Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Научная фантастика
      Щербаков Александр. Кукушонок -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  -
скажут они? Что я проклятый капиталист и, как все это дрянное семя, липну к мелким подлогам и обманам? Ведь все ваше дельце - это мелкий подлог и обман в космическом лабазе, не так ли? - Так, - согласился Мазепп. - Приятно слышать. А то публика, вроде вас, даже в личном пользовании увертывается от называния вещей своими именами. И вы хотите, чтобы я на глазах у всего мира попался на такой дешевке? Фу, дорогие мои, фу! Не пойдет! Родничок тут поблизости, пить не хотите? Посидим на бережку. Попили, присели. - И все же мне хочется вам помочь. Но как? Притом, чтобы не испортить партию и не замараться? Ваши предложения? Мазепп изложил предложения. - Не годится, - покачал головой "ферст мэн". - Это построено на неверном представлении обо мне. Вам втолкомячено, что я могу купить добро. Бред! Это не дано никому. Я работаю на перепадах зла: от большего к меньшему или наоборот. И, поверьте, от этого не в восторге. Хотя и в выгоде. - Так ехали бы к русским. Или к китайцам, - брякнул битюг. "Ферст мэн" рассмеялся. - Родись я там, я был бы наверное, неплохим коммунистом. Ведь я стою на том, что аккуратно выполняю правила игры. Но менять правила на ходу - это плохая игра. Это не для меня. - Не понимаю, что же для вас хорошая игра? - ввязался я. - Это уже вопросы! - живо сказал "ферст мэн". - А мы не договаривались на интервью. Но вам, так и быть, отвечу. Я стригу алчных и ленивых дураков. Вообразить невозможно, сколько на свете таких дураков и как они разнообразны. Я их стригу, а потом коллекционирую. - Значит, по-вашему, я проиграл этим самым дуракам, - гнул свое Мазепп. - Нет. Этого я не сказал. Но чтобы выиграть, вам нужен резкий поворот мысли. Непостижимый для дураков. Они тянут вас в свою паутину, а вы поддаетесь. Вырвитесь. На иной уровень. Кое-какие существенные моменты я, по-моему, вам обозначил. Думайте. Когда придумаете, приходите. До той поры обещаю вам нейтралитет. Мысленно ставлю на вас и буду огорчен, если не выкарабкаетесь. - Сколько сроку даете? "Ферст мэн" поморщился. - О чем вы говорите! Сроки даю не я, а ваши кредиторы. По мне, так все равно, неделя или месяц. - А если год? - Ну, если вы продержитесь год, то за каким чертом вы вообще ко мне явились? Думаю, вам приспичит гораздо раньше. Когда мы уже садились в вертолетик, меня тронули за плечо и попросили немного задержаться. Не забуду, какими собачьими глазами глянул на меня Мазепп. "Ферст мэн" завтракал на веранде. - Не откажите разделить со мной трапезу. И не могли бы вы рассказать поподробней, как вам пришла в голову мысль о "снулом уране"? - Не могу, - честно сказал я. - Почему? - Потому что я сам этого не понимаю. Да и не помню. - Л-любопытно, - протянул "ферст мэн". - Уж и не знаю, повезло вашему приятелю с вами или наоборот, но хотел бы я быть на его месте. Разумеется, предпочел бы ваше, но такое пожелание уже вовсе грешно. И вы уверены, что эта ваша "звезда", она кем-то сконструирована? - Напрашивается. Но мало ли что напрашивается. - Ах, как хочется прилепиться к этому делу! Но вы все так запутали, перепачкали. Зачем? Вам не стыдно? Почему бы не ляпнуть, что запутали-то без моей помощи? Палец так милостиво, так бесцеремонно разводит божьих коровок по азимуту. Почему бы не помочь пальцу? Та-акому пальцу! - У меня нет досуга на эти размышления. "Ферст мэн" улыбнулся. - Как хотите, а мне было бы спокойней, если бы "снулый уран" пробудился без помощи вашего друга. В свой срок. А? Вы не согласны? - Нет. - Естественно. Благодарю. И у меня к вам есть предложение. Молчу. - Когда и если вы освободитесь от этого дела, не согласились бы вы на некоторую близость к моим заботам? В любой форме, которая вас устроила бы? Выдать бы ему, как шилом в самый шишок! - Боюсь, что с этим придется подождать, - промямлил я. - Что ж, я умею ждать. Вы ешьте, ешьте. Дорога дальняя - проголодаетесь. Простите, что задержал. Вас доставят, куда прикажете. Мои извинения вашему другу. И всяческие добрые пожелания. Куда, куда! В мою берложку при конном заводе, куда! Второй год, как мечтаю поблаженствовать в шлепанцах без Анхелей-хранителей на пороге. Эк всем инсайты нужны! Оказывается, я товар нарасхват. Не подкинуть ли битюгу мыслишку совершить натуральный обмен: он "ферст мэну" меня купно со всей обслугой, "ферст мэн" ему либо отсрочку платежей, либо новые кредиты под снуленького? Впрочем, тут мне беспокоиться нечего. "Ферст мэны" сами не сидят сложа руки. Мазепп задавится - меня не отдаст. А мне в любом случае лучше не будет. Заело. Как битюговы художества расписывать, так рысцой к процессору, на ходу ручки потирая, а как до своих дошло, так настроения нет, надо подумать и здраво рассудить! Поздно. А с другой-то стороны, никто меня не щадил и не щадит, так с какой стати еще и мне самому на себя наседать? Тоже резонно. Время есть. Во всяком случае, до того, как битюг вернется со "звезды", ничего не произойдет. Так долго ждать, так вдумчиво готовиться, так ставить все на одну карту, а потом сидеть и тупо маяться, что сделана глупость, какая-то колоссальная глупость! Проще всего убедить себя, что это очередной инсайт, не поддающийся разбору. Хотели от меня инсайта? Хотели. Получайте, а с меня взятки гладки. Но это проще всего. В: Суп-пюре из шпината. Он мне очень полезен. Ненавижу. А он, зеленый, мне еще и снится. Старший брат мадам Элизы - великий изобретатель. Например, он еще в юности изобрел антемат - систему приемов для порчи настроения людям перед его приходом. Он приходил - и тут неприятности разом кончались. Так, безо всяких усилий с его стороны, у людей создавалось приязненное отношение к нему. Самым серьезным образом он работал над фобософией, много раз меняя даже подход к этому понятию, пока не взялся по вдохновению последовательно переписывать труды философов, древних и современных, подставляя вместо каждого слова - обратное по смыслу. Это подвижническое занятие привело его к ряду изумительных открытий, к идее создать новый вид искусства - духовное ваяние, то есть художественную обработку человеческой души. Продолжая занятия фобософией, он одновременно исполнил несколько анимоскульптур, как назывались его произведения. Простого автомеханика он сделал настолько тонким искусствоведом, что тот, к несчастью, кончил свои дни в приюте для неврастеников. И, наоборот, одареннейшего музыканта в три года превратил в образцового унтер-офицера прусской школы. Вот только унтер-офицерствовать было негде, у бедняги на безделье сделалась язва желудка, и, помня о своей первой неудаче и не желая ее повторения, брат срочно перелепил его в талантливые системные программисты. Он особенно гордился тем, что для этих преображений применялись не какие-нибудь там изощренные методы или чудеса фармакопеи, а самые простые доступные средства, которые отягощают анимоскульптора ничуть не больше, чем обычного скульптора - резец, молот и возня с глиной. Естественно, речь шла не об опытах над людьми - брат работал с математическими моделями личностей. Он был увлечен самой идеей преобразования психологических воздействий в "отрасль точной технологии", как он любил говорить. Но труд его был, видимо, преждевремен и потому чрезмерен. Против него ополчились и психологи, и педагоги, и философы. Бюро патентов отказывало ему раз за разом. Даже тогда, когда он подал заявку на новый способ дрессировки служебных собак, очень экономичный, потому что не требовались расходы ни для поощрения, ни для наказания животных. Брат был в отчаянии. Мадам Элиза уговаривала его применить к своим врагам хотя бы невиннейший антемат, но старший брат считал, что это было бы нечестно - применять такое средство, когда сведения о нем не опубликованы в "Вестнике изобретений", пусть даже в его закрытом приложении. И наконец он решился. Он сам, по своему собственному методу переваял свою духовную сущность и превратился в не очень удачливого садовода-бирюка. Он порвал все связи с прежним кругом, и даже неизвестно, жив он или нет, а если жив, то где находится. Любопытно, как оплачиваются услуги грузинской царевны: повременно или по метражу магнитозаписи? Судя по ее словоохотливости, все же по метражу. С1 - 28: мадам голоден и недолог я слагался вижу жив лезу в узел а жую ужа низ неба бензин верх рев и лун нули лазер срезал о пел я лепо а жую ужа мазь ла бальзам делологии гололед иисусии снес нонсенс болвана в лоб болвана в лоб алиса шанс наша сила гни ври о ирвинг и ешь шеи и макрогубы бугорками безумия и музе б мадам (Принадлежность этого опуса перу автора записок прогоном по ОИП не проверялась. Его палиндромического построения сам я не заметил, и это был единственный случай, когда отнесение текста к поэтическим было проведено экспертом. "Могу назвать десяток ХИ-ОП, которые весьма позавидовали бы автору, - заявил эксперт. - В добровольно вздетых веригах автор изворачивается предельно изящно, так что все это имеет приемлемо четкий трагикомический смысл". - "А это не машинные стихи?" - спросил я. "Хотел бы я заловить чудака, способного обеспечить такой результат на машине за рационально мыслимое время! Я бы половину лаборатории уволил и ходил вокруг него на цыпочках", - ответил эксперт, известный в своих кругах алгебраист-поэтолог.) В: Решительная битва скромной науки со спесивым невежеством, всяческое торжество первой и безоговорочное посрамление последнего - Я человек Ренессанса. Мне тысяча лет. Меня породила стоячая давка цехов и гильдий, маразм общин, увязших в чуме и усобицах, я его сжатая антисуть и разнавсегда не желаю иметь с ним ничего общего. У меня эйфория независимости, я желаю следовать только собственной воле, я пою даже от возможности жестоко платиться за это, меня проще убить, чем загнать назад, в скотные дворы круговой поруки и всеобщего равного прозябания. У меня не бывает ни соратников, ни обязательств, и поэтому слова "измена" и "предательство" для меня ничего не значат. Сейчас и здесь я потому, что так мне угодно, а завтра я уйду и не оглянусь, и упрекать меня в этом бессмысленно. Недобертольд орал. Кажется, я его допек. - И мне, такому, как я есть, культура обязана всем. Пусть я не раскрыл тайн природы, но я привел их к виду, удобному для употребления, преобразовал производства и искусства, осознал безмерный мир как комок сырой золы, открыл уму тысячу иных, истинно бесконечных пространств, и физических, и духовных, где я волен и неукротим, невзирая ни на какие внешние обстоятельства. Никого так не боятся ваши ханы и свинопасы, как меня. Да! Они удавили бы меня в уголку, если б знали, как без меня понукать оравами, мясом и потом которых сыты и озабавлены. Сопя от ненависти, мне дают жить, - чтобы грабить меня. И грабят, потому что знают: за свою свободу я отдам все, что произвели мой ум и руки. Ибо произведенное, сделанное для меня мертво, а живо лишь творимое. Вот творимого я не отдам, я никого к нему не подпущу, я буду грызться, как бешеный пес! Не подпущу, слышите вы! Не подпущу! Я хватил ладонью по столу так, что какая-то дрянь мерзко звякнула, и попер на приступ: - С чего вы взяли, что это - "ваше"? Это мое! - потому что первому пришло в голову мне. Это Мазеппово! - он ногти и зубы искрошил, пока выковыривал. А вы - паразит, карманник с философией, нового Ферми из себя корчите. Отобрать у вас этот кусок и во всеуслышание кинуть любому, кто пожелает, - это уж такая справедливость, что проще не бывает! И элементарное приличие по отношению к тем, кто способен такие пилюли штамповать и разбрасывать по белу свету. Недобертольд ощерился и отработал на знакомый мотив. - Опять эти сказочки для нищих духом! Нет, это все-таки похабщина: недоумок нечаянно нашарил в мусоре алмаз и теперь корчит из себя пророка-теоретика! До чего вы мне противны, вы, мартышка со счастливым билетиком в вечность! Уймитесь, вам и так уже повезло сверх всяких приличий, и дайте дорогу тому, кто не боится труда и умеет трудиться! - Это вы-то умеете трудиться? Вы фат и шут! - Фат и шут?! Ну хорошо! Идемте, я вам кое-что покажу. Только бы вы сумели понять, о чем речь, и я заставлю вас вылизать все ваши словечки и прихлопну, как удачливую вошь! Идемте, вы, подханок! - Идемте! Куда прикажете? Идемте! - Идемте! - Да, да! Идемте! Добеседовались! Ни у него, ни у меня уже слов в языке никаких не осталось, одно голое бешенство, которым вьючат первое попавшееся полумеждометие. И он привел меня в свой цифирный чулан с дохлыми дисплеями и врубил залюбленный трехмерный фонарь. - Глядите! В глубине фонаря заклубился рой синих и красных блесток, слитых в пульсирующий, текучий эллипсоид. - Ну и что? - Извольте ждать. Это модель ядра обычного урана-235. Мое производство. Период полураспада - семьдесят миллионов лет. Демонстрационный масштаб во времени замедлен в миллиард раз, чтобы вам удобнее было разглядывать. Ждите. Ядро может распасться сию секунду, а может валандаться перед вашими взорами в таком вот виде до конца времен. Я сам его сроков не знаю, я, который его соорудил. Зримая определенность на играх неопределимого. Уж и так подступались к этому, и сяк, а соорудил я, шут и паразит, как изволите выражаться. Ждите, ждите. Вдруг вам еще раз идиотски повезет, и вы увидите то, чего еще никто не видел, даже я - самопроизвольный распад этой погани, от которой, знать о ней ничего не зная, греются миллиарды вам подобных. Ну, насмотрелись? Все. Не смею больше отнимать ваше драгоценное время. Это впрямь было здорово. Завораживало, услаждало, порабощало. Перед такой картинкой можно было сидеть веками. Глубоко же мы въелись в печенки природе, если куланы-муфлоны имеют возможность играть в красоту! - Пусть эта буля играет себе там, где ей положено играть - в насекомстве регистров. А мы, разумные люди, обозрим фокус номер два. Хоп! В фонаре явились четыре шара из тех же блесток, плотно сжатые в тетраэдр. Тетраэдр дышал, колыхался, но было в нем что-то жесткое, неизменное. Из его центра вырывались и вились вокруг синие блестки. Немного, с десяток. - Честь имею представить - модель ядра распрекрасного ван-кукукиша. Так и просится сказать, что фальшивка. Четыре ядра обычного железа, сшитые избыточными нейтронами. Все держится на динамике взаимных превращений, всяк миг разваливается и не успевает развалиться. Если я не помогу. А я помогу. Он поиграл кончиками пальцев на клавиатуре процессора. - Проще некуда. Я прилагаю внешнее давление. То же действие, что вы производите на стул. Программа его наращивает, наращивает... На обычное ядро я этим воздействовать не могу в силу его прецессирующих симметрии. А на это могу - уж больно торчат перенапряженные вершины. Могу! Глядите. Хоп! Тетраэдр сложился в шар, шар заплескался, заметался, блестки ослепительно засияли, и клубок разнесло в клочья, размазавшиеся и угасшие по незримым стенкам фонаря. - О-ля! Будь это природный уран-235, при этом выделилась бы энергия 220 мегаэлектронвольт. А этот отдает на полпорядка больше - все то, что было затрачено на его сооружение. Как взведенная пружина. - И какое давление? - Всего ничего. На порядок выше, чем в центре солнца. Вы удовлетворены? Расхохотаться бы, но я молчал. По Недобертольдову сценарию, я, да и не только я, должны были при этом зрелище смешаться с тленом на донышке пепельницы. С удовольствием смешался бы, если бы мог, да хвост себе пристроил слишком длинный. Зря старался. Снуленький, мой снуленький, ты мог бы спать спокойно и без моих забот за ширмочкой, которую так убедительно разрисовали их долботронство. Но кто ж знал? Ой, как глупо все кончается. И жаль мне стало себя, так жаль, так жаль, что заквакал я с донышка пепельницы, услаждая Недобертольдов слух. Не по том я квакал, по чем он слышал, а все польза. Вид судорог поверженного гада доктору необходим. Пройдет время, и он придаст долботрошиным речам особо вескую непререкаемость, когда придется убеждать битюга, что тужились зря, а денежки пропали. "Ква-ква" первое: Но и у вас, уважаемый доктор, так и рвется с языка, что "снулый уран" имеет искусственное происхождение! И это после стольких трудов под знаменами иной расцветки! Как прикажете понимать? Аж взыграл Недобертоша от такой возможности высказаться! - Ваши рацеи были и остаются болтовней. И по природе, и по назначению: с помощью такой вот болтовни дикарь облегчал себе стряпанье мировоззрения. Не сомневаюсь, что, получив мои цифры, вы свою болтовню усовершенствуете. Что вам мешает соорудить на "звезде" балаган во славу мирового разума с торговлей медалями, наштампованными из ван-кукукиша? Выгодное дельце. Расходы на мои потуги окупятся довольно быстро, учитывая податливость черни на басни о "пришельцах", "братьях по разуму" и "контактах". Но с цифрами-то в руках оцените масштаб действия этих ваших "братьев" с масштабом действий людей. Составьте пропорцию и увидите, что для этого "U-существа" мы значим примерно то же, что для нас вирус. Какой "культурный обмен", какое "братство" возможны между нами и вирусами? На досуге вообразите себе торжественный прием полномочной делегации вирусов в Организации Объединенных Наций. Насколько он реален, настолько реально и наше с вами общение с "U-существом". Сопоставление трагичное для провокаторов вселенской мифологии вроде вас, а по мне - это еще одно свидетельство в пользу прямого отказа от подобных спекуляций. Людям может служить только то, что идет от людей. Так было, так будет. Все, кто пытается идти от противного, только вносят пустую сумятицу. Факты я признал бы, но фактов по-прежнему нет. С тем же успехом можно объявить делом рук "U-существ" и обычный уран. Вам это не приходило в голову? А мои выражения - я выбрал их, чтобы вам было легче представить, о чем речь. Считайте любезностью с моей стороны. Что ж, звучит вполне убедительно. Давай и дальше в том же духе, Недобертоша. "Ква-ква" второе: Черт с ним, поднатужимся и проверим вашу модель экспериментально. Во что это обойдется? - Не тужьтесь. У нас нет иного способа получения нужных давлений, кроме грандиозного ядерного взрыва. Ядерные взрывы в любых целях давно запрещены волею всего человечества. И вы, сидя в затхлом подполе, возьметесь нарушить этот запрет во имя проблематичного торжества оборачиваемости ваших тертых полушек? Вы взялись бы, да что от вас останется, когда при такой вспышке вы станете видны невооруженным, глазом? Пожизненный рай в местах строгой изоляции вы можете устроить себе гораздо дешевле и без моего участия. Тоже неплохо. Чтобы попусту не злить публику, рекомендовал бы смягчить выражения, но, думаю, у Недобертольда хватит ума на это и без меня. "Ква-ква" третье: А вдруг "снулый уран" сгодится на что-нибудь другое? На какие-нибудь технологические карточные домики или

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования