Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Научная фантастика
      Шефнер Вадим. Девушка у обрыва -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  -
подала малоталантливому Поэту папку с образцами: - Выбирайте. Возмущенный действиями Поэта и агрегата, я поспешил к Редактору-Человеку Отдела поэзии. Не желая делать неприятность данному Поэту, я задал вопрос в общей форме: бывают ли случаи, когда ПУМА ошибается и выполняет заведомо аморальные требования Авторов? Так, например, может ли она, запланировав тираж в два экземпляра, указать в тексте книги, точнее - в издательских данных, что книга вышла тиражом в два миллиона экземпляров? К моему удивлению, Редактор ответил, что ПУМА так и программирована. - Агрегат программирован на ложь! - воскликнул я. - Первый раз слышу такое! - "Тьмы низких истин нам дороже нас возвышающий обман", - процитировал Редактор слова классика. И затем добавил: - Этот обман никому не причинит зла. Поэт обманывает только себя, утешаясь своим обманом. И не надо его огорчать. - Мне вообще непонятно, зачем издавать книгу, которую никто не будет читать, - сказал я. - Надо быть терпимым, - проговорил Редактор. - Общество настолько богато, что может издать Поэту книгу, хоть Обществу эта книга и не нужна. Почему бы не доставить радость Человеку! Признаться, такая логика показалась мне странной, и я ушел от Редактора, нисколько не убежденный им. "Хорошо все-таки, что я не Поэт, - подумал я. - И книга моя выйдет не условным миллионным тиражом, а самым реальным пятитысячным". ОСТРОВ МОЕГО ИМЕНИ Зима в том достопамятном году была суровая. Нева стала рано, залив уже в ноябре покрылся прочным льдом, и из моего окна видны были лыжники и аэробуеры, скользящие по его поверхности. Мы с Надей жили теперь в том же доме, где и мои и Андрея родители, только в другой квартире. Моя "Антология" была сдана в набор, и я ждал корректуру, а тем временем принялся за новый труд - "Писатели-фантасты XX века в свете этических воззрений XXII века". Надя помогала мне в этой работе - разумеется, чисто технически. Ее идеальная память нашла наконец себе должное применение. Андрея я давно не видел - я знал, что он очень занят, и мне не хотелось ему мешать. Все кругом только и трубили об открытии, совершенном его научной группой и им лично. Поэты сочиняли скороспелые вирши об Андрее и его единомышленниках. Некоторые из них, наиболее безудержные, сравнивали его то с Прометеем, то еще бог весть с кем, - видно, у них был, как говорилось в старину, язык без костей. Газеты посвящали новому техническому открытию целые подвалы с громкими шапками вроде: "Аквалидная цивилизация", "Техническая революция" и т.д. В толстых журналах печатались длинные статьи под заголовками: "Аквалид и Дальние Звезды", "Эра моносырья", "Пересмотр земной экономики". Меня удивляла эта шумиха, она казалась мне несерьезной и преждевременной, поскольку самого-то аквалида еще не было. Но, как говорилось в Двадцатом веке, "на чужой роток не накинешь платок". Надя уже не раз говорила мне, чтобы я съездил навестить Андрея на Матвеевский остров - остров моего имени. Однако, поглощенный своей новой работой, я все время откладывал эту поездку. Но, как в старину говорилось, если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе. Однажды вечером Андрей навестил меня. - Я к тебе с просьбой, - начал он с места в карьер. - Не поможешь ли ты мне пригладить одну статью? Я написал ее для детского научно-популярного журнала, очень просили. Но я не умею излагать свои мысли в общепонятной форме, это у меня коряво получается. Ты прочти, почиркай. Ничего, что я от руки написал? У меня почерк неразборчивый. - Почерк-то у тебя разборчивый, - ответил я, - но ведь вся эта техническая премудрость мне непонятна. - Да нет, я тут все без формул изложил, ведь это для детей. Тебе надо только причесать статью стилистически. Ведь у тебя хороший слог. - Хорошо, я сделаю, что могу, - ответил я. - Но, кстати, почему Нина не взялась за это дело? - Нина во многом мне помогает, но тут она побоялась быть необъективной. Ей почему-то нравится все, что я делаю. Она сама посоветовала мне обратиться к тебе. Когда Андрей ушел, я прочел статью - и ничего, признаться, не понял. В ней действительно не было формул, но она изобиловала техническими терминами, таблицами и ссылками на труды всевозможных исследователей. Когда Надя пришла с работы, я дал ей прочесть произведение Андрея, и она сказала, что все понятно, но кое-что надо упростить. С помощью Нади и словарей я заменил наиболее непонятные выражения, пригладил статью стилистически, но смысл ее остался для меня темен. - Ничего, - улыбнулась Надя. - Дети поймут. Ты просто закоренелый Гуманитарий. Тут все просто до гениальности. Оригинал этой статьи, написанный рукой Андрея, и поныне находится у меня, а после моей смерти будет храниться в мемориальном музее Светочева. Когда статья получила мою литературную обработку и я продиктовал ее исправленный вариант МУЗе, Надя сказала мне: - Почему бы тебе самому не отвезти ее Андрею на остров твоего имени? Твой друг в твою честь назвал остров, а ты на нем не бывал. - Нет, я завтра отошлю статью почтой, - ответил я. - На острове я хоть и не бывал, но отлично знаю его по телепередачам и фотографиям в газетах. Надя как будто согласилась с моими доводами. На следующий день - это был Надин выходной - мы с утра вышли на залив побегать на лыжах. Перед этим мы едва не поссорились, выбирая лыжи. - Возьми, самодвижки, - сказала Надя. - На обыкновенных мне надоело кататься. - Зачем же брать самодвижки, ведь на заливе нет гор, - резонно возразил я. - А мне вот хочется на самодвижках! - Бог с тобой, как в старину говорилось, - согласился я. Лыжи-самодвижки тогда только входили в моду. Внешне они напоминали обыкновенные пластмассовые лыжи, но в них были вмонтированы микродвигатели. Стоило сильнее надавить каблуком на упор, и они включались. На них удобно было въезжать в гору. Мы вышли на залив и вскоре очутились у ледяной дороги, ведущей на остров моего имени. По ней двигались элмобили, элциклы - и все в сторону Ленинграда. Мы остановили один из элмобилей и спросили, почему это все едут с острова и никто не едет на остров. - Разве вы не слышали спецсообщения? - удивился один из пассажиров. - Оно передавалось полчаса тому назад. - Изгнанье из аквалидного рая, - пошутил второй пассажир. - Рай становится опасным. - Вот как! - засмеялась Надя. - А мы как раз туда. Она включила лыжи на самоход и помчалась по лыжне, шедшей параллельно ледяной дороге. Пришлось и мне включить самодвижки и догонять ее. - Надя, ведь это далеко! - воскликнул я, догнав ее. - И ведь все покидают остров. - Но остров назван твоим именем. Тебя должны пустить на него, - сказала Надя. - Странная логика, - подивился я. - И потом, уж если ехать на остров, то со статьей, а я ее с собой не взял. Надя сняла рукавичку и приложила ладонь к своему лбу: - Статья здесь, не беспокойся. - Мы рискуем отморозить себе лица, - сказал я. - Смотри, какой сильный встречный ветер. - И это предусмотрено, - ответила Надя и вынула из кармана куртки две обогревательные маски. - Надя, значит, ты сознательно пошла на обман! - удивился я. - Ты обдумала эту поездку заранее! - Милый, да как же иначе можно тебя выманить, - засмеялась Надя. - То ты над своими "фантастами" сидишь, то над СОСУДом, а к другу ни ногой. Вот я и подстроила эту поездку. - И все-таки нехорошо обманывать. Помнишь, что мы учили во втором классе: "Малый обман - это тоже обман. И капля и океан едины в своей сути". - Ну, мой обман - это очень маленькая капля, - улыбнулась Надя. Вскоре показался Матвеевский остров, и мы увидели, что на льду возле берега через равные интервалы стоят УЛИССы [УЛИСС (Универсальный Логический Исполнитель Специальной Службы) - старинный механизм доаквалидной эпохи]. В своих металлических руках они держали плакаты: "На остров - нельзя, состояние опасности". Это же самое они выкрикивали. - Вот видишь, мы напрасно явились сюда, - сказал я Наде. - УЛИССы нас не пустят. - Мы просто пройдем мимо них, - возразила Надя. - Ни один механизм не может применять силу против Людей. - Нельзя злоупотреблять этим свойством агрегатов, - строго сказал я. - Механизмы - слуги Общества. - Эвакуация закончена. На остров нельзя, - сказал мне один из УЛИССов, когда я подошел к нему. Но я попросил его найти Андрея Светочева и сообщить о нашем с Надей прибытии. УЛИСС пошел в глубь острова и вскоре вернулся. Рядом с ним шагал Андрей. Он обрадовался нам, но удивленно осведомился: разве мы не слышали чрезвычайного сообщения? Мы ответили, что были в пути. Тогда Андрей сообщил, что завтра начнет действовать Главная Опытная Лабораторная установка по производству аквалида. Как известно, одна из стадий преобразования до сих пор технологически неясна. Только в результате практического опыта будет выяснено, верен ли этот узел технологического процесса. Короче говоря, может произойти взрыв. - Если произойдет взрыв, значит, аквалид - фикция, мираж? - спросил я. - Нет. Это будет означать только то, что технологический процесс несовершенен. Другие потом найдут верный путь, учтя эту ошибку. - Дорогостоящая это будет ошибка, - сказал я. - А что Человечеству далось даром? - возразил Андрей. Остров был совсем безлюден. Лишь иногда дорогу нам пересекали УЛИССы, идущие по каким-то заданиям. Корпуса, башни, какие-то непонятные строения, уступами идущие ввысь, окружали нас со всех сторон. Толстые трубопроводы, окрашенные яркой светящейся краской, шли от здания к зданию, то стелясь по земле, то взбираясь на высокие фермы. - Каким большим стал остров! - сказал я. - И сколько на нем настроили! - Тут весь земной шарик потрудился, - не спеша ответил Андрей. - А завтра от всего этого, быть может, ничего не останется. - А когда начнется опыт? - спросила Надя. - Не бойтесь, я не прогоню вас с острова на ночь глядя, - улыбнулся Андрей. - Опыт начнется завтра в десять утра. Вообще-то намечалось начать в два ночи, но пришлось отложить - Нина захворала. - При чем здесь Нина? - удивился я. - И разве она не эвакуирована на материк? - Нет. Она захотела быть со мной во время опыта. Поскольку ее решение твердо, она будет сидеть у дубль-пульта. Все равно мне нужен Помощник. А так, в случае аварии, мы сбережем чью-то жизнь. - А много было добровольцев, желающих провести с тобой этот опыт? - Отбою не было. Замучили меня просьбами. - Но ведь стоять у этого, как ты говоришь, дубль-пульта, наверно, не так уж просто. Тут, наверно, нужны специальные знания? - Никаких знаний. Только здоровье, внимание и элементарная грамотность. Не техническая, а просто грамотность. Даже ты, со своей нежной любовью к технике и глубочайшим ее пониманием, справился бы с этим делом, - тяжеловесно пошутил Андрей. - А что с Ниной? - спросил я. - Вчера она каталась на буере и не рассчитала, налетела на торос. Ушибла плечо. Сидит теперь дома и глотает порошки, а Врача вызывать не хочет. Боится, что тот эвакуирует ее с острова. Ну вот мы и пришли. Мы стояли перед одноэтажным пластмассовым домом, в котором жил Андрей. Не стану описывать вам этот дом - вы все его отлично знаете: там теперь филиал мемориального музея А.Светочева. Мы вошли. Нас встретила Нина. Она очень похорошела с той поры, когда я расстался с нею. Правда, она была бледна, но и это ей шло. Плечо у нее, видно, болело сильно, но она крепилась. Я познакомил ее с Надей. С огорчением я заметил, что они друг другу не понравились. Не то чтоб между ними возникла неприязнь - нет, они просто не нашли общего языка. И даже когда Надя на память продиктовала исправленную мною статью Андрея, Нина нисколько не восхитилась ее феноменальной памятью. Сама же статья понравилась и Нине и Андрею. После ужина Надя сразу же ушла спать в отведенную нам комнату. Нина осталась в столовой-гостиной, а мы с Андреем пошли в его рабочую комнату. Он засел за какие-то чертежи и таблицы, я же принялся рассматривать его альбом с марками. Это длилось довольно долго. - Иди-ка лучше спать, - сказал я Андрею, - утро вечера мудреней. И потом есть такая старинная пословица: перед смертью не надышишься. Только не пойми ее буквально. - Ты завтра увези этот альбом с собой, - проговорил Андрей. - Если что-нибудь со мной случится - бери себе. А если все будет в порядке - верни. Чур, не зажиливать! - Ладно, возьму, так и быть, - ответил я. - И честно верну. Очень нужны мне твои аляповатые зверюшки! - От портретника слышу! Бей портретников! - Он вскочил со стула, схватил с дивана подушку и ударил меня по голове. Я схватил другую подушку - и началась катавасия, как в старину говорилось. - Развозились, как маленькие! - с притворной строгостью сказала Нина, войдя в комнату. - Весь дом трясется. - Не мешай, Нина, идет бой между добром и злом! - крикнул Андрей, принимая мой очередной удар подушкой и пытаясь нанести мне ответный. В это время кто-то постучал в наружную дверь. Я сразу догадался, что это какой-нибудь механизм: Люди имели право входить без стука. - Можно, - сказал Андрей, выходя в прихожую. Дверь открылась, и в клубах морозного пара появился УЛИСС. - Срочное сообщение, - изрек он. - В суперреакторе номер три обнаружил неполадку типа альфа триста двадцать один. - С этим надо обращаться к ЭЗОПу [ЭЗОП (Электронный Заместитель Организатора Производства) - довольно совершенный для своего времени агрегат; впоследствии заменен ЭЗОПом-2], - строго сказал Андрей. - Сколько раз говорил, что вопросы, степень важности которых ниже градации В, меня не интересуют. - Выслушал. Иду к ЭЗОПу, - бесстрастно ответил УЛИСС и вышел, аккуратно закрыв за собою дверь. - Удивительно бестолковы эти УЛИССы, - посетовал Андрей. - Горе мне с ними. И когда наконец мы избавимся от этой допотопной техники! Не прошло и минуты, как наружная дверь снова открылась и в прихожую без стука вошел другой агрегат. Он был невелик - ростом с десятилетнего ребенка; за плечами его поблескивали сложенные крылья. - Почему вы вошли без стука? - строго спросил я его. - Много воли вашему брату-агрегату дают! - Мне разрешено без стука, - с некоторой обидой ответил механизм и затем, обратясь к Андрею, сообщил: - Накопление субстрата идет нормально. Но в главном корпусе, в узле дельта сто семнадцать обнаружил неполадку типа А двадцать один. - Сейчас иду, - ответил Андрей. - Затем, обратясь ко мне, сказал: - Это ЭРОТ [Электронный Разведчик Облегченного Типа - один из наиболее совершенных агрегатов доаквалидной эпохи; ныне на Земле не применяется, но в измененном и усовершенствованном виде, выполненный из аквалида, работает на радиоактивных плато Марса] - новинка нашей техники. Ему разрешено входить без стука. А ты не хочешь посмотреть Главный корпус? - Почему же нет, охотно посмотрю, - с готовностью ответил я, чтобы не огорчать Андрея. - Я тоже, пожалуй, пройдусь с вами, - сказала Нина. - Похожу - может, и плечо пройдет. - Ничего себе способ лечения, - молвил я, набрасывая Нине на плечи синтемовую шубку. - Медицина на уровне шаманов. Тебе надо просто вызвать Врача. Но она пропустила мои слова мимо ушей - это было в ее духе. Мы вышли из дому на мороз. Красный вращающийся прожектор горел на мачте, и весь остров был залит красноватым тревожным светом. Впереди нас молча шагал странный агрегат со сложенными крыльями. В нем чувствовалась какая-то неприятная самостоятельность, даже самоуверенность. - Мы отлично знаем дорогу, - сказал ему Андрей, - а вот в Главном корпусе надо включить свет. ЭРОТ легко оттолкнулся от земли, расправил крылья и полетел. Вскоре в Главном корпусе зажглись окна. Когда мы вошли в это здание, меня поразила его величина; снаружи Лаборатория не казалась такой большой. Огромный, ярко освещенный зал уходил вдаль. По обеим сторонам прохода стояли какие-то чудовищные машины и сооружения. У приборов, следя за циферблатами, молча стояли дежурные УЛИССы. Вверху, под прозрачной крышей, где переплетались тысячи кабелей и трубопроводов, беззвучно летали два ЭРОТа. Андрей пошел в дальний конец зала, и вскоре его не стало видно, он совсем затерялся в этом механизированном пространстве. Нина подвела меня к столу-пульту, на котором было множество цветных кнопок, и села в кресло. - Вот здесь я завтра буду работать, - беспечно сказала она. - Буду нажимать кнопки. - А ты не запутаешься? - спросил я. - Нет, ведь есть схема. - Она вынула из выдвижного ящика большую, наклеенную на картон таблицу. - Вот здесь все показано. Ребенок - и тот не спутает. Действительно, на таблице были изображены те же самые кнопки, что и на пульте, и указано время, когда надо нажимать на каждую из них. - А это что за большая красная кнопка? - Это кнопка критического перепада. Та самая. - И Ты нажмешь ее? - Нажму, - улыбнулась Нина. - У тебя совсем больной вид, - сказал я. - Очень болит плечо? - Побаливает, - неохотно призналась она. - Но завтра все пройдет. - А если не пройдет? - Тогда придется вызывать Добровольца. Но я все равно останусь на острове. КРАСНАЯ КНОПКА Утром меня разбудила Надя. - Вставай, иди завтракать. Я уже позавтракала. Скоро нам надо отправляться домой. Я встал, глянул в окно. За ночь потеплело, шел снег. На фоне ярко-желтой башни отстойника он был хорошо виден. Уже рассветало, но тревожный красный свет вращающегося прожектора по-прежнему падал на остров моего имени. Было очень тихо. За завтраком я внимательно смотрел на Нину. У нее был совсем больной вид. Я так прямо и сказал ей об этом, но она промолчала. - Да, придется вызывать Добровольцев и выбирать из них наиболее подходящего, - молвил Андрей. - Выбрать такого не особенно трудно - был бы Человек с крепкими нервами. - А я? - обратился я к Андрею. - Что ты? - удивился Андрей. - Я и есть такой Человек. Правда, не слишком технически грамотный, но с крепкими нервами. - А ты представляешь, как это рискованно? - тихо спросил Андрей. - Ну представляю... Но почему кто-то другой должен рисковать, а не я? Ведь естественнее пойти на это именно мне. Как-никак - мы с тобой друзья. Андрей задумался. Потом сказал: - Ты меня устраиваешь даже больше, чем кто-либо другой. Ведь пульты отстоят далеко один от другого, а с тобой мы можем вести мыслепередачи. Это удобнее радио- и телесвязи и удобнее, чем телефонная связь. - Вот все и устроилось, - сказал я Нине. - Ты спокойно можешь лететь в Ленинград вместе с Надей. В это мгновение без стука открылась дверь. Вошел ЭРОТ. На его сложенных крыльях блестел снег. Снег таял и стекал на пол. - Явился по распоряжению ЭЗОПа, - сказал агрегат. - Емкости заполнены субстратом. Через двадцать три минуты необходимо вводить в действие систему "А". - Принял и понял, - ответил Андрей. ЭРОТ вышел, оставив на полу влажные следы. "Не потрудился даже отряхнуть с себя снег перед тем как войти к Людям, - подумал я. - До чего специализирован, до чего избалован!" Я пошел в отведенную нам с Надей комнату и объяснил Наде, в чем дело. Узнав о моем решении, она заплакала. Затем спросила: - Но ты веришь, чт

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору