Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Художественная литература
   Женский роман
      Вилар Симона. Роман 1-5 -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  - 127  - 128  - 129  - 130  - 131  - 132  - 133  - 134  - 135  -
136  - 137  - 138  - 139  - 140  - 141  - 142  - 143  - 144  - 145  - 146  - 147  - 148  - 149  - 150  - 151  - 152  -
153  - 154  - 155  - 156  - 157  - 158  - 159  - 160  - 161  - 162  - 163  - 164  - 165  - 166  - 167  - 168  - 169  -
170  - 171  - 172  - 173  - 174  - 175  - 176  - 177  - 178  - 179  - 180  - 181  - 182  - 183  - 184  - 185  - 186  -
187  - 188  - 189  - 190  - 191  - 192  - 193  - 194  - 195  - 196  - 197  - 198  - 199  - 200  - 201  - 202  - 203  -
204  - 205  - 206  - 207  - 208  - 209  - 210  - 211  - 212  - 213  - 214  - 215  - 216  -
разразится дождем. И пусть этот дождь окажется кровавым, но, поверьте, после грозы всегда легче дышится. Анна с раздражением вскинула на него глаза. - Что за нелепые аллегории, милорд? Речь идет о короне для Ланкастеров, о жизни моего отца, наконец. - Мой Бог! И это говорите вы - дочь человека, который всю свою жизнь не снимал доспехов! Для вас нельзя придумать ничего лучшего, чем оставаться веселой и дерзкой. Вы отправитесь на прием, и мой вам совет - улыбайтесь так ослепительно, чтобы никто и помыслить не мог, что Анна Невиль, дочь великого Делателя Королей, хоть.на йоту сомневается в победе отца. Анна повела плечами. - Ох уж этот мне пресловутый прием в Гилдхолле! Пир во время чумы. Я бы скорее провела это время в молитвах перед дорогой... Вы должны знать, барон, что я решила попытаться заставить своего супруга и королеву поспешить на помощь Уорвику. Стэнли хмыкнул. - Вы знаете мое мнение на сей счет. Все это слишком походит на бегство, особенно теперь, когда Йорки буквально у ворот. - Мой отец остановит Йорков! - запальчиво вскричала Анна, а затем, понизив голос и успокаиваясь, спросила: - Скажите, милорд, то, что Элизабет Вудвиль родила сына, увеличивает шансы Йорков на успех? Глядя ей прямо в лицо, Стэнли кивнул. - Всегда считается благословенным род, женщины которого плодовиты, а Элизабет, имея двоих сыновей от первого брака, родила еще двоих детей во втором. Эдуарду несказанно повезло, что супруга наконец подарила ему сына. Неожиданно он лукаво подмигнул принцессе: - Клянусь всеблагим небом, вы рветесь к принцу Уэльскому словно для того, чтобы наверстать упущенное и дать Ланкастерам полноправного наследника! Анна беспомощно взглянула на барона. Ее напугало словцо ?полноправного?, и она неожиданно вспылила: Вы забываетесь, милорд! Есть темы, которых женщина может касаться только в кругу близких. Стэнли глядел на нее обескуражено. - Простите, ваше высочество. Я вел себя, как последний ландскнехт, но я таков уж и есть. К тому же дамы, стоящие у трона, не могут требовать, чтобы эти дела оставались в тайне. Едва становится известно, что они в тягости, нет замка или хижины, где бы подобное известие не обсуждалось бы с восторгом. Осмелюсь предположить, что если вы и понесете от молодого Нэда Ланкастера - для Алой Розы это будет важное преимущество. Анна неожиданно улыбнулась. - Вот видите! А вы мне толкуете: ?бегство, бегство?. Оба рассмеялись. Стэнли опустился на колено и поцеловал руку принцессы. - Такто оно и лучше. Вот почему именно сейчас вы должны быть веселой и совершенно уверенной в себе, хотя бы весь Лондон знал, что Йорки развязали войну, а вы не сегоднязавтра сбежите к супругу за Канал. Нуну, не стоит хмуриться. Идемтека лучше к вашим дамам. Они уже вовсю обсуждают свои наряды, а эта плутовка леди Бланш Уэд распевает такие потешные куплеты, что даже праведные лицемерки, вроде моей возлюбленной графини Ричмонд, не выдерживают и хохочут, как школяры. Барону удалось вывести ее на галерею с большими готическими окнами от пола до потолка. Здесь собралось весьма блестящее общество - молодые рыцари и джентри с локонами до плеч, дамы в расшитых цветами платьях, молоденькие пажи в двухцветных узких трико, даже несколько пожилых матрон восседали в стороне, держа на коленях вышивание. Едва принцесса вошла, как все поднялись, приветствуя ее, и Анне пришлось улыбаться, чтобы, как и советовал Стэнли, никто не заподозрил, насколько она обеспокоена судьбой отца. Это было нестерпимо, но Стэнли шептал на ухо чтото ободряющее, и она лишь гордо вскинула голову, когда он, держа ее за самые кончики пальцев, провел через всю галерею и усадил в кресло, стоящее под балдахином. Анна уже заметила, что присутствие веселого и оживленного барона придает ей сил и уверенности, и, хотя ей не приходилось поверять ему свои тайны, именно он внушал ей наибольшее доверие. Поэтому, когда Стэнли, оставив принцессу, поспешил к красивой, с лебединой шеей, даме, сидевшей у окна, и с самым смиренным видом принялся изучать узор на ее пяльцах, она на мгновение почувствовала досаду и позавидовала Маргарите Бофор. Вздохнув, Анна обратилась к придворным: - Что вы притихли? Я слышала - перед моим приходом здесь было весело. Один из щеголей отвесил поклон. - Просто эта юная дама, Бланш Уэд, распевала прелестные песенки. - С ней не бывает скучно, верно, мой соловей? Порадуй же свою принцессу, Бланш... Бланш Уэд догнала кортеж принцессы и короля перед самым Лондоном. И, к своему удивлению, Анна обнаружила, что соскучилась без этой легкомысленной певуньи. Что и говорить, Бланш ей нравилась, и ей хотелось, чтобы подозрения, которые возникли у нее в Кентербери, оказались пустым недоразумением. Сейчас Бланш ответила принцессе улыбкой и, грациозно отбросив шлейф, присела на низкий бархатный табурет, приняв украшенную перламутром лютню из рук пажа. Она осторожно тронула струны и обратилась к принцессе: - Пусть ваше высочество простит меня, но этой песне научил меня один трубадур, когда я ездила поклониться гробнице святого Августина. Так что, если она окажется несколько легкомысленной, имейте в виду, что я еще в порту Форвич обзавелась индульгенцией, отпускающей мне этот грех. Анна, почти не слушая, кивнула, и Бланш запела: Смиренно жил в густом лесу Отшельник, стар и сед. Явился както черт к нему, Когда тот сел за свой обед. Лукавый ловок и хитер Он хлеба вид принял. Отшельник был благочестив И хлеба есть не стал. Он глотку глиной залепил И тем он черта посрамил. Анна сидела, облокотясь на спинку кресла, и, глядя на блестящую толпу молодежи, думала, что если завтра вместо нее здесь окажется королева Элизабет, то вряд ли чтонибудь изменится. Эти прелестные существа готовы восхвалять кого угодно, лишь бы оставаться в милости у сильных мира сего. Взять хотя бы ту же Бланш. Все знают, что она фаворитка принцессы Уэльской, но ведь она состояла и при дворе Элизабет Вудвиль, и, возможно, пользовалась там не меньшей популярностью. Жаль, что она никогда не интересовалась прошлым Бланш. Бланш между тем продолжала: Спешит в досаде сатана К святому, что из дальних скал. А тот ни хлеба, ни вина От веку не употреблял. И жил лишь воздухом одним. Но черт вид воздуха принял. Отшельник был благочестив - Дышать он вовсе перестал. Он ноздри глиной залепил - И тем он черта посрамил. Вокруг послышались смешки. Анна увидела, как славящаяся своим неприступным благочестием леди Бофор оторвала глаза от рукоделия и кусает губы, чтобы не рассмеяться. Наверное, неплохо быть столь привлекательной вдовушкой и иметь поклонником барона Стэнли. Тот в эти мгновения стоял, касаясь подлокотника кресла своей дамы и не спуская с нее задумчивого взора. Анна про себя фыркнула - влюбленный Стэнли выглядел довольно уныло в присутствии предмета его страсти, и начисто исчезали живость и обаяние барона, которые так нравились Анне. Леди же Маргарита рядом с ним казалась веселой и счастливой. Она так молодела, что нельзя было и подумать, что сидящий неподалеку со скучающим видом рослый юноша - ее сын. Анне не нравился этот Генрих Тюдор. Он был еще мальчишкой с едва пробивающимся пушком на губе и пустыми синими глазами, однако пытался держаться как высокородный вельможа, степенный и полный достоинства. Он не смеялся даже тогда, когда все вокруг веселились. Впрочем, он напрасно так кичился своим высоким происхождением, ибо его родословная брала свое начало от незаконной связи одного из Плантагенетов. Святой Сульпиций средь лесов Денечки коротал. Не ел, не пил и - ей же ей! - Он даже не дышал. Явился женщиной к нему Порой ночною черт, И был он выдумкой своей Посатанински горд. Святой Сульпиций не таков, Чтоб черту дать себя надуть. Он сбросил тлен земных оков, Узрев к спасенью путь... ...Не важно, что он залепил - Но черта все же посрамил! *** Дружный взрыв хохота был ответом на песню, и Анна, не удержавшись, засмеялась вместе со всеми. Позади раздался возмущенный голос леди Блаун: - Немыслимо! Стыд и срам! Чтобы незамужняя девица распевала такие вирши, от которых покраснели даже бы крючники в порту! - Так вам, оказывается, известно, достойная дама, что именно сделал святой Сульпиций? - спросил Стэнли, и новый взрыв хохота потряс галерею, а статсдама сидела, багровая и разгневанная, и лишь накрахмаленные рога ее высокого чепца подрагивали от негодования. В этот миг Анна увидела, что Стэнли, поцеловав руку графини Ричмонд, направился к выходу. Она окликнула его и поманила к себе. - Вы уезжаете, сэр Томас? - О нет, лишь завтра на рассвете. Сегодня мне предстоит куча неприятных дел - проверка гарнизонов вокруг столицы, стражи на городских стенах, отрядов городской милиции в предместьях и многое другое, о чем обычно скучно слушать таким хорошеньким девушкам, как вы. Анна огорчилась. Если бы Стэнли немедленно отправился в Ковентри, к ее отцу, она могла бы передать с ним послание. - Сэр Томас, сегодня вечером я отплываю на континент с пристани у стен Тауэра. Это произойдет тотчас после бала в ратуше. Вы непременно должны быть в это время там, и я передам вам послание, адресованное моему отцу. Вы же должны дать мне клятву, что передадите его из рук в руки Делателю Королей. - Поклясться? - барон удивленно воззрился на принцессу. - Видит Бог, я сделаю все, что вы прикажете, ваше высочество! Анна промолчала. Как глубоко укоренилось в ней недоверие к людям! Лорд Стэнли начал было говорить, что, разумеется, он весьма польщен честью послужить посыльным принцессы, но если дело столь срочное, то лучше отправить это письмо с королевской почтой. Анна остановила его жестом и покачала головой. Стэнли внимательно смотрел на нее. - Повидимому, у вас есть свои основания не доверять королевским гонцам. Может быть, вы и правы, миледи, время сейчас тревожное... Но Анна уже не слушала. Она заметила, как Генрих Тюдор, сидевший напротив, весь напрягся и неотрывно смотрит в сторону дверей. Проследив за его взглядом, принцесса увидела в дверном проеме на редкость красивую даму. Она не сразу узнала ее, но уже через миг удивленно воскликнула: - Дебора? Бог мой, неужели это она? Это была баронесса Шенли, избавившаяся наконец от своего траурного одеяния. Дебора была вся в розовом и голубом, ее головной убор в форме полумесяца окутывала легкая дымка кружев, а светлые волосы двумя пышными волнами были уложены вдоль щек. Анна, не веря глазам, смотрела на приближающуюся Дебору. Баронесса Шенли опустилась перед ней в низком реверансе и произнесла приветствие, но уже в следующую минуту Анна увлекла ее в свои покои, где обняла и пылко расцеловала. Ты и не представляешь себе, как я тебе рада! В самом деле; она была несказанно обрадована встречей с единственной подругой, что оставалась у нее в столице. Дебора Шенли, всегда ровная, благожелательная и искренняя, вносила мир и покой в душу принцессы. И сейчас, когда они, смеясь, уселись у окна и принялись болтать, Анна впервые за долгое время вновь почувствовала себя легко и свободно. - Подумать только, какой ты стала красавицей, Дебора! Поразительно, как одежда меняет обличье. Но видела бы ты лицо Генриха Тюдора, когда он смотрел на тебя! Клянусь небом, его было жаль. Судя по тебе, ты уже вовсе не опасаешься сына Маргариты Бофор, если явилась в Вестминстер? Дебора улыбалась. - Да, это верно. Что мне до притязаний юного Ричмонда, когда у меня такой защитник. - Готова поклясться, что это наш красавец шталмейстер! Дебора вспыхнула и отвела глаза. - Мы помолвлены с Кристофером и обвенчаемся, как только он получит рыцарский пояс. Ах, миледи, не скрою, что я хоть сегодня вышла бы за него, но Кристофер слишком горд и не хочет, чтобы ктото имел повод злословить, что он женился, чтобы стать бароном. Сейчас он вместе с герцогом Кларенсом в Уилтшире - собирает войска. Война не за горами, и мой возлюбленный, надеюсь, покажет себя достойным шпор и пояса. Анна промолчала. Кристофер Стэси близок к Джорджу, и еще неизвестно, на чьей стороне он станет сражаться, добывая свое рыцарское звание. - Как поживает моя сестра? - перевела она разговор в другое русло. - Изабелла всегда так строга с приближенными... Не жалеешь ли ты, что служишь теперь ей? Легкая улыбка скользнула по губам баронессы. - Поначалу леди Изабелла действительно была суха и надменна со мною, но она слишком благородная дама, ваша сестра, чтобы позволить себе быть грубой с баронессой Шенли... Правда, она частенько поступает так по отношению к другим приближенным. Вы с нею очень разные, леди Анна, и, не знай я о вашем родстве, никогда бы не догадалась, что вы одной крови. Так или иначе, сейчас я стала одной из ее наперсниц. - Не говорила ли она чтолибо обо мне в эти дни? - с затаенной тревогой спросила Анна. Но баронесса ответила, что о принцессе Уэльской в Тауэре упоминают крайне редко, и лишь однажды она слышала, как леди Изабелла произнесла имя сестры в беседе с мужем. Правда, в последнее время отношения у Изабеллы и Джорджа не ладились, и, хотя они часто и подолгу уединялись, Дебора не раз замечала, что после этого у Изабеллы заплаканные глаза. - Она попрежнему без ума от Джорджа? - осведомилась принцесса. - О, я не встречала женщины, столь боготворящей своего супруга! Когда герцог уезжал из Лондона и зашел к ней проститься, она вдруг так разрыдалась, что он едва сумел ее успокоить. Анна задумалась, и Дебора почтительно умолкла, поглядывая на подругу. Она находила, что принцесса несколько похудела, щеки ее запали, но глаза, казалось, от этого сияют еще ярче, хотя в их выражении появилось чтото печальное и отрешенное. Правда, и ранее Дебора замечала, что взгляд принцессы лишен обычной для ее юного возраста беспечности, и ее удивляло бытовавшее мнение, что Анна необычайно легкомысленна и своенравна. И хотя смех принцессы был помальчишески хрипловат, а улыбка просто ослепительна, баронесса все же решила, что душу этой юной женщины гложет какаято печаль. Несчастную женщину всегда легко отличить от счастливой, а леди Анна, несмотря на весь блеск и величие своего положения, все же напоминала баронессе попавшую в золотую клетку птичку, которая хоть и клюет зерно и даже чтото напевает, но это вовсе не то, как если бы она заливалась песней на воле. В этот момент в дверь постучали. Леди Грэйс Блаун явилась сообщить, что уже пришло время собираться в Гилдхолл. Дебора Шенли встала, чтобы откланяться, но Анна удержала ее. - Разве моя сестра тоже собирается на прием? - Нет, разумеется. В еето положении... - Тогда останься, Дебора. Мне могут понадобиться твои советы, ибо достаточно отсутствовать в Лондоне неделю, как мода убегает вперед. Это был первый большой бал в этом году, и Анна решила, что хоть ненадолго, на несколько часов, она забудет обо всем и вновь станет веселой и безрассудной. Вечером она отплывает, а завтра предстанет перед своей грозной свекровью и сделает все возможное и невозможное, чтобы заставить ее прийти на помощь к отцу. Пусть Маргарита и ненавидит Уорвика, но она отнюдь не глупа, и если убедить ее, что с каждым упущенным днем Ланкастеры безвозвратно теряют шансы восстановить свое положение, что король Генрих VI безнадежно выжил из ума, а красивый и удачливый Эдуард Йорк необыкновенно популярен, что в стане Ланкастеров свила гнездо измена... Ах, да разве недостанет у нее аргументов, если речь идет о том, чтобы спасти отца! Прочее ее не занимает. Что ей власть и могущество, если она так несчастна. Завтра она будет с Эдуардом, а потом... потом придется лгать доколе возможно. А Филип... Свидятся ли они еще когданибудь? Она принцесса Алой Розы, а он йоркист и враг ее отца. Ах нет, больше она не станет печалиться! - Да улыбнитесь же, ваше высочество! - воскликнула Дебора Шенли. - Посмотрите, как вы, прекрасны. Ни одна женщина не должна с такой печалью смотреть на свое отражение, особенно если она так великолепна! Анна стояла перед большим, во весь рост, венецианским зеркалом в золоченой бронзовой раме. Из всех многочисленных нарядов Дебора посоветовала ей надеть серебристое парчовое платье, сплошь расшитое искрящимися райскими птицами. Платье имело округлый вырез, отороченный темнокрасным утрехтским бархатом, и таким же бархатом были подбиты широкие навесные рукава, что спадали от плеча и стелились по полу вместе со шлейфом. Другие рукава, из серебристой парчи, туго обхватывали руки девушки до самых перстней. - Это платье заказал отец, - заметила Анна, оглядывая себя. - Но я ни разу не надевала его, поскольку сначала мы были в ссоре, а потом все не являлся повод. - Но теперьто он явился, - улыбаясь, Дебора расправляла шуршащие складки платья и длинный шлейф принцессы. - Улыбнитесь же, наконец, леди Анна! Вам понадобится немного румян, а то чтото вы слишком бледны. Она стала осторожно накладывать грим на скулы принцессы, а та, искоса глядя на нежное личико Деборы, подумала, что бы сказала баронесса, если бы знала, сколь серьезна причина ее бледности. Между тем голову принцессы увенчали островерхим эннаном из такого же гранатовокрасного бархата, с верхушки которого струились волны дымчатой серебри стой вуали. Она была так длинна, что ее отбросили на плечи и немного присобрали, чтобы она не мешала принцессе при ходьбе. В это время церемониймейстер возвестил о приходе епископа Йоркского. Анна глубоко присела и поцеловала перстень дядюшки. Епископ выразил свое восхищение племянницей, а затем сообщил, что к ее отплытию все готово и она может распорядиться перенести на корабль поклажу, которую пожелает взять с собой. - Разве ты собираешься покинуть нас? - разочарованно спросила Дебора, когда они остались на несколько минут с глазу на глаз. - Да, сегодня же после бала. Корабль будет ожидать меня на пристани близ Тауэра, и ты даже сможешь помахать мне платком из окна. Жаль, конечно, что ты не сможешь сопровождать меня в Гилдхолл. Увы, я сегодня необходима герцогине. Она всегда просит меня читать ей перед сном. Когда они уже спускались по лестнице, баронесса обронила: - Этот отъезд... Герцог Уорвик знает о нем? - Нет, но я отправлю ему письмо перед самым отплытием. Лорд Стэнли будет ожидать меня на пристани и уже завтра поутру выедет к отцу. Баронесса опечалилась. - Жаль, что, едва появившись, ты тотчас покидаешь двор. По крайней мере, я буду скучать. Кроме того... Она замялась. - Мне передать чтонибудь леди Изабелле? Мгновение Анна молчала. Они вступили в холл, где их окружила пышная и шумная толпа. На лице принцессы уже была маска учтивой любезности. Однако, садясь в карету, она негромко сказала Деборе: - Передай сестре, я искренне сожалею, что мы с нею в ссоре... В этот вечер закат над Лондоном был необычайно великолепен. Анна смотрела на пламенеющее небо, и ее сердце сжимала тоска. На пути двигавшегося к Гилдхоллу кортежа собралось немало народа, однако Анна уже заранее была настроена враждебно к горожанам - ей казалось, что всю эту толпу собрал безветренный тихий вечер и мягкая погода, а крики, приветствующие их кортеж, принадлежат тем, кому за это заплатили, и отнюдь не выражают истинной привязанности. Карету немилосердно встряхивало на рытвинах и ухабах, и, хотя скамьи были завалены подушками и кожаными валиками, Анну и епископа то и дело бросало друг к другу. - Не люблю я этого способа передвижения! - сердито воскликнула наконец Анна. - Лучше бы уж верхом. И вообще - весь этот пир во время чумы мне претит. Зачем только мэрия затеяла все это? - Видишь ли, дитя мое, нынешний мэр, торговец рыбой Уильям Хамптон - человек хитрый и предус мотрительный. В Лондоне, по традиции, всегда в начале апреля корпорации устраивают банкет в ратуше в честь знатных особ. И вот Хамптон избрал именно этот момент, когда в столице изза начавшихся военных

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  - 127  - 128  - 129  - 130  - 131  - 132  - 133  - 134  - 135  -
136  - 137  - 138  - 139  - 140  - 141  - 142  - 143  - 144  - 145  - 146  - 147  - 148  - 149  - 150  - 151  - 152  -
153  - 154  - 155  - 156  - 157  - 158  - 159  - 160  - 161  - 162  - 163  - 164  - 165  - 166  - 167  - 168  - 169  -
170  - 171  - 172  - 173  - 174  - 175  - 176  - 177  - 178  - 179  - 180  - 181  - 182  - 183  - 184  - 185  - 186  -
187  - 188  - 189  - 190  - 191  - 192  - 193  - 194  - 195  - 196  - 197  - 198  - 199  - 200  - 201  - 202  - 203  -
204  - 205  - 206  - 207  - 208  - 209  - 210  - 211  - 212  - 213  - 214  - 215  - 216  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору