Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Зарубежная фантастика
      Андре Нортон. Неведомые звезды -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  -
я с тем, что это был конец. Если Иит действительно мертв, Рызк заплатит мне за его смерть. Сначала я полагался на камень, потом на Иита, но теперь я лишился обоих. Остался лишь я, но на мне еще рано было ставить крест. Раньше я был уверен, что не обладаю телепатическими способностями. Конечно, до встречи с Иитом я вообще не подозревал о таких способностях своего разума. Он установил контакт с моим мозгом, и именно у него я научился телепатическому общению. Однажды, когда нам было особенно тяжело, для того, чтобы доказать офицеру Патруля нашу невиновность, он установил мысленный контакт моего сознания с сознанием другого человека. Потом он научил меня изменять свой облик, и именно я обнаружил, что камень Предтеч может произвести почти полное изменение. Но Иит -- он или уже умер, или умирал. Я остался без Иита и без камня. Я был ранен, насколько серьезно я не знал, и я был заперт. Осталась только одна, очень слабая, искорка надежды -- дзакатанин. Он, как и Иит, был настоящим телепатом. Мог ли я связаться с ним? Что, если попробовать позвать его? Я вперился взглядом в темноту, которая, как я надеялся, не останется со мной до конца жизни, и представил лицо Дзильрича таким, каким видел его в последний раз. Теперь я старался как можно дольше удержать этот образ в мозгу, но не для того, чтобы воплотиться в него, а как пункт назначения моих мысленных импульсов. Я отправил не связную информационную мысль, а лишь сигнал внимания, призыв о помощи. И мне удалось установить контакт! Это было так, будто я положил кончик пальца на свернутый лист, который сразу же развернулся от контакта с моим телом. Потом -- потом пришел ответ. Но я был бесконечно разочарован. С Иитом телепатический контакт был ясным и понятным, таким же он был в присутствии мутанта и с дзакатанином. Сейчас же на меня обрушилась лавина ярких, непонятных мне понятий и образов, мелькавших так быстро, что разобрать их было абсолютно невозможно, и все это подействовало на меня так болезненно, что мне пришлось отступить и прекратить связь. Иит был тем связующим звеном, без которого я не мог обойтись. Иначе все мои попытки охватить этот вихрь чужеземных мыслей просто могли свести меня с ума. Я взвесил свои шансы. Я мог оставаться здесь, в заточении, дожидаясь того, что приготовил для меня Рызк. Или я мог снова попытаться связаться с дзакатанином. Смириться со своей беспомощностью было не в моих правилах. Итак, осторожно, как человек, ищущий тропинку через чавкающее болото, в котором лязгают тысячи голодных, готовых проглотить его пастей, я отправил еще один мысленный импульс. Но на этот раз я отправлял послание -- медленно, впечатление за впечатлением. Я не пытался говорить что-нибудь Дзильричу так, как я "разговаривал" с Иитом. На этот раз я упорно, раз за разом продумывал то, что хотел ему сообщить, чтобы он просто все знал и мог воспользоваться этим при необходимости. Хотя я и побаивался, что мой медленный "рассказ" был так же непонятен ему, как его чрезвычайно быстрый поток мыслей для меня. Один, два, три, четыре раза я продумывал все то, что приготовил для сообщения. На большее меня не хватило. Боль в моем теле была ничем по сравнению с той болью, что переполнила мой мозг. Контакт разорвался, когда я потерял сознание, так же, как это случилось, когда мы входили в гиперпространство. Меня как будто покалывали острой иглой. Я вздрагивал от этих уколов, которые из слабых и отдаленных превратились в более настойчивые и болезненные. Я пытался не реагировать на этот раздражитель, чтобы остаться в безопасности неведения. Каждый укол -- как требование вернуться к тому, что я уже не хотел продолжать. -- Иит? Но это был не Иит, -- Подожди... Подождать что, кого? Мне было безразлично. Иит? Нет, Иит был мертв. И я буду мертв. Смерть была воплощением безразличия, она не требовала внимания, или чувства, или мысли -- а я хотел именно этого -- покончить с этой суетливой жизнью, которая так больно ранила тело и душу. Иит умер и я умер, или вернее умру, если только это покалывание прекратится и оставит меня в покое. -- Не спи... Не спи? Раньше мне послышалось "подожди". Хотя это не имело значения. Ничего не имело значения... -- Не спи! Крик у меня в голове. Мне было больно, и эта боль пришла извне. Я покачал головой в разные стороны, как будто пытаясь вытрясти этот голос из моего сознания. -- Проснись! Не спи! Боль которую причинил этот приказ, вырвала меня из оцепенения. Я застонал, заскулил, умоляя темноту оставить меня в покое, отдать несущей покой смерти. -- Не спи! -- гудело внутри моего черепа. Теперь я уже слышал свой собственный жалобный плач, но остановиться никак не мог. Но вместе с болью, пришло сознание происходящего, и появился барьер, удерживавший от соскальзывания назад в пустоту. -- Не спи... держи... Держать что? Мою качающуюся голову? Здесь нечего было держать. Потом я ощутил не только слова, которые отражаясь, блуждали по моему измученному сознанию, но что-то еще -- какой-то сгусток, набирающую силу опору, за которую могли держаться мои немощные мысли. И пока это продолжалось, я широко раскрыв глаза вглядывался в темноту. Каким-то образом мне стало известно, что эта помощь будет поступать ко мне только ограниченное время. И за это время я должен был сделать все возможное, чтобы помочь самому себе. Глава 15 Я с трудом поднялся на ноги, прижимая к себе Иита здоровой рукой, в то время как другая плетью свисала вдоль тела. Я был готов двигаться, но куда, против чего -- или кого? Понимая, что в этом мешке темноты я беспомощен, я был готов снова впасть в оцепенение. -- Жди -- будь готов... В этом послании чувствовалось напряжение, как будто тот, кто отправлял его, преодолевал какое-то препятствие. Ну что ж, я был готов, но сколько нужно ждать? Время, казалось, остановилось в этом мраке. Затем послышался слабый скрип, и у меня замерло сердце -- оказывается, я все же не лишился зрения! Справа от меня появилась полоска света. Пошатываясь, я направился туда и, когда узкая щелка превратилась в достаточно широкий для меня проем, мигая от яркого света, протиснулся наружу. Оказавшись в центральной шахте корабля, я был слишком изможден, чтобы повернуться и увидеть кто же освободил меня. Затем, прислонившись плечом к стене я смог, наконец, осмотреться. Дзильрич, которого я оставил прикованным к постели, неуклюже опирался двумя руками о пол, и было видно, что возбуждение, которое помогло ему доползти до двери моей клетки, явно на исходе. Он с видимым напряжением приподнял голову. -- Ты... свободен... От тебя... остальное... Свободный, но безоружный и, как дзакатанин, почти обессилевший, хотя не сдавшийся. Я уложил Иита на пол, обхватил Дзильрича здоровой рукой и отволок дзакатанина в кровать, из которой он выбрался. Затем, спотыкаясь, забрал мутанта и вернулся назад, прижимая его к себе, хотя никакая ласка не могла вернуть жизнь в это маленькое тельце. -- Скажи мне. -- я говорил на бэйсике, радуясь, что могу избежать соприкосновения со сбивающим с толку сознанием чужестранца. -- Что случилось? -- Рызк, -- Дзильрич говорил медленно, как будто каждое слово давалось ему с трудом, -- идет на Лилестан... вернуть меня... драгоценности... -- И передать нас в руки властей, -- закончил я, -- возможно, как сообщников Гильдии. -- Он... хочет... восстановления в правах. Я не знал, что ты вернулся живым... до твоего импульса. Он сказал... вы умерли... когда мы вошли в гиперпространство. Я опустил глаза на прижатое ко мне безжизненное тельце. -- Один из нас действительно умер. В пределах корабля я был свободен, но этого недостаточно, чтобы повлиять на ход событий. Рызк доставит нас на Лилестан, и там мы, вернее я, обнаружу, что правосудие настроено ко мне недоброжелательно. Дело было не только в том, что обстоятельства сложились в пользу пилота. При помощи сканера они вынут из меня все что касается камня Предтеч. И... камень Предтеч! Иит спрятал его на шлюпке. Насколько я понимал, Рызк ничего не знал об этом. Если я смогу взять его... я еще не знал, как смогу использовать его в качестве оружия. Но, его, несомненно, можно использовать для подобных целей. Шлюпка... но Иит спрятал камень, и Иит был мертв. Чаша -- если бы она была у меня, то по свечению маленького камешка я бы смог разыскать мой камень. Драгоценности -- где они? -- В сейфе. Глаза Дзильрича настороженно рассматривали меня, но он ничего от меня не скрывал. Сейф... Если Рызк запер его своим пальцем, то шансов достать чашу у меня не было. Открыть дверь хранилища сможет только Рызк. -- Нет. Похоже, что дзакатанин мог читать мое сознание не хуже Иита, но сейчас это не имело значения. -- Нет -- сейф закрыл я. -- Он согласился на это? -- Ему пришлось. Что это за вещь, которую ты должен иметь -- к которой тебя приведет чаша -- что это за оружие? -- Я не знаю, можно ли это использовать в качестве оружия. Это источник необыкновенной энергии, который не укладывается в привычные нам рамки. Иит спрятал его на спасательной шлюпке, и чаша найдет его. -- Помоги мне... дойти до сейфа. Хромой вел калеку, и совсем маленькое расстояние превратилось для нас в тяжелое путешествие. Но я был в состоянии поддерживать дзакатанина и, когда он привел в действие механизм запора сейфа, я быстро схватил чашу. Он крепко прижимал ее к себе, пока я вел его к кровати. Прежде чем отдать мне чашу, он внимательно осмотрел ее со всех сторон. В конце концов он постучал когтем по крошечному камню Предтеч. -- Это то, что ты ищешь. -- Мы с Иитом уже давно искали его. Скрывать дальше правду было бессмысленно. Мы уже не могли совершить задуманный полет к неизвестным звездам в поисках древней планеты, которая была источником камней, и главное сейчас найти то, что спрятал Иит. -- Это карта, и ты разыскиваешь обозначенное на ней сокровище? -- Большее, чем то, что ты нашел в усыпальнице. И как можно короче я рассказал ему о камнях Предтеч -- о том, который находился в кольце моего отца, о тех, что оказались в тайнике на неизвестной планете, и о том, который спрятал Иит и, как мы с Иитом использовали его. -- Понимаю. Тогда возьми ее. Дзильрич протянул мне чашу. -- Найди этот спрятанный камень. Похоже мы были на краю грандиозного открытия, когда нашли ее, -- но нужно дважды подумать прежде, чем рискнуть выпустить на волю такие силы. Я прижал к себе чашу, как раньше прижимал Иита, и, прислоняясь плечом к стене, с трудом поковылял от каюты Дзильрича до ведущего вниз к шлюпке трапа. Последние шаги я делал едва передвигая ноги. Я оказался в судне, которое так хорошо нам послужило. Превозмогая себя, я передвигался по шлюпке, удерживая чашу на небольшом отдалении от себя и наблюдая за камнем Предтеч. Он тускло засветился, потом ярко вспыхнул. Я не представлял, как смогу использовать его в своих поисках, потому что в этом свечении не было видимых изменений. Все же нужно было попробовать. Я начал с хвостовой части, но каких-либо изменений в яркости камня на чаше там не произошло. Когда же на обратном пути, я подошел к правому борту суденышка, чаша пошевелилась, вырываясь из моей руки. Я отпустил ее. Когда камень Предтеч проснулся в первый раз, он привел меня через космическое пространство к покинутому кораблю, на котором были его сородичи, теперь же чаша, вырвавшись из моей руки, прилипла к прикрывающей корпус облицовочной панели. Я рванул на себя край панели, надеясь, что Иит не смог закрыть ее слишком плотно. Когда ногти сломались, а пальцы были изрезаны острыми краями обшивки, я был близок к отчаянию. С одной рукой мои возможности были ограничены. Но я не прекращал своих попыток и, наконец, отковырнул панель за которой прямо передо мной оказался ослепительно сияющий камень. Чаша рванулась к нему и я даже не пытался раз®единить их. Вместе с чашей и камнем я отправился назад. Я тихо сидел возле Дзильрича, и мы удовлетворенно смотрели на стоящую на полу между нами чашу. Я слишком обессилел, чтобы поднять свое тело для новых дел и даже мои мысли были вялыми и беспомощными. Теперь, когда я нашел второй камень, я все еще не представлял, как использую его против Рызка. Казалось, что, достигнув этого маленького успеха, я окончательно выдохся. Иит лежал на краю койки дзакатанина, большая рука которого лежала на голове мутанта. -- Он не мертв... Я вздрогнул и пришел в себя. -- Но... -- В нем еще теплится жизнь, очень слабо, едва слышно, но это так. Я не был врачом, но и врач вряд ли смог бы вылечить мутанта. Меня тяготила моя собственная беспомощность. Иит будет умирать и ничто не сможет спасти его А может, что-то все-таки поможет? Немного позади головы Иита стояла чаша с намертво слипшимися камнями. Камень Предтеч был сгустком энергии. Его энергии хватало, чтобы изменить нашу внешность и весьма долго удерживать эти изменения. Кроме того, когда Иит безмятежно спал, я смог превратить его в кошку. Мог ли я теперь вдохнуть саму жизнь в тело мутанта? Поскольку в нем еще теплилась слабая искорка жизни, я должен был попробовать ее раздуть. Правой рукой я положил бесчувственную ладонь левой руки на камни, не беспокоясь о том, что могу обжечься. В конце концов я просто не почувствую этого. Правую ладонь я положил на голову Иита. Я полностью сосредоточился на моем компаньоне, просто представляя его живым. Так я и сражался -- при помощи сознания, руки, на которой после этого навсегда остались шрамы, и решимости бороться с самой смертью, -- тем, что сам Иит и ему подобные называли концом существования. И при помощи проходящей через меня энергии я искал искорку, о которой сказал Дзильрич, чтобы раздуть ее в пламя. Камни разогрелись так, что в их ослепительном сиянии исчезла каюта, дзакатанин и даже Иит, но я продолжал удерживать в сознании изображение живого мутанта. Мои глаза были бесполезны в мраке темницы, и они снова ослепли, на этот раз от света. Но я настойчиво продолжал свое дело несмотря на то, что все во мне сжалось и кричало, и требовало бросить это. Не могу сказать, что полностью понимал почему я веду эту борьбу, я знал только то, что должен выстоять до конца. В конце концов все было закончено, моя обожженная рука ладонью вверх лежала на колене, а чаша и камень были прикрыты тканью. Иит сидел на корточках, сложив руки на груди, он полностью пришел в себя, и по его оживленному виду нельзя было сказать, что совсем недавно он лежал бездыханный. Мне были слышны отголоски его разговора с дзакатанином. Но теперь мне было так трудно воспринимать чужие мысли, что то, что я слышал походило скорее на бормотание или тихий шепот в другом конце комнаты. Увидев мою ладонь, Иит, как ни в чем не бывало, быстро принес аптечку первой помощи и сделал мне укол. Но я почти не обратил на это внимание. Я видел, как дзакатанин в чем-то согласился с Иитом и мутант вынес чашу из каюты -- снова в сейф, решил я. Но я хотел лишь одного --спать. Я проснулся от голода. Я все еще был в каюте дзакатанина. Если Рызк и заходил к нему, пока я спал, он не вернул меня под замок. Но меня беспокоило то, что я заснул. Я не сделал очень много из того, что нужно было сделать. Сразу же, как будто почувствовав, что я уже проснулся, в каюту заскочил Иит. Во рту он держал две тубы из НЗ. Увидев их, я на некоторое время забыл обо всем. Но, проглотив содержимое одной из них в несколько глотков (хотя в нормальных условиях я бы не назвал эту еду аппетитной), я задал вопрос: -- Рызк? -- Мы ничего не можем предпринять, пока находимся в гиперпространстве, -- сообщил Иит. -- Кроме того, он нашел себе приятное занятие. Похоже, что, когда этот корабль арестовали за контрабанду, его плохо досмотрели. Рызк обнаружил тайник с ворксом и теперь предается сладким грезам у себя в каюте. Воркс -- достаточно сильный наркотик, чтобы усыпить любого -- не знаю, насколько сладкие он навевал сны, но речь шла о другом. Этот напиток не просто опьянял -- у представителей моего вида он вызывал галлюцинации. Меня не удивило, что Рызк обыскивал корабль. Скука космического перелета заставит любого человека, заточенного среди этих стен, во время гиперперехода попытаться хоть чем-нибудь развеять утомительную скуку. Кроме того, Рызк не мог не знать, что этот корабль продан после конфискации за контрабанду. -- Он снова выпил, -- сообщил Иит. Энергия переполняла его, и я даже позавидовал такому бурному возрождению, особенно после того, как сам так обессилел. -- Это ты подсказал ему? -- Наш выдающийся коллега. Иит кивнул в сторону дзакатанина. -- Похоже, что слабость Рызка состоит в питье, -- подтвердил Дзильрич. -- Хотя это плохо использовать чью-либо слабость, бывают случаи когда необходимо забыть о Полном Прощении. Мы не нуждаемся в обществе Рызка. -- Если мы выйдем из гиперпространства в системе Лилестана, мы окажемся на подконтрольной Патрулю территории, -- суховато заметил я. -- Вполне возможно выйти и снова уйти назад еще до того, как придет требование представиться, -- ответил Дзильрич. -- Я обязан сообщить о налете на наш лагерь, это правда. Но у меня есть обязательства и по отношению к тем, кто послал экспедицию. Находки, подобные этой чаше с картой, встречаются, наверное, не чаще, чем раз в тысячу лет. Если мы сможем найти ключ к расположению отмеченных на ней планет, то разведывательный полет по древним маршрутам будет важнее, чем обращение к закону по поводу одного налета. -- Но Рызк пилот. Он не согласится уходить за пределы известных ему карт. И если он решил передать нас... -- За пределы карт, -- глубокомысленно повторил дзакатанин. Но в этом мы не можем быть уверены наверняка. Смотрите... Он извлек стереопроектор, который, как я знал, составлял часть оборудования рубки. Он нажал кнопку, и на стене вспыхнуло изображение звездной карты. Я не был астронавигатором, поэтому не умел читать ее в подробностях, и мог только определить расположение звезд и прочесть под их изображениями координаты для гиперпрыжков. -- Вот край мертвой полосы, -- показал мне Дзильрич. -- Влево от тебя, третья от угла -- система, в которой находится проклятая Блуждающая Звезда. Судя по дате на карте, эту систему обнаружили три века назад. Это одна из старых Голубых карт. Теперь посмотри на чашу, представь что мертвое солнце этой системы красный карлик, поверни ее на два градуса левее... Я взял чашу и медленно повернул ее, сравнивая со стереоизображением на стене. Хотя я не обучался читать подобные карты, я понял, что он прав! На чаше я рассмотрел не только пиратскую планетную систему вокруг красного карлика -- умирающего солнца, -- из которой мы только что сбежали, но и маршрут, соединяющий эту систему с камнем Предтеч. -- Здесь нет координат для гиперпрыжка, -- констатировал я. -- Трудно найти более нелепое занятие, чем попытаться угадать их. И даже обученный для исследовательских прыжков разведчик едва ли сможет в этом разобраться. -- Посмотри на чашу

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования