Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Научная фантастика
      Шоу Боб. Орбитсвиль 1-3 -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  -
толпа напомнила Никлину еще об одной происшедшей перемене, которую он никак не предвидел. Вскоре после того, как раскопали верхнюю часть "Лискарда", к экспедиции Монтейна проявили интерес журналисты. Они зачастили сюда на легких самолетах и вертолетах. Реклама привлекла людей, попавших под влияние проповедей Монтейна и решивших либо предложить ему свои услуги, либо забронировать места себе и своим семьям для полета к Новому Эдему. Многие готовы были расстаться со своим имуществом, вложив вырученные средства в проект Монтейна. Одним из первых прибыл Скотт Хепворт, физик из Университета Гарамонда. Он пришел пешком из Альтамуры. Монтейн и Никлин сидели на ступенях особняка Фугаччиа, вяло обсуждая, стоит ли покупать прачечное оборудование, когда грузный человек лет шестидесяти, краснолицый и потный, появился из клубов дорожной пыли. - Мистер Монтейн? - осведомился незнакомец. - Я Скотт Хепворт, физик. Знаю толк в своем деле и готов предложить вам свои услуги. - Все зовут меня просто Кори, - с кривой улыбкой, хорошо знакомой теперь Никлину, ответил проповедник. Улыбка означала скромную демократичность. - А это Джим Никлин. Не хотите ли присесть? - Спасибо, - поблагодарил Хепворт, кивнул Никлину и сел рядом. Он вытащил огромный носовой платок и вытер им потную шею. - Я несколько староват для путешествий в такую жару. Монтейн сочувственно покачал головой. - Хотите чаю? - Чаю?! - круглое лицо Хепворта исказила гримаса отвращения. - Мою жажду способна утолить лишь добрая порция джина с тоникам. Любой менее крепкий напиток нанес бы оскорбление моим вкусовым рецепторам, служащим мне верой и правдой многие годы. Но думаю, что вы... - Я не сторонник крепких алкогольных напитков, - сухо перебил его Монтейн. Никлин, уже готовый вынести приговор нагловатому пришельцу, решил повременить с выводами. Очень многие, в том числе и Джим Никлин в своем прошлом воплощении, надеясь завоевать расположение предполагаемого работодателя, сделали бы вид, что больше жизни любят чай, но Хепворт не стал лицемерить и притворяться. Манера новичка вести разговор была не из приятных, но зато неопровержимо свидетельствовала о его прямом и открытом характере. Исподтишка разглядывая Хепворта, Никлин с интересом отметил, что тот вовсе не похож на маститого ученого. Дешевый костюм сидел на Хепворте далеко не самым лучшим образом. О нем нельзя было сказать, что он "поношенный, но добротно скроенный" - избитая фраза из старых романов, означавшая, что описываемый персонаж - человек достойный, но попавший в "стесненные обстоятельства". Костюм Хепворта был попросту дрянным с самого начала, и время не сделало его лучше. Дополняли облик ученого мятая рубашка и совершенно стоптанные сандалии. - У меня в комнате найдется немного джина, - улыбнулся Никлин и поднялся. - Лед и лимон? - Все, что положено, мой мальчик, - благодарно пропыхтел Хепворт. Сопровождаемый неодобрительным взглядом Монтейна, Никлин отправился в свою комнату приготовить напиток. Джим не очень-то любил спиртное, джин он купил вместо пива из соображения, что его легче будет нести из города. Но чтобы разозлить Монтейна, он решил смешать изрядную порцию коктейля и себе. Никлин вернулся как раз в тот момент, когда Монтейн расспрашивал посетителя, почему тот покинул свой институт. - Не по своей воле, - просто ответил Хепворт. - Меня выкинули. - И словно могли возникнуть какие-то сомнения относительно значения его слов, добавил. - Вышвырнули. Пинком под зад. Испытывая теперь самые теплые чувства к этому человеку, Никлин подмигнул ему, передавая запотевший стакан. Хепворт жадно схватил его, но вместо того, чтобы залпом осушить, поднес стакан к мясистому носу и втянул в себя аромат напитка. - Нельзя ли узнать, почему Университет счел возможным отказаться от ваших услуг? - вежливо поинтересовался Монтейн. Высокопарный слог и некоторая холодность тона свидетельствовали о том, что Хепворт произвел на проповедника далеко не самое благоприятное впечатление. - У меня вышел спор - кое-кто мог бы назвать эту дискуссию кулачным боем - с начальством. - Хепворт радостно улыбнулся, глядя в стакан, словно вспомнил что-то очень приятное. - Они давно хотели указать мне на дверь, и вот наконец я предоставил им такую возможность. - В чем же суть вашего спора? - Я нашел доказательство того, что Орбитсвиль перепрыгнул в иную Вселенную, но профессор Фэйер не согласился со мной. - Иная Вселенная? - Монтейн заметно напрягся. - Но что же здесь нового? Ведь с самого начала говорили, что шарик переместился. - Да, говорили, но никто и не предполагал, что столь далеко. - Хепворт с наслаждением отхлебнул из стакана. - Речь идет вовсе не о каком-нибудь причудливом переходе в отдаленную часть нашего обычного континуума. Я говорю о прыжке в совершенно иной мир - во Вселенную, состоящую из антивещества, во Вселенную с обратным ходом времени, в Антивселенную. - Но... - Монтейн растерянно взглянул на Никлина. - Отличная идея, - откликнулся Джим, припоминая свою собственную теорию, изложенную как-то Зинди Уайт, - но как быть с космическими кораблями, которые уже начали курсировать между порталами? Почему их, в таком случае, не разносят захватываемые ионы? Хепворт качнул головой. - Я вижу, эта мысль вам тоже приходила в голову. Но в этом случае корабли вообще бы не смогли действовать. Если бы звездолеты состояли из обычной адронной материи, которую взяли и засунули в мир антивещества, то захватывающее поле кораблей стало бы отталкивать античастицы. Я же утверждаю, что наш дорогой Орбитсвиль и все находящееся на нем, включая здесь присутствующих, во время Большого Скачка перевернулись. Вдобавок нас отбросило назад на сорок миллиардов лет, но этот вопрос мы пока оставим в стороне. Суть моего утверждения - мы теперь состоим из антиматерии. Наши корабли состоят из антиматерии. Все вокруг состоит из антиматерии. - Но ведь в этом случае, - Никлин постарался скрыть свое замешательство, - не существует способа проверить вашу гипотезу. - До прошлой недели и я так думал, - Хепворт сделал еще один добрый глоток. - В последние три года я разрабатывал особо чувствительный датчик для применения в жидком кислороде. Он должен был содержать встроенный источник электронов. Я решил использовать для этого радиоактивный кобальт. Кобальт-60 отлично годился для моих целей, поскольку его ядра излучают с одного полюса больше электронов, чем с другого. Обычно из-за хаотичного расположения ядер этого нельзя обнаружить, но если вещество охладить и поместить в мощное магнитное поле, то все ядра выстроятся параллельно друг другу. И тогда этот кусок металла станет излучать в одну сторону больше электронов, чем в другую. Хепворт замолчал и обвел своих слушателей блестящими глазами. - Вам это ничего не напоминает? Из школьного курса физики? Никлин, стремясь блеснуть познаниями и тем самым уличить Монтейна в невежественности, порылся в своей памяти. - Это не тот ли знаменитый эксперимент с кобальтом-60, что провели на Земле... лет триста или четыреста назад. - Именно! - торжествующе воскликнул Хепворт. - Тот самый эксперимент, который доказал асимметричность Вселенной. Может быть, вы теперь поймете, что я почувствовал, когда на прошлой неделе вытащил свой датчик из шкафа, где он томился в безделье долгие месяцы, и обнаружил, что слабенький поток электронов направлен в противоположную сторону?! Никлин почувствовал, как голова его пошла кругом. Мозг словно замер, отказываясь принять услышанное. - Но, может быть, это ошибка? Вдруг вы попросту неправильно собрали свою установку? - Вот именно это и начал мне твердить профессор Фэйер. - Хепворт улыбнулся. - И твердил до тех пор, пока я его слегка не ударил. Монтейн что-то неодобрительно пробурчал. - Я все-таки не понимаю, - сказал Джим, - ведь если все во Вселенной перевернулось, в том числе и ход времени, то все процессы и связи внутри нее не изменятся. Вы не сможете ничего обнаружить. Если ваш электронный пучок барабанил в дверь лаборатории до Большого Скачка, то же самое он будет делать и после. Хепворт улыбнулся еще шире. - Вы забыли, что четность в слабых ядерных взаимодействиях не сохраняется. - Разве? - Разумеется. У вас есть степень в области ядерной физики? - У меня есть лишь немалая степень дискомфорта, - откликнулся Джим, - от сидения на этих дурацких ступенях. - Понятно. Никлин смотрел на широкое лицо Хепворта, и его одолевало неприятное чувство, что он упустил что-то существенное. Тут он заметил на носу Хепворта прыщ. Мысли его смешались. Прыщ располагался там, где нос переходил в щеку, и был довольно приличных размеров. "Как он может разгуливать с такой штукой на лице, - удивился Никлин, как обычно отвлекшись на совершенно посторонние мысли. - Почему, о Господи, он не удалит его?" - Вас что-то еще беспокоит, Джим? - поинтересовался Хепворт. - Я никак не пойму, что произошло со временем. - Никлин отвел взгляд от лица Хепворта. Он решил воздержаться от замечания по поводу болячки физика. Остановила его вовсе не щепетильность - она больше не была свойственна Джиму, особенно после того, как за какие-нибудь десять секунд он разнес в клочья трех человек. Он попросту не хотел отталкивать того, кто вполне мог оказаться интересным собеседником. Среди членов общины редко попадались люди, с которыми можно было бы поговорить. И даже те немногие, кто стоил внимания, не желали общаться с Никлином. - Время - это одна из самых великих непредсказуемостей, - величественно отчеканил Хепворт с видом провинциального актера, потерявшего всякую надежду получить работу. Он осушил свой стакан. Его взгляд тут же прилепился к стакану Джима. Никлин свой напиток даже не пригубил и сейчас с готовностью протянул его Хепворту. - Непредсказуемость, - задумчиво повторил Джим, - да, это очень точное слово. Но откуда вы взяли свои сорок миллиардов лет? - Уверяю вас, отнюдь не с потолка. - Хепворт, решив подготовить свое горло к пространному монологу, проглотил половину содержимого стакана Никлина. - Теория Ричарда Готта предполагает, что в результате Большого Взрыва образовались две Вселенные. В одной мы и обитали раньше, она движется во времени вперед, а в другой мы находимся сейчас, она движется назад. Вселенная Первой Области, как окрестил ее Готт, имеет возраст порядка двадцати миллиардов лет. Разумно предположить, что Вселенная Второй Области насчитывает такое же количество лет. Так что нас отбросило приблизительно на сорок миллиардов лет. В этой гипотезе симметрия имеет определенное отношение к... - Все это, безусловно, очень интересно, - оборвал Хепворта Монтейн. Сделал он это тоном, неопровержимо свидетельствовавшим, что этот разговор ему порядком наскучил. - Но, боюсь, от вас нам потребуются отнюдь не ваши профессиональные знания и практические навыки... Позвольте поинтересоваться - вы верующий? Разделяете ли вы мою теорию, что Орбитсвиль - это западня, в которую дьявол загнал детей Божьих? Верите ли вы в Бога? Хепворт фыркнул. - Не больше, чем в существование другой великой троицы - Златовласки, Золушки и Красной Шапочки. "Отлично сказано, Скотт, - с некоторым сожалением подумал Никлин, - но твой способ вести вступительное собеседование никуда не годится". - В таком случае, думаю, нам не стоит терять время, - сухо сказал Монтейн. - Разве что какие-то иные обстоятельства... - Обстоятельства? - Кори жаждет узнать, есть ли у вас деньги, - помог Никлин. - Ни гроша! - радостно объявил Хепворт. Он, казалось, гордился своей нищетой, так же как и увольнением с работы. - Ни цента! Ни фартинга! Ни су! - Физик озадаченно глянул на Никлина. - Разве я произвожу впечатление человека, имеющего деньги? Монтейн оперся ладонями о колени и поднялся, всем своим видом показывая, что разговор окончен. - Я сожалею, что вы зря проделали этот путь, Скотт. Хепворт и не подумал двинуться с места. - Я имею большой опыт работы с ракетными двигателями как раз того типа, что установлены на этом звездолете. Я мог бы взяться за их ремонт и обслуживание. Кроме того, если потребуется, я мог бы сесть в кресло пилота. Поднимаясь по склону, Никлин разглядел среда толпы жаждущих заглянуть внутрь "Лискарда" Скотта Хепворта. Физик потратил большую часть своего жалования на покупку пуховика. В этом одеянии ярко-желтого цвета он здорово выделялся в серой толпе. Там же находились Монтейн, Кингсли, Нибз Аффлек и множество людей, чьих имен Никлин не знал, но среди них не было той, которую он действительно хотел увидеть. Отсутствие Дани Фартинг являлось следствием улучшения благосостояния организации. Финансовые дела общины Монтейна шли в гору. Немало денег приносила реклама. Информационные агентства и телевизионные компании готовы были платить немалые суммы за интервью и съемку. Всеобщая известность привела к моральной и финансовой поддержке. Затем газетные страницы вновь запестрели сообщениями о загадочных зеленых линиях, на этот раз в связи с обнаружением их на внешней стороне оболочки Орбитсвиля. Интерес к проекту Монтейна многократно возрос, возросла и поддержка этого проекта. Никлин не очень понимал, почему эти сообщения вызвали такой взрыв общественного беспокойства. Возможно, причина заключалась в том, что зеленое свечение охватило Орбитсвиль с внешней стороны непосредственно перед Большим Скачком. А может быть, пристальное внимание к этому явлению объяснялось тем, что силовое поле ассоциировалось у людей с эффектом ослабления связей в веществе. Если силовое поле способно разрезать здания, то же самое может произойти и с самим Орбитсвилем! Многие, похоже, забыли, что идем - материал, из которого состояла оболочка, в течение двух веков сопротивлялся самым отчаянным попыткам нанести на его поверхности хотя бы крошечную царапину. Существует немало людей того самого типа, ярким представителем которого являлся Кори Монтейн, - они всегда подвержены паранойе и вселенскому пессимизму, всякое необычное событие является для них знамением грядущих катастроф. Такие люди видят знаки судьбы в увеличении популяции майских жуков, в упавшей со стены картине, в зловещих сумерках, которые на самом деле предрешают всего лишь непогоду. Эти люда составляют меньшинство, действовать же способна лишь малая доля этого меньшинства. Но по сравнению с прежними масштабами деятельности общины Монтейна число таких людей напоминало теперь лавину. Монтейн внезапно оказался заваленным деньгами и многочисленными новыми обязанностями. Он счел необходимым открыть в Бичхеде офис как для обработки потока запросов, связанных с полетом к Новому Эдему, так и для юридического оформления поступающих даров. К огромному недовольству Никлина он поручил Дани Фартинг разъезжать повсюду для негласной проверки кандидатов и их семей. Никлин совершенно не понимал, каким образом можно оценить потенциальных основателей новой расы. Но даже если подобный отбор и был осуществим, то Джим очень сомневался, что Дани подходят для подобной работы. Она, конечно же, обладает редкой способностью понимать сущность незнакомых людей с первого взгляда, Джим убедился в этом на собственном опыте, но выяснить их способность стать Адамом и Евой... Основной причиной его недовольства, хотя он и не признавался себе в этом, было возникшее с отъездом Дани препятствие в осуществлении его плана мести. Раньше Джим шел напролом, теперь же он хотел осуществить свою месть тонко, ему не хотелось спугнуть свою дичь. Он завоюет ее, превратившись в мистера Отличного Парня, обольстит своим раскаянием, искрометным юмором, вниманием и нежностью. Он готов даже жениться на ней! И только когда она полностью и бесповоротно поверит в его любовь и привязанность, когда она станет нуждаться в них, когда их отношения станут зеркальным отображением прежних, только тогда Джим сбросит свою маску, только тогда покажет ей, что значит быть преданной тем, кого ты полюбила всем сердцем. Новый план был прост и великолепен. Он заметно превосходил в своей изощренности предыдущий, в нем чувствовался терпкий дразнящий аромат подлинного злодейства. Но в нем имелось одно слабое место - его невозможно было осуществить, если жертвы нет рядом. Никлин постарался выбросить из головы мысли о Дани. Он добрался до места, где неповрежденная поверхность холма сменялась грязью, вывороченными камнями и скользкими дощатыми настилами. Отсюда стометровый корабль походил на таинственную геологическую структуру, вечно пребывавшую в земле и лишь сейчас извлеченную на свет. Невозможно было представить, что эта металлическая громада могла пронзать космическое пространство со скоростью, во много раз превышающей скорость света. Никлин ступил на деревянный настил. Рядом из защитного слоя песка торчала верхняя часть цилиндра левого двигателя. Когда он подошел к толпе, его приветствовал один лишь Кингсли. Кингсли никогда не сомневался в том, что Никлин поступил совершенно правильно, убив удиравшего бандита. С того памятного дня он проявлял к Джиму нескрываемую симпатию. Однако в разговорах с Никлином парень все-таки испытывал некоторые трудности, поэтому свое дружеское расположение Кингсли ограничивал приветственными жестами и дружеским подмигиванием, к которым иногда добавлялась странная фраза "Поля аэрации, а, Джим!", произносившаяся заговорщическим шепотом. Это загадочное приветствие Кингсли ввел в свой лексикон после одного происшествия. Как-то раз Никлин поспорил с кем-то из женщин по поводу инцидента с нападением. Она настойчиво требовала объяснений от Джима, почему он не испытывает никаких угрызений совести после убийства трех человек. Никлин тогда ответил: "Угрызений совести? Ни в малейшей степени - я всего лишь отправил три куска дерьма на гигантские небесные поля аэрации". Джим с удовлетворением отметил, что эта фраза мгновенно распространилась среди членов общины. Популярности она Никлину не добавила, скорее наоборот, все еще больше невзлюбили Джима. За исключением Кристин Макгиверн, на которую эта фраза произвела совершенно обратное впечатление. После этого инцидента Кристин стала еще изобретательнее в своих постельных упражнениях, что Джима вполне устраивало. Происшествие казалось теперь Никлину совершенно нереальным. Местный шериф, даже не взял на себя труд приехать из города, чтобы взглянуть на тела. - Похоже, вы нарвались на братьев Луччио, а в этих краях никто не станет сожалеть о них, - сказал он Джиму. - Давайте договоримся, вы уничтожаете улики, и я считаю дело закрытым. Подойдя вплотную к толпе, Джим увидел, что женщина, орудовавшая автогеном, уже прошла по всему опоясывавшему шву. Когда работа была закончена, женщина отступила назад. Ее место занял Кори Монтейн. Никлин понимал, что проповедник старается казаться спокойным, тогда как внутри его, наверняка, трясет. Губы Монтейна дрогнули, когда под громкие одобрит

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору