Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Приключения
   Приключения
      Жюль Верн. Вокруг света за восемьдесят дней -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  - 127  - 128  - 129  - 130  - 131  - 132  - 133  - 134  - 135  -
136  - 137  - 138  - 139  - 140  - 141  - 142  - 143  - 144  - 145  - 146  - 147  - 148  - 149  - 150  - 151  - 152  -
153  - 154  - 155  - 156  - 157  - 158  - 159  - 160  - 161  - 162  - 163  - 164  - 165  - 166  - 167  - 168  - 169  -
170  - 171  - 172  - 173  - 174  - 175  - 176  - 177  - 178  - 179  - 180  - 181  - 182  - 183  - 184  - 185  - 186  -
187  - 188  - 189  - 190  - 191  - 192  - 193  - 194  - 195  - 196  - 197  -
следовать ее архив. На дне сейфа удалось раскопать нечто многообещающее. Когда ей исполнилось восемнадцать, ее родители погибли в автомобильной катастрофе. К некрологу было подшито завещание отца - один из самых удивительных документов, которые мне когда-либо доводилось читать. Если бы отец, осерчав, оставил свою единственную дочь без цента в кармане, я еще мог бы его понять. Но он поступил хуже. Гораздо хуже. Черт побери, все равно ничего не вытанцовывается!.. Из-за этого кончают с собой сразу же, а не через четыре года. И не столь экстравагантным способом: это снижает трагизм. В общем, я пришел к выводу, что у Карен либо провалилась грандиозная и рискованная кокаиновая афера, либо ее подло обманул любовник... Нет, кокаин тут ни при чем... Ей не дали бы умереть так, как она хочет, в ее же собственном доме. На убийство тоже непохоже. Даже очень самонадеянному хирургу нужно, чтобы пациент был а сознании, ведь не зная ощущений клиента, в нужное место электродами не попадешь. Значит, любовник... Я вздохнул с облегчением, довольный своей проницательностью и чертовски раздосадованный. Почему - я и сам не знал. Я запихнул бумаги обратно в сейф, запер его, поставил на место и отправился в ванную. Ее аптечка произвела бы впечатление даже на фармацевта. Карен была жутким аллергиком. Аспирин пришлось искать целых пять минут. Я взял четыре таблетки. Потом выудил из раковины самый большой осколок зеркала, прислонил его к какому-то флакону и снова уселся на унитаз. Мой нос заметно сместился вправо и так распух, что трудно было дышать. На полу валялась коробка с бумажными салфетками. Я разодрал ее, вынул содержимое и набил салфетками рот. Затем схватил нос правой рукой и дернул его влево, одновременно спустив левой рукой воду в унитазе. Звук хлынувшей воды совпал с моим воплем, и я чуть было не прокусил салфетки. Когда ко мне вернулось зрение, нос стоял на месте. Я осторожно умылся, потом вымыл руки и вышел из ванной. Однако тут же вернулся, заметив мельком кое-что любопытное. Это оказалась подставка для зубных щеток. Щетка была только одна. Я снова перерыл аптечку и на сей раз убедился, что в ней нет ни крема для бритья, ни электробритвы или бритвенного станка, ни мужской парфюмерии. Все рецепты были выписаны на имя Карей, причем по всем правилам. В раздумье я пошел на кухню, смешал коктейль и отправился с ним к ней в спальню. Часы над кроватью показывали пять. Я зажег спичку, пододвинул ящик для обуви к шкафу, уселся и задрал ноги. Потягивая коктейль, я слушал ее храп и смотрел, как она дышит, а за окном едва брезжил рассвет. Я решил перебрать все варианты, но только успел обдумать первый, как сноп дневного света ударил мне прямо в глаза. Я инстинктивно поднял руки, пролил выпивку себе на голову и поранил нос еще больше. Как правило, я просыпаюсь с трудом. Карен по-прежнему безмятежно храпела. Я едва удержался, чтобы не запустить в нее стаканом. Было уже за полдень, солнечные лучи упрямо пробивались сквозь тяжелые занавеси, освещая комнату, в которой царил дикий бардак; я не мог понять, кто его устроил: то ли она сама, то ли профессиональный громила. В конце концов я решил, что это дело ее рук. Кресло, в котором я спал, не пострадало. А может, громила обнаружил то, что искал, не дойдя досюда? Я отогнал эти мысли и отправился готовить себе завтрак. Гостиную пришлось проветривать часа два. Шнур и трансформатор отправились в мусоропровод вместе с протухшей едой из холодильника. Посудомоечную машину я включил на полный цикл и каждую порцию тарелок перемывал по три раза, так что это тоже заняло два часа. Я без устали пылесосил, убирал комнаты и всюду совал свой нос, но ничего интересного так и не нашел. Покончив с уборкой, сел составлять список необходимых покупок и тут вдруг услышал, как она застонала. В считанные секунды я добежал до спальни, застыл на пороге и, держа обе руки так, чтобы она могла их видеть, сказал медленно и четко: - Меня зовут Джозеф Темплетон. Карен, я твой друг. Ты теперь в порядке. Она посмотрела на меня, как затравленное животное. - Пожалуйста, не пытайся встать. Тело тебя не слушается, и ты можешь ушибиться. Ответа не последовало. - Карен, хочешь поесть? - У тебя противный голос, - с каким-то отчаянием произнесла она. Ее собственный голос, кстати, оказался сиплым. Она явно не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Я сказал, что сейчас приду, и пошел в кухню. Там поставил на поднос чашки с прозрачным крепким бульоном и очень сладким чаем и положил гренки без масла и крекеры. Когда вернулся, Карен лежала, уставившись в потолок. Я поставил поднос, поднял Карен и помог ей облокотиться на подушки. - Выпить охота. - После еды, - любезно кивнул я. - Ты кто? - Мамаша Темплетон. Ешь. - Разве что суп... Гренки не хочу. Она выпила полчашки бульона и немного чаю. Я не хотел, чтобы она переедала. - А теперь гони выпивку. - Сию секунду! Я отнес поднос обратно на кухню, написал что еще необходимо купить, вынул из машины последнюю порцию посуды и положил в духовку замороженный бифштекс - себе на обед. Когда же вернулся, она крепко спала. Отощала бедняжка страшно: кожа да кости, если не считать груди и вспученного живота. Пульс был четкий. По современным стандартам, она, даже находясь в прекрасной форме, не могла бы считаться привлекательной. Так, средней паршивости девчонка... Талия слишком толстая, шея короткая, ляжки крупноваты. Лицо... Трудно составить впечатление о лице исхудавшего, лежащего в отключке человека, но вообще-то подбородок у нее квадратный, нос чуть крючком, а голубые глаза слишком малы и широко посажены. Одухотворяясь, она могла быть красивой - любое лицо может стать вдруг прекрасным. Но даже первоклассная гримерша не в состоянии сделать Карен хорошенькой. На подбородке я заметил давнишний синяк. Волосы у нее были пепельные, длинные и тонкие; высыхая, они спутались и теперь их за целый час не расчесать. Бог наградил Карен великолепной грудью, и это меня расстроило. В нашем мире женщине, у которой грудь - главное ее достояние, приходится несладко. Из таких мелочей складывалась картина, способная привести в уныние даже толстокожего носорога. Когда я увидел Карен впервые и ее лицо еще не напоминало безжизненную маску, она показалась мне чувствительной особой. Или это из-за электродов? Кто его знает. Черт побери, я никак не мог подобрать вразумительного объяснения для штуковины, вделанной в ее башку! В любом баре, на любом перекрестке можно услышать о гораздо более плачевной судьбе. Я попробовал отыскать на ее теле шрамы. Любители тыкать себе электроды в голову обычно наркоманы. У них постоянная потребность словить еще больший кайф. Но никаких следов, что она баловалась кокаином, я не нашел: слизистая носа не была повреждена. Послужной список Карей (конечно, весьма жалкий и обрывочный) все же исключал наличие какого-то серьезного порока; в последнее время она явно искала острых ощущений, но лишь в самое последнее время. Единственной дурной привычкой, похоже, было курение. Значит, дело в мерзавце-любовнике? Я немного поразмыслил над этой гипотезой. Ну, предположим, какой-то страшно жестокий сукин сын насадил ее на крючок, как форель, просто так, желая поразвлечься. Такое не под силу случайному визитеру или даже желанному гостю: с этим человеком надо жить под одной крышей. Выходит, он лез из кожи, чтобы покорить сердце не очень привлекательной дамы, а когда сопротивление было сломлено, красавчик испарился? Исчез, даже не оставив ничего после себя в шкафах, на полках и в аптечке? Маловероятно. Тогда, может, после ухода любовника она сама уничтожила все следы его пребывания в квартире, а затем поняла, что существует только один способ вытравить былое из памяти? Нет, не верилось, что хозяйка, которая все делает тяп-ляп, способна вдруг повести себя так толково. Тут я вспомнил свое первоначальное предположение: что если в спальне устроил погром профессионал? И кровь застыла у меня в жилах. А вдруг она не горе-хозяйка? Допустим, развеселый садюга неожиданно возвращается, чтобы еще немного порезвиться напоследок. И, как и я, застает ее в гостиной. Там и оставляет. Однако через пять минут я расслабился. Этот вариант тоже не проходил. Да, конечно, в роскошном доме, где живет Карен, в холлах почему-то нет телекамер, но именно поэтому богатые жильцы наверняка как-то замечают, кто сюда приходит. Проживи он тут хоть немножко, и ему уже не замести следов, можно даже не стараться. Да и потом, подобные монстры, существа весьма редкие и в своем роде уникальные, любят совращать невинных девушек. Карен не в его вкусе. В этот момент я опять зашел в ванную, и мои сомнения разрешились. Поднимая стульчак, чтобы помочиться, я увидел на обратной стороне надпись фломастером: "Как здорово, когда в доме есть мужчина!" Почерк был ее. Она жила одна. Я почувствовал облегчение, потому что меня не увлекала мысль о гипотетическом монстре и о том, что мне нужно будет его выследить и убить. Но я опять вскипел от негодования. Мне хотелось ПОНЯТЬ. Чтобы чем-нибудь заняться, я отправился с бифштексом и чашкой кофе в кабинет и включил ее компьютер. Я перепробовал все характерные коды, набрал дату ее рождения и имя в цифровом выражении, но доступа к памяти так и не получил. Тогда, словно по наитию, назвал дату гибели ее родителей и попал в точку. Я перечислил, что нужно купить из бакалейных товаров, велел, чтобы двери внизу открылись, принимая покупки, и чего только не делал, стараясь выудить из проклятой машины какие-нибудь записи или дневники. Но все безуспешно. Когда я связался с публичной библиотекой и запросил сведения из энциклопедии "Британника" по вживлению электродов. Меня отослали к статье "Самостимуляция мозга". Я пробежал глазами историю, начавшуюся с открытия, которое Олдс и соавторы сделали в тысяча девятьсот пятьдесят шестом году, и узнал, что в конце восьмидесятых, когда изобрели более простые хирургические решения, вживление электродов в мозг превратилось в социальную проблему. Диаграммы, графики и технические характеристики я изучать не стал и в конце концов отыскал краткий раздел, посвященный мотивам использования вживленных электродов. Да, об одной группе людей, для которых это характерно, я и впрямь не подумал. Неизлечимо больные... Неужели это так? В ее возрасте? Я просмотрел все рецепты. Никаких сильных болеутоляющих средств, вообще ничего более серьезного, чем антиаллергические препараты. Живи мы в то время, когда люди пользовались не видеотелефонами, а обычной телефонной связью, я бы попробовал выудить какую-нибудь информацию у ее лечащего врача, да и то неизвестно, с каким результатом. М-да, проверить эту гипотезу невозможно... Вполне вероятно, я прав; даже наверняка, но почему-то у меня осталось чувство неудовлетворенности. Я заказал компьютеру игру "Сквош в четырех стенах" и убедился, что могу выиграть. Я чуть ли не наслаждался жизнью, как вдруг услышал ее крик. Да и не крик даже, а так... в горле-то у нее саднило. Впрочем, мне хватило и этого. Выбегая из комнаты, я уже знал, в чем дело. Кончилось действие местного обезболивания, пролежни на спине и ягодицах дали о себе знать, и она проснулась от боли. Вообще-то это должно было случиться раньше, спрей рассчитан лишь на несколько часов. Я решил, что ее система чувствительности ослабла из-за перегрузки. Пролежни были ужасные. Я побрызгал их еще раз, и стоны почти моментально прекратились. Я не мог придумать, как заставить ее лежать на животе, не прибегая к драконовским мерам. И решил, что это необязательно. Подумав, что Карен опять в отключке, я пошел к двери. Но на полпути меня остановил ее голос, приглушенный подушками: - Я не знаю, кто ты. Может, тебя на самом деле вовсе нет. Поэтому я могу тебе признаться... - Побереги силы, Карен. Ты... - Заткнись. Ты хотел испытать судьбу, вот и получай. Я заткнулся. Голос звучал вяло, безжизненно. - Все мои подружки начали встречаться с парнями, когда им шло двенадцать. А меня он проманежил до четырнадцати. Говорил, что нельзя доверять. Томми зашел, чтобы вытащить меня на танцы, и он устроил Томми черт знает что. Мне стало так стыдно! Часа два на танцах было весело. А потом Томми приударил за Джо Томпкинс. Просто-напросто бросил меня и ушел с ней. Я спустилась в туалет и долго там плакала. Девчонки выведали у меня, в чем дело. У одной нашлась в сумке бутылка водки. Я до этого никогда не пила. После того, как я начала крушить машины на стоянке, одна девица разыскала Томми, устроила ему скандал и заставила проводить меня домой. Я этого не помню. Это выяснилось позже. Голос ее прервался, и я дал ей воды. Она взяла чашку, стараясь не встречаться со мной взглядом, отвернулась и продолжала: - Все же Томми каким-то образом умудрился доставить меня домой. Я уже была в полной отключке. Он, видно, вконец перепугался и не осмелился отнести меня наверх. Томми положил меня на кушетку, бросил мои трусики на коврик и ушел. Я помню, как лежала на полу, и все лицо у меня болело. Он стоял надо мной. "Шлюха", - сказал он. Я приподнялась и попыталась ему что-то объяснить, но он ударил меня несколько раз. Я кинулась к двери, а он изо всей силы врезал мне по спине. Тогда я бросилась вверх по лестнице и на полном ходу стукнулась головой. Впервые за все время голос Карен начал выражать хоть какие-то чувства. Этим чувством был страх. Я сидел, боясь пошевелиться. - Когда я проснулась, был уже день. Наверное, это мама перевязала мне голову и перенесла меня на кровать. Голова раскалывалась от боли. Я пошла в ванную, он меня позвал. Они с мамой лежали в постели. Он начал меня оскорблять, не давая мне вставить ни слова, и все больше распалялся. И тут я на него заорала. Он соскочил с кровати и опять кинулся на меня с кулаками. Сорвал с меня рубашку. Он колотил меня по животу и груди, и его кулаки были, как огромные молоты. "Сука, - твердил он. - Шлюха". Я думала, он меня убьет, поэтому схватила его руку и укусила. Он заревел, будто дракон, и швырнул меня через всю комнату на кровать. Мама вскочила, а он спустил трусы, и я увидела такой большой, красный... Я кричала, кричала и колотила его по спине, а мама стояла рядом. Глаза у нее были большие и круглые, словно в мультфильмах. Я кричала, визжала, и... Она осеклась и сжалась в комок. Когда же заговорила вновь, голос опять звучал безжизненно: - Проснулась я опять в своей постели. Я долго-долго мылась под душем, а затем сошла вниз. Мама готовила оладьи. Она дала мне оладушек, я села за стол, начала есть, а потом швырнула все на стол и выбежала вон. Она не проронила ни слова, не окликнула меня. В тот же день после школы я отправилась в приют и написала ходатайство об избавлении от родительской опеки. Я никогда их больше не видела. И никому об этом не рассказывала. Она надолго замолчала, я даже решил, что она заснула. - С тех пор я проделывала это с мужчинами и женщинами, с мальчиками и девочками, в темноте и при ярком свете, с людьми, которые были мне дороги, и с теми, кто нет, и я никак не могла понять, в чем же тут удовольствие. В лучшем случае мне было не очень противно. Боже мой, как я мечтала узнать... Теперь знаю. Язык у нее начал заплетаться. - Один миг - а он сломал всю мою жизнь. Лучше бы я тогда разбилась на машине. Пусть даже одна. Я долго сидел не шевелясь. Когда же встал, ноги подкашивались, а руки дрожали, и так было все время, пока готовил ужин. После этого она почти двое суток не могла толком прийти в себя. Я вливал в нее крепкий бульон, а однажды заставил съесть размоченные в чае гренки. Иногда она называла меня чужими именами, бормотала что-то непонятное. Я слушал ее кассеты, смотрел видео, листал книги и играл на компьютере. Я выпил кучу ее аспирина и не прикоснулся к спиртному. Я мучился сознанием собственного бессилия. Отдельные штрихи никак не составляли более-менее ясной картины, я не мог докопаться до истины. Отсутствовало какое-то важное звено. Животное, что произвело ее на свет и вырастило, нанесло ей, конечно, ужасную травму, это могло сломить кого угодно. Но почему она решила покончить с собой спустя восемь лет? Родители умерли четыре года назад, и если это не послужило толчком, то тогда что же? Я не мог уйти, не разобравшись, что к чему. И сам не знал, в чем причина такого моего поведения. Я метался по ее квартире, как медведь, загнанный в клетку. В середине второго дня у нее возобновилась деятельность кишечника; пришлось поменять ей простыни. Наутро меня разбудил шум: я нашел Карен в ванной, она стояла на коленях в луже мочи. Я ее вымыл и уложил в постель, решив, что она снова заснет. И тут она завопила: - Ах ты, подлый сукин сын! Все ведь могло уже кончиться! И не было бы никакой мерзости! Зачем ты это сделал, подонок? Мне было так хорошо! Она отвернулась от меня и сжалась в комок. Я оказался перед трудным выбором и, вспомнив, что мне было известно об одиночестве, сел на краешек кровати и погладил ее по голове как можно ласковей и ненавязчивей. Я угадал. Она заплакала: сперва раздались громкие душераздирающие всхлипы, а потом безудержные рыдания. Именно этого я и добивался, и меня не расстроило, что это отнимает у нее силы. Она плакала долго. Когда же, наконец, успокоилась, у меня ныли все мышцы. Бог знает сколько времени я просидел, не шевелясь. Тело одеревенело, и я двигался неуклюже, но она даже не заметила, как я встал с кровати. Ее сонное лицо выглядело теперь несколько иначе, спокойнее, что ли. Впервые с момента прихода сюда я ощутил нечто подобное умиротворению, и вдруг по пути в гостиную - я шел туда за выпивкой - услышал телефонный звонок. Я молча поглядел на экран. Изображение было расплывчатым и белесым: звонили из автомата. Мужчина напоминал иммигранта, работающего на стройке, крупного, краснорожего, без шеи. Этакая тупая скотина. Он был явно удручен и мял в руках шляпу. - Шерон, не вешай трубку, - сказал он. - Я должен выяснить, что происходит. А меня и так никакая сила не могла бы заставить повесить трубку. - Шерон! Шерон, я знаю, ты там. Терри говорит, тебя нет дома. Она говорит, что звонила тебе целую неделю и несколько раз стучалась в дверь. Но я знаю, ты там, во всяком случае сейчас. Час назад я проходил мимо и видел, как у тебя в ванной зажегся свет. Шерон, может, ты объяснишь мне, что, черт побери, происходит? Ты меня слышишь? Я знаю, ты слушаешь. Так вот, пойми, я думал, все улажено. Я хочу сказать, мне так казалось. Ну, что все договорено. Я попросил Терри, потому что она моя постоянная подруга, но она говорит: "Я пас, дорогой. Правда, я знаю, кто это может..." Слушай, Терри мне наврала или нет? Она сказала, что за отдельную плату с тобой можно порезвиться. Регулярные двухсотдолларовые поступления в банк, да еще картонная коробка, в которой ты нашел чашечки весов, пузырьки, мешочки и сухое молоко, навели тебя на мысль, что Карен промышляет продажей кокаина, не так ли, мистер частный детектив? И пусть тебя не вводит в заблужде

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  - 127  - 128  - 129  - 130  - 131  - 132  - 133  - 134  - 135  -
136  - 137  - 138  - 139  - 140  - 141  - 142  - 143  - 144  - 145  - 146  - 147  - 148  - 149  - 150  - 151  - 152  -
153  - 154  - 155  - 156  - 157  - 158  - 159  - 160  - 161  - 162  - 163  - 164  - 165  - 166  - 167  - 168  - 169  -
170  - 171  - 172  - 173  - 174  - 175  - 176  - 177  - 178  - 179  - 180  - 181  - 182  - 183  - 184  - 185  - 186  -
187  - 188  - 189  - 190  - 191  - 192  - 193  - 194  - 195  - 196  - 197  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору