Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Религия. Оккультизм. Эзотерика
   
      Пьер Гольбах. Галерея святых или исследование образа мыслей, поведения, правил и заслуг тех лиц, которых христианс -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  -
них из рук оружие, которым они пользуются всегда, чтобы доставить победу своим интересам над интересами наций. Политики должны были бы требовать по крайней мере, чтобы гражданская власть никогда не вмешивалась в церковные споры, которым вмешательство верховной власти лишь придает вес, чрезвычайно опасный; надо было бы позволить им думать, спекулировать или бредить о религии, как им угодно, лишь бы их действия не были вредны для общества, спокойствие которого политика обязана охранять. Только в полной, абсолютной веротерпимости, превращенной в основной, непререкаемый государственный закон, короли, понимающие свои собственные интересы и искренне преданные общему благу, найдут верное средство против безумств фанатизма и против работы духовенства, часто оказывающейся роковой для самих королей. Государи созданы для поддержания общественного спокойствия, а они сами нарушают его самым вопиющим образом, когда присваивают себе право насиловать убеждения и давить на мысль. Преследования могут создать лишь рабов-лицемерных обманщиков и лжецов, которые никогда не могут быть примерными гражданами. Только свободная мысль может создать разумные существа и освободить людей от тех гибельных идей, которые одурачивали и подданных, и королей и отдавали их в жертву духовенству. Постепенно распространяющийся свет разума гораздо лучше научил бы людей их обязанностям по отношению друг к другу, чем наставления наемных руководителей, имеющих наглость заявлять, что бог предписывает им ненавидеть, преследовать, уничтожать друг друга и восставать против законных государей всякий раз, как дело идет об утверждении или поддержке их нелепых взглядов. Достаточно лишь слегка поразмыслить, чтобы убедиться, что взгляды эти, купленные ценой такого обилия крови, бедствий и волнений в течение многих веков, совершенно несовместимы со спокойствием и счастьем народов и их государей и, следовательно, не могут проистекать от бога, которому приписывают попечение о благополучии его творений. Если судить о боге по его недостойным служителям, придется считать его злейшим тираном. Глава восьмая. СВЯТОСТЬ СРЕДСТВ, КАКИЕ ПРИМЕНЯЛИ ХРИСТИАНСКИЕ ГОСУДАРИ, ЧТОБЫ УТВЕРДИТЬ И ПОДДЕРЖАТЬ ХРИСТИАНСКУЮ РЕЛИГИЮ. ИЗВЕСТНО, Константин, приняв христианскую веру, не только прекратил гонения против ее служителей, но и осыпал их почестями, богатством и ласками. Обращение Константина, которое христианские наставники выдают за чудо, имело в своей основе чисто житейские мотивы. Этот император, бывший, по всем данным, очень жестоким и злым человеком, видя, что христианская секта широко распространилась в Римской империи, стала весьма многочисленной и грозной, сделал противное политике своих предшественников, которые безуспешно преследовали ее, чтобы подавить. Он счел более разумным привлечь на свою сторону главарей христианских-епископов, бывших владыками этой республики. С их помощью он мог распоряжаться всей сектой и с успехом использовать ее для того, чтобы возвыситься над своими соперниками. Желая угодить своим новым друзьям, христианам, он, по примеру всех обманщиков, постоянно дурачивших их, пустил слух о видении, в котором якобы Иисус показал ему крест и обещал, что этот знак принесет ему победу. С другой стороны, если верить историку Зосиме, в "обращении" Константина не было ничего такого, что делало бы честь христианской религии. Этот писатель сообщает, что император под бременем ужасных преступлений-в том числе убийства тестя, зятя, племянника, собственного сына Криспа и своей жены Фаусты - искал в языческих суевериях способов искупления, чтобы заглушить укоры совести. Не найдя среди языческих жрецов человека, достаточно снисходительного, чтобы отпустить ему его грехи, он обратился к христианским священникам, которые ему раз®яснили, что при помощи веры в Иисуса Христа и крещения он совершенно переродится и грехи с него будут сняты. Нам, конечно, скажут, что Зосима был язычником и нельзя поэтому ссылаться на его суждение о Константине. На это мы ответим, что все историки единодушно приписывают этому императору злодеяния, о которых мы говорили, и еще многие другие, явно свидетельствующие о его свирепости и ужасной жестокости. Однако в награду за услуги, которые он оказал церкви, христианские писатели, особенно Евсевий Кесарийский, превратили Константина в героя, в образец доброго государя. Немного только не хватало, чтобы об®явить его святым. И он действительно стал святым, если не за свои добродетели, то за то усердие, с каким он преследовал язычников, религию которых он бросил. Он, очевидно, стал дурно относиться к этим людям, которые, как он предполагал, должны были возмущаться его лицемерием. Упреки, какие ему приходилось выслушивать в Риме по поводу происшедшей в нем перемены, побудили его оставить столицу, воздвигнуть соперничающую с ней новую столицу, которую он построил. Он дал ей свое имя и перенес туда свою резиденцию. В самом деле, историк Зосима сообщает, что после того, как Константин об®явил себя сторонником христиан и принял их веру, он не захотел во время публичной церемонии подняться на Капитолий и стал насмехаться над этой церемонией. Этим он навлек на себя такие ужасные проклятия и стал столь ненавистен народу, что решил удалиться из Рима и перенести свою резиденцию в другое место. Этот переезд, по мнению многих, был одной из главных причин ослабления мощи римлян. Во всяком случае, Италия из-за этого оказалась беззащитной против набегов варваров, которые впоследствии уничтожили эту изумительную империю. Учредители христианской религии обыкновенно изображают нам утверждение христианства как явное чудо, в котором проявилось всемогущество божие. Но кто захочет поближе рассмотреть этот вопрос, увидит, что утверждение христианства было чудом, в котором проявилось всемогущество и жестокость Константина и его преемников. Кодекс Феодосия (titul. X de paganis) вполне достаточно разоблачает те кровавые методы, которыми в течение ста с лишним лет пользовались подстрекаемые христианскими епископами благочестивые императоры, чтобы распространить христианскую веру и искоренить язычество. Эти святые, которым незадолго до этого предстояло претерпеть мученичество, поспешили в свою очередь создавать мучеников. Их святая религия не позволила им забыть суровое обращение, которому подвергали раньше церковь. Они жестоко мстили за это и преследовали язычников с меньшим основанием, чем раньше язычники преследовали христиан. Вначале Константин не обнаружил своего жестокого, кровожадного нрава, или, если хотите, своего христианского рвения. Начал он с эдикта, в котором призывал всех подданных оставить идолопоклонство и принять истинную религию. Он заявляет, что никого не хочет принуждать, и оставляет каждому полную свободу совести. Он запрещает беспокоить кого бы то ни было из-за расхождения во взглядах и не одобряет тех, кто уже заговаривает о разрушении языческих храмов. По-видимому, курс на насилие не был тогда еще наиболее верным или усердие императора не было еще тогда так велико, как впоследствии. Вскоре мы увидим, как он заговорил по-иному, языком истинно христианского царя. В самом деле, чтобы удовлетворить свою собственную ярость против религии, которую он оскорбил, или чтобы показать свою готовность услужить благочестивым епископам, он вскоре распорядился закрыть храмы богов; убрать оттуда все статуи и снять крыши с этих зданий, чтобы помешать народу собираться в них. Он запретил под страхом смерти жертвоприношения и приказал, чтобы приносящих жертву безжалостно убивали "мечом-мстителем" (gladio ultore sternantur). Кроме того, он распорядился конфисковать имущество казненных и таким же образом и с такой же строгостью наказывать правителей провинций, которые проявят небрежность в исполнении столь жестоких распоряжений. Он сам распорядился разрушить храм Аполлона в Киликии. Кроме того, он захотел насильно крестить всех евреев и заставить их есть свинину в день пасхи. Такова евангельская кротость, которую внушило Константину христианство через епископов, палачом у которых он стал, побыв у них некоторое время в роли льстеца. В течение всего своего царствования он занят тем, чтобы снискать благоволение этих высокомерных учителей. Он только о том и думал, чтобы расширять их привилегии, богатства, величие. Чтобы привлечь к ним сторонников из рабов, он в 316 г. распорядился, чтобы отпуск на волю рабов совершался в церкви в присутствии епископов, которым дал право отпускать на волю. В 321 г. он предоставил это право всем чинам духовенства. Этот благочестивый государь установил празднование воскресенья, или дня солнца, он приказал, чтобы в этот день в городах прекращались все работы, разрешив работать только сельским жителям. В честь Иисуса Христа он уничтожил казнь на кресте, принятую у римлян. Одним словом, этот великий император трудился на пользу духовенства, которое он старался сделать цветущим и могущественным в награду за великие услуги, которые оно ему оказало, помогая ему одолеть его соперников. На соборе в Арле собравшиеся отцы составили специальный канон отлучения от церкви всех солдат-христиан, "которые, пусть даже в мирное время, бросят службу императору". Вот почему, надо полагать, мы видим у Константина такую любовь к соборам, которые он собирал многократно, сам появлялся на них в полном блеске, диктовал своими императорскими устами кровавые указы против еретиков, произносил богословские речи на темы, о которых не имел ни малейшего представления. Нам приходилось уже отмечать, что этот император-богослов, заставивший признать на Никейском соборе божественность и единосущность слова, скоро переменил свое мнение, сделался арианином и стал преследовать святого Афанасия, пригласив в свой совет епископо-вариан. В конце концов этот государь, основоположник учения о божественности Христа, долго прожил и умер фактически противником этого взгляда. Точнее говоря, Константин никогда не знал своего мнения по этим вопросам, непонятным даже для богословов. Легко понять, что при тех приемах, какие применял Константин для утверждения веры, христианская религия должна была получить распространение и процветать. Царедворцы, разделяющие обычно религиозные воззрения своего господина, уверовали и обращались массами. По крайней мере, они притворно принимали религию, от которой зависела их карьера. Дети этих лицемеров, воспитанные уже смолоду в принципах этой религии, верили в нее уже искренне. Когда цари усваивают какое-либо мнение, оно скоро становится мнением знати и всех тех, кто старается выдвинуться. Простонародье дольше держится старых взглядов. То же произошло и при Константине и его преемниках. Язычников не допускали в императорские дворцы. Жители богатейших городов обращались в христианство, чтобы получить доступ к муниципальным должностям, а население сельских местностей, так называемые pagani, долгое время еще сохраняло привязанность к богам своих предков. Согласно церковным историкам и авторам житий, Елена, мать Константина, играла крупную роль в царствование своего сына. По всей видимости, именно эта женщина настроила своего мужа, Констанция Хлора, в пользу христианства и посеяла в своем сыне семена неоформившегося христианства, которое он принял. В самом деле, как мы вскоре увидим, женщины почти во всех странах служили орудием, которым с большим успехом пользовались христианские учители, чтобы распространять свое учение. Все жизнеописание святой Елены до того наполнено сказками, что почти невозможно выделить в нем малейшую истину. Критики выражали сомнения в том, что эта женщина была законной женой Констанция, и приводили серьезные основания, чтобы считать ее только его любовницей. Но, как известно, бог пользуется всякими средствами для преуспеяния церкви. В его руках самые низкопробные орудия становятся полезными для духовенства. Во всяком случае, не подлежит сомнению, что святая Елена построила много церквей и осыпала попов благодеяниями. Этого было достаточно, чтобы причислить ее к святым. Уверяют, кроме того, что она обрела "животворящий крест" Иисуса Христа, который открыли по чудесам, какие этот крест совершал. Однако историк Сократ сообщает об этом событии в таких выражениях, что оно становится подозрительным. Сыновья Константина пошли по его стопам. В 341 г. его сын Констанций подтвердил суровые указы своего отца. Он в тоне деспота приказал, "чтобы суеверие прекратилось, чтобы уничтожили безумие идолопоклонства". "Ибо,-говорил 6н,-если кто-нибудь, вопреки закону божественного императора, отца нашего, и вопреки сему распоряжению нашей кротости, осмелится принести жертву, к нему надлежит применять соответствующую кару, предписываемую настоящим законом". А закон этот гласит: "всякого принесшего жертву надлежит казнить мечом, а его имущество должно быть конфисковано", В следующем году Констант, брат Констанция, в указе, обращенном к префекту Рима, распорядился сохранить в целости лишь храмы, расположенные за городом, ради зрелищ, которых еще не решались отнять у народа. Но в остальном он требует, чтобы все языческие суеверия были уничтожены, чтобы храмы были повсюду закрыты и никому не было дозволено к ним приближаться. Жертвы были запрещены под страхом смерти и конфискации имущества. Те же наказания грозили правителям, если они упустили покарать эти преступления. Этот же император приказал убрать из места собраний сената алтарь Победы, пред которым римляне по обычаю приносили Присягу. Он строго запретил обращаться к гаруспикам, гадателям, магам, астрологам и так далее Все эти законы показывают нам, какими благочестивыми средствами пользовались уже в раннюю эпоху для распространения веры. Они доказывают, что при такого типа императорах христианство без всяких чудес могло быстро распространиться в короткое время. Все эти законы собраны в книге Жака Годфруа, опубликованной в 1616 г. под названием "De statu paganorum sub christia-nis imperatoribus". Преследуемые столь жестоко язычники ожили в царствование императора Юлиана. Последний безуспешно пытался восстановить культ, которому предыдущие царствования уже нанесли смертельные удары. Однако он не преследовал христиан. Он только препятствовал им в получении образования путем изучения наук, которые он, очевидно, считал совершенно бесполезными для людей, учению которых абсолютно необходимо было невежество. В самом деле, христианских вероучителей справедливо упрекают, что они питались невежеством, так как проповедовали, только веру. "Вы не мыслите,-говорил им Юлиан,-вы грубияны, и вся ваша мудрость состоит в том, что вы говорите: "веруите"". Держать их в невежестве Юлиану удавалось, но он жалуется, что не может заставить их жить в мире между собой. Он издавал безуспешные приказы, чтоб утишить смуты между правоверными и арианами. Историк Аммиан Марцеллин, современник этого императора, прибавляет к этому: "А чтобы изданные им распоряжения лучше возымели действие, он созвал у себя во дворце христианских епископов, живших в разногласиях, и стал их увещевать оставить свои споры, чтобы каждый мог беспрепятственно следовать своей религии. Он сильно на этом настаивал, чтобы обезопасить себя со стороны народа, у которого на почве разногласий возрастала распущенность; опыт ему показал, что нет для людей столь опасных диких зверей, какими являются христиане по отношению друг к другу". Аммиан Марцеллин, книга 22, глава 5. Мы видим отсюда, что Юлиан, хоть и был язычником, проявил больше кротости, терпимости и политического такта, чем предшествовавшие ему христианские императоры. Хотя он был сильно привязан к своей религии и проникнут суевериями язычества, он не причинил никакого реального зла христианам, которые довольно часто его оскорбляли. Но этот государь-философ не знал характера христианских богословов, если рассчитывал успокоить их ярость увещаниями. Он не знал, что единственное оружие, которое можно с успехом противопоставить фанатизму,-это презрение и что опасно вмешиваться в споры, возникающие между злыми людьми, находящимися во власти религиозных предрассудков. Набожное бешенство снова прорвалось при императорах, сменивших Юлиана. Среди гонителей язычества особенно выделяется жестокий Феодосий, которого христианские вероучители выставляют образцом добродетели. В самом деле, духовенство, надо полагать, было бы радо, если бы все государи были такими же послушными исполнителями их кровавых декретов. Этот тиран, как мы уже видели выше, довел свое варварство до того, что хладнокровно велел перебить семь тысяч граждан Фессалоники за незначительное оскорбление, нанесенное его статуе в пылу народного возбуждения. За это злодеяние он отделался тем, что выразил свое смирение перед миланским епископом. Одного свирепого рвения, которое он проявил по отношению к язычникам и еретикам, было достаточно, чтобы обелить этого отвратительного властителя в глазах набожных христиан, полагающих, что кровью людей можно смыть любые злодеяния. Кодекс Феодосия дает нам образцы набожной жестокости этого недостойного императора. Он подтвердил законы своих благочестивых предшественников и запретил "всем смертным дерзать приносить жертвы, изучать внутренности жертвенных животных с целью предсказания" под страхом самых суровых наказаний. Тот же император по ходатайству великого святого Амвросия распорядился вновь уничтожить алтарь Победы, восстановленный было Евгением. Поэт Пруденций поздравляет его с этими святыми подвигами и убеждает его не давать пощады весталкам. При этом он пользуется теми же аргументами, которые в настоящее время здравомыслящий человек привел бы для доказательства бесполезности монахинь, или христианских весталок. Не довольствуясь запрещением публичных жертвоприношений, Феодосий старался не допускать и тайных, домашних жертвоприношений пенатам, ларам и так далее, и все это под страхом наказания, как за оскорбление величества. Он запретил украшаться гирляндами и возжигать курения. В своем святом гневе он довел сыск до того, что требовал наказания для тех, у кого в доме чувствовался запах ладана. Этот великий император проявил такое же рвение и усердие в преследовании еретиков, как и в преследовании язычников. Аркадий и Гонорий показали себя достойными сыновьями такого отца. Первый отнял все привилегии у языческих жрецов Востока. На Западе их давно уничтожили другие государи. Грациан отменил в числе других привилегии языческих жрецов в Риме. Однако гонения на язычников проводились не всегда с одинаковой строгостью. По-видимому, пыл императоров временами угасал, чтобы вспыхнуть затем с новой силой. Аркадий и Гонорий сначала разрешили язычникам соблюдать свои праздники и устраивать собрания, но без жертвоприношений. Гонорий запретил снимать с общественных зданий украшения. И хотя жертвоприношения были строго воспрещены, он разрешил в 399 г. публичные игры. А в 408 г. этот император обращает храмовые поступления в доход военной ка

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования