Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Художественная литература
   Драма
      Прус Бореслав. Дворец и лачуга -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  -
колько стульев, скамья и швейная машина; кроме того, у входных дверей висела кропильница с распятием. Во второй комнате стоял топчан с постелью, сундук, хромоногий стол с табуреткой, всякая металлическая и деревянная рухлядь загадочных очертаний, токарный станок, на котором Гофф вот уже двадцать лет заканчивал свою машину, и, наконец, старые стенные часы, медленно отбивающие свое: так-так-так-так... В день, когда начинается наше повествование, около шести часов вечера три человека сидели в первой комнате описанного нами дома: Гофф, его дочь Констанция и ее девочка лет двух-трех, Элюня. Разительно похожи были друг на друга девочка и мать. Те же светлые волосы, те же большие серые впалые глаза, истощенные болезненные лица, наконец одинаковое платье, изношенное и черное, которое мать носила уже несколько лет, а дитя бессменно. Больная женщина шила что-то на руках, больное дитя, сидя у открытого окна, играло выброшенным колесиком машины, а старик монотонным голосом читал библию: - "Был человек в земле Уц, имя его Иов; и был человек этот непорочен, справедлив и богобоязнен и удалялся от зла". Старик умолк и глянул в окно. Зеленый тростник колыхался на болотце, от дуновения ветра вздрагивали сухие ветки мертвых деревьев, а по небу медленно ползли продолговатые белые облака. Гофф продолжал: - "И родились у него семь сыновей и три дочери". На пустой участок опустилось несколько воробьев, которые искали между камешками зерен и кричали: чирик! чирик! - на что лягушки из болота отвечали им: ква-ква-ква! К этим звукам присоединилось доносящееся издали кудахтанье курицы, сзывающей цыплят. - "Сыновья его сходились, делая пиры, каждый в своем доме в свой день и посылали и приглашали трех сестер своих есть и пить с ними". Гофф отодвинул книгу, оперся головой на руку и пробормотал: - У меня уже нет сыновей, а моя дочь... - Отец! - шепнула бледная женщина, с тревогой глядя в лицо отца. - Дочь и дитя, обе больные, голодные. Да, но где же мне взять? Ах! Беда! - Бедя! - повторила играющая крошка. "Так-так-так-так!" - бездумно поддакивали часы из другой комнаты. Женщина опустила руки. - Лучше всего быть воробьем, - бормотал старик. - Воробей улетает прочь от пустых закромов, но человеку никуда не деться от своего несчастья... о нет! Воробьята щебечут по целым дням, а мои дети кашляют... Нет, не справиться мне... - Батюшка! Родной мой батюшка! Не говорите же так! Зачем себя мучить? - умоляла дочь. Старик махнул рукой. - Что делать, когда дурные мысли сами лезут в голову? - Батюшка, думайте о чем-нибудь другом. Такой хороший день, солнце пригревает. - Но наша печка уже давно холодна. Да и на завтра нет ничего. - Есть еще рубль, батюшка. Поиграйте немного с Элей... - Элюня больна, о боже! - вздохнул Гофф. - О, ляля! О, ляля! - закричал ребенок, протягивая ручки за окно. - Что она болтает? - воскликнул, смеясь, Гофф. - Вот так ляля... Ну-ну! - Это не ляля, Элюня, это коза, - сказала мать. - Козя, - повторила девочка. Лицо старика прояснилось; он пересел со стула на скамью и взял ребенка на руки, говоря: - Зови ее, Элюня, зови так: козя, козя, бе-е! - Козя, - повторило дитя, хлопая в ладошки. - Козя... бе-бе! - кричал старик. - Бе! - отвечала коза. - Ха-ха-ха! - рассмеялся Гофф и снова заблеял. Коза опять ответила. - Скажи спасибо, Элюня, козе, что она отвечает, - вмешалась мать. - Сибо, козя, сибо! - благодарила Элюня, подпрыгивая на руках восхищенного деда. - Попроси, Элюня, козю, чтобы она привела тебе козленка! - Изленка, - повторило дитя. Коза тряхнула хвостом, мотнула несколько раз бородой и ушла, а на ее место прилетела стайка воробьев. - А кысь! - крикнула Элюня. - А кышь! - вторил дед. - Скажи, Элюня: воробьи, - учила мать. - Бобоби! - повторил ребенок. Дед прямо-таки трясся от смеха; грусть на его лице и в его сердце рассеялась. - Ну, зови, Элюня: воробей! - говорил старик. - Болебей! - Что за ребенок! Что за ребенок! - восхищался дед. - Попроси, Элюня, деда, чтоб отдал маме челнок, - вставила мать. - Тельнот! - ответила Элюня. - Какой челнок? - спросил старик. - От моей машины, что вы, батюшка, собирались починить. - Починить? Ну, значит, и починю. - Батюшка, милый, пусть ее лучше слесарь починит, - умоляла дочь. Старик помрачнел. - Думаешь, я не сумею? - Но... - Ты думаешь, - продолжал он, все более сердясь, - что старый сумасшедший уже ничего не может, кроме как возиться со своей глупой, как вы ее называете, машиной? - Разве я когда-нибудь так говорила? - Бубу! - крикнула девочка. Лицо старика снова прояснилось; увидев это, мать сказала: - Проси, Элюня, деду, проси: дай, деда, дай... - Дяй, деда, дяй! - повторила Элюня. - Ха-ха-ха! - смеялся старик, отирая выступившие на глазах слезы, - так и быть, отдам уж вам, отдам, раз "дяй"! В глазах бедной женщины блеснула радость. Быть может, ей подумалось, что починенная машина вернет здоровье ее ребенку и даст хлеб всем им. - Где же челнок, батюшка? - Сейчас принесу, - ответил Гофф и, посадив ребенка на скамью, вышел в другую комнату. - Сегодня господь бог к нам милостив, - шепнула женщина. Минуту спустя старик вернулся и, отдавая челнок, сказал: - Ты права, Костуся, это не моя работа. Уж лучше я примусь за свою машину, а когда кончу ее... На лице дочери появилось выражение тревожного ожидания. Старик заметил это и продолжал: - Ты опять думаешь, что я брежу? Но не бойся, теперь меня это уже не раздражает, даже не задевает. Достаточно одного доброго слова, чтобы вознаградить за все, а доброе слово мне сказали вон там, видишь, во дворце. Теперь можете болтать, что вам угодно. Он стал ходить по комнате. - Обещал, что придет ко мне и окажет мне протекцию, пусть только я кончу! А я кончу, о, кончу! - Хоть бы пришел, - шепнула дочь. - Кончу, - продолжал Гофф, - и скажу ему так: "Сударь, - скажу я, - я должен вам кое-что сообщить. Мы, как вы видите, очень бедны... - Говоря это, он поклонился. - Злые люди хотят отнять у нас этот участок и дом. Я спасал его, пока у меня хватало сил, потому что это же приданое Элюни... Но теперь вы должны мне помочь!" Он говорил это с трудом, прерывающимся голосом, сильно жестикулируя. Глаза его дико сверкали. - "Господа! Я отдаю вам мою машину, спасение человечества, миллионы! Вы же дайте мне за это... так, пустяки... Только не давайте моим сиротам умереть с голоду". Он обернулся к оробевшей дочери: - Может, ты думаешь, что меня не выслушают? А? Ты это думаешь?.. Так ты глупо думаешь! Говорю тебе, что нас золотом засыплют... У нас опять будут дом, огород, коровы... Что? Не веришь? - Верю, - тихим голосом ответила дочь. - Дом, сад, коровы... Коровы и ежедневно молоко для тебя и для Элюни... Может, ты не веришь? - Верю, - опять ответила дочь. - Дом, сад, покой и уважение от людей... О, покой!.. "Так-так-так-так!" - флегматично поддакивали часы. В это мгновение солнце заглянуло прямо в окно, и потоки света залили убогую комнатку; одновременно с отдаленной костельной башни донесся колокольный звон. Старик очнулся. - Что это? Похоже было, что этот человек задумался над тяжким сновидением. Колокольный звон, сперва тихий, то усиливался, то снова ослабевал, уходил, возвращался, словно облетал все усадебки тихого района, и повсюду разносил благословение и покой. - "И ангел господень рече..." - шептала женщина, опускаясь на колени. - Молись, дочь, за себя и за нашу Элюню, - сказал Гофф. Сам он не стал на колени, так как был протестантом. - "Богородице дево, радуйся, благословенная Мария, господь с тобой..." - И за душу твоей матери и братьев. Звук колокола стал сильней. - "Рече же Мария: се аз раба господня..." - И за всех людей бедных, как и мы, и за ненавидящих нас, - бормотал Гофф. Казалось, что колокол застонал. - "И бог бе слово..." - И за отца твоего, чтобы бог смилостивился над ним... - О боже! Последняя надежда наша, смилуйся над нами! - шепнула дочь. - Смилуйся над нами! - как эхо повторил старик, складывая руки и глядя слезящимися глазами в небо. Потом он приблизился к столу и упавшим голосом снова начал читать библию. - "И был день, когда пришли сыны божий предстать пред господа; между ними пришел и сатана. И сказал господь сатане: откуда ты пришел? И отвечал сатана господу и сказал: я ходил по земле и обошел ее. И сказал господь сатане: обратил ли ты внимание твое на раба моего Иова? Ибо нет такого, как он, на земле: человек непорочный, справедливый, богобоязненный и удаляющийся от зла. И отвечал сатана господу и сказал: разве даром богобоязнен Иов? . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . И сказал господь сатане: вот все, что у него - в руке твоей..." Старик читал, а между тем настала глубокая тишина. Птицы разлетелись, молящаяся женщина склонила голову к земле, а больное дитя широко раскрыло глаза, словно с изумлением всматриваясь в таинственное сияние, которое наполнило нищую конуру. И казалось, что быстрое течение времени вдруг остановлено и из тысячелетней дали доносится эхо мрачного диалога, окончившегося приговором: "Вот все, что у него - в руке твоей". . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . В это мгновение какая-то тень тихо скользнула за заборами одичавшего сада, и одновременно скрипнула дверь. В сени кто-то вошел. Глава третья Сатана и семейство Иова Услышав шум, Констанция вскочила на ноги и машинально оправила складки потертого платья. Гофф поднял голову, и на лице его блеснула радость. Между тем в сенях послышался шорох шагов и, казалось, даже чей-то разговор. - Это, верно, тот господин!.. - шепнула дочь. - Из дворца... - прибавил Гофф. - Ах, боже мой! На вас, батюшка, даже рубашки нет... - Тьфу! - сплюнул старик и поднял воротник сюртука. В этот миг двери медленно приоткрылись, и беспокойно ожидающие бедняки увидели в них худую руку, которая протянулась к прибитой у косяка кропильнице. Казалось, эта рука хочет заслонить изображение распятого спасителя, последнего прибежища тех, кого оставили люди. Одновременно сухой голос произнес: - Слава Иисусу Христу. Вслед за рукой появилось бритое лицо, темно-синие очки и коротко остриженные волосы, а затем и весь человек, худощавый и низенький. Этот призрак в длинном пальто, с круглой шляпой и палкой в руке продолжал: - Мир дому честного еретика, который все же боится святой воды. Хи-хи-хи! - Пан Лаврентий, - пробормотал Гофф, беспокойно глядя на дочь. - Но долг набожной дочери исправлять пути отца... О да, таков ее долг! - продолжал гость. - Я только забыла налить... - ответила Констанция, умоляюще складывая руки. - "Я забыла налить святой воды", - говорил пришелец, - хотя ежедневно повторяю слова псалмопевца: "Окропишь мя, господи, иисопом, и очищен буду, обмоешь мя, и паче снега убелюся". Хи-хи-хи! Добрый вечер, дорогой пан Гофф. - Ваш слуга, - отвечал старик, лишь теперь поднимаясь со стула. - Добрый вечер, дорогая пани Голембевская! Ну, как здоровье ваше и нашей дорогой Элюни? - Очень благодарна за внимание. Ничего себе. Но будьте любезны присесть. Однако гость не садился, а, стоя посреди комнаты и опершись на палку, продолжал: - Вот уж подлинное доказательство милости божьей, раз ничего себе! Как здесь свежо... ху-ху!.. Чуть ли не даже пар виден при дыхании. Так что кровотечение, видимо, не повторялось? - Что? Кровотечение?.. Какое кровотечение? - крикнул Гофф, делая шаг вперед. Побледневшая женщина заломила руки и бросила умоляющий взгляд на деревянное лицо гостя, который все тем же спокойным голосом говорил: - Наш дорогой пан Фридерик ничего не знает? В самом деле? Боже мой!.. И зачем только я заговорил! - У Костуси было кровотечение? Когда? - спрашивал Гофф в страшном беспокойстве. - Да вот уж дня четыре... - ответил гость. - Ну, да ничего, легкие очистились... и если бы доктор... - Дитя мое, несчастное дитя! - шептал старик, с болезненным упреком глядя на дочь, которая молчала, прислонясь головой к стене. - О, моя машина! Сколько она уже стоит! - прибавил он. - И все еще до конца далеко! - ввернул пришедший. - Что мне делать? Откуда мне взять? Что мне делать? Откуда мне взять?.. - повторял Гофф и принялся ходить по комнате. - Ни гроша нет... Никакого заработка!.. - Так у дочери все еще нет работы? - спросил гость, стоя посреди комнаты. - Машина испорчена! - ответил Гофф. - Швейная машина испорчена! - повторил он несколько раз. - В самом деле? Так вы ее еще не починили? - Что не починил? - Да швейную машину. Гофф остановился и, глядя безумными глазами в угол комнаты, бессмысленно повторил: - Не починил... не починил!.. - В самом деле? - удивился гость. - Такое простое дело! - А? - Разумеется! Несколько раз ковырнуть напильником - и все. А все же несколько рублей бы сэкономили. Гофф стал было усиленно искать что-то в карманах, как вдруг хлопнул себя по лбу и, обратившись к дочери, изменившимся голосом сказал: - Отдай челнок! - Батюшка! - простонала Констанция. - Слышишь? Отдай челнок! Гость слегка коснулся его плеча. - Пан Гофф! Одно словечко. Мне пришло в голову, что, может, лучше бы отдать это слесарю? Тут нужен очень тонкий напильник. - У меня есть такой. - Нет!.. Тут надо еще тоньше. - Сейчас куплю. - Жалко денег... - Слесарь больше возьмет. Давай челнок. - Успокойтесь, батюшка, - умоляла дочь, вставая со скамьи и приближаясь к старику. - Сударь, - обратилась она к гостю, - успокойте же отца... Элюня!.. - Вы же видите, что я его успокаиваю, - ответил гость, делая за спиной Гоффа жест, означающий сомнение. - Отдай челнок! - крикнул Гофф, с выражением бешенства глядя на дочь. - Пан Гофф, дорогой пан Гофф, - говорил гость, хватая его за плечи. - Ну на что вам нужен челнок, раз нет подходящего напильника? - Напильник я сейчас куплю. Давай! - крикнул он, топнув ногой. - Батюшка! - умоляла дочь, протягивая к нему руки, - в доме последний рубль... и неужели вы хотите, чтобы на завтра у Элюни даже кусочка хлеба не было? - Я этого хочу?.. - воскликнул несчастный безумец. - Я? Ты этого хочешь, ты ее губишь... ты... дурная мать и дурная дочь! - Успокойтесь, дорогой пан Гофф! - снова ввернул гость. Глаза Констанции сверкнули. - Так я дурная мать и дурная дочь потому, что не хочу выбрасывать деньги за окно?.. - Успокойтесь, дорогая пани Голембевская, - сдерживал ее гость. Гофф схватил ее за руку и, глядя ей в глаза, сдавленным голосом спросил: - Отдашь или нет? - Не отдам! - решительно ответила она. Старик стиснул ее пальцы. - Не отдам! - крикнула она, рыдая. - Пустите меня, батюшка! - Не пущу, тигрица! Не пущу, пока не отдашь челнок, - шептал старик, усмехаясь и приближая лицо к лицу дочери. Бедная женщина попятилась. Гофф шел за ней, продолжая сдавливать ее руку. В этот миг заплакал ребенок. - Пустите меня, отец! - Не пущу! - Ну, возьми! - молвила она, доставая челнок из кармана. - На, сожри нас всех!.. Старик схватил челнок и прибавил: - Где деньги? Минуту спустя и последний рубль очутился в его руках. Взяв, что хотел, Гофф кинулся к дверям. - Пан Фридерик, а шапка? - напомнил гость. Шапка висела на гвозде, Гофф нахлобучил ее на голову и сел на стул. - А! Дурная дочь! - пробормотал он, дико глядя на женщину. Констанция, казалось, не замечала этого, занятая убаюкиванием ребенка. Когда безумец ушел, гость несколько оживился, выглянул в окно, послушал у двери и, наконец, усаживаясь к столу, сказал: - Странный темперамент. Иной раз спокоен, как каменный, а сегодня вдруг так вышел из себя. Необыкновенный человек! И принялся кусать ногти. - О боже! За что ты так караешь нас? - говорила, рыдая, бедная женщина. - Не так! Не так, дорогая пани Голембевская! Надо говорить: "Боже, да будет воля твоя! Я, грешная, с избытком заслужила кару и гонения". Все мы грешны, дорогая моя пани Голембевская. - Уж, кажется, нет людей несчастней нас. - Никому не живется на свете без какого-нибудь горя или огорчений, будь он хоть король, хоть папа римский. - Все точно сговорилось: нищета, болезни, да теперь еще такое беспокойство в доме. - Это хорошо, что мы хоть иногда испытываем горе и лишения. Да и разве одни мы страдаем?.. Взять, к примеру, хоть этого беднягу Ендруся... - Что? - крикнула Констанция, всматриваясь в гостя. Глаза ее мгновенно высохли. Гость спокойно достал табакерку, обернул ее несколько раз в пальцах, щелкнул по крышке и прибавил: - Несчастный парень! Мало того что такой больной, голодный, беспокойный, приходится еще скрываться от человеческой суровости. - Значит, его выпустили? - спросила Констанция, отодвигая от себя ребенка. Гость флегматично понюхал табак. - Хуже, дорогая панн Голембевская, хуже: сам сбежал. Губы Констанции побелели. - Ищут его добрые люди, как евангельская жена потерянный динар, а он тем временем, бедняжка, ночует на берегу Вислы, живет в глиняных ямах, а что ест - уж и не знаю, потому что у нас, в нашей дорогой Варшаве, нет даже акридов и дикого меда. Констанция оперлась спиной о подоконник, руки ее опустились, голова склонилась к плечу. - Был, бедняга, у меня вчера ночью, маленько меня даже, по правде сказать, напугал, и вот дал письмецо к вам, сударыня. Сказав это, гость вынул из бокового кармана грязное, измятое письмо и положил его на стол. Констанция даже и не глянула. - Легкомысленный мальчик! В таком несчастии, а все шалости на уме. Взгляните, сударыня, как адресовано письмо: "Ясновельможной Констанции, урожденной Гофф, по первому мужу Голембевской, почетной гражданке и домовладелице". - "Дражайшая жена!.." - Ах, боже мой, вам дурно, дорогая пани Голембевская? - Прочтите, сударь! - ответила она тихо. - Тут, правда, есть семейные секреты, ну да кому ж о них и знать, как не испытанному другу? Сказав это, он развернул письмо, стал читать: - "Сердца Моего и души Моей дражайшая Жена Констанция!!! Десница господня освободила меня от этих роковых терзаний, а теперь принужден я давать деру в Америку, потому как ежели меня опять засадят в яму, то уж крышка!!! По этой причине требуется мне монета, рублей хоть десять, ежели не желаешь, чтобы я повесился на сухой ветке под твоим окном, на твоих собственных веревках!!! Делай что хочешь, грызи голову старику, продай что-нибудь, хоть укради, только бы поскорей получить монету, потому меня уже холера берет, так припекло!!! Целую твою мордашку миллион раз и еще пятнадцать!!! Элька пусть веде

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования