Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Художественная литература
   Женский роман
      Орбенина Наталия. Роман 1-5 -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  -
и она? Дама поднимает голову и видит девушку на тротуаре. Опять поклонницы! Что ж, тяжело бремя славы! Горская улыбается, иначе нельзя! И тотчас свет божественной улыбки озаряет утомленное лицо, на секунду исчезает усталость и отступают заботы. Перед девушкой снова знакомый оживший портрет. Миронова оробела, неловко поклонилась и в большом смущении поспешила домой. Николай Алексеевич тотчас понял, что произошло. Бедная девочка испытала горькое разочарование, увидав, что ее кумиры живут на грешной земле и их жизнь не отличается от будней обывателей. - Тебя удивил вид Горской! Но помилуй, ведь когда она далеко на сцене или и вовсе на экране, она кажется значительно моложе! Грим, свет - и зритель видит совсем иного человека! К тому же последнее время ее новых фильмов что-то не видать! Разговор происходил за обедом. Оля без аппетита ковыряла сардины в своей тарелке, что вызвало недовольство отца. - Ты уж, милочка, ешь, пожалуйста, не хандри! Оля молча наклонилась над тарелкой, но пища не лезла ей в рот. Разве таким она представляла благородного и прекрасного Извекова? И эти неприятные, шумные дети! У таких-то родителей! Нет, увиденное ужасно! - Любимцы публики тоже люди, - говорил Николай Алексеевич, - и совсем не стоит наделять их какими-то удивительными чертами! Теперь ты, быть может, и на простых людей обратишь свой взор, а? Может, и Трофимов не покажется теперь столь заурядным, хотя твое мнение о нем, ей-богу, несправедливо! - Опять ты о своем несносном Трофимове! - Оля в отчаянии бросила салфетку на скатерть и заплакала. - Вот дела! - подивился отец. - Эдак, душенька, у тебя случится полное расстройство нервов! Но девушка уже не слушала его. Она выскочила из-за стола и, обливаясь слезами, побежала к себе. Но и там не нашла ее душа отдохновения, ибо изо всех углов на нее смотрели обожаемые кумиры в их прежней неземной красе. Оля невольно стала представлять себе, как они обживают квартиру. Садятся за стол, дети дерутся и капризничают. Бранят прислугу. Ссорятся меж собой или целуют друг друга. Принимают ванну или, о Боже мой, посещают уборную! От подобных картин Оля невольно прыснула и задумалась. В подобных образах они еще не являлись к ней. Однако представлять сюжеты такого рода оказалось даже не менее интересно, нежели грезить наяву о романтических погонях, свиданиях под луной и томных поцелуях в таинственных замках. И тут Оля поняла, что теперь ей страстно хочется увидеть эту жизнь своими глазами, потрогать руками, подглядеть в щелочку! Пришедший Николай Алексеевич нашел дочь совершенно успокоившейся. - Я вот что подумал, уж коли у них трое детей, так я думаю, вскорости они за мной пришлют. Чихнет кто, или понос разберет. Так что я предполагаю скорое и близкое знакомство со знаменитым семейством! Миронов оказался провидцем. Не прошло и месяца, как один из мальчиков захворал. Прибежала прислуга и просила от имени своих господ соблаговолить осмотреть ребенка, принося при этом тысячу извинений за беспокойство. Оля ждала отца в величайшем нетерпении. Вернулся он поздно, и его рассказ дочь слушала с жадностью. - Как я и предполагал, обычная семья, обычные хлопоты. Трое деток - это нешуточная обуза для любой женщины, а тут такая знаменитость! Только дома этого не видать. Усталая и расстроенная мать семейства! Замечу, дама чрезвычайно любезная и доброжелательная. Никакого снобизма и заносчивости, и красота ее в домашней обстановке какая-то иная, более трогательная, что ли! Милейшая женщина, ангел! - А Извеков, каков он? - Трудно сказать, я его и не видел почти. Он вышел из своего кабинета только поздороваться да попрощаться напоследок. Двух слов не сказали друг другу. Горской вроде как и неловко было. Отговорилась муками творчества, мол, иногда сами сутками не видим, не выходит, все творит! Оля задумалась. Этот образ вполне вписывался в ее представление о жизни великих писателей. - А дети, они и впрямь несносны? - Вовсе нет, подвижные веселые мальчики-погодки. Шумные, как вся ребятня в их возрасте. Балованные только. А вот девочка непростая, сложная девочка, с характером! В последующие месяцы доктора неоднократно призывали в дом именитых соседей. В конце концов Николай Алексеевич договорился, чтобы Тамара Георгиевна попросту звонила но телефону, а не гоняла всякий раз горничную. Постепенно выяснилось, что сама Горская более других членов своей семьи нуждается в услугах Миронова, и он стал личным врачом знаменитой актрисы. Естественно, Николай Алексеевич не обсуждал с дочерью болезни своей пациентки, но всякий раз по его лицу Оля понимала, что Горскую донимают нешуточные хвори. И это казалось юной барышне непостижимым, потому как на людях и на экране та производила впечатление цветущей женщины. Иногда знаменитая чета приглашала гостей. Оля могла наблюдать, как под вспышками фотоаппаратов съезжались богачи и знаменитости в неописуемых нарядах, в роскошных колясках, а некоторые прибывали в модных новинках - автомобилях, которые фыркали и дымили, пугая любопытных и дворовых кошек. К слову сказать, после того как Извеков и Горская поселились в этом доме, многочисленные поклонники их талантов сделались бесконечной головной болью для прочих жильцов, дворника и швейцара. Миронова с ревнивой досадой замечала всякий день на посту перед парадной или под окнами то экзальтированных дамочек, то полубезумных юношей. Каждый чаял узреть своего кумира, свое сокровище. Проходя мимо, Оля окидывала их презрительным взором, забывая, что сама недавно была такой. И вот однажды Николай Александрович заявил дочери: - Нынче о тебе говорили с Горской. Оля встрепенулась. - Она жаловалась на Веру, свою дочь, а я грешный, похвастался, что меня Господь наградил за труды мои таким ангелом, моей милой доченькой! Тогда она и предложила тебе навестить их в будущее воскресенье, полагая, что для ее девочки положительный пример дочернего послушания совершенно необходим! - Ой, папа! Какой ужас! Зачем, зачем ты выставил меня в таком свете? Я вовсе не ходячая добродетель! Это, ей-богу, глупо! - Оля от досады вплеснула маленькими ручками. - Отнюдь! Подружишься в юной барышней Извековой, будешь вхожа в дом как свой человек. Ведь ты об этом мечтала? Накануне знаменательного визита бедная девушка не могла ни есть, ни спать. Она тысячу раз перебрала в голове, как она будет вести себя, что говорить, что ей надеть. Бог ты мой, и спросить совета не у кого! Не побежишь ведь к гимназическим подругам, какой от них прок? На другой день она долго мучилась перед зеркалом и наконец, вполне удовлетворенная собой, вышла к отцу. Миронов оторопело уставился на дочь. - Ты это что себе возомнила? Что за нелепый наряд? А прическа! Господи, а что с вашим лицом, сударыня? Неужто ты возомнила себя красоткой с этих пошлых картинок в журналах? Оля со смешанным чувством снова бросилась к зеркалу. На нее смотрела вульгарная дамочка, эдакая кафешантанная красотка непонятного возраста. Миронов пал духом. Бедная девочка, ей некому помочь, подсказать. Как сложно воспитывать дочь без матери! Вспомнив о покойной жене, он смягчился. - Пойми, глупенькая, ты хороша своей юностью, - сказал отец, - тебе нет нужды цеплять на себя все это. Успеешь еще и корсет затянуть потуже, и губы нарисовать поярче, и волосы взбить. А сейчас ступай обратно да сними с себя все это поскорее, и лицо умой. Будь сама собой. Надень платьице, в котором в церковь ходишь, оно и скромное и красит тебя чрезвычайно! - Это блеклое, нелепое платье! Я его ненавижу! - Олины глаза опять оказались на мокром месте. - Если ты снова вздумаешь реветь, мы не пойдем никуда, а госпоже Горской я принужден буду заявить, что моя дочь оказалась глупой и капризной барышней! - решительно заявил отец. Оля все же поплакала тихонько в своей комнате, совсем чуть-чуть, чтобы глаза не покраснели. Через полчаса она снова предстала перед строгим судьей. На сей раз это была милая Оля, прелестная, естественная, в шелковом кремовом платье, вовсе не таком уж и блеклом. В свое время она сама выбирала его в модном магазине и считала его очаровательным. Волосы аккуратно заколоты черепаховыми шпильками вокруг затылка, образуя пушистую корону. На стройных ножках шелковые светлые чулочки и изящные туфельки из тонкой кожи. Доктор оглядел дочь с ног до головы, и они отправились с визитом. Глава 6 Мироновы нервничали, стоя перед массивной дверью с начищенной медной ручкой и фигурной кнопкой электрического звонка. Оля боролась со смущением и робостью, Николай Алексеевич волновался за дочь. Шутка ли, предстать перед такими знаменитостями! Миловидная горничная распахнула дверь, и гости оказались в просторной прихожей. Оля на секунду зажмурилась. Сейчас ее грезы станут явью. Она сделала несколько шажков и замерла. Из глубины квартиры доносились звуки рояля, и приятный женский голос выводил популярный романс. - Барыня-с! - пояснила горничная на вопросительные взоры. - Пожалуйте, вас дожидаются! Оля, следуя за горничной, с нескрываемым любопытством оглядывала комнаты. Да, да, именно так она и представляла себе квартиру Извековых по рассказам отца. Роскошь, но не грубая, вычурная, а тонкая, на ценителя. Роскошь прекрасного вкуса, продуманного комфорта, с расчетом не только на собственное бытие, но и предвзятый посторонний взор. Сценические подмостки в собственной спальне и столовой. Гостиная оказалась обширной и вся залита электрическим светом. Переливы хрустальной люстры под лепным потолком заставили Миронову ахнуть про себя. Ее огни отражались в натертом до зеркального блеска наборном паркете. Мебель мастерской Гамбса была расставлена таким образом, чтобы образовывать отдельные уголки, удобные для общения разных групп гостей. Высокие окна украшались богатыми шторами, собранными в сложные затейливые складки. Меж окон красовался "беккеровский" рояль, упираясь в пол львиными лапами. На полу в углу, на. столиках и этажерках в изобилии благоухали многочисленные вазы и корзины с цветами. От живого великолепия, нежного. аромата, ярких лент и оберточной бумаги у девушки закружилась голова. Сидевшая за роялем хозяйка поднялась навстречу гостям: - С непривычки вам может почудиться, что вы в оранжерее Ботанического сада, но это скоро пройдет! - мелодичным голосом произнесла Горская. - Прошу вас, Ольга Николаевна, не смущайтесь! И она дружески чуть приобняла не на шутку оробевшую барышню. У Оли чуть не отказали ноги. Сама богиня говорила с ней! Тамара Георгиевна подвела гостью к креслу и усадила. И тут Оля обнаружила, что в комнате присутствует девушка, вернее, еще девочка-подросток. Видимо, это и есть Вера, старшая дочь хозяев. Их познакомили. Вера с любопытством воззрилась на новую знакомую, словно ища в ней некий изъян. Оля незаметно вздохнула, вероятно, мать накануне ставила ее в пример. Николай Алексеевич первым делом поинтересовался здоровьем хозяйки и домочадцев, после чего они тотчас же стали обсуждать эту вечно интересную тему. - Ольга Николаевна, вы, вероятно, тоже являетесь почитательницей папы и мамы? - Вера сверлила гостью взором. - А разве в вашем доме бывают люди, которые думают иначе? - мягко улыбнулась Оля, чувствуя в девочке внутреннюю враждебность. - Я зачитываюсь книгами вашего отца и пересмотрела все спектакли и фильмы с вашей маменькой, и не один раз! Девочка удовлетворенно кивнула. - А кого вы обожаете больше, писателя Извекова или актрису Горскую,? - помолчав, спросила она с лукавством. Оля легко рассмеялась. - Это разные искусства. Каждый хорош в своем амплуа! - Вера! Ну как тебе не совестно приставать к госпоже Мироновой с такими нелепыми вопросами! Быть может, она не любит кино или такого рода чтения! - Горская вмешалась в диалог девушек. - Вы простите ее, она еще совсем юна и искренне убеждена, что все вокруг должны принадлежать к нашим обожателям. Увы, Вера, жизнь в искусстве полна не только роз, шипов еще больше! - наставительно произнесла мать, обращаясь к девочке. - Однако же роз явно больше!; - Миронов улыбнулся, прикоснулся к одному цветку. - А дочь моя и впрямь без ума и от вашей игры, и от книг вашего супруга. - Кто тут без ума от моей скромной писанины? - раздался громкий голос за дверью, и на пороге появился Извеков собственной персоной. Оля завороженно смотрела, как он раскланялся с отцом, а затем двинулся в ее направлении. - Так-так! Вот, значит, какая чудная дочь у нашего ангела-хранителя. Да она сама подобна нежному ангелу! - И Вениамин Александрович слегка прикоснулся губами к Олиной ручке. Ее хотелось закричать и убежать, такое волнение объяло всю девичью натуру. Она в смущении отвела взгляд и увидела глаза Веры. В них стояла ревность. Миронова знала от отца, что девочки, случается, испытывают очень сильные собственнические чувства к родителю противоположного пола, ревнуя их порой даже к матери. И как было не любить такого мужчину! Перед Олей стоял знакомый образ, оживший портрет из книг, сама романтическая мечта, сама изысканность и загадочность. Девушка почувствовала, как непреодолимые волны магического влияния Извекова захлестнули ее до краев. Лицо Тамары Георгиевны чуть тронула саркастическая усмешка. Завязалась беседа. Оля поначалу отмалчивалась, потом, подбадриваемая любезной хозяйкой, осмелела и развеселилась. А веселиться было чему. Хозяин дома оказался непревзойденным рассказчиком и шутником. Оля слушала его как завороженная. Боже, как он прекрасен, как умен, неотразим! Как выразительны его глаза, как подвижно лицо, какой приятный чарующий голос с бархатными интонациями! Подали чай с пирожными, коньяк, мадеру и фрукты. Извеков живо плеснул себе солидную порцию в пузатый бокал. Доктор бросил внимательный взгляд на бокал хозяина, сам же чуть пригубил. Оля тем временем, с трудом оторвавшись от созерцания Извекова, украдкой поглядывала на его жену. Так ли она безупречно хороша в жизни, как на экране и на афишах? Удивительное дело, обнаружились морщины, легкая седина, обозначившаяся складочка около губ, усталость в движениях. Но это ничуть не умаляло ее красоты, не портило неотразимого обаяния и необычайной притягательности! Сколько же ей лет? Тайные наблюдения молодой гостьи были прерваны победным кличем двух сорванцов, которые вырвались из-под надзора гувернантки и клубком вкатились в гостиную. - Кирилл! Павел! Несносные мальчишки! - Мать хотела, чтобы голос ее звучал строго, но в нем слышались только усталость и любовь. - А, молодые люди! - приветствовал их Миронов. - Судя по резвости движений, у вас, Кирилл, живот уже не болит? А что это за шишка на лбу у вашего младшего братца? Мальчики наперебой закричали, обвиняя один другого в обидах и побоях. Вера сморщилась от их криков и демонстративно зажала уши руками. Мать терпеливо выслушала поток бессмысленных обид. Конечно, со стороны всем присутствующим взрослым казалось, что глупо ссориться из-за сломанной старой игрушки. Но дети так не считали. Они готовы были снова тотчас же опять мутузить друг друга. Извеков явно начинал терять терпение, на лице его появилась уже виденная Олей гримаса раздражения. Дети его утомляли. И немудрено, великие писатели нуждаются в постоянной тишине и покое для создания своих бессмертных произведений! Как это еще граф Толстой умудрялся творить в доме, где росло не трое, а тринадцать детей! Тамара Георгиевна поспешила привлечь к себе обоих и погасить ссору ласками и поцелуями. Успокоившись, мальчики разом воззрились на гостью. Оля растерялась, она побаивалась шумных и громких детей, не зная, как вести себя с ними. При ближайшем рассмотрении она поняла, что они не столь малы, как ей показалось вначале. Ростом невысокие, крепенькие, как два боровичка. Волосы густые, темные, глаза большие и яркие. Эффектная красота матери чувствовалась во всем их облике, чего не скажешь о Вере. Ей так же передались изысканные черты родительницы, но дело портило недовольное и капризное выражение, которое не сходило с ее личика. Удивительно, но черт Извекова в детях совсем не наблюдалось, словно он и не был их отцом. Мальчики стали кружить вокруг молодой гостьи, и той пришлось волей-неволей уделить им внимание. Видя, что братья собираются втянуть Ольгу в свои несносные игрища, Вера высоким голосом произнесла: - Ольга Николаевна, хотите, я комнату свою вам покажу? Конечно же, любопытно было взглянуть, Оля по себе знала, как много тайн может быть сокрыто в девичьей светелке. Надо только уметь их увидеть. Она кивнула в ответ, и девушки покинули гостиную. В жилище Веры красовались портреты родителей, книги отца. И этим оно не отличалось от комнаты барышни Мироновой. Но здесь гостья обнаружила альбомы с неплохой акварелью и рисунками, аккуратные вышивки, стопки нот. Оля не ожидала у девочки таких интересов и талантов. - Вы удивлены? - с некоторым вызовом спросила Вера, прочитав мысли гостьи по лицу. - Отнюдь! - дружелюбно ответила Ольга Николаевна. - У таких родителей не может быть бесталанных детей! - Какие такие таланты! - с досадой воскликнула Вера. - Я не могу написать ни строчки, не могу лицедействовать даже в домашних спектаклях! Нет во мне ничего такого! Я самая обычная, никудышная и никому не интересная! Со мной говорят только из интереса к родителям! Я... Она замолкла, испугавшись неуместной откровенности с малознакомым человеком. - Мой отец известный и очень хороший врач. Конечно, его известность не сравнится с популярностью ваших родителей, Вера. А я же самая обычная девушка и не страдаю от этого. Каждый человек послан в эту жизнь Богом для своей особой роли, и мы не знаем, что это за роль. Какой прок переживать, что вы не точное повторение своих гениальных родителей? Зато у вас есть то, чего нет у других людей, и оно так же прекрасно. Как прекрасно вообще все, что нас окружает, только мы часто не видим этого, не понимаем и не ценим! Ольга, улыбаясь, перебирала акварели. Вера, задумавшись над ее словами, молча положила на колени Мироновой пухлый альбом. На его страницах многочисленные гостьи оставляли свои записи и рисунки. Оля полистала альбом, и ей стало жаль Веру. Взрослые люди, писавшие в альбоме для девочки, в первую очередь рассчитывали, что их записи прочтут Извеков или Горская. Она поняла, что бедняжка жила в пустоте, у нее не было близких подруг, с которыми так здорово пошептаться о девичьих тайнах! Единственные, кого она жаждала бы иметь друзьями, - это родители. Но тем было недосуг. У знаменитых личностей так мало времени! Искусство, поклонники, светские обязанности... Да еще несносные братья, которые отрывают внимание и любовь родителей. - Хотите, будем дружить? - предложила Ольга, захлопнув альбом. Вера смотрела недоверчиво. - Полно, Вера, нельзя жить на свете такой букой! - Оля придвинулась ближе к девочке, и та вдруг пылко обняла ее. - Вы чудная, такая добрая, такая светлая! Вы как моя мама! Оля обмерла. Такое услышать из уст дочери Горской! Она растерялась, но положение спасла горничная, пришедшая звать барышень вниз, в столовую. Во время обеда Оля то и дело ловила на себе заговорщицкие взгляды Веры. Еще бы, теперь у них появилась маленькая тайна. Тамара Георгиевна с явным удовлетворением заметила, что девушки подружились. Ее тяготило одиночество дочери, и взрослая благовоспитанная барышня пришлась как нельзя кстати. За столом по-прежнему царил хозяин дома. Выпитое вино разгорячило его, кровь прилила к щекам, сделав лицо с тонкими чертами особенно выразительным. Разговор касался литературы. Оля, читавшая много, очень хотела вставить словечко, но робела. Горская иногда поддакивала мужу, который сыпал умными мыслями и остротами как из рога изобилия. Даже доктор Миронов в конце концов замолчал, боясь прослыть невежей в таком доме. Между тем шаловливые дети, уловив мгновение, когда внимание к ним ослабло, скользнули на пол и оказа

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору