Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Художественная литература
   Драма
      Фальков Борис. Горацио (Письма О.Д. Исаева) -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  -
Он при мне всегда, и ему трудно ускользнуть от наблюдения. Чувство, с которым он сегодня относится ко мне, этот бывший приятель, есть именно отвращение. Наблюдая за приближающимся к совершенству простоты Бурлюком, я лучше понимаю себя, чем при помощи размышлений, этого сплетения внутренних фабул. Я осматриваю моего теперешнего неприятеля, кручу его в пальцах, как чуждый мне плод, как чернослив... Стараюсь не повредить при осмотре. Однако, ах! Он, оказывается, перезрел, лопнул в моих бережных пальцах, обнажились его внутренности, и хлынули наружу страшные нутряные запахи, и пот„к горько-сладкий его гнойный сок. Как тут не чувствовать отвращения, как не испытывать его нам обоим? Ну, а что же я понял, разрешив и себе его испытывать? Что наш„л я для себя полезного в этом наблюдении и в этом чувстве? Страшно вымолвить: теперь нельзя с уверенностью предположить, что я есть. Но зато теперь меня нельзя застать врасплох. Ибо заставать, собственно, некого. Вообще-то я подумываю съехать отседова. Хотя б на время. А потом поразмыслить: не похерить ли мне затею с дачкой насовсем. Вчера, проводя очередное наблюдение за Бурлюком, я и спросил его, не захочет ли он эту дачку откупить. Сделать это очень просто, я не возьму с него больше, чем дал сам, а формальностей никаких: дачка и так записана на его имя. - Пожалуй, я съезжу на недельку к отцу в Полтаву, - так начал я. Он ещ„ не полный идиот, сразу понял, куда я гну. Я на то и рассчитывал. Но я забыл рассчитать силу его отвращения ко мне. - Сейчас, в такое время! - Он буквально вскинулся. - И это после того, как... - Время обычное для отпусков, - сказал я подч„ркнуто холодно, чтобы остудить его, если уж устыдить невозможно. Начиналась сцена замечательно пошлая, подлинно китчевая, сцена искусственной ревности. - Конец лета. Кажется, мне удалось частично исполнить мо„ намерение... Бурлюк вроде бы приуспокоился и смог членораздельно молвить: - Это невозможно. Уехать тебе отсюда уже невозможно: поздно. Вот пожалуйста, такова ценность членораздельной речи, этого аттрибута ума: абсолютно вс„ ясно, а не понятно ничего. И такой бред я должен выслушивать, когда причина-то разговора... (Дата, подпись отс.) 26. Е. А. СЕВЕРЦЕВОЙ В МОСКВУ. Ошибкой с моей стороны было принимать тебя за существо, почти подобное себе. И надеяться на дальнейшее уподобление. Ладно бы - вы с Сашкой читали друг другу мои интимные письма. Но вы смеялись над ними! Только близкие подруги и друзья могут быть так пошлы. Отныне наши отношения прекращены. Уговоры бесполезны. Исаев. 18.8.86. 27. А. П. ДРУЖИНИНУ В МОСКВУ. Милостивый Александр Петрович, не желая терять остатки достоинства, ни Вашего, ни моего собственного, и потому не прилагая никаких объяснений, объявляю Вам, что наши дальнейшие отношения стали излишни. О. Д. Исаев. 18.8.86. 28. Т. Р. ИСАЕВОЙ В МОСКВУ. Здравствуй, родная! Нарыв прорвало. Произошло извержение, катастрофа. Сегодня утром я возвращался с прогулки и решил сделать крюк, чтобы разглядеть получше убитого аиста, пока тот не сгнил. И наш„л на месте, где должен был лежать его трупик, человеческое тело. Абсолютно м„ртвое. Нельзя было и наивному подумать, что человеческое тело просто пьяно: его шея была сломана пополам, из резаной раны на горле торчали какие-то ткани, тряпки, а на месте глаза зияла ужасная рваная дыра, будто в глазницу с жуткой силой совали слишком толстый инструмент. Увидев это, я выблевал вс„, что имел. А пока блевал, мне начало казаться, что убитый смахивает на мальчишку Бурлюка. Я глянул ещ„ раз, чтобы проверить, и понял, что не ошибся. Это был он, Юрий Владимирович Бурлюк. Тут рассудок мой помутился, страх уже некому было сдерживать, и я кинулся на автобусную станцию в центр села, чтобы немедленно драпануть отсюда. Вс„ равно - куда. Я хотел это сделать до того, как меня начнут искать и ловить. А также, чтобы иметь алиби при помощи пассажиров автобуса. Но пока бежал, я устал, и страх мой помутился, и инстинкты припогасли, а ум наоборот - вскипел. И мне уже стоило усилий сдерживать не непосредственные чувства и образы, а опосредованные, литературные действия разума. Ты знаешь, что я имею в виду, не тебе это вс„ объяснять... Здраво выражаясь, я приш„л к мысли, что выход у меня есть лишь один: первым сообщить о происшествии с мальчишкой. Но не в милицию, а его отцу, Бурлюку. Чтобы не нарваться на неожиданности, я вооружился палкой, выломанной в роще. И ворвался на территорию усадьбы, призывая на помощь. И что же? Мальчик Бурлюк преспокойно собирал у окна моего кабинета смородину. Представляешь? Я чуть было не укокошил его в самом деле. Во всяком случае, чтобы убедиться в его телесности, я крепко схватил его за плечо. А поскольку в другой руке у меня была палка, и сам Бурлюк-папа видел сцену в подробностях, я был вынужден ему вс„ рассказать о происшествии на равнине, несмотря на то, что в том уже не было объективной необходимости. И этот проклятый неврастеник, вместо того, чтобы почувствовать облегчение от рассеивания жуткой угрозы, и логично посмеяться вместе со мной над моей оптической ошибкой, вдруг застонал - знаешь, так подло ненатурально, как в пошлом спектакле барышня! - ухватился за виски руками и сбежал в дом. Именно тут мо„ решение уехать отсюда определилось окончательно. Что бы там ни было, и кто бы этому ни противился. Через минуту из дома дон„сся грохот. Я кинулся теперь туда. И обнаружил, что подлец-художничек Бурлюк сотворил свой самый пошлый китч, или, как все подлецы теперь выражаются - перформенс и инсталляцию: он повесился в мо„м доме! Но не уч„л, что стены там глиняные, оборвался, теперь там в стене дыра, и когда я вбежал в спальню - он уже сидел на полу с вер„вкой на шее, пуская слюни. При этом подлец отвратительно дрожал, будто там, где он побывал, успел зам„рзнуть. Всю эту гадость видел и сынок его, который вместе со мной прибежал на шум. Похоже, сегодня мне уехать не удастся. Сижу, отпаиваю художничка водкой. А сынка его кормлю жирным, чтобы поскорей уснул. Пока добиваюсь результатов противоположных: сынка только лишь тошнит, а художничек и без тошноты блю„т. В паузах же между приступами он повторяет одну и ту же фразу, которую ты мне, пожалуйста, и разъясни: - Если жертва моя оказалась дурна, с карою не спешите: я принесу вам другую, о, боги простых гармоний! Я же в гармониях не разбираюсь. Полагаю, что гармония простая - это обыкновенная гармошка, на которой можно играть только простые трезвучия. Что ж ещ„? Более сложные инструменты нашему художничку-инсталлятору вряд ли доступны. И я, как ни пытаюсь, не могу найти в этом никакого смысла, прежде всего - в самом существовании богов гармошки. Может быть, это потому, что я вообще плохо понимаю поэзию, особенно, когда она двигается александрийскою стопою или вообще ковыляет по Кантемиру. Надеюсь только, что речь ид„т не обо мне. Впрочем, информации явно недостаточно, чтобы это установить точно. Однако, для тебя, родная, для того, чтобы твои коллеги-психиатры смогли поставить диагноз, е„ вполне достаточно, я полагаю. Потому и прив„л цитату полностью. Вот. Завтра же уеду отсюда. Ничего у меня с домом и здесь не вышло. Да что же я за существо такое? Вс„ разваливается, рв„тся у меня в руках. Связи мои с миром так тонки, так легко рвутся. Кажется, я уж ничем особенным и не связан с ним, и вообще не связан ничем... Можно бы назвать это "желанным освобождением", как это часто делают стремящиеся к нему. Но что делать мне, если как раз мои желания этому стремлению противоположны? Суди сама... У таких, как я, дома не должно, не может быть. Это ясно. Так решено: я - освобожд„н от дома. Но мне-то очень хочется домой! Нет, не в Москву. В маму. Напоследок попробую разрешить это последнее противоречие, попробую объединить эти разорванные, враждебные друг другу стремления в будущее, впер„д, хотя бы на словах: что, если все разрывы и есть одно простое стремление назад в маму? И каждый лопнувший нарыв - напоминание о чреве, его зов? Обнимаю тебя, целую. Поцелуй и ты от меня нашу Фуфочку. Всегда твой Олешка. 16.8. 29. Ф. М. ДОСТОЕВСКОМУ, А. М. ГОРЬКОМУ, ВСЕМ, ВСЕМ, ВСЕМ В СОБСТВЕННЫЕ РУКИ ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО. Допустим, никакого мальчика не было. Но вот же он есть! Так откуда же он взялся? Подпись: Мальчик. (Дата отс.) 30. (Адресат неизвестен) ...что они уже здесь. Но я лежал, боясь повернуться к окну и увидеть то же, что видел там в прошлый раз. Все эти старушечьи омерзительные увечья, закутанные в ворсистый платок. Красные балки на потолке вздрагивали, шторм, разгоняющийся над равниной, ударял в холмы. Из тополиной рощи доносился раздирающий сердце треск. Подземный гул сосен в лесу передавался их корнями фундаменту дома, дубовым полозьям. Голову охватило железное кольцо, давление в атмосфере упало до ноля. Железную крышу рвали чьи-то когти. Задребезжали ст„кла в окне. За окном уже стояли гости. Повернуться туда было вс„ же необходимо. Этих гостей нужно встречать как ветер, лицом. Я повернулся. И в голубоватом свечении ч„рно-белых ст„кол увидел прижатую к ним колбасу. Колбаса торчала оттуда, где должен бы зиять рот: в спутанных перьях, чуть пониже круглого, в шрамах, глаза, с иронией глядевшего на меня. Тут вспыхнули молнии, изойдя из сферического черепа прижавшегося к окну, окружили его нимбом и ударили вверх, в ч„рную штормовую тучу. И туча раскололась на части. Львиное рыканье прокатилось по холмам. Дом зашевелился и начал сползать вниз к реке, на равнину. Колбаса сильнее прижала стекло, оно хрустнуло, зазвенело и рассыпалось. Они вошли в комнату. Их было двое. Бело-ч„рный их двойственный силуэт, такой тусклый, когда видишь его в гнезде на фоне неба, светился. Сияющая порфира окутывала его. Перья блистали. Они подошли к моей постели. Я не пошевелился. Один из них приподнял мягким клювом мне голову, и обвил своей длинной шеей мою, совершенно мокрую. Я широко открыл глаза. И тогда второй, неотличимый от первого, и с той же иронией в немигающих глазах, изящным движением коснулся моего зрачка клювом. И вв„л его мне в левую глазницу. Клюв был слишком велик и крепок, хотя и гибок, и мягок, и нет, и да. Кости глазницы хрустнули и разорвались, когда клюв двинулся вглубь черепа. Его заостр„нный конец сломал перегородку, пронзил сл„зную косточку - os lacrimale, скользнул по петушиному гребню - crista galli, прош„л оптический канал, и разомкнулся на две продольные части. Кратковременная боль, поразившая меня вначале, уже прошла. Разомкнутый клюв осторожно взял ножку hypophis, сидящего в турецком седле - sella turcica, и бережно сорвал плод, ответивший на эту ласку слабым писком. В тот же миг крылья поддерживающего мои плечи разжались. Его шея выскользнула из-под моей, совершенно мокрой. Голова моя упала назад на подушку... Нежно обращавшийся со мной клюв изящно, с иронией проделал обратный путь, весь вышел наружу и закачался перед моим лицом. Нетронутым глазом я увидел зажатую в кончике клюва мою душу. Моя душа качалась перед моим лицом. Она была похожа на суш„ный чернослив. Тот, кто держал е„ в клюве, строго глянул на мой открытый нетронутый глаз. Я облегч„нно прикрыл его веком. Фиолетовые сумерки в траурных перьях ниспали на него. Заскрипело перо. Верно, поспешим записать, пока не закрыли обжорку: "Иду", сказал я. И аисты отступились от моего тела. Тесня друг друга в про„ме окна, они выбрались наружу... Перья их скрипели. (1986-1993. Более точная дата, подпись отс.) *** В. Н. Устинову ГОРАЦИО Письма О. Д. Исаева От составителя: Исаев, Олег Дмитриевич (1943 - 1986) - видный историк, специалист по культуре ислама, замечательный переводчик, автор нескольких широко известных монографий, сотен статей, лекций, исследований, переводов древних манускриптов. Значительный интерес представляют его путевые заметки, письма, опубликованные в предыдущих томах. Настоящий том, дополнительный, содержит ранее не публиковавшиеся автографы, находившиеся до последнего времени в частных руках. Составитель признателен Исаевой Т.Р., Дружинину А.П., Северцевой Е.А., сотрудникам ЦГАЛИ, за помощь в работе над этим томом. Вошедшие в него письма 1986 г. расположены в их естественном порядке и разделены редактором на части, соответствующие двум значительным событиям в биографии Олега Дмитриевича: поездкам в Испанию и на Украину. Составление, редакция, предисловие и комментарии Б. В. Фалькова. 1986 ИСПАНИЯ МАРТ - ИЮНЬ 1. ДЖ. Т. РЕВЕРСУ В МАДРИД. Дорогой мой Джон! Моя летняя командировка в Испанию решена и состоится в мае. Сколько именно мне удастся пробыть подле Вас - зависит от того, как много времени я потрачу на путешествие. Дело в том, что я надеюсь использовать свой шанс на полную катушку. Это значит самол„том до Парижа, затем поездом до Тулузы, а там наши общие друзья прихватят меня в машину и мы прокатимся по северным провинциям Испании в таком порядке: Баскония, Астурия, Галисия и в обратную сторону, но уже с южной стороны Пиреней: Леон и Кастилия. Узна„те? Да, это тот самый Путь Пилигримов в Сантъяго де Компостела, ко гробу апостола Иакова, который заменил Европе паломничество в Иерусалим из-за владычества там сарацинов, и к Св. Престолу, поскольку престолов стало два, и какой из них истинный - неясно. Нет-нет, я не обратился в католичество! Я лишь хочу перед тем, как снова погрузиться в роскошное мавританское море, бросить взгляд на территории, устоявшие перед его приливом. Территории, отвергнувшие семитский прагматический способ хозяйствования. Кому, если не Вам, Джон, понять меня. Чего я жду? Трогательной и духовной бедности, вот чего. Как на моей родине. Вот почему я не знаю точно, сколько пробуду подле Вас. Но в любом случае - недолго: Вам, разумеется, понятны стесн„нные обстоятельства места и времени, в которых я буду находиться, да и всегда нахожусь. Тем более, что база мне определена в Сеговии, из-за предполагаемой там дешевизны по сравнению со столицей, и мне ещ„ предстоит война за возможность переезда туда. Туда - то есть, к Вам. Потому как нет для меня более достопримечательного предмета в Мадриде, чем один туда заезжий иностранец, плохо говорящий по-испански. Учитывая вс„ это, а также всемирно известную отзывчивость плохоговорящего иностранца, я прошу Вас поискать заранее во всех известных Вам хранилищах Мадрида и приметить для меня тексты, документы, и даже квалифицированные монографии, касающиеся периода от 10 по 12 вв. А именно - следующих тем (ведь в случае достаточной величины подготовленного Вами списка я смогу предъявить его кому следует, и на его основании, без сомнения, выбью себе не только переезд в столицу, но и продление командировки, а тогда мы с Вами сможем распить уже не одну-другую бутылочку красно-бело-зел„ного какого-хотите-сантуринского, а гораздо больше, при этом - где нам угодно и о ч„м нам угодно весело поболтать как Вам мой английский?..): 1 - материалы по основателю Фатимидской династии 'Убайдаллаху ал-Махди, конкретно 910 г. 2 - испанские Омейяды, а именно раскол берберов на Омейядов и Фатимидов 3 - статистика резни 25 июня 1016 г. в Махдии и Триполи, последствия для шиитов 4 - Магриб, политическая и религиозная организация составляющих его государств: Зириды, Хаммадиды, Тлемсен, Сиджиямеса, Фес, отдельно - племя МАСМУДА в долине Сус и Антиатласе 5 - приход арабов-халалитов, роль визира Фатимидов, есть ли доказательства сговора?! 6 - осада Зирида в Кайраване, уход берберов на запад, а именно - БАНУ МАРИН, 1051 г. Далее по Альморавидам: 1 - исход берберов из Сахары, переход Атласских гор, 1060 г. 2 - основание Марракеша "закутанными в покрывала" 3 - создание империи, Йусуф бен Ташфин 4 - переправа в Испанию, победа над Альфонсом Четв„ртым при Заллеке (Йусуф владел почти всей Испанией, были ли у него посягательства на Сарагосу?) 5 - по культуре вост. и зап. Магриба, ибо я намерен выявить берберский вклад в культуру испанской Мавритании, и поэтому 6 - виды Марракеша, Феса Теперь по Альмохадам: 1 - ИБН ТУМАРТ (то есть: Мухаммед бен'Абдаллах ибн Тумар), его сочинения 2 - пребывание Тумарта на Востоке 1107 - 1118 3 - провал его первой попытки приблизиться к власти и уход в горы к МАСМУДА, долина Нафис, Типмала (действительно ли эта долина могла быть недоступной для альморавидской кавалерии? виды, описание) 4 - устройство общины Тумарта (его система Божественного Триединства - альмуваххиддун, о ней знаю только, что раздел„нное в человеке Божество соединяется в н„м по смерти, значит - смерть есть цель? значит, самоубийство, да и убийство - благо? что же, полнота бытия, сумма опыта достигается именно в смерти - тогда как передать такой опыт, о н„м ведь уже не расскажешь и не напишешь? значит, такой опыт не существует вовсе, как, например, опыт рождения, а если он существует по Тумарту - то что же, он хранится в общине, в народе в целом? тогда - как же иерархичность организации племени, кстати, иерархии его общины - не касты ли? то есть, признанное непреодолимым деление на высших и низших, на разных, признание родовой чуждости внешне одинаковых и принадлежащих к одному племени существ, так что и деторождение при их совокуплении невозможно... кстати, превосходные основы государственности!) 5 - поражение горцев под Марракешем в 1130 г. (вс„-таки, кавалерия?) 6 - смерть Тумарта (как долго е„ скрывали от горцев?) 7 - ЗАВЕЩАНИЕ махди Тумарта Последняя часть: 1 - бербер из Тафны 'Абд ал'Му'мин бен'Али, преемник Тумарта 2 - 1141 г., завоевание всего массива: Атлас, Ср. Атлас, Риф 3 - 1145 г., завоевание равнины, Тлемсен 4 - 1147 г., Марракеш 5 - 1149 г., вс„ Марокко 6 - 1152 г., Алжир, сражение арабов и масмуда, победа, установление династии 7 - братья Махди, переворот (что за взаимоотношения: сыновья-соправители и шейхи-комиссары при них?), основание ГОРОДОВ, архитектура, стало быть, снова - виды, описания 8 - антихристианское восстание на побережьи Триполитании в 1154 г., смерть Роджера Сицилийского и Вильгельм Первый (что же там строили берберы?) 9 - 1158 г., осада Туниса (был ли сговор с мусульманской общиной?) 10 - 1159 г., осада Махдии, завоевание Туниса и Триполитании 11 - наконец: капитуляция норманнов 2 января 1160 г., Ал'Му'мин - полный властитель севера Африки (а Юж. Атлас, а как БАНУ МАРИН, а что и как строят?..) Вам, конечно, уже понятно, Джон, что я оригинальничаю и затеваю заложить бомбу в свой же сук, на котором до сих пор сидел. Ныне желаю я доказать всему свету - под то и командировка - что там, где до меня находили изломанный арабский дух, сиречь - семитский, на самом деле вс„ взращено альмохадской суровостью, рожд„нной не в Дамаске, а в сердце Сахары. Не вялой эротикой Багдада, свидетельством ранней импотенции, а мощным зовом пола Атласских гор, величественным и зычным. Ведь экспансивность тела действительно может сочетаться с вялостью духа, о ч„м и свидетельствует история семитов, представляющая собой цепь крушений. Это

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования