Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Научная фантастика
      Силверберг Роберт. Пришельцы с Земли -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  -
, он никогда не поднимался выше 20000 футов. На борту его с улыбкой приветствовала стюардесса, скромного вида розовощекая блондинка: "Добрый вечер, мистер Энгел. Надеюсь, ваш полет будет приятным". - Благодарю,- ответил он и пошел на свое место, оказавшееся в носу самолета. После космического путешествия лететь самолетом Кеннеди показалось как-то странно - и неудобно и тревожно. Взлетели по расписанию - оторвались от земли и резко взмыли в небо: Внизу, на темнеющих улицах Бруклина виднелись движущиеся точки автомобилей, затем и Бруклин исчез из виду, когда самолет, достигнув заданной высоты 20000 футов, перешел на горизонтальный полет. Облака остались под ними. Теперь до самого горизонта без разрывов расстилался светло-серый покров. Он пузырился, как будто из замершего моря выдвигались, наползая одни на другую, льдины. Вибрация и движение почти не ощущались, тем не менее у Кеннеди ни разу не возникло ощущения неподвижности, преследовавшего его на космическом корабле. Немного почитал, но чтение быстро наскучило, и он задремал. В Милуоки они оказались прежде, чем он ожидал. Его часы показывали 22.13; нажав стопор, он перевел стрелки на час назад в согласии с местным временем. Вероятно, около века назад аэропорт в Милуоки был местной достопримечательностью, но с тех пор он пообветшал и превратился просто в старое здание из зеленого стекла и пластика. Кеннеди взял чашечку синтетического кофе в одном из ресторанов аэропорта, обдумывая за ней свои следующий шаги. От Милуоки был всего час езды до Брокхерста - городка, где он родился и где все еще жил его старший брат. Но время позднее, и Кеннеди опасался неожиданно сваливаться к ним на голову, тем более туда он сможет добраться только к полуночи. Стив всегда отличался размеренным образом жизни, и даже если он ничего и не скажет брату, заявившемуся среди ночи, тем не менее такой визит пошатнет весь домашний уклад. Поэтому Кеннеди взял такси и отправился в город, где снял комнату в первом попавшемся отеле. Утром, в 8.00, как только проснулся, он тут же позвонил брату. Стив в это время всегда завтракал перед выходом на работу. Так и оказалось. Хрипловатый низкий голос ответил: "Кеннеди слушает. Кто говорит?" - Кеннеди, это Кеннеди. Из коннектикутских Кеннеди, знаешь ли. После секундной заминки: - Тед? - И никто другой. Неуверенно: - А что, чего ты хочешь? - Я думал заехать к тебе,- сказал Кеннеди,- вчера попал в Милуоки уже слишком поздно, неудобно было звонить. - Хм, ясно. Это было совсем не похоже на обычное радушие Стива. Голос брата казался встревоженным, напряженным. - Послушай, Стив, на ближайшем автобусе я к тебе приеду. Я тут один и все по телефону не могу объяснить. Подождешь, пока я доберусь? Тогда... - Нет,- оборвал Стив.- Оставайся в Милуоки, я к тебе приеду. Где ты находишься? - Отель "Эйвон". Но... - Оставайся там. Буду через час. Кеннеди озадаченно повесил трубку. Непонятно. Стив всегда проявлял готовность принять его. А теперь, когда он был по-настоящему нужен, Стив уклонялся. Может, это он в отместку? Кеннеди понимал, что слишком долго не вспоминал брата, теперь Стив, вероятно, решил отыграться. Но ведь, если по правде, ничего общего, кроме родителей, у них никогда не было. Стив был на 11 лет старше и фактически заменял главу семьи после смерти отца, умершего, когда Теду исполнилось семь. Стив принадлежал к тому типу людей, что считали себя солью земли на Среднем Западе - добродушный, крупнотелый весельчак, питающий склонность к пиву и рыбной ловле. Прилежный прихожанин. Он беспрестанно ссорился с братом, пока более нетерпеливый Тед, интроверт и интеллектуал, не уехал из родительского дома после школы в Чикаго, где записался в Северо-Западный университет. Со времени женитьбы Теда на Мардж братья встречались только однажды, в 2039 году, когда отпускной маршрут Стива забросил его на юг. Встреча получилась вымученной: Стив и его толстушка жена Бетти чувствовали себя неуютно в современной обстановке дома Кеннеди. Музыкальная запись, поставленная для гостей, им прискучила, обилие книг неприятно поразило, а Бетти к тому же дернула за больное, осведомившись у Мардж, когда та планирует обзавестись ребенком. У самой Бетти уже были двое и третий на подходе. Мардж покраснела и попыталась объяснить, что дело тут не в их нежелании иметь детей... С тех пор Кеннеди временами обменивался с братом письмами, но с годами у них оставалось все меньше тем для писем. Последний раз он писал Стиву месяцев десять назад. Теперь Кеннеди нетерпеливо мерил шагами дешевый номер милуокского отеля. Стив приехал в начале десятого. Он заметно поседел, но выглядел по-прежнему внушительно - большой мускулистый мужчина с глубоко посаженными грустными глазами, за которыми, однако, крылся довольно спокойный, прагматичный ум. Стив безжалостно стиснул руку Кеннеди. Рядом с братом Тед вдруг почувствовал прилив стыда, таким он себе вдруг представился, по сравнению со Стивом, субтильным и слишком возбудимым умником, а здоровому счастливому брату, вероятно, показался совсем удрученным. - Должен извиниться перед тобой,- хрипловато сказал Стив.- Но я никак не мог допустить тебя подойти к дому. - Почему? Стив неуверенно огляделся. - Скажи мне честно, Тед, ты вляпался в какое-то грязное дело? - Да вроде нет. - Я всегда знал, когда ты мне врешь. Вот сейчас соврал. Тед, я всегда боялся, как бы ты не попал в скверную историю. Старался научить тебя добросовестно выполнять свое дело, а все прочее оставлять побоку, но, верно, не впрок мои слова пошли. Или там, на востоке, тебя переучили на свой лад. Что ты натворил, Тед? - Ничего я не натворил,- соврал Кеннеди.- Просто хотел у тебя некоторое время пожить в покое и тишине. - Нет, никак не выйдет. Просто невероятно было слышать такое от Стива. - Почему? Стив вздохнул. - Вчера вечером мне позвонили из местного отделения контрразведки. Хотели узнать, брат ли я тебе. Я сказал "да". Тогда они сказали, что ты там на востоке заварил кашу, поэтому контрразведка тебя разыскивает. За что конкретно, они мне не захотели сообщать. А потом еще сказали, что я должен оказывать им содействие, иначе меня арестуют как укрывателя. Несмотря на жару, Кеннеди охватил холод. - Что еще они говорили? - Сказали, что ты в бегах и можешь у меня объявиться. И что если ты на меня выйдешь, я должен немедленно поставить их в известность, в противном случае мне будет плохо. Потом попросили составить список всех наших остальных родственников в США, ну, и я это сделал. Потом повесили трубку. Тед, что же ты натворил? Кеннеди крепко охватил мускулистую руку брата: - Клянусь, я не сделал ничего дурного. Преступная шайка возвела на меня ложное обвинение, и я вынужден скрываться. И хотел бы остаться у тебя, отсидеться. - Так они и сказали, что ты захочешь у меня отсидеться. Прости, Тед. Никак нельзя. - Мне нельзя? Стив покачал головой. - У меня жена и пятеро детей, Тед. Положение в обществе. Я просто не имею права рисковать всем этим. Они сказали, что я могу заработать двадцать лет тюрьмы, если стану тебе помогать. - Но это же ложь! - Может, и так. Но лучше поезжай куда-нибудь в другое место.- Стив пошарил в кармане.- Я тут привез тебе денег. Думаю, они тебе пригодятся. Не спорь, возьми, и все. Он сунул тысячу долларов мелкими купюрами в безвольные руки Кеннеди. - Теперь я лучше пойду,- сказал Стив.- Вполне вероятно, за мной следили. Если тебя сцапают, не признавайся, что виделся со мной. Или что разговаривал.- С грубого лица Стива катились крупные капли пота; казалось, он вот-вот заплачет.- Мне действительно очень жаль, братишка. Но прежде всего я должен думать о своей семье. Ты понимаешь? - Да, Стив. Я понимаю. Глава семнадцатая Кеннеди подождал минут пятнадцать после ухода брата, спустился вниз и расплатился за номер. Теперь никаких сомнений не осталось - охота объявлена. Звонили брату. Вполне вероятно, звонили всем, кто знал его в этом полушарии, и всех принудили отказать ему в помощи. Теперь остался совсем один. И придется не засиживаться подолгу на одном месте. Время работало против него. Требовалось раздобыть необходимые доказательства и предоставить их в ООН, причем прежде, чем преследователи настигнут его. Но как это сделать, если в охоту включилась, помимо Корпорации, и служба безопасности ООН? Ответить на такой вопрос он не мог. Но тем не менее упрямо двигался избранным путем. Он попытался припомнить к случаю что-нибудь из ганнитской поэзии - нравоучительные философские стихи о том, как выжить во враждебном окружении. Ганнитам хорошо было ведомо, что такое страдание. Этих мирных, ненавидящих насилие аборигенов ничто не могло согнуть. В стойкости они бы превзошли любого землянина. Возвращение в Нью-Йорк прямым путем исключалось. Он решил отправиться вкруговую, автобусом, что должно было занять несколько недель. Отрастил усы и до отъезда из Милуоки зашел в парикмахерскую, сменив там длинную модельную стрижку, принятую в агентстве, на обычный в этих краях полубокс. Так его стало немного труднее узнать. Кеннеди слежка потрясло, когда он узнал, что Вацински или кто там еще продолжал вести историю вымышленной ганимедской колонии, включил и его в число персонажей. Как говорилось повсюду в выпусках новостей, Кеннеди разыскивали за то, что он передал оружие ганнитам. Согласно распечатке "данных", попавшейся ему на глаза в Чикаго, дня через три после отъезда из Милуоки его якобы отправили на Ганимед подготовить серию журнальных статей о жизни колонии, вместо чего он предательски убил одного из колонистов и вооружил аборигенов. Затем, будучи отправлен на Землю под арестом, бежал, после чего был объявлен розыск его как преступника против человечества, а за поимку Кеннеди обещана внушительная награда. Там же, на листке телефакса, поместили его фотографию, старую, тех времен, когда он весил фунтов на двадцать больше, носил длинные волосы и был без усов. Гладкая самодовольная физиономия на желтом глянцевом листке ничуть не походила на его теперешнее лицо. Он отправлялся на восток, стараясь привлекать к себе как можно меньше внимания. Ни к кому не обращался с вопросами, жил сам по себе, чтобы затеряться, как иголка в гигантском стоге из 250 миллионов человек. Если удача будет на его стороне, то его могут и не найти. Все время он стремился оставаться в курсе новостей "с Ганимеда". Бюллетени приобрели явно выраженную новую окраску. Там проскальзывали сведения о марширующих за холмами зловещих армиях врага, откуда доносились взрывы бомб и сухой треск выстрелов. "Аборигенов наше присутствие начинает сильно раздражать,- писал директор Лестер Брукман в состряпанной агентством колонке, помещенной во всех общенациональных газетах 11 августа.- Вне всякого сомнения, их взбудоражил предатель Теодор Кеннеди, которого до сих пор, насколько мне известно, на Земле не удалось поймать. Они решительно возражают теперь против нашего присутствия в их мире и уже несколько раз угрожали нам нападением. Пока отношения так обострены, колонистам запрещено покидать купол группами меньше трех человек". Все шло в полном согласии с планом, подумал Кеннеди. Враждебные аборигены ступили на тропу войны, скоро они начнут охотиться за скальпами, и тут настанет время для "бойни". После чего для обуздания воинственных дикарей призовут войска. Старый верный путь колониальной экспансии. Он помнил график. К 17 сентября мир узнает, что колонии землян угрожает непосредственная опасность нападения аборигенов, отказавшихся прислушаться к доводам рассудка и вступить в мирные переговоры. Затем должны последовать пять дней искусного нагнетания напряжения, и 22 сентября Корпорация обратится в ООН с предварительной просьбой направить на Ганимед военное соединение для охраны земных интересов. Просьба будет не очень настоятельной, потому что к этому моменту общественное мнение еще не успеет "дозреть". С 22 сентября по 10 октября весь мир будет молиться за благополучие землян, чья жизнь оказалась под угрозой там, на далекой планете; 11 октября ганниты ринутся с гор на штурм купола и почти полностью сотрут с лица планеты доблестную колонию. А к 17 октября экспедиционный корпус ООН уже должен быть на пути к Ганимеду, дабы подавить сопротивление взбунтовавшихся аборигенов, и наблюдать там порядок в интересах Корпорации. Кеннеди знал, что ему необходимо вмешаться вход событий до 11 октября. Иначе никакие доказательства не убедят людей, уверившихся, что их соотечественников зверски убили ганниты. Но как заполучить эти доказательства? Когда Кеннеди завтракал в придорожной закусочной Трентона, что в штате Нью-Джерси, радио выкрикнуло: "Нападение на земную колонию на Ганимеде!" На календаре было воскресенье, 17 сентября. Повар протянул руку за стойку и прибавил звук приемника. "Неожиданная атака аборигенов перед рассветом по ганимедскому времени поставила существование земной колонии на этой луне Юпитера под угрозу,- раздался голос диктора.- По оценкам, около пяти тысяч ганнитов, вооруженных дубинками и другими местными видами оружия, ринулись вниз на купол с криком: "Смерть землянам!" Директор Лестер Брукман передал впоследствии, что атака была отбита, но ценой жизни троих землян, постройкам колонии нападение нанесло значительный ущерб. Имена жертв будут сообщены позже, когда поступят известия о дальнейшем развитии событий". Бледная женщина с одутловатым лицом, сидевшая у стойки, оторвалась от еды и воскликнула: - Как ужасно! Им приходится сражаться против дикарей! - Я слышал сегодня разговор, двое посетителей обсуждали, может, стоит направить туда войска ООН для умиротворения,- сказал повар.- Но если решат это сделать, то им бы надо поторопиться, пока там всех землян не перерезали. Кеннеди сидел молча и, сведя брови, поглощал свой завтрак. Ему хотелось крикнуть, что страшатся они напрасно, что никакой колонии не существует, а вся эта история с нападением аборигенов была распланирована за много месяцев у них в агентстве и по графику именно сегодня подлежала оглашению. И что свирепые ганимедские дикари на деле были мудрыми и совершенно безобидными существами. Но ничего этого сказать он не мог. Поздно вечером он добрался до Нью-Йорка и снял номер в дешевой гостинице где-то в районе 65-й улицы Манхэттена с окнами, выходящими на Ист-Ривер. Там он назвался Виктором Энгелом из Брокхерста, штат Висконсин. Постояльцы в гостинице собрались довольно любопытные - по большей части сюда стеклись оставшиеся пока на плаву иссушенные судьбой старики и старухи, которые родились в прошлом столетии и еще помнили те времена, когда Жизнь Была По-настоящему Хороша. Кеннеди, углубленно изучавший социоисторию XX века при подготовке к экзамену на степень бакалавра в области коммуникации, не мог сдержать улыбки, ибо почти пять десятилетий после второй мировой войны прошли под знаком давящей на нервы международной напряженности, разрядившейся окончательно только в 1995 году, после подписания Маракаибского Пакта и установления мира на планете. Похоже было, Депрессия 1995 года начисто стерла из памяти этих стариков воспоминания детства и юности, когда над всеми нависала угроза термоядерного уничтожения, и заместила их туманными представлениями о некоем рае земном. Ну что ж, подумал Кеннеди, не мне протыкать мыльные пузыри их фантазий, не мне разрушать их фантастический мир. Синдром Золотого века был распространенным спутником старости - хоть в вымышленном мире мечты могли они найти прибежище от неприглядности своих закатных дней. Определенная разновидность счастливого заблуждения. "А вот что мне теперь делать?" - спросил он себя. Но и в Нью-Йорке он оказался не ближе к решению этого вопроса, чем если бы по-прежнему находился на Ганимеде или вообще на Плутоне. Никакого доступа к компрометирующим сведениям в досье агентства. А без них он не мог выступить с публичным обвинением, кто поверит безумным измышлениям убийцы и предателя? Времени оставалось уже мало: через несколько недель будет проведена решительная атака и ганнитов уничтожат. Кроме того, рано или поздно ему придется выйти на улицу, где кто-нибудь умудрится все же его опознать, несмотря на измененную внешность. В среду Кеннеди купил листок новостей и внимательно его прочел. Там содержался очередной рапорт о положении в осажденной колонии, состряпанный служащими Диноли. Еще было сообщение, сводившееся вкратце к известию, что предатель Теодор Кеннеди еще не пойман, но авторитетные лица из службы безопасности надеются вскоре его задержать. А в колонке "Объявления граждан", которую Кеннеди чуть было не проглядел и пробежал глазами только, чтобы немного отвлечься, обнаружилась маленькая заметка следующего содержания: "Дорогой мой Тед, простишь ли ты меня? Теперь я понимаю, какую совершила ошибку. Приходи в наш дом в четверг вечером, постараюсь помочь тебе. Верь мне, любимый. М.". Кеннеди пять или шесть раз перечитал объявление. Не может ли это оказаться ловушкой? Нет, конечно же, нет. Именно Мардж должна была написать его. Только ей во всем этом огромном мире он мог доверять. И он решил поехать на встречу с ней. Глава восемнадцатая Казалось, дом спит: окна затемнены, лужайка не стрижена. Кеннеди расплатился с таксистом и мягко направился ко входной двери. В любую секунду он готов был выхватить револьвер, если вдруг появятся агенты отдела безопасности. Приложив руку к замку, он открыл дверь и вошел. Мардж ждала его в гостиной. Выглядела она плохо. За месяц постарела, осунулась. Волосы стали похожи на паклю. Губы дрожали, никакого макияжа на лице, мечущийся взгляд. - Мардж... - Ты читал объявление,- хрипло прошептала он.- Я молила бога, чтобы оно не попало тебе на глаза. Ты ведь никогда не читал этот раздел газеты. - Молила, чтобы я не читал? Но... - Добрый вечер, Тед,- услышал он мужской голос. Из кухни вышел Дейв Сполдинг. В руке его поблескивал маленький никелированный пистолет. - Сполдинг? Как же... - Пожалуйста, подними руки, Тед. Мардж, проверь, нет ли у него оружия. Она поднялась и неуверенно подошла. Провела руками по бокам и быстро выловила револьвер из кармана, затем молча передала его Сполдингу, державшему их на мушке во время обыска. - Рад, что тебе не пришло в голову никаких странных мыслей относительно этого пистолета,- бесстрастно констатировал Сполдинг, только дрожь в голосе выдавала его волнение.- Как я уже тебе объяснял, я всегда вижу, когда ты готовишься что-нибудь предпринять. И опередил бы твой выстрел, если бы тебе вздумалось нажать на курок, секунд на пять. Кеннеди раздражало, что Сполдинг позволил себе так разговаривать в его собственном доме. И тут до него дошла леденящая мысль - он попался в ловушку, где Мардж служила приманкой. - Что это значит, Сполдинг? - сказал он. - Все очень просто. С тобой на руках можно выгодно поторговаться. Рад, что перехватил тебя у агентов безопасности и верно рассчитал, как тебя подманить. Кеннеди удивленно посмотрел на Мардж: - А я-то думал, что вы двое - простодушные идеалисты. Что происходит? - Я ушел из агентства вскоре после твоего отлета на Ганимед,- сказал Сполдинг.- Но недавно мне пришло в голову, что мог бы вернуться туда с выгодой для себя. Позвонил Диноли и пообещал разыскать тебя в обмен на место второго класса для себя. Кеннеди сузил глаза. - Атмосфера цинизма в конце концов и тебя охватила, Дейв.- Черствость и бесцеремонность молодого человека поразила его.- Итак, ты использовал Мардж в качестве наживки, заманил меня сюда и собираешься запродать меня Диноли и все ради того, чтобы попасть обратно в агентство, которое всего несколько месяцев назад ты так презирал. Просто замечательно, Дейв. На лице Сполдинга промелькнуло страдальческое выражение. Кеннеди молча смотрел на пистолет в его руке. Собственно, этого можно было ожидать. Он все

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования