое время лечил А. С. Щербакова - с конца сорок четвертого до дня его кончины десятого мая сорок пятого года. Александр Сергеевич был уникальной личностью - занимал одновременно пять должностей. С ноября 1938 по май 1945 года возглавлял МК и МГК партии, одновременно с 1941 года был секретарем ЦК партии, с 1942 года - начальником ГлавПура, начальником Совинформбюро, заместителем наркома обороны. Сорокачетырехлетний Щербаков был человеком Жданова, который приблизил его к себе еще во время работы в Нижнем Новгороде. Когда после убийства Кирова Сталин направил Жданова возглавлять Ленинградскую партийную организацию, Жданов добился перевода Щербакова на должность секретаря Ленинградского обкома. Оттуда выдвиженец Жданова пересел в кресло первого секретаря МК и МГК. Щербаков страдал сердечной недостаточностью. Этингер с Виноградовым дважды в день посещали больного, составляли утренний и вечерний бюллетени о состоянии его здоровья, которые немедленно направлялись лично Сталину. Увы, спасти Щербакова не удалось. На один из его постов - начальника ГлавПура - Жданов добился назначения своего человека. Им стал малоизвестный ныне генерал И. Шикин. Жуков, узнав, что Жданов уговорил Сталина назначить на пост начальника ГлавПура своего человека, обратился к Маленкову, который при любом удобном случае выдвигал этого маршала на первый план. Но Жданов был далеко не прост. Он обвинил Жукова в игнорировании партийного руководства в армии. То, что данная формулировка была официально использована Сталиным для обоснования смещения Жукова в сорок шестом году, свидетельствует о необычайно прочных позициях Жданова в ту пору. Перебравшись в конце войны в Москву из Ленинграда, где он прославился великой обороной города, Жданов пользовался неограниченным доверием Сталина и благодаря этому несколько ослабил позиции основных своих конкурентов - Маленкова и Берии, которые время от времени наносили удары по нему и его группе. Удары были обоюдоострыми. Маленков после скоропостижной смерти Жданова окончательно добьет его выдвиженцев - секретаря ЦК А. А. Кузнецова, председателя Госплана СССР Н. А. Вознесенского, председателя Совмина России М. И. Родионова, многихдругих. Чудом уцелеет А. Н. Косыгин, который только после смещения Маленкова Хрущевым начнет новое восхождение на кремлевский Олимп. Все это будет, повторяем, после кончины Жданова. Но при его жизни группа Маленкова явно проигрывала. В мае сорок шестого года Жданову удалось одержать и вовсе неслыханную викторию - в результате тонко разыгранной интриги Маленков был отстранен от должности секретаря и начальника управления кадров ЦК и направлен в длительную командировку в Среднюю Азию. Освободившийся ключевой пост занял выдвиженец Жданова А. А. Кузнецов. Проигравшая сторона искала возможности нанесения контрудара. Хороший случай вскоре представился. Поскольку после войны на первый план выдвинулись вопросы идеологии, их курировал Жданов, занимавший доминирующее положение в окружении Сталина. Маленков возглавлял созданный при СНК комитет по восстановлению народного хозяйства в районах, освобожденных от немецких оккупантов, и в идеологических вопросах не был столь силен. Он слыл гроссмейстером организационной, кадровой работы. Многоходовая комбинация тандема Маленков-Берия основывалась на разжигании острого внимания Сталина к ленинградской партийной организации, которая вызывала у него подозрительность еще со времен оппозиционера Зиновьева и убийства Кирова. Сталин внимательно прислушивался к умело навязываемым разговорам о "сепаратизме ленинградцев". Ответный удар маленковцев по Жданову был нанесен через... Зощенко. РАЗВЕДКА БОЕМ Двадцать шестого июля 1946 года известный советский писатель Михаил Зощенко решением Ленинградского горкома партии был утвержден членом редколлегии издававшегося в городе на Неве журнала "Звезда". - Тот самый Зощенко? - переспросил Маленков, когда начальник управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) Александров доложил ему об этом. - Тот самый, - подтвердил Александров. Впрочем, есть версия, согласно которой новость, сообщенная Александровым, не была неожиданной для Маленкова. Вроде бы выдвижение Зощенко членом редколлегии журнала являлось составной частью плана группировки Маленкова и было ею инициировано. Сам писатель, разумеется, не знал о той роли, которая ему готовилась. Не догадывались, разумеется, и в Ленинградском горкоме. - Чистейшей воды сепаратизм, - якобы произнес Маленков. - Ленинградцы явно игнорируют установки ЦК. Надо немедленно проинформировать об этом вопиющем случае Иосифа Виссарионовича. Фамилия Зощенко сидела острой занозой у людей Маленкова. В 1943 году московский журнал "Октябрь" опубликовал первую часть повести Зощенко "Перед восходом солнца". Начальник Управления пропаганды ЦК Александров - человек Маленкова - подал своему шефу докладную записку: да это же клевета на наш народ! Говорят, что перед тем как подписать докладную, осторожный Александров позвонил главному редактору журнала и спросил, не стоит ли кто-нибудь из сильных мира сего за этой публикацией. Редактор ответил честно - рукопись читал и одобрил к печати товарищ Еголин, заместитель Александрова. Ни в ЦК, ни в писательском мире ни для кого не было секретом, что Еголин - человек Жданова. Тогда Жданову удалось замять эту историю - шла война, не до достоинств художественных произведений. И вот теперь тот самый Зощенко делает карьеру. Такова одна из версий подоплеки печально знаменитого постановления ЦК ВКП(б) "О журналах "Звезда" и "Ленинград". Прекрасно понимая, откуда грянул гром, Жданову пришлось пожертвовать Зощенко. Жданов стоял перед дилеммой: ограничить обсуждение ошибок в кадровой политике писательской средой или отдать на избиение все ленинградские кадры. После долгих раздумий он выбрал первое и тем самым вывел из-под удара ленинградскую парторганизацию. Правда, ненадолго. Через год после его смерти она подвергнется жесточайшему разгрому. Четырнадцатого августа 1949 года в кабинете Маленкова без санкции прокурора будут арестованы Кузнецов, Попков, Родионов. В результате проведенной Маленковым "кампании" только в Ленинграде и области было освобождено от работы свыше двух тысяч руководителей. Стремясь обезопасить себя от дальнейших ударов Маленкова, Жданов не жалел ругательных слов в адрес Зощенко. После той зубодробительной критики казалось, что арест писателя и поэтессы Ахматовой неизбежен. Их исключили из Союза писателей, лишили продовольственных и промтоварных карточек. Однако спустя некоторое время пригласили в Смольный и карточки вернули. Конечно, дело не в карточках. Травма замечательным литераторам была нанесена глубочайшая и, наверное, с моральной стороны вряд ли можно оправдать погромную речь Жданова соображениями высшего порядка - мол, он жертвовал несколькими людьми для спасения многих. Но знать, что происходило за кулисами власти, все же не помешает. НЕИЗЛЕЧИМАЯ БОЛЕЗНЬ Есть болезнь, перед которой бессильна медицина, беспомощны врачи. Имя ее - жажда власти. В борьбе за устранение конкурентов не гнушаются никакими средствами. Судьба других людей, будьте талантливый писатель Зощенко или рядовой кремлевский врач Тимашук, для политиков ничего не значит. Главное - цель, постоянное продвижение вперед и выше. Жданову было тридцать восемь лет, когда он стал секретарем ЦК ВКП(б) и одновременно возглавил ленинградские городскую и областную партийные организации. Это случилось в 1934 году, после убийства Кирова. Сталин доверил Жданову крупнейший пост в партии, переведя из Горького, где тот провел двенадцать лет, начав с заведующего отделом Нижегородского губкома. Жданову было тогда всего двадцать шесть лет. Родился в Мариуполе, который несколько раз носил его имя - в зависимости от политической конъюнктуры. Отец, как и у Ленина, инспектор народных училищ. Русский. С шестнадцати лет участвовал в социал-демократическом движении. В партии - с девятнадцати лет. Служил в царской армии. В двадцать пять лет - председатель Тверского губисполкома. Жданов прожил пятьдесят два года, из них четырнадцать лет состоял в Оргбюро и Политбюро ЦК. Репрессии тридцатых годов его не затронули. Можно себе представить, сколько ума и изворотливости требовалось, чтобы не только уцелеть в той кровавой мясорубке, но и постоянно расширять круг своего влияния. Что стало причиной его преждевременной и скоропостижной кончины? Неправильное лечение? Кто в таком случае был заинтересован в его устранении? "Не будем удивляться, если когда-нибудь станет известно, что и к этому акту Берия руку приложил", - считает А. Антонов-Овсеенко. Самостоятельно? В сговоре с Маленковым? Существует версия, что Жданова пристрелили на охоте - "как кабана". Такая вот ошибочка вышла. Рассказывают, что во время следствия по делу врачей электрокардиограмма Жданова - без указания его имени - была направлена в ряд медицинских учреждений страны, включая и областные, с просьбой дать заключение. Так вот, большая половина кардиологов указала - инфаркт миокарда. То есть подтвердила диагноз Лидии Тимашук. Меньшая половина нашла в присланной кардиограмме признаки диагноза, указанного кремлевскими профессорами. Вот и разберись, кто прав. А может истина где-то посередине? В стране с неразвитой медициной на врачей смотрят как на божества, полагая, что они никогда не ошибаются. Увы, врачи тоже люди, и даже самые квалифицированные из них, работающие в Четвертом Главном управлении, допускали немало оплошностей, приводивших к летальным исходам. Просто пациенты были менее знаменитые, и потому эти случаи не получали широкой огласки. И не приобретали политической окраски. Чего не скажешь о Жданове. Его смерть и в постсоветское время продолжает вызывать жаркие политические споры. Как издавна повелось на Руси, медицинский аспект проблемы подменен политическим. Кончину конкурента Маленкова ставят в один ряд с целым букетом загадочных происшествий конца 40-х - начала 50-х годов - арестом Власика и кремлевских врачей, падением Поскребышева и других верных Сталину лиц из его ближайшего окружения. Как будто кто-то сознательно изолировал вождя, готовя нераскрытую по сей день драму его кончины на Ближней даче в Кунцеве. ЕЕ ПИСЬМО К СЪЕЗДУ Последнее письмо Тимашук было в самую высшую инстанцию - президиум XXIII съезда КПСС. В 1966 году, когда она решила вновь поведать о своей непроходящей боли, Лидии Феодосьевне было шестьдесят семь лет. Уже два года, как она находилась на пенсии. Старую больную женщину, отработавшую в Лечсанупре, а потом в его преемнике - Четвертом Главном управлении при Минздраве СССР - тридцать восемь лет, угнетала обидная и несправедливая, на ее взгляд, слава доносчицы и клеветницы. Тимашук снова - в который раз! - просила внести ясность по поводу давнишнего спора с медицинскими светилами. У нее выросли внуки, есть сын - офицер Советской Армии, летчик истребительной авиации, получивший на горящем самолете ожоги и увечья при выполнении боевого задания. Как им смотреть в глаза людям? Съезд партии, конечно же, решал глобальные проблемы жизнеустройства советского народа. Что ему маленькие заботы маленького человека, какой-то пенсионерки, добивающейся неизвестно чего в течение тринадцати лет? Естественно, съезд не услышал голоса беспартийной Тимашук. Ни один из обличавших ее в годы горбачевской гласности не интересовался ее биографическими данными. С большим трудом удалось их заполучить. Она родилась в Бресте. Ее матерью была полька, а отцом украинец. Феодосии Яковлевич Тимашук служил в царской армии унтер-офицером. По мужу Лидии Феодосьевне надобно было быть Кураевой, но, выйдя замуж, она сохранила фамилию отца. Александр Кураев тоже медик, в последние годы работал врачом в Центральном военном госпитале. Познакомились они в санитарном поезде, направленном во время гражданской войны на борьбу с эпидемией сыпного тифа. Лидия училась на медицинском факультете Саратовского университета, Саша тоже был студентом-медиком. Она умерла в 1983 году в возрасте 85 лет, проведя последние годы на даче под Москвой и не обращаясь никуда после своего безответного "письма к съезду". Словно чтото надломилось в ее душе, и потребность встречаться с бывшими коллегами возникала реже и реже. Все чаще вспоминалось, как в 1964 году был обставлен уход на пенсию - мол, в управлении работают пострадавшие из-за нее профессора, - и сердце наполнялось обидой. В последний путь ее провожали родные и близкие. Как и положено, на подушечках несли награды - два ордена "Знак Почета", орден Трудового Красного Знамени, медали. О наградах. Мало кому известно, что орден Трудового Красного Знамени ей вручили в 1954 году - через год после того, как отменили "ошибочный" указ о награждении орденом Ленина. Никто не знает, кем она была в действительности - образцом исполнения врачебного долга, добровольной доносчицей или жертвой чудовищной провокации. Приложение N 10: ИЗ ЗАКРЫТЫХ ИСТОЧНИКОВ Из закрытого письма ЦК ВКП(б) "О неблагополучном положении в Министерстве государственной безопасности СССР" (Направлено центральным комитетам компартий союзных республик, обкомам партии, министерствам безопасности союзных и автономных республик, краевым и областным у, управлениям МГБ 13 июля 1951 года) ... 2 июля 1951 года ЦК ВКП(б) получил заявление старшего следователя следственной части по особо важным делам МГБ СССР т. Рюмина, в котором он сигнализирует о неблагополучном положении в МГБ со следствием по ряду весьма важных дел крупных государственных преступников и обвиняет в этом министра государственной безопасности Абакумова. Получив заявление т. Рюмина, ЦК ВКП(б) создал комиссию Политбюро в составе т, т. Маленкова, Берия, Шкирятова, Игнатьева и поручил ей проверить факты, сообщенные т. Рюминым. В процессе проверки комиссия допросила начальника следственной части по особо важным делам МГБ Леонова, его заместителей т, т. Лихачева и Комарова, начальника второго Главного управления МГБ т. Шубнякова, заместителя начальника отдела 2-го Главного управления т. Тангиева, помощника начальника следственной части т. Путинцева, заместителей министра государственной безопасности т, т. Огольцова и Питовранова, а также заслушала объяснения Абакумова. Ввиду того, что в ходе проверки подтвердились факты, изложенные в заявлении т. Рюмина, ЦК ВКП(б) решил немедля отстранить Абакумова от обязанностей министра госбезопасности и поручил первому заместителю министра т. Огольцову исполнять временно обязанности министра госбезопасности. Это было 4 июля с, г. На основании результатов проверки Комиссия Политбюро ЦК ВКП(б) установила следующие неоспоримые факты: 1. В ноябре 1950 года был арестован еврейский националист, проявлявший резко враждебное отношение к советской власти, - врач Этингер. При допросе старшим следователем МГБ т. Рюминым арестованный Этингер, без какого-либо нажима, признал, что при лечении т. Щербакова А. С, имел террористические намерения в отношении его и практически принял все меры к тому, чтобы сократить его жизнь. ЦК ВКП(б) считает это показание Этингера заслуживающим серьезного внимания. Среди врачей несомненно существует законспирированная группа лиц, стремящихся при лечении сократить жизнь руководителей партии и правительства. Нельзя забывать преступления таких известных врачей, совершенные в недавнем прошлом, как преступления врача Плетнева и врача Левина, которые по заданию иностранной разведки отравили В. В. Куйбышева и Максима Горького. Эти злодеи признались в своих преступлениях на открытом судебном процессе, и Левин был расстрелян, а Плетнев осужден к 25 годам тюремного заключения. Однако министр госбезопасности Абакумов, получив показания Этингера о его террористической деятельности, в присутствии следователя Рюмина, заместителя начальника следственной части Лихачева, а также в присутствии преступника Этингера признал показания Этингера надуманными, заявил, что это дело не заслуживает внимания, заведет МГБ в дебри, и прекратил дальнейшее следствие по этому делу. При этом Абакумов, пренебрегая предостережением врачей МГБ, поместил серьезно больного арестованного Этингера в заведомо опасные для его здоровья условия (в сырую и холодную камеру), вследствие чего 2 марта 1951 года Этингер умер в тюрьме. Таким образом, погасив дело Этингера, Абакумов помешал ЦК выявить безусловно существующую законспирированную группу врачей, выполняющих задания иностранных агентов по террористической деятельности против руководителей партии и правительства. При этом следует отметить, что Абакумов не счел нужным сообщить ЦК ВКП(б) о признаниях Этингера и таким образом скрыл это важное дело от партии и правительства... ... З. Вянваре 1951 года в Москве были арестованы участники еврейской антисоветской молодежной организации. При допросе некоторые из арестованных признались в том, что имели террористические замыслы в отношении руководителей партии и правительства. Однако в протоколах

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования