Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Русскоязычная фантастика
      Андрей Таманцев. Двойной капкан -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  -
и Юрий Борисович. Один из вохровцев загрохотал прикладом по металлической обшивке. Из кабины высунулся пилот. -- Твою мать! Ты куда сел?! -- заорал вохровец. -- Ты же в запретку, твою мать, сел! -- Здесь могут садиться только вертолеты Министерства по чрезвычайным ситуациям! -- козлиным тенорком подтвердил главный инженер. Дверь открылась, механик спустил на землю металлический трап, а в проеме двери показалась Люси Жермен собственной персоной. -- Мужики, а это и есть чрезвычайная ситуация! -- весело об®явила она. -- Гуманитарная помощь. Подарки вашим женам и детям к Первомаю! Что, часто это бывает? Помогите-ка выгрузить! От неожиданности никто даже не шевельнулся. -- Да вы что? -- удивилась Люси. -- Хотите меня разорить? Час аренды этой "вертушки" стоит мне восемьсот баксов! Юрочка, скажи своим охломонам, а то они не врубаются! Юрий Борисович явно растерялся. -- А что за подарки? -- поинтересовался один из вохровцев. -- Много чего! Одежда, обувь, игрушки, продукты, соки! -- А как насчет чего покрепче? -- спросил второй. -- Только пиво, мужики. Но пиво хорошее. "Хайнекен". Каждому -- по две упаковки. Но только после разгрузки! Принимайте и тащите в кабинет главного инженера. Можно, Юрочка? -- Ну отчего же нельзя! -- растерянно согласился главный инженер. Последние остатки сомнений исчезли. Вохра забросила свои "калаши" за спины и дружно принялась за работу. Ящики и коробки, подаваемые из вертолетного чрева кем-то из экипажа, появлялись один за другим, их подхватывали по двое или по одиночке, вносили в административный корпус и рысцой возвращались к вертолету. Люси заметила людей с камерой и помахала рукой: -- Эй, пресса, вашу мать! Снимайте: Люси Жермен в роли Санта Клауса! Пока она, снизойдя на землю, позировала Гарри, из вертолета вышел Генрих со спортивной сумкой в руках и прошел в корпус. Сумка была явно не из легких, и мне это почему-то очень не понравилось. -- Последний! -- сообщил механик, выталкивая ящик на спину вохровца. -- Все, мадам? -- Счастливо! -- махнула Люси и вслед за вохровцем в сопровождении Юрия Борисовича и всех трех корреспондентов скрылась за дверью. Вертолет начал раскручивать лопасти. На площадке не осталось ни одного человека. Смена должна была появиться через восемнадцать минут. И это будут уже не такие лохи. ...Решение родилось мгновенно. -- Док, Муха! Перекрыть подход! -- приказал я. -- Если появится смена, задержать. Стрелять только под ноги! Боцман, Артист, за мной! Сейчас они начнут выходить. С пивом. Отключать и обезоруживать без излишеств. Приготовить браслетки и скотч. -- Не хватит браслеток, у нас всего семь, -- напомнил Боцман. -- Стреноживать по двое и к решетке! Начали! Последнюю команду мне пришлось выкрикнуть в полный голос, чтобы перекрыть гул вертолетного двигателя. "Ми-8" приподнялся, повисел над землей и ушел в сторону Мурманска. Мы заняли исходные позиции. Риск был, конечно, очень большой. Если смена появится хоть на пять минут раньше времени, вохровцы услышат стрельбу и забаррикадируются в корпусе. Но и выигрыш мог быть тоже очень большим. Первый вохровец появился через четыре минуты. Он был обвешан пивными банками, как моджахед гранатами. И прямо на пороге остановился, выливая в себя остатки "Хайнекена". По-моему, он даже не сообразил, что с ним случилось и почему он вдруг оказался с залепленным ртом, в наручниках, пропущенных через крепкую решетку, которой были забраны все окна административного корпуса. И пошла у нас работа, только успевай поворачиваться! Охранники выходили по двое, ширина двери не позволяла вываливаться толпой. И тут же одного отключал я, другого -- Артист, а Боцман довершал дело, цепляя их попарно к решетке и ловко заклеивая рты широкой лентой специального плотного скотча. -- Одиннадцать, -- сказал он. -- Нет двенадцатого. Из-за угла появились, пятясь спинами. Муха и Док. -- Смена, -- сказал Док. -- Через пять минут будут здесь. Как у вас? -- Нет двенадцатого, -- сказал я. -- Все внутрь! А тут появился и двенадцатый. От неожиданности он поперхнулся пивом и так закашлялся, что Боцман сразу отказался от мысли заклеивать его рот скотчем, лишь приковал последней парой браслеток к решетке и откинул ногой его "калаш" в сторону. Мы нырнули в корпус. -- Засовы! -- скомандовал я. -- Аварийный щит! Мог бы и не говорить, все знали, что делать. Щелкнули замки стальных дверей, сверху опустилась бронированная плита аварийной защиты. И вовремя. Снаружи ударила автоматная очередь, тут же вторая. Дверная сталь загудела от ударов пуль. -- Что за черт? -- удивился Муха. -- Боевыми же лупят! -- Не отвлекаться! -- прикрикнул я. -- Сейчас появятся еще шестеро -- внутренняя охрана. Артист, Боцман, на перехват! Эти шестеро появились без пива, с "Макаровыми" и ТТ в руках. Их пришлось упаковать и уложить в небольшой комнате, примыкавшей к вахте. -- В кабинет главного инженера! -- скомандовал я. -- Бегом! Натянуть "ночки"! Артист и Муха -- на коммутатор. Отключить внешнюю связь! Док и Боцман, за мной! ...Очень вовремя мы появились в кабинете Юрия Борисовича, заставленном ящиками и коробками гуманитарной помощи. Сам главный инженер, а с ним Генрих, Люси и корреспонденты стояли у окон, пытаясь понять, что происходит во дворе, отчего стрельба и почему воет сирена общей тревоги. Но кабинет был на третьем этаже, окна его не мыли со времен, наверное, пуска энергоблока, поэтому разглядеть что-нибудь вряд ли кому удалось. А тут еще какой-то мудила из старой смены или из новоприбывших полоснул автоматной очередью по освещенным окнам. Даже из коридора я услышал, как брызнули стекла. Я распахнул дверь и приказал, для убедительности передернув затвор "узи": -- Всем сохранять спокойствие. Оставаться на местах, никаких лишних движений. Станция захвачена. -- Какой шарман! -- сказала Люси. Гарри включил камеру и завопил: -- Еще раз, парни! Сделайте это! Всего раз! Это же супер! Прайм-тайм! Ну, чего не сделаешь для хорошего человека. Мы вышли, затем снова ворвались, я повторил приказ. Гарри не отрывался от об®ектива, а Крамер без остановки сверкал фотовспышкой. -- А теперь очередь, в потолок! -- попросил Гарри. -- Хоть одну! За каждый выстрел ставлю бутылку водки! Смирновской! Генрих незаметно кивнул мне. Я не заставил себя упрашивать. Полоснул по потолку двумя короткими очередями, дал знак Гарри прекратить с®емку, после чего стянул "ночку" и обратился к Юрию Борисовичу: -- Прошу извинить. Осуществляется проверка системы охраны станции. Проверка завершена. Первый энергоблок захвачен. Где у вас громкая связь с персоналом первого блока? -- Фи! -- разочарованно протянула Люси. -- А я-то думала, что и вправду захват! Ну что за страна?! Куда ни ткнись -- везде сплошная туфта! Однако. Нервы у нее были прямо-таки воловьи. -- Тут рядом, в кабинете директора, -- ответил мне главный инженер. -- Есть еще у дежурного диспетчера. Мы прошли через пустую приемную в директорский кабинет, Юрий Борисович взял микрофон, щелкнул тумблером и вопросительно посмотрел на меня: -- Что говорить? Я подсказал: -- Говорит главный инженер станции. Прошу всех соблюдать спокойствие. Тревога учебная. Он повторил мои слова. -- Что еще? Я взял у него микрофон: -- Дамы и господа! Производится проверка охраны станции. Говорит командир группы захвата. Первый энергоблок захвачен и изолирован от внешнего мира. Весь персонал, непосредственно не занятый обслуживанием систем энергоблока, должен перейти в комнату отдыха. Остальным оставаться на своих рабочих местах. Все приказы членов группы захвата прошу выполнять немедленно. Операция проводится в интересах обеспечения безопасности стратегических об®ектов. Прошу извинить за причиненные неудобства. Я выключил микрофон. Из небольшой комнаты, примыкавшей к кабинету директора, выглянул белобрысый компьютерщик Володя. -- Что происходит? -- спросил он. -- Об®явление по громкой связи слышал? -- Ну. -- Это и происходит. Первый энергоблок захвачен. -- А-а! -- протянул он и скрылся за дверью. Я знал, что через минуту эта информация будет в Москве. -- А мне что теперь делать? -- спросил Юрий Борисович. -- Понятия не имею. Ждать. -- Чего? -- Пока не знаю, -- честно ответил я. -- Откровенно говоря, ни разу в жизни не захватывал атомные электростанции. -- Эту, однако, захватили за полчаса. -- Обижаете, Юрий Борисович. Всего за двенадцать минут. Я оставил его за столом директорского кабинета и вышел в приемную. Там меня поджидал Генрих. -- Прекрасно, Серж, -- одобрительно проговорил он. -- Вы заработали вторую половину гонорара. -- Можем получить? -- Чуть позже. Операция еще не закончена. -- Раз вы уже здесь, можно не подавать условленного сигнала? -- спросил я. -- Напротив. Дайте мне передатчик. Я протянул ему коробочку рации. Он включил и сказал в микрофон только два слова: -- Подход открыт. После чего выключил рацию и бросил ее в мусорную корзину. -- Больше она не понадобится. -- Пастух, я Артист! -- ожило у меня в кармане "уоки-токи". -- Внешняя связь отключена. Работает только прямой телефон в кабинете директора. Как понял? -- Понял тебя. Идите в комнату отдыха, успокойте людей. До связи. Я заглянул в директорский кабинет. Юрий Борисович сидел с трубкой в руках и судорожно набирал какой-то номер. От волнения пальцы у него срывались с диска, и приходилось начинать все сначала. -- Положите трубку, -- проговорил я, -- и пройдите в комнату отдыха. И вам будет спокойнее, и всем вашим людям. -- Это приказ? -- Да, приказ. -- Вынужден подчиниться. Из кабинета главного инженера высунулся Гарри и тут же нацелил на нас телекамеру. Генрих закрылся рукой и приказал: -- Выключите! Когда и что снимать, я сам вам скажу. -- А будет еще что-нибудь для прайм-тайма? -- Будет, -- пообещал Генрих. -- Прямо сейчас. Пойдемте. Вслед за ним мы вошли в кабинет главного инженера. -- Пойди погуляй, -- кивнул Генрих Люси. Но она лишь повела плечом: -- Вот еще! Мне тоже интересно! Генрих помедлил, но решил, видно, что спорить не стоит. Он отпер сейф Юрия Борисовича, извлек из него небольшую картонную коробку из-под принтера и перенес на стол. В этой коробке был не принтер. В этой коробке были радиовзрыватели и детонаторы. Те самые, испытание которых мы проводили несколько дней назад и маркировка на которых так не нравилась Доку. -- Можете снимать, -- разрешил Генрих, выкладывая на стол содержимое коробки. -- Здесь набор современного террориста. Этот небольшой блок с пусковым кодом и кнопкой так называемое инициирующее устройство. Эти четыре коробочки -- радиовзрыватели, настроенные на одну частоту. А это -- детонаторы. В данном случае они начинены не тротилом, а обыкновенным детским пластилином, но для наглядности мы сейчас их отделим... вот так. Отложим подальше в сторону и произведем пробу. Сейчас я наберу шифр, открывающий доступ к пусковой схеме... Гарри, если вы еще раз шевельнете об®ективом камеры, я разобью ее и вы останетесь без сенсации. Снимайте только мои руки и приборы. Вам ясно? -- Ну, ясно, ясно! -- недовольно согласился Гринблат. -- Продолжайте, Генрих, -- попросил Блейк. -- Если это будет неинтересно, при монтаже вырежем. -- Это будет интересно, -- успокоил его Генрих. -- Итак, я набрал код, а теперь нажимаю пусковую кнопку. Обратите внимание: на пульте загорелся зеленый светодиод. Это значит, что инициирующий сигнал послан на спутник связи. Через тридцать секунд он вернется к взрывателям. Засекайте время. Я нажал секундомер своей "Сейки". Ровно через тридцать секунд вспыхнули красные светодиоды всех четырех взрывателей, в тот же миг с легким треском между электродами пробежали искры электрического разряда. Мы с Доком переглянулись. -- Вот так, господа, -- подвел итог Генрих. -- А если спутник связи будет в мертвой зоне, на другой стороне земли? -- поинтересовался англичанин. Генрих усмехнулся: -- Современные террористы -- народ очень предусмотрительный. Теракт практически невозможно точно спланировать по времени. Поэтому используется не один спутник, а три или даже четыре. Все они работают на одной частоте, и один из них всегда находится в активной зоне. Так что взрывной сигнал может быть подан в любой момент и практически из любой точки земного шара. Это интересно, мистер Блейк? -- Да. Пожалуй, да. -- Дальше будет еще интересней, -- пообещал Генрих, убирая взрыватели и детонаторы в коробку, а коробку запирая в сейф. -- Следующий этап -- минирование наиболее уязвимых узлов станции. Укладка взрывчатки и установка радиовзрывателей. Но эту операцию мы проведем чуть позже. -- У вас есть и взрывчатка? -- поразился Грин-блат. -- Да, шестьсот килограммов тола. Они находятся в этих вот ящиках. Серж, продемонстрируйте господам журналистам содержимое ящиков. Я открыл один из ящиков, похожих на те, в каких транспортируются геодезические приборы. Но здесь были не приборы, а плотно уложенные толовые шашки. -- Тринитротолуол, -- об®яснил Генрих, -- или попросту тол. И в тех двух ящиках тоже. Но мы не будем его использовать. Важен факт, что террористы смогли доставить его на станцию. И ваша пленка это подтвердит. А для имитации минирования мы используем эту вот обыкновенную оконную замазку. Она очень напоминает пластит. Он открыл "молнию" своей серой сумки, извлек из нее кубик в промасленной бумаге и предложил желающим посмотреть и даже потрогать. Гринблат опасливо отодвинулся, а Док взял кубик в руки, отщипнул немного, потер между пальцами и даже понюхал. -- Что скажете. Док? -- спросил Генрих. -- А что я могу сказать? Замазка и замазка. Я не сапер, я хирург. -- А по-вашему, Серж, будет это выглядеть на пленке достаточно убедительно? Я пожал плечами: -- Понятия не имею. Для меня -- будет. Для специалиста -- не знаю. Эта замазка меня сейчас меньше всего интересовала. Меня интересовало совсем другое. В ящике с толом, сбоку, между шашками, я заметил краешек целлофановой упаковки. И я сразу узнал эту упаковку. Это был аэрозольный набор "Экспрей", исчезнувший из тайника за ванной в номере Генриха. А это могло означать только одно: если люди Голубкова подменили тол, лежавший в кладовой на турбазе, Генрих определит это за две минуты. Или уже определил. А перед нами просто ваньку валяет. Генрих взглянул на часы и об®явил: -- А теперь, господа журналисты, попрошу пройти со мной. Вы, Серж, и вы. Док, тоже. Он двинулся к выходу, не сомневаясь, что все последуют его приглашению. -- А я буду здесь торчать? Я тоже пойду! -- заявила Люси. Воспользовавшись толкучкой в дверях, Крамер обернулся ко мне и негромко спросил: -- Где дубликаты ключей от сейфа? Нужно отдать мне должное, в условиях форс-мажора я соображаю довольно быстро. И если человек знает о существовании дубликатов... -- У Артиста, -- таким же быстрым полушепотом ответил я. -- Вызовите его. И отвлеките Генриха. Хотя бы на пять минут. Я сунул ему "уоки-токи" и поспешил за Генрихом, Люси и корреспондентами. Закрывая за собой дверь, услышал голос Крамера: -- Артист! Немедленно в кабинет главного инженера! В коридоре меня поджидал Док. Мы перешли на легкую рысь, подтягиваясь к группе, шествующей под предводительством Генриха. -- Это не замазка, -- сообщил мне Док на ходу. -- А что? -- Похоже на пластит. -- Пластит не такой, -- возразил я. -- Даже по цвету. -- Это может быть аналог пластита. Чешского производства. Секвит или что-то в этом роде, точно не помню. Сила взрыва даже больше, чем у пластита. Есть у меня подозрения... -- Потом, Док. -- По-твоему, это неважно? -- удивился он. -- Очень важно. Но сейчас есть кое-что поважней. Я нагнал Генриха и придержал его за рукав: -- Нужно поговорить. -- Не сейчас. -- Нет, сейчас, -- твердо сказал я. Мы как раз миновали душевые. Я завел Генриха в предбанник и плотно прикрыл за собой дверь. Генрих прошел по кабинкам, убеждаясь, что никого нет. -- Говорите, -- приказал он. -- Только быстро. -- Я не спрашиваю, почему в нашем оружии оказались боевые патроны. -- Мне некогда было искать холостые. -- Я так и понял. Я спрашиваю о другом: почему боевыми лупит охрана? Мы договаривались, что вы организуете утечку информации о проверочном захвате станции. Вы это сделали? -- Да. Для этого я специально летал в Москву. -- Так в чем же дело? -- Понятия не имею. Возможно, произошла накладка. Сейчас это уже не имеет значения. -- А если они предпримут штурм? Прикажете нам стрелять в воздух? А они будут -- по нам? Мы сделали свое дело, Генрих. Станция захвачена. А теперь мы выходим из игры. -- Каким образом? -- Очень просто. Бросаем оружие, разблокируем вход и поднимаем руки. А об®ясняться с властями придется вам самому. -- Вы этого не сделаете, Серж. И я вам скажу почему. Вы помните газетную шумиху после убийства корреспондента "Совершенно секретно"? -- Да. Вы решили свои проблемы. Только я не понял, с каких пор такие методы считаются цивилизованными. -- Я не убивал корреспондента К. Это сделали вы, Серж. -- Да ну? -- Вот именно. Если со мной что-нибудь случится, в моей квартире произведут обыск. И найдут револьвер "кобальт" с единственным истраченным патроном. Эксперты без труда установят, что корреспондент был убит именно из этого ствола. А отпечатки пальцев на этом стволе -- ваши, Серж. Напомнить, как они там появились? В вашем доме в Затопине. Когда вы меня обезоружили. К этому времени корреспондент был уже мертв. А последним брали в руки "кобальт" вы. Но это еще не все. На полу в салоне "Нивы" осталась лежать стодолларовая купюра. Ваш дом обыщут. И найдут сто тысяч долларов. Из тех, что вы получили в качестве аванса. Серия и номер банкноты, обнаруженной в "Ниве", как раз из этого выпуска. Вы получите лет пятнадцать. И никакого алиби у вас нет, хотя ваша жена будет утверждать, что вы провели ночь дома. Убийство совершено в третьем часу ночи. Вы дождались, когда жена уснет, поехали на Московскую кольцевую дорогу, убили и ограбили корреспондента, встречу с которым назначили накануне, и вернулись домой, когда она еще спала. Ну, сука! Мне даже напрягаться не пришлось, чтобы изобразить свои чувства. -- И вы надеетесь, что это сойдет вам с рук? -- спросил я. -- Не сомневаюсь. И поможете мне в этом вы. У вас просто нет другого выхода. Только один: не противодействовать мне ни в чем. И когда я говорю "ни в чем", это следует понимать буквально. Могу успокоить вас: никакого штурма не будет. И если вы или ваши люди сдуру в горячке не ухлопаете кого-нибудь из охраны, никаких осложнений с властями у вас не возникнет. По заказу службы безопасности Каспийского трубопроводного консорциума вы производили проверочный захват станции. И вы это сделали. Остальное вас не касае

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования