Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Научная фантастика
      Абрамов Александр. Селеста-7000 -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  -
бернатора островов? И разве надменный профессор Барнс посчитал бы своим товарищем рядового практикующего врача? Пообедать в клубе или сыграть партию в бридж - на что большее могло рассчитывать такое приятельство? Но все эти люди были людьми одного круга и поклонялись в глубине души одному богу, в служении которому и отдал свою жизнь два века назад неудачливый пират по кличке Билли Кривые Ноги. Этот бог и сейчас скреплял их духовные узы, связывал и тревожил, рождал надежды и согревал мечты. Может быть, потому они и молчали так долго, что боялись облечь в слова потаенные думы о том, что принесет им - не науке и человечеству, а именно им, им эта близость к чуду "белого острова". Первым не выдержал Керн, поняв, что ему, как новичку в этой компании, молчать далее просто неудобно. Стряхнув пепел сигары, он как бы невзначай спросил у хозяина дома: - Что вас тревожит, сэр Грегори? Может быть, вам нездоровится? - Заболеешь, - скривился губернатор. - Какого черта они радировали Мак-Кэрри? Да еще открытым текстом. Разве так обеспечишь секретность предприятия? - А зачем секретность? Чем скорее узнает об этом человечество, тем лучше. - Кто думает о человечестве, док? - сказал Корнхилл и подмигнул Барнсу. Тот кивнул. - Наука и человечество, дорогой коллега, отнюдь не самые важные категории в нашей проблеме. Есть еще один фактор, - подчеркнул он многозначительно, надеясь, что его поняли. Но Керн не понял. - Золотишко, док. Не то, конечно, которое смыла волна в пиратском сундучке. Другое. Крупнее и современнее. Те денежные купюры, которыми будут платить за наши вопросы и ответы, - поддержал Барнса инспектор полиции. Не сильный в экономике Керн все еще не улавливал смысла. - Кому платить? Ведь это почти явление природы. Мы же не платим за дождь или ветер. - Если научимся управлять ими, кому-нибудь платить придется. Владельцы найдутся. - Владельцы? - переспросил Керн. - Вы имеете в виду США или Англию? Или международный консорциум? - Я имею в виду тех, кто вложит капиталы в эксплуатацию этого чуда. И тех, кто сумеет вовремя подключиться к извлечению прибыли. Даже Смайли, наверно, уже мечтает открыть поблизости шикарный отель или ресторан. Барнс вздохнул: - Дирижировать будут русские - вот посмотрите. - Оставим политику политикам, - поморщился лорд Келленхем и привстал. - Пресс-конференция в девять утра, господа. Прошу не опаздывать. Керн уехал на машине инспектора. - Помяните мое слово, док, - сказал тот, - все это пахнет большими деньгами. Вы даже представить себе не можете, какой циклон фондов, вкладов, акций и процентных бумаг зашумит вокруг "белого острова". И мы не останемся в стороне, док. Будьте покойны. О будущем говорили в тот же день и час на другом конце города, в отеле "Хилтон". - На меня не рассчитывайте, - горячился Рослов, - я математик, а не синхронный переводчик при электронной машине. - Это не машина, Анджей. - Все одно. Энергочудовище. А я не энергетик. У меня свои заботы в науке. - "Забота у нас простая, забота у нас такая... Жила бы страна родная, и нету других забот", - пропел по-русски Шпагин. - Что вы спели? - поинтересовался Мак-Кэрри. - Напоминание о том, что есть другие заботы, кроме профессиональных. Рослов молчал. - А почему вы думаете, что при этом энергочудовище или энергоблагодетеле - может быть, это вернее, а? - не будут работать десятки выдающихся математиков и биологов? Даже больше - сотни ученых различных специальностей. Ведь эта суперпамять способна не только накоплять информацию, но и подсказывать оптимальные варианты решений на основе накопленного. В конце концов, много нерешенных проблем в науке можно решить на основе уже найденного и открытого. Нужны только объединение знаний, координация усилий, умножение памяти - своего рода мемориальный взрыв. Этот взрыв и обеспечит нам суперпамять. Вы думаете, что наше знакомство с ней ограничится комиссиями и конференциями? Я мыслю шире. Я вижу суперинститут с тысячами научных специалистов, проекционными бюро и опытными лабораториями. Где? Может быть, даже не здесь, а на другом острове, где менее пахнет курортными барами и пляжной галькой. - Кто же будет руководить институтом? - Вы имеете в виду людей? - Нет, страны. - ООН, ЮНЕСКО, может быть, какая-то иная международная организация. Во всяком случае, не тресты, не банки и прочие денежные мешки. Эта суперпамять, как сказочный джинн, возникший прямо из небесной лазури, слишком чудесна, чтобы говорить о ней на языке маклерских контор. Кстати, у нее еще нет своего имени. - Наклевывается, - сказал Шпагин. - Кое-что из русской фантастики. Почти классическое. Рослов, который всегда понимал его с полуслова, покачал головой. - Ты предполагаешь коллектор рассеянной информации? Отлично придумано, хотя и не нами. Но не для нашей проблемы. Во-первых, не коллектор, а селектор, так как в основе его - избирательность. Во-вторых, не рассеянной, а стабильной. Он сам об этом напомнил. - Селестан или Селестин... - задумался Шпагин. - Зачем? Просто Селеста. Элегантно и межнационально. По-английски и по-русски, профессор, "селектор" звучит одинаково, а "стабильный" начинается с тех же букв. Русское же звучание - привилегия первооткрывателей. - Женское имя, - замялся Мак-Кэрри. - Один из первооткрывателей - женщина, - отрезал Рослов. - А кроме того, профессор, "память" по-русски тоже существительное женского рода. Но Яна запротестовала: - Не могу воспринимать его в женском роде. Это мужчина. Мыслитель, не память. И потом, мужские имена с окончанием на "а" вы найдете у многих народов. Даже у нас в Польше. Чудо родилось. Чудо уже входило в жизнь. Завтра оно овладеет умами миллионов, пройдет великим землетрясением по миру и что-то оставит людям. Что? Что в имени твоем, Селеста? Голос друга или скрытая угроза врага? ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ОБУЧЕНИЕ СЕЛЕСТЫ А теперь без грамоты пропадешь, Далеко без грамоты не уйдешь. С.Маршак. Кот и лодыри 12. СЕЛЕСТУ ПРЕДСТАВЛЯЮТ ПРЕССЕ В малом холле отеля, резервированном для пресс-конференции, в этот утренний час было прохладно и пусто. Туристы завтракали и уезжали на пляж. Корреспонденты и ученые явились почти одновременно: первые для того, чтобы глотнуть бренди или виски за губернаторский счет, вторые - чтобы обсудить регламент предстоящего собеседования. Журналисты расположились в креслах непринужденно и дружно - великолепной семеркой, представлявшей пять известных американских газет и два не менее популярных и многотиражных журнала. "Лэдис хоум джорнал", рассчитанный на сердца и вкусы американских домашних хозяек, олицетворяла, как и положено, женщина, сразу же воззрившаяся на Яну и бесцеремонно обстрелявшая ее из своего миниатюрного фотоавтомата. Ученых и журналистов не разделял даже символический барьер - ничего, кроме пустого прохода между обращенными друг к другу двумя рядами кресел. - Может, начнем? - спросил корреспондент понахальнее, открывая одну из батарей расставленных на ближайшем столе бутылок. - Без хозяина в доме не пьют, - резонно заметила Яна. - Хозяин может опоздать на полтора часа, а у нас на телеграфе даже минуты расписаны. Но хозяин не опоздал. Величественный и холеный лорд Келленхем - само радушие и гостеприимство, по-английски застегнутое на все пуговицы смокинга, - явился точно в девять ноль-ноль в сопровождении инспектора, Барнса и Керна. Не было только все еще болевшего епископа. - Вы будете вести конференцию, - шепнул сэр Грегори Рослову. - Я не могу делать официальных заявлений до поездки в Лондон. Мак-Кэрри - я уже говорил с ним по телефону - заявляет, что не дает интервью журналистам. Смайли, хотя и первооткрыватель, не годится. Вы наиболее подходящая кандидатура. Принято? Сказано это было шепотом, тактично, но по-хозяйски. Рослов пожал плечами и только заметил: - У меня даже нет колокольчика. - Сейчас устроим. - Не надо. Две уже начатые бутылки сойдут. Коэффициент трения ничтожен, и акустика дай Бог... Начали. - Он стукнул мелодично зазвеневшими бутылками и продолжал: - Вопросы задавать по очереди, не шуметь и не перебивать говорящего. Начинает, как я полагаю, леди. Но леди смущенно пролепетала: - Наш журнал женский, его интересуют специальные проблемы. Я бы охотно уступила свои привилегии. - Тогда вы будете последняя, - отрезал Рослов. - Начинаем по алфавиту. Кто на "А"? На "А" никого не оказалось. - Есть на "Б", - раздался голос сидевшего с краю. - Блумкинс, корреспондент "Чикаго дейли"... - Стоп! - оборвал его Рослов. - Без визитных карточек они нам ни к чему. Задавайте вопросы. - Беру быка за рога. Что вы открыли? - Черный ящик. - С золотом? - Не знаю. Я его не вскрывал. - А кто вскрывал? - Никто. - Почему? - Потому что он невидим. - Тогда почему же он черный? - По логике пять. По физике единица. Кто-нибудь из вас знаком с научной терминологией? - повысил голос Рослов. - Кто-нибудь знает, что называется в кибернетике "черным ящиком"? - Я знаю, - ответил кто-то. - Вот и объясните постфактум коллегам, а сейчас продолжим работу. Вопросов, я полагаю, будет много. Жду. - Что именно открыто? Я имею в виду непонятное вам явление. - Энергетическая память человечества. Ни одного вопроса. Только недоуменные взгляды и жужжание магнитофонов. Наконец чей-то недовольный голос: - А конкретнее? - Космический разведчик с неизвестной звезды или планеты. - Летающая тарелка? Рослов даже не улыбнулся. Его скривило от необходимости отвечать. Сосчитав до пяти, он сказал: - Я не говорил, что это тарелка, тем более летающая. А сейчас вы спросите: с какой звезды? - Спросим. Спрашиваем. - А какая, собственно, разница, с Альдебарана или Сириуса? Может быть, с Капеллы. Может быть, из другой галактики. При этом он невидим и неосязаем. Заброшен на Землю несколько тысячелетий назад и в течение этого, мягко говоря, довольно продолжительного срока собирает стабильную информацию. Заскрипели кресла. Кто-то опрокинул бутылку. О регламенте забыли: вопросы грохнули, как автоматная очередь. Даже сами спрашивающие едва могли расслышать, о чем они спрашивают. - Тише! - крикнул Рослов, звякнув бутылками вместо колокольчика. - Три вопроса по порядку. Ну? Последовали три вопроса по порядку. - Что значит: стабильную? - Как собирает? - Зачем? Рослов хладнокровно выстоял под дулами объективов, не реагируя на фотовспышки. На первые два вопроса ответил с подчеркнутой сложностью для понимания и, услышав в ответ только жужжание магнитофонов, сказал с усмешкой: - Темно? Мне тоже. - Вы не ответили на третий вопрос. Зачем и для кого это делается? - вырвался чей-то голос. - Не знаю. - Но можете предположить? - Вы тоже можете. Ценность предположения будет наверняка одинаковой. "Раздражается, выходит из формы. Зря", - подумал Шпагин и сказал вслух, предупреждая выкрик из зала: - Дело в том, что это запоминающее устройство, нечто вроде суперэлектронной машины, только невидимой и потому недоступной для визуального наблюдения, само не знает, зачем и для кого оно это делает. - Но как вы об этом узнали? - Из разговора. Шпагин сделал эффектную паузу, чтобы полюбоваться, как выглядит коллективное недоумение, и подождал очередного вопроса. То был заикающийся, робкий вопросик: - Вы сказали: из разговора. Как же это понять? - Буквально. Чудо наше весьма благовоспитанное и вежливо отвечает на все заданные ему вопросы. - На каком языке? Шпагин оглядел сидящих против них репортеров. Обыкновенные парни, кто постарше, кто помоложе. Есть рыжий, есть лысеющий. Напористы и бесцеремонны - такова профессия, допускающая невежество в любой области знания. Любят выпить, судя по тому, что обходятся без стаканов, поставив возле себя бутылки по вкусу. С такими надо попроще, без олимпийства. - Чудо наше знает все языки мира. Не улыбайтесь, я не шучу. На строительстве Вавилонской башни оно с успехом предотвратило бы смешение языков. А с нами обращается вообще безлично - телепатически. - Где же оно находится, ваше чудо? - На одном из коралловых рифов в пределах солидной морской экскурсии. К сожалению, до прибытия международной инспекционной комиссии не могу сообщить вам более точный адрес. - Может быть, его сообщит губернатор? Лорд Келленхем, откликнитесь! - Я не уполномочен, господа, делать какие-либо заявления до решения моего правительства в Лондоне, - солидно произнес сэр Грегори и сжал губы. - А если мы сами отправимся на поиски? - Вы рискуете нарваться на полицейский патруль, - сказал инспектор. - С сегодняшнего утра остров круглосуточно патрулируется нашими катерами. Журналисты переглянулись. Вероятно, им очень хотелось поговорить сейчас без свидетелей. - Боюсь, что гора родила мышь, - прервал молчание рыжий, - если ваше чудо знает столько же, сколько мы с вами. - Плюс еще три миллиарда живущих на нашей планете, - без улыбки добавил Шпагин. - Все равно любую справку вы получите в любой университетской библиотеке. Не забывайте о межбиблиотечных связях. А ваш информарий - разведчик. Он создан не нами и не для нас. - Допустим. - Не слышу выводов. - Мы их прочтем в вашей газете, - сказал Рослов. - Не сомневаюсь, что они будут сверхубедительными и сверхоригинальными. - Почему мы слушаем сейчас только голоса из России? - не унимался рыжий. - Пусть выскажется профессор Мак-Кэрри. Не зря же его вызвали сюда из Нью-Йорка. - Не зря, - согласился Мак-Кэрри. - Я всегда с удовольствием прислушиваюсь к голосам из России. Они никогда не лгали и не обманывали. "Грозовеет", - подумал Шпагин и шепнул Смайли: - Рассказывай о пиратах. Смайли поднялся, встреченный репликой: - А это чей голос? - Голос Америки, - сказал Шпагин с чуточкой иронии в интонации и, как говорят за кулисами эстрадных концертов, сразу обеспечил Смайли "прием". А тот словно знал, как держать аудиторию: рассказывал с юмором комиксов и лексикой нью-йоркского клерка на отдыхе. Превращение его в пирата Билли Кривые Ноги прошло, что называется, на "ура", а оргия взбунтовавшегося металла на пикнике аргонавтов и в особенности "беретта", чуть не проломившая череп доктору Керну, заинтересовали более, чем само открытие космического разведчика. Посыпались вопросы: - А как близко, док, пролетел пистолет? - У самого уха. - А как вы себя чувствовали при этом? - Как во Вьетнаме. Смех, фотовспышки, стрекот кинокамер. Доктор Керн с белозубой улыбкой, как на рекламе зубной пасты "Одоль", Смайли с поднятым над головой пистолетом, скучающий Корнхилл и завистливый Барнс: "А почему все достается Смайли и Керну?", недовольный Рослов и обрадованная мирным оборотом Янина, а позади закованный в смокинг, как бы несуществующий лорд Келленхем. Шпагин оглядел их всех и понял, что поезд пресс-конференции пора переводить на другой путь. - Я понимаю, - сказал он, воспользовавшись первой же паузой, - что значимость открытия не под силу определить нашей дружеской, но не полностью компетентной конференции. Подождем дополнительной научной инспекции. Я понимаю также, что беседы с неведомым и невидимым чудом на необитаемом коралловом острове, как бы они ни проводились - через трансляцию или телепатически, - можно посчитать слуховой иллюзией. Но пиратский спектакль Смайли - это уже зрительная иллюзия, причем необычайной чистоты и реальности. Так не слишком ли много иллюзий, господа? - Что вы хотите этим сказать? - спросили из зала. - То, что сказал. Раз иллюзия, два иллюзия, а три - простите, не верю. Даже в рулетке номер не выходит три раза подряд. Речь идет о реальности виденного и слышанного, о наведенной галлюцинации, гипнотическом мираже с очень точно моделированной ситуацией. - Значит, были и другие миражи? Какие? Шпагин мигнул Смайли, тот отрицательно покачал головой: вспоминать о Кордоне ему не хотелось. Рослов демонстративно отвернулся. Пришлось самому Шпагину рассказать о встрече с римским наместником Сирии. Долгая пауза завершила рассказ. Каждый раздумывал, может быть, даже не рисковал с вопросом, понимая, что газетная дешевка тут не пройдет. Наконец кто-то спросил: - Вы оба видели одно и то же? - Одновременно оба. - Все как в жизни? - Абсолютно. - И вы верите, что историческая ситуация была подлинной? - А почему бы нет? - вмешался Рослов. - Для нас, безбожников, антиисторичность Христа бесспорна. - И для Невидимки? - Рыжеволосый репортер отхлебнул из бутылки и засмеялся. - Не смейтесь, - сказал Шпагин. - Думаю, что для Невидимки она еще бесспорнее, чем для нас. Он только хотел проверить, как создавался и воспринимался современниками миф, доживающий второе тысячелетие. - Пропаганда, - бросил рыжий. - Неужели вы думаете, - еле сдержался Шпагин, - что с чужой звезды или планеты был послан гость на Землю для антирелигиозной пропаганды? Предположение более чем смелое, даже для журналиста. Смех не смутил рыжего. - Я не верю ни в пришельцев, ни в телепатию, ни в летающие тарелки, - сказал он. - Но я верю, что можно сочинить сказку, чтобы скрыть правду, если ее хотят скрыть. Неожиданно поднялся надменный сэр Грегори. Он пожевал губами, уверенный, что его не перебьют. И не ошибся. - Мне очень жаль, господа, - сказал он, - что среди вас нет корреспондентов английских газет. Мои соотечественники не допустили бы подобной выходки. Я мог бы и сейчас прервать конференцию, но думается, что выходка эта все же случайна и у допустившего ее хватит мужества, чтобы извиниться за грубость. Но рыжий и тут нашелся: - Не знаю, можно ли считать грубостью сомнение в том, что тебе выдают за истину. Я не знаю, кто ваш Невидимка, может быть, его и вовсе нет, может, все вы жертвы галлюцинаций, для которых не находите объяснения. С таким же успехом можно уверять, что ваш таинственный собеседник - антихрист, сошедший на Землю, чтобы отторгнуть верующих от сына Божьего. Такое допущение не в моем вкусе, но убежден, что его примут как должное миллионы наших читателей. - Есть и другое, - сказал доктор Керн. - Один из моих пациентов, осчастливленный такой беседой из заоблачных высей, считает, что это Бог. Кто-то свистнул. - Ваша специальность, док? - Психиатр. - Тогда понятно. В общем смехе едва не затерялся мечтательный возглас сотрудницы женского журнала для домашнего чтения: - А вдруг и вправду Бог? Вы разрешите сделать такое предположение? Оно пришлось бы по вкусу моим читательницам. - И Папе Римскому, - добавил Рослов. - Очень жаль, мадам, но мы не в детской. - Тогда разрешите совсем уже не детский вопрос. Как относится ваш Невидимка к проблеме пола? - Как электронно-вычислительная машина. Журналисты-мужчины оценили ответ, но представительница прекрасного пола не собиралась отступать. - Обращаюсь к единственной сре

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору