Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Русскоязычная фантастика
       Павел Багряк. "Фирма приключений" -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  -
- Одни. - Примерно в восемь вечера? - Лучше в шесть. Я хочу еще показать тебя одному человеку. Стоматологу. - Меня?! Стоматологу?! - Не пожалеешь, Фред. Отличный специалист! - Но у меня не болят зубы! - Увидишь его - заболят. Нет, я не шучу, у меня действительно к тебе дело, связанное со стоматологом. - Я смогу заработать, надеюсь? - Скорее потратиться, но не более чем на ужин. - Ну и ну! Пардон, Дэвид, мой малыш что-то хочет... ага: передает тебе нежный поклон! - Скорее мокрый, чем нежный... Сколько ему? - Скоро три месяца. Вундеркинд! Весь в меня. Он будет играть ногами на пианино! И вот... уже... это... пардон, передает привет! - Ты образцовый отец, Фред. Привет малышу от дедушки Дэвида. До вечера! - До вечера! В "Бруте" мало что изменилось за минувшие годы: те же колонны посередине зала, те же ажурные перегородки и "отдельные кабинеты", та же негромкая публика и тот же всепонимающий и ни во что не вмешивающийся Жорж Ньютон, то ли однофамилец, то ли потомок того, другого, бессмертного Ньютона (впрочем, какой же потомок? - у великого Ньютона не было детей...). На этот раз друзья предпочли место в углу. Ничто не мешало их общению и разговору; ни тихая музыка в стиле "ретро", ни компания, мирно веселящаяся вокруг одной из колонн, ни даже одинокий подвыпивший чудак, несколько раз подходивший к ним от соседнего столика, чтобы позабавить идиотским вопросом, типа: - Прошу прощения, господа, зачем растут пальмы в Крыму? - В Крыму не растут пальмы, уважаемый. - А если посадить? - Зачем? - Вот я и спрашиваю, господа: зачем?! - Жорж, можно тебя на минуточку? Дай справку этому джентльмену относительно пальм в Крыму. - Вас понял. Маэстро, не угодно ли вам сесть за свой столик, а я приволоку вам том энциклопедии на букву "п"? - Угодно. Честь имею, господа! - Дэвид, мне изрядно надоел этот суб®ект. По-моему, он нарочно к нам привязывается. - Нет, просто хватил лишнего. Я таких, которые "нарочно", узнаю за милю. - И все же он по твоему ведомству больше, чем по моему. - У меня, Фред, уже три года как нет ведомства. - Знаю... Чем же ты занимаешься? - Частным сыском. Вышел в отставку, теперь у меня своя контора. Меня проводили с почетом, но в одну неделю. С орденом в петлице. Воннел с Дороном не поскупились бы и на два, если бы я вовсе отказался от пресс-конференции. - Я сделал материал для "Вечернего звона". - Все же сделал? - За кого ты меня принимаешь?.. Краткое изложение твоей обличительной речи... Но Верблюд, прочитав не без интереса, сунул в сейф, а ключ проглотил. Доказательств, представь себе, маловато! Обвинение построено на песке! Как будто, если бы... - Он прав, Фред. Увы, без Аль Почино, без Дины Ланн, без Рольфа Бейли и без тебя я действительно оказался без фундамента. - Хотя все, что ты говорил, было сущей правдой! Я подозреваю, Дэвид, что моему Верблюду кто-то звонил задолго до того, как я принес материал. - Они действительно обзвонили все газеты и телекомпании. Мне доподлинно известно, что видеозаписи, сделанные в тот день, были уничтожены на основании официального приказа, подписанного Воннелом. Знаешь, с какой мотивировкой? В целях сохранения государственной тайны! И все же, если бы Аль Почино был жив!.. - Не обольщайся. Дорон всесилен, я еще раз убеждаюсь в этом. - При чем тут Дорон? Он всего лишь чугунный наконечник стрелы, отлитой из чистого золота... Я уверен, они заплатили газетам и телекомпаниям за молчание много больше того, что те могли заработать, открыв рты! И все же, Фред, если бы им не удалось убрать Аль Почино!.. Между прочим, я получил ни с чем не сравнимое удовольствие, выступая тогда перед умной и профессиональной аудиторией: я сказал все, что я думаю и что знаю, не кривя душой. И, знаешь, это было на редкость приятно. - Типичный Дон-Кихот! К сожалению, Дэвид, я могу прогнозировать для таких, как ты, только психушку, где будет наконец-то полное взаимопонимание с окружающими! - Благодарю за откровенность, но отвечу тем же. Из трезвых рационалистов нередко получаются хорошие надзиратели в тюрьмах и санитары в сумасшедших домах. - Прошу прощения, господа, не окажете ли вы мне любезность и не покажете ли свои зажигалки? - Чего?! - Не удивляйтесь. Я коллекционер-исследователь: собираю действующие зажигалки, ломаю их и продаю тем, кто собирает сломанные... - Жорж, этот джентльмен будет рад купить у тебя зажигалку! - Вас понял. Прошу, маэстро, пересесть за тот столик, я все устрою. - Честь имею, господа!.. - Если он подойдет еще раз, я ему просто врежу! - Не глупи, Фред, в конце концов, это даже забавно: с чем он еще явится? Попробуй угадать... - Ну его к черту. Скажи лучше, что происходит с Карелом? - А что с ним происходит? Я не видел его тысячу лет. - По-моему, он полностью слился с компанией Ивона Фреза, и теперь, когда ты уже не комиссар... - Его и поймать некому, и защитить тоже? Ты это хотел сказать? Ха-ха-ха, бедный Карел Кахиня! Не беспокойся за него, Фред, он увертлив и осторожен, как уж. Он всю жизнь ползет ровно по границе между законом и беззаконием и не высовывается ни в ту, ни в другую сторону. - Что ты знаешь о Таратуре? - Ну... он уже комиссар! В Интерполе. Его сначала взял к себе Киф Бакеро, сразу после моей пресс-конференции. Телохранителем. А потом он ушел в Интерпол. - После падения Кифа Бакеро? - Да, после того, как он сложил с себя президентство. Таратура быстро сделал карьеру, ты ведь знаешь: он действительно способный сыщик. - А Бакеро? Его, конечно, свалили? Было в газетах... - Сам ушел, умница. Кто он такой для страны? Конечно, случалось, на троне оказывались и сумасшедшие, но то все же были короли, а не "компьютерные описки". Бакеро тихо-мирно сдал, так сказать, вахту очередной марионетке, небось даже согласовал сумму "отступного" и все сроки с Дороном... Умница! - И что теперь? - Теперь? Они с Диной Ланн фермеры. Кажется, в Боливии. У Дины маленькая дочь, невеста твоего вундеркинда... - А с Таратурой ты поддерживаешь связь? - Да. Он даже выполнил один мой заказ. - Разве Интерпол выполняет заказы частных контор? - Если клиент платит... - Прости, Дэвид, а кто твои клиенты? - Чаще я сам. Только не смейся. Един в двух лицах: сам себе заказываю, сам выполняю. - Можешь об®яснить? Я не понял. - Потом, Фред... Кстати, помнишь сержанта Мартенса? - Я что-то читал о нем в полицейской хронике... Он, кажется, стал инспектором? Ты все же сдержал слово? - Не я. Дорон. Мартенса перекупили, вот так, Фред. - Когда?! Он же производил впечатление... - Порядочного человека? К сожалению, я знал только, как он работает, а как и о чем думает, понятия не имел. В этом моя ошибка. Короче, я всего лишь обещал ему должность, а Дорон дал ее и еще некую сумму денег: тут сложно устоять... - Тогда я многого не понимаю, Дэвид... - Поймешь. Не торопись. Сначала выпьем... Хорошо!.. Это была изощренная акция Дорона... Прежде всего он очень быстро снюхался за моей спиной с Гауснером. С того момента, как я сел на хвост людям Дорона в Даулинге и генерал понял, что я могу их опередить, он стал лихорадочно подбирать ключи к Фрезу и Гауснеру. А что он иначе мог делать? Логично? - Вполне. - Сначала Дорону удалось перекупить у Гауснера за очень большую сумму громилу Рафаэля - помнишь? - Того самого, который убил Билла Райта? - Ну да, в аптеке у Жака Бантье, но расплатился за это собственной жизнью... Я думаю, что Дорон всю сумму вручил Гауснеру, с тем чтобы тот поделился с Рафаэлем, но когда последнего пристрелил сержант Мартенс... - Но Мартенса, ты говоришь, тоже купили! - Вот именно за этот выстрел Гауснер, по просьбе Дорона, заплатил Мартенсу как бы наградные. По секрету от меня, и сержант проглотил эту наживку, а потом уже прочно сидел у них на крючке. Так прочно, что даже пропустил телекамеру с вмонтированным в об®ектив оружием, и тоже за кларки, полученные от Гауснера. Когда и как Мартенс понял, что на самом деле ему платит Дорон, не знаю, но это уже факт из его биографии. Для меня важно другое: Гауснер и Дорон нашли общий язык, и с этого момента Аль Почино был обречен. Да и я тоже. Но с каким коварством они действовали! Подожди, Фред, опять этот идет... - Простите, господа, я хотел бы узнать у вас, какое время показывают мои часы? - Ваши?! Посмотрите сами! - Но я не вижу! - Наденьте очки! - Но они где-то там, на столе, и я не могу найти их без... очков! - Фред, не кипятись, он и старше тебя, и глупее, и выпил больше... Сейчас, маэстро, мы все устроим: Жорж, сделай одолжение, помоги джентльмену узнать время на собственных часах. - Вас понял. Маэстро, сколько можно просить... - Честь имею, господа! - Уверен, этот тип работает у Дорона. - Ты ошибаешься. Генерал не знает о том, что мы здесь. - А телефон?! - Три года держать твой номер под контролем? Платить за то, чтобы знать, о чем Линда говорит с приятельницами и как при этом поливает тебя? Чепуха. Так что ты хотел спросить? - Я хотел бы прежде всего узнать, зачем Гауснер продал Аль Почино тебе, а не сразу Дорону. Наконец, он мог сам выйти на своего бывшего сподвижника, ухлопать его, а скальп передать генералу и вновь заработать! И выгоднее, и проще! - Проще? Нет, Фред, не проще... Почему, говоришь ты, Гауснер отдал Аль Почино мне? Прежде всего, ему надо было подтвердить наше сотрудничество. Как ни странно, он заботился о судьбе своей "птички", то есть Дины Ланн, а она была со мной связана. Его, возможно, предупредил об этом Дорон, люди которого засекли возле Ланн нашего Таратуру. Вот Гауснер и боялся, как бы я не перенес свой гнев на его племянницу: он же мерил меня по своим меркам, а мои отношения с людьми по законам своих отношений... Вдобавок с любыми партнерами, при любом раскладе он играл только на себя. Гард одолеет Дорона? Неплохо, государственная мафия слишком опасна. Дорон одолеет Гарда? Одним ретивым комиссаром меньше - тоже неплохо! Вот он и приглядывался, кто кого поборет - слон кита или кит слона. Обычная двойная игра, одним словом. Но, помяни еще мое слово: Дорон его с®ест! И Фреза тоже. Всякая мафия хочет быть единовластной... Жаль, у Гауснера перед смертью вряд ли останется время понять, кто его прикончил. - Все равно выпьем за то, чтобы зло наказало зло! - И стало от такого самос®едения еще сильнее и крепче? Нет, старина, это не выход. Скажу откровенно: я и сегодня еще во многом не могу разобраться, я и сейчас еще не все до конца понял. Какие-то факты связываются в узелочки, какие-то нет, что-то мотивировано, а что-то совершенно нелогично, некоторые события мною об®яснены, некоторые - как белые пятна на карте. Но одно я знаю твердо. История не закончена, нет, далеко не закончена! - Как тебя понимать? Ну, договаривай, коли начал, и перестань загадочно улыбаться. Опять что-то затеваешь? Но зачем? Я понимаю, если бы Рольф все еще был на этой фирме и они продолжали... Ты молчишь? Неужели?!.. - За минувшие годы можно было хоть раз задать себе этот вопрос и самому на него ответить. - Нынче мы стараемся о многом себя не спрашивать. - Какое стойкое поколение глухонемых... Что касается фирмы, иди к Жоржу Ньютону и позвони от него по любому из этих телефонов. - И что? - Полный порядок, Фред. Заказ уже доставляют на дом. Пара приключений в виде двух доз галлюциногенов, и готово! Сервис! Тебе с гарантией? - И Рольф процветает? - А ты как думаешь? - Я не виделся с ним три года. - Я тоже, однако все о нем знаю. Надо заботиться о старых друзьях. - Рольф нуждается в нашей заботе? - Да. По библейскому принципу: спаси ближнего своего, заблудшего, аки овца! - Опять... блудит? - Если гангстеризация науки кому-то выгодна, то она будет продолжаться, и рольфы всегда найдутся. Теперь они затеяли с Дороном новое дело. И какое! - Какое? - Будешь много знать, скоро состаришься. Впрочем, скажу: ставят опыты на детях. Береги своего малыша, Фред. Береги! - Ты все еще копаешь эту историю? - Прошу простить меня, господа... - Жорж! - Честь имею!.. - Пойдем отсюда. Уже восемь. - Еще минуту. Об®ясни одно обстоятельство, Дэвид, я не понимаю. Разве они не могли убить Аль Почино, например, по дороге во Дворец правосудия, тем более что его сопровождал сержант Мартенс? - Могли. Но без того эффекта, которого, кстати, достигли довольно простым и легким путем... - Ничего себе! В высшей степени замысловатое убийство, ей-богу! Как в кино! Им пришлось монтировать оружие в телекамеру, подговаривать режиссера передачи... - Андре Пикколи? Да ты забыл, что ли? Это же сын антиквара Мишеля Пикколи, зверски убитого Аль Почино. Зачем его подговаривать? Они сыграли, вероятно, на сыновних чувствах молодого итальянца, и вот он дал команду своему оператору. Более идеальной фигуры для исполнителя и представить трудно! - И все же... Мартенс по дороге тюкает Аль Почино рукояткой пистолета по башке, и дело сделано! Зачем такой наворот?.. - А затем... Но только это гипотеза! Все произошло на глазах у прессы и телевидения, не так ли? И всем зажали рот, не так ли? А как еще недавно называли нашу прессу и телевидение - шестой "великой державой", не правда ли? Ну вот, они и показали всем журналистам, что с "величием" прессы покончено. Мог ли быть более наглядный и предметный урок? Дошло, надо полагать, до каждого... Жорж, мы уходим! По пути к дантисту Фред Честер ясно представил себе, как он сидит в стоматологическом кресле, которое с детства вызывало у него, как, впрочем, и у любого нормального человека, первобытные чувства. И тихая паника завладела им, вытеснив все остальное. - Зачем ты меня тащишь? - скулил Честер. - Посмотри, какие у меня прекрасные зубы! - Зубы - всего лишь повод для знакомства, - в стиле незабвенного учителя Альфреда-дав-Купера философски заметил Гард. - Подумаешь, вырвут один-два зуба, зато какого замечательного человека узнаешь! Человек и в самом деле оказался неординарным. У дантиста Фердинанда О'Виккинга, как представил его Честеру Дэвид Гард, был прежде всего весьма оригинальный вид. Одет он был не в белый халат, как положено врачу, а в обычный костюм, причем щегольского покроя с некоторым уклоном в спортивный. На голове у доктора тоже была не белая шапочка, а бархатный берет, хотя, строго говоря, ему было бы больше к лицу сомбреро, если принять во внимание его тонкие мексиканские усики над верхней губой, массивный нос, квадратный подбородок ковбоя и большие синие глаза, излучающие ум и иронию. Работал он чисто и быстро, манипулируя инструментами с таким искусством, что его, право, можно было показывать иностранцам, как показывают, например, регулировщика на площади Согласия, артистически владеющего полицейским жезлом и известного всей стране. Честер сидел в кресле с вытаращенными глазами, раскрытым ртом, запрокинутой головой, словом, являл собой обычную в этой ситуации пародию на "человека разумного". Улучив момент, он все же пискнул: - Сэр, надеюсь, я сохраню свои зубы в целости и сохранности? - В сохранности - да, в целости - сомневаюсь, - странно ответил дантист. - Как это понять? - Один наверняка вскоре придется удалять... Между прочим, все зубы, которые я удаляю, я храню. У меня, с вашего позволения, музей. Музей зубов. Удивительная коллекция! Не угодно ли взглянуть? Так сказать, попробовать на зуб? Ха-ха-ха! - Увольте, сэр! Откровенно признаться, я в детстве вел дневник, как, вероятно, все пишущие люди, и недавно, наткнувшись на него, обнаружил такую, представьте, запись: "У меня заболел зуб, и я пошел к врачу его вырывать. И вдруг зуб говорит мне по дороге..." - Зуб? Говорит?! Весьма остроумно. Ну, так что ом вам говорит? - Он и говорит: "Ты меня не вырывай, а непременно вылечи, потому что после твоей смерти от тебя останусь только я!" - Ха-ха-ха! Превосходно, господин Честер!.. Ваш зуб станет украшением моей коллекции! - Только после моей смерти! Долго еще? - Все, я кончаю, еще минуточку... А насчет зуба не беспокойтесь, такой умный зуб я как-нибудь вылечу. - Уф! Я вам искренне признателен... Дэвид, я как-то должен?.. - Глупости, ни в коем случае! У нас совсем иные отношения. Позвольте откланяться, сэр, я благодарю вас за помощь, оказанную моему другу. Что касается наших с вами забот, то ждите моего звонка и ни о чем дурном не думайте. До встречи. - До встречи, господин Гард. Всего доброго, господин Честер. - Ну, как тебе сэр Фердинанд? - осведомился Гард уже в машине. - Вполне квалифицированный дантист и, кажется, достойный джентльмен. Однако я хотел бы знать, зачем ты все же привел меня к нему? Мои зубы действительно были "поводом для знакомства" - да? - Ты прав, Фред. Но попробуй угадать. - Кто же он? Ты так хитро улыбаешься, что можно подумать, твой дантист по меньшей мере Папа Римский! - Скажу, скажу. Только без лишних эмоций, Фред, потому что я за рулем, и мы можем во что-нибудь врезаться. Договорились? - Не тяни, Дэвид! - Это... Фредерик Грель! Не понял? Клиент Рольфа Бейли! Последний, оставшийся в живых! - Гангстер?! Не может быть! - Да. Он. Я все же нашел его, а теперь берегу, как очень нравственная девица может беречь свою невинность, если до свадьбы остается три дня! Он - мое единственное пока и реальное доказательство! - Что же ты задумал? - Ничего нового. Продолжаю борьбу. - Но ведь надо еще уговорить этого Фердинанда... то есть Фредерика! Или ты уже уговорил его? - Для успешной борьбы, Фред, мне нужно перо! Что ты на это скажешь? Я могу на тебя рассчитывать? - Опыт показывает, к сожалению, что не очень. - Благодарю за откровенность... Но хоть молчать ты будешь? - Дэвид! - Что - Дэвид? В этом мире все продается и покупается, Фред, все молчащее говорит, а все говорящее способно умолкнуть. Ты не лучше других. Подожди... Что там кричит газетчик на перекрестке? Гард притормозил машину, и к ней тотчас устремился газетчик-араб, одетый в оранжевый, как у дорожника, жилет. - Сенсационное убийство Христофора Гауснера! Глава мафии прикончен лазером! Катастрофа при перевозке диоксина... Гард выхватил газету. - Дорон? - шепотом спросил Честер. - Судя по почерку - он! Некоторое время они ехали в задумчивом молчании. Со страницы упавшей на колени газеты на них безмолвно смотрело такое знакомое, такое памятное лицо Христофора Гауснера, просто старого человека, просто дядюшки, каким его знала Дина Ланн. - Ныне и присно, и во веки веков... - скомкав газету, тихо проговорил Честер. - Не передумал? - резко спросил Гард. - Ах, Дэвид! Ради чего все? И Дорон умрет, и его место займет другой генерал, и все будет крутиться по-прежнему, пока стоит этот мир... - Но каждый должен возделывать свой сад, как сказал один старый мудрый философ. - Вот и я его буду возделывать... У меня сын. Сын, понимаешь?! Кстати, знаешь, как я его назвал? - Как? - Дэв. Двойным именем: Марк-Дэвид. Марк - отец Линды... - Счастья ему... Мне проще, у меня нет сына. Ну, вот уже и твой дом, твоя Линда, твоя сем

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования