Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Научная фантастика
      Хойл Ф., Эллиот Дж.. Андромеда -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  -
аиболее благоприятный момент с максимальной выгодой продавалось в столице того или иного государства. - Что-нибудь еще? - Нет. Они сделали два или три круга в кауфмановском баре на колесах, а затем вернулись к месту, откуда началась поездка. Поглаживая подбородок, Уотлинг обдумывал полученные сведения. - Вы считаете, что это результат его деятельности в Болдершоу? - Так считает Харрис. - И поэтому-то на Харриса тогда напали, избили и бросили его? - Отчасти. - Но, как бы то ни было, чем меньше эти господа будут осведомлены в данном вопросе, тем лучше. Если уж какие-либо сведения попадали в руки "Интеля", то проследить их дальнейший путь было чрезвычайно трудно. У картеля имелось совершенно легальное представительство в Лондоне, официальная контора в Швейцарии и отделения на трех континентах. Информация передавалась по приватным каналам картеля с молниеносной быстротой, и едва ли можно было воспрепятствовать этому. Никакое расследование здесь не помогло бы. Пока вы перерывали контору на Пикадилли, интересующие вас сведения уже обменивались на марганец или бокситы за границей, в какой-нибудь не слишком дружественной вам стране. Для "Интеля" не существовало ничего святого, неприкосновенного. - Полагаю, что Бриджер будет и дальше поставлять им сведения, - сказал Уотлинг. - Но считается, что он уходит, - напомнил ему адъютант. - Теперь он вряд ли уйдет. Они купят его с потрохами. - Он вздохнул. - Так или иначе, а он все знает от Флеминга. Их ведь водой не разольешь. - Вы считаете, что Флеминг в этом замешан? - А-ах! - Уотлинг даже отодвинулся на стуле и безнадежно махнул рукой. - Этот - просто невинный младенец. Он разболтает что угодно, только бы показать, какой он независимый. Вспомните, что произошло в Болдершоу. А теперь они к тому же осчастливят нас своим присутствием. - Как так? - Как? Придется-таки вам изучить их лексику и фразеологию. Они перебираются под крылышко нашего министерства - вот как. Вся компания. Флеминг непременно хочет строить свою сверхмашину в ракетном исследовательском центре в Торнессе! - О-о! - Но это совершенно секретно. - Разумеется, сэр, - произнес адъютант с должной сдержанностью. - Это уже согласовано? - Будет согласовано. Я всегда нюхом чую, когда готовится глупость. Ванденберг в ярости. Наверное, и весь комитет. Но Рейнхарт целиком за это, и Осборн, и их министр тоже. Надо думать, кабинет согласится. - Значит, мы не можем не пустить их? - Мы можем следить за ними. Для начала надо бы оставить при них Харриса. - У них в Торнессе своя служба безопасности. Армейская, - с гордостью добавил адъютант. Коммодор авиации презрительно фыркнул. - Харрис может сотрудничать с ними. - Харрис хочет выйти из игры. - Почему? - Он уверен, что его засекли. - Я не понимаю. Как так? - Уотлинг с улыбкой взглянул на него. - Ну, они же зверски избили его в Болдершоу и, возможно, считают, что он раскопал нечто важное. - Может быть, так оно и есть. Где он сейчас? - Следит за ними. Потом явится доложить лично. Но Харрису не суждено было больше ни о чем докладывать. На следующее утро Джуди и Флеминг обнаружили его труп под чехлом флеминговской машины. После того как Джуди оправилась от тошноты и они побывали в полиции, тело было увезено и они наконец вернулись в институт, где их ждала телефонограмма: Флеминга срочно вызывали в министерство науки. Джуди ожидала его возвращения в обществе Кристин; чувствуя себя расстроенной и несчастной, она рассказала обо всем приехавшему Уотлингу. Кристин продолжала спокойно работать и оторвалась лишь для того, чтобы дать Джуди две таблетки аспирина. При этом у нее был вид человека, творящего добро безотносительно к достоинствам страждущих. Уезжая в министерство, Флеминг поцеловал Джуди в щеку. Она слабо улыбнулась в ответ. - Зачем им понадобилось подбрасывать его мне? - недоуменно спросил Флеминг. - Это не тебе. Это мне, в виде предупреждения. Флеминг возвратился в полдень, не чуя под собой ног от радости. Он стащил Кристин со стула и прижал ее к груди. - Утверждено и подписано! - Что? - изумленно спросила Джуди. - Разрешение в трех экземплярах от начальства нашего турбореактивного коммодора! Они распахивают врата и пропускают нас за свои драгоценные проволочные заграждения. - Торнесс? - спросила Кристин, выкручиваясь из его объятий. Флеминг плюхнулся на ее стол. - Нам милостиво разрешается работать на их распрекрасных машинах, построенных на денежки налогоплательщиков. До сих пор эти машины берегли для игры в солдатики. - Когда? - спросила Джуди. Флеминг соскользнул со стола и, подойдя к Джуди, заключил ее в объятия. - Как только будем готовы! Мы получим первоочередное право для работы на главной машине, кроме случаев, которые уморительно именуются "государственной необходимостью". Нас избавят от утренних проверок. Нас снабдят пропусками. У нас снимут отпечатки пальцев, нам промоют мозги и поищут, не завелись ли в голове насекомые. И мы построим чудо этого века! - он отпустил Джуди и простер руки к Кристин. - Вы и я, дорогая! Мы им покажем, правда? Как это их министерское сиятельство спросил: "А это доказано?" Мы ему докажем! "Возьмем мир за углы и встряхнем", как сказала одна звезда стриптиза. А Серебряные Крылышки придет снабдить нас инструкциями. Он принялся насвистывать "Серебряные крылья на поле золотом" и потащил обеих девушек завтракать, но Джуди не могла есть. О Бриджере не было ни слуху ни духу. Уотлинг явился во второй половине дня, спокойный, но суровый, как зашедший в класс директор. Он усадил их и принялся поучать. - Смерть Харриса - прямое следствие того, что он работал с вами. - Но ведь он был простым лаборантом. - Он был агентом контрразведки. - Да ну-у? Это было новостью для Кристин и Флеминга. Последний спросил издевательски, с напускным легкомыслием: - Нашей, что ли? - Нашей. - Очаровательно! - Не льстите себя мыслью, Флеминг, что все произошло из-за того, чем вы занимаетесь. Вы еще не настолько значительная персона. - Девушки тихо сидели и слушали, а Уотлинг обращался уже только к Флемингу. - Вероятно, Харрис, охраняя вас, наткнулся на что-то еще. - Ну, а зачем же он охранял нас, если мы такие незначительные? - Но другим - кое-кому - не известно, важна ваша работа или нет. Им известно, что какие-то события происходят, потому что вы тогда распустили язык. И это может быть важным в стратегическом отношении, а может и не быть. - Вы знаете, кто убил Харриса? - тихо спросил Флеминг. До него, кажется, стало доходить, насколько он причастен к этой смерти. - Да! - Это уже кое-что. - И мы знаем, кто им заплатил. - Ну, тогда ваше дело в шляпе. - Если не считать, что нам не разрешат их даже пальцем тронуть, - сухо заметил Уотлинг, - по дипломатическим соображениям. - Совсем прелестно! - Видите ли, этот мир вообще нельзя назвать прелестным. - Он поглядел на них с видом человека, выполняющего неприятный долг. Уотлинг был сдержан и скромен, он не любил поучать. - Вам, людям, привыкшим к спокойной и тихой жизни в ваших лабораториях, придется усвоить, что отныне вы выполняете задание. - Что выполняем? - спросил Флеминг. - Задание. Если эта ваша идея правильна, то мы получим нечто очень ценное. - Кто это "мы"? - Страна. - Ах, да, конечно! Уотлинг оставил эти слова без ответа. Он уже достаточно слышал об отношении Флеминга к существующему государственному строю. - Даже если ничего не выйдет, ваша работа привлечет внимание. Торнесс - важное место, и кое-кто ни перед чем не остановится, лишь бы узнать, что там происходит. Вот почему я вас предупреждаю. Вас всех! - Он взглянул на каждого проницательными синими глазами. - Вы теперь не в университете - вы в джунглях. Пусть на первый взгляд они покажутся вам душным бюрократическим мирком, где политиканы и чиновники, вроде меня, твердят банальности, но все равно это джунгли. Можете мне поверить. Секреты продаются и покупаются. Идеи крадутся. И при этом иногда страдают люди. Вот как делаются дела в нашем мире! Пожалуйста, помните об этом. После его ухода Флеминг вернулся к счетным машинам, а Джуди отправилась в Уайтхолл за дополнительными инструкциями. К концу дня объявился Бриджер; он был чем-то встревожен и разыскивал Флеминга. - Деннис! - Флеминг выскочил из дверей машинного зала. - Мы уезжаем! - Уезжаете? - В Торнесс! Мы теперь важные! - Прекрасно, - без всякого выражения сказал Бриджер. - Министр науки взял верх. Человечество готовится шагнуть в джунгли, как утверждают наши друзья в мундирах. Может быть, все-таки передумаешь, а? Присоединяйся к толпе счастливых! - Да, конечно. Спасибо, Джон. - Бриджер опустил глаза и болезненно сморщился, мучительно преодолевая нерешительность. - Как раз поэтому я тебя искал. Я действительно передумал. К тому времени, когда Джуди добралась до Осборна, тот уже все знал. Глава 4. Часть 1. Никто никогда не ездил в Торнесс ради удовольствия. Чтобы попасть туда из Лондона, нужно было затратить не менее двенадцати часов - сначала самолетом до Абердина, затем - на дизельном экспрессе через Шотландское нагорье к городку Гэрлох на западном побережье. Торнесс был следующей железнодорожной станцией к северу от Гэрлоха. Впрочем, с железной дороги не было видно ничего, кроме маленькой чахнущей деревушки, дикого скалистого берега да вересковых пустошей. Ракетный центр располагался на небольшом полуострове напротив широкого пролива между островами Скай и Льюис. Перешеек был отделен от суши высокой оградой из металлической сетки, поверх которой была натянута колючая проволока; ворота защищены сторожевыми будками с вооруженными часовыми, а вдоль ограды и по прибрежным обрывам ходили патрули с собаками. Со стороны моря на серой глади Атлантического океана виднелся лишь островок, населенный птицами, да иногда проходил случайный патрульный катер. Под облачным небом все вокруг было зеленым, серым или коричневым, и, если не считать звуков, время от времени доносившихся из-за ограды, здесь царила тишина. Когда Рейнхарт и Флеминг сошли с поезда, лил дождь. На станции их встретила черная служебная машина, которую вела молодая женщина в зеленой форме. Разбрызгивая воду, они помчались по шоссе через голую, поросшую вереском равнину к воротам Центра. Здесь сержант в форме шотландского полка проверил пропуска и по телефону доложил директору о их прибытии. Административные службы размещались в длинном и узком одноэтажном здании, стоявшем посреди большого двора. Хотя оно было новым и современным, все же в нем осталось что-то от традиционной мрачности казармы. Однако кабинет директора производил совсем иное впечатление. Черные полы сияли, на лампах - белые плафоны обтекаемой формы, шторы свешивались до полу, а карты и схемы на стенах были вставлены в полированные рамки. За столом директора, огромным и роскошным, сидел человек с узким морщинистым лицом. На столе стояла табличка, на которой аккуратными черными буквами было выведено: "Доктор Ф. Т. Н. Джирс". Джирс вежливо, но без особого энтузиазма поздоровался с Рейнхартом и Флемингом, старательно делая вид, что его должность ему в тягость. - Вы увидите сами, какая здесь ужасная тоска, - сказал он, угощая их сигаретами, которые хранились в отполированном стакане из головки ракеты. - Мы, разумеется, заочно знакомы друг с другом. Рейнхарт осторожно опустился в одно из кресел для посетителей; оно оказалось настолько низким, что сидящий за столом хозяин был еле виден профессору. - Если не ошибаюсь, мы уже контактировали с вами по вопросам, связанным со слежением за ракетами. - Рейнхарту при разговоре приходилось вытягивать шею; безусловно, так было сделано намеренно. Флеминг понял это и усмехнулся. Физик по образованию, Джирс много лет был научным руководителем различных военных проектов и к этому времени больше походил на солдафона, чем на ученого. Где-то глубоко под маской ревностного службиста скрывался разочарованный исследователь, но из-за этого Джирс только сильнее завидовал чужому успеху, больше раздражался из-за массы мелких неотложных вопросов, которые ему приходилось решать каждый день. - Насколько мне известно, вы должны вскоре начать свои работы на нашей территории. - Несмотря на свой занудливый характер, Джирс был способным администратором и уже все подготовил к приему гостей. - Но, конечно, будет нелегко. Мы не можем предоставить вам неограниченные возможности. - Мы же не просим... - начал Рейнхарт. Флеминг перебил его: - Насколько мне известно, за нами закреплено преимущественное право? - Джирс холодно взглянул на него и стряхнул пепел в пепельницу из головки поршня. - Вам выделят определенные часы для работы на главной счетной машине - Вы получите собственное лабораторное помещение и квартиры для вашей группы. Это будет на нашей территории, и вы будете подчиняться нашему режиму, однако вам выдадут пропуска и вы сможете свободно приходить и уходить, когда захотите. Нашу службу безопасности возглавляет майор Кводринг, а я отвечаю за научную работу. - Но не за нашу, - сказал Флеминг, не глядя на Рейнхарта. - У меня более низменные, но и более насущные дела. - Джирс, насколько мог, игнорировал Флеминга и обращался только к профессору. - У вас, у министерства науки, цели более возвышенные, но, так сказать, более отвлеченные и расплывчатые. На столе в рамке стояла фотография жены и детей директора. - Интересно, как они ладят между собой? - сказал Флеминг Рейнхарту, когда они вышли. На улице все еще лил дождь. Один из помощников Джирса повел их мимо административного здания, через двор, по мокрой траве, по бетонным дорожкам, мимо низких, похожих на бункеры строений, наполовину укрытых под землей, вверх к стартовой площадке на мысу. - Сегодня еще тихо, - сказал провожатый, когда они нагнулись, защищаясь от хлестких струй. - Обычно здесь такое творится, что только держись. Несколько небольших ракет в нейлоновых чехлах покоились на наклонных стартовых установках. Они были повернуты в сторону моря. Одна ракета, побольше, стояла вертикально на главном пусковом столе; тщательно принайтовленная к пусковой башне, она казалась неподъемной и вросшей в землю. - Мы здесь не держим ничего особенно большого. Это все перехватчики. Маленькие, да удаленькие, так сказать. Разумеется, здесь высшая степень секретности, обычно мы не пускаем к себе гостей. Главная счетная машина, помещавшаяся в большом лабораторном корпусе, производила внушительное впечатление. Она была американского производства и втрое больше любой из машин, на которых они когда-либо работали. Дежурные инженеры вручили Флемингу расписание, где были отмечены отведенные ему часы. Хозяева держались довольно любезно, но не проявили особого интереса к работе гостей. Затем им показали незанятое служебное помещение, отведенное для них, и несколько стандартных домиков, маленьких и неуютных, но чистых, обставленных казенной мебелью. Хлюпая в промокших ботинках по грязи, они прошли к жилым корпусам, где им показали столовую и клуб для старшего персонала, магазин, прачечную, гараж, кинотеатр и почту. Сотрудники Центра были обеспечены всем необходимым, и им незачем было выходить за пределы городка, разве только чтобы полюбоваться вереском и небом. За первые два-три месяца в Торнесс переехала только основная группа: Флеминг, Бриджер, Кристин, Джуди и несколько ассистентов. Лаборатории были завалены листами с вычислениями, схемами, синьками и расставленными как придется опытными макетами различных электронных устройств. Флеминг и Бриджер просиживали ночи напролет над электронными блоками будущей машины и схемами соединения; здание постепенно заполнялось: приезжало все больше научных сотрудников, ассистентов, чертежников, инженеров. В начале весны из Глазго прибыли представители фирмы, подписавшей контракт на поставку оборудования, и все вокруг запестрело надписями "Макинтайр и сыновья". Здание для "сверхмашины", как окрестили это детище флеминговского интеллекта, находилось на территории Центра, но в некотором отдалении от городка; к нему то и дело подъезжали грузовики с оборудованием, исчезавшие в воротах. Постоянные сотрудники Центра наблюдали за всей этой суетой с живым интересом, но это их не касалось и они продолжали заниматься собственными делами. Примерно каждую неделю со стороны стартовых установок доносился могучий рев, за ним следовала яркая вспышка, и очередные четверть миллиона фунтов из карманов налогоплательщиков взлетали в воздух. Пасущиеся в округе коровы и овцы лениво разбегались; затем в конструкторских бюро несколько дней продолжалась лихорадочная деятельность. Вообще же окрестности здесь были тихими и неразведанными, а когда дождь прекращался, они становились невыразимо прекрасными. Младшие члены группы Рейнхарта быстро подружились с персоналом Центра и охранявшими его солдатами. Они вместе ели, пили, гуляли по окрестностям и носились по заливу на маленьких парусных лодках. Но Флеминг и Бриджер держались особняком, за что получили прозвище "небесные близнецы". Если их не было возле строящейся машины или в лаборатории, значит, они работали в домике Флеминга или Бриджера. Иногда Флеминг, решая какую-нибудь проблему, запирался у себя один, а Бриджер, прихватив полевой бинокль, отправлялся на моторной лодке на птичий островок Торхольм. Рейнхарт распоряжался из Лондона; он регулярно приезжал в Центр, но большую часть времени проводил в недрах Уайтхолла, добиваясь утверждения планов, смет, разрешений, а также занимаясь бесчисленными отчетами, которые все время запрашивало правительство. В результате все, что требовалось для бесперебойной работы, они получали очень быстро, и задержки с материалами бывали редки. Рейнхарт скромно утверждал, что Осборн в подобных делах маг и волшебник. Только Джуди оказалась на отшибе. Помещение, где она работала, было в стороне от лаборатории, в главном административном корпусе, а жить ей пришлось вместе с сотрудницами Центра. Флеминг, хоть и был всегда очень приветлив, не мог уделять ей много времени. Бриджер и Кристин старательно ее избегали. Она умудрялась следить за общим ходом работы и порой принимала приглашения офицеров отправишься на прогулку по окрестностям, но и только; дальше этого дело не шло. В долгие зимние вечера она пробовала вышивать, лепить и даже снискала себе этим репутацию артистической натуры. На самом деле ей просто было скучно. Когда новая счетная машина была почти закончена, Флеминг повел Джуди осматривать ее. Сам он относился к машине с благоговейным страхом, к которому примешивалась неприязнь. Либо он во всем ошибался, либо должно получиться нечто невообразимое и сверхъестественное. Видно было, что Флеминг страшно утомлен: он отчаянно устал и устало отчаивался. Но машина поражала воображение. Она была так велика, что пульт управления находился внутри нее. - Мы тут как Иона во чреве китовом, - объявил Флеминг Джуди, указывая на потолок - Там установлен основной агрегат системы охлаждения - гелиевый сжижитель. Сердечники запоминающего устройства непрерывно омываются потоком жидкого гелия. За тяжелыми двойными дверьми находилось обширное помещение размером с танцевальный зал, в центре которого до самого потолка подымалась панель, состоящая из множества электронных блоков. Напротив панели стоял главный пульт управления, обращенный задней стороной к двери. На одном конце пульта виднелось что-то напоминающее обычную клавиатуру пишущей машинки; на другом помещалось печатающее устройство. Кроме того, на пульте было еще несколько клавиатур и приспособления для обработки перфокарт. Осветительные плафоны пока не работали - горела только одинокая лампочка на пульте, да еще не

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору