Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Научная фантастика
      Гаррисон Гарри. Кольца анаконды -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  -
на слово, что я пойду за тобой по пятам. Холл, как всегда, был забит просителями, желаю-щими получить работу в правительстве. Линкольн прокладывал себе дорогу среди них, как корабль в бурном море. Если обратишься хотя бы к одному, придется говорить со всеми. Уже не в первый раз Линкольна поразила давно устоявшаяся практика, открывающая всем и каждому беспрепятственный доступ в президентский особняк. Ну конечно, Амери-ка, общество равных возможностей. Но Линкольн начал понемногу склоняться к мнению, что у полней-шей открытости есть свои минусы. С тяжким вздо-хом отворив дверь столовой, он удовлетворенно с шумом захлопнул ее за собой. Стол был уже накрыт -- булочки на пахте с ме-дом, любимое семейное кушанье. -- Начни с них, отец, -- сказала Мэри. Тут в ком-нату с громким топотом ворвались мальчики. -- Хвать-похвать! -- крикнул Тэд, бросаясь к отцу и обнимая его за ногу. Вилли, всегда более сдер-жанный, присел к столу. -- Тэд, прекрати! -- приказала Мэри, но маль-чонка пропустил ее слова мимо ушей, взбираясь на отца, как на дерево, попутно сминая и без того мятые брюки и пиджак. И не останавливался, пока с видом триумфатора не взгромоздился отцу на плечо. Лин-кольн дважды обошел вокруг стола, а Тэд визжал от -восторга, пока отец не опустил его на стул. Вилли уже полил свои булочки медом и старательно пере-жевывал огромный кусок. Кекли и Мэри принесли другие блюда, а также свежезаваренный горячий кофе. Линкольн наполнил свою чашку и понемногу потягивал кофе, пока стол заполнялся все новыми и новыми аппетитными блю-дами. Под бдительным надзором Мэри президент подцепил вилкой пряную виргинскую колбаску, взял немного кукурузной каши и полил все это каким-то жгучим соусом. Ел медленно, мысленно пребывая за сто миль от уютной семейной сцены. Все эта война, бесконечная, омерзительная война. Ясно увидев это в его глазах, Мэри молча пожала плечо мужа и тоже села за стол. Она-то питается хорошо, даже черес-чур, если теснота платья что-нибудь значит. Потом пошла принести мальчиками еще молока, а когда вернулась, его уже не было; еда на тарелке почти не тронута. Он слишком много трудится и слишком мало ест. И все время тощает. Эта война пожирает его. Наверное, уже сидит в своем кабинете, а сви-деться с ним, быть может, до завтра уже не удастся. -- Джон, -- сказал Линкольн. -- Я хочу продик-товать вам письмо. Для записи под диктовку Хей разработал собст-венную систему стенографирования. Последовал оче-редной меморандум генералу Макклеллану, в кото-ром президент ставил ребром вопросы о возможности продвижения вперед армии на Потомаке. Под конец в голосе Линкольна звучало нескрываемое раздра-жение. --Долго ли вам требуется собираться, чтобы перейти к действиям? У вас есть армия, у вас есть но-вобранцы, и все они хорошо обучены, если верить ра-портам. Но чтобы выиграть войну, армию надо ис-пользовать в бою. Ричмонд должен быть взят. На этом заканчивайте и телеграфируйте немедленно. А теперь развеселите меня, Джон. Поведайте какие-нибудь добрые вести, принесенные утренними докла-дами. -- Добрые вести и в самом деле есть, сэр. Мы уже заняли Шип-Айленд, сопротивление полностью по-давлено. Устье Миссисипи довольно близко к этом острову, так что тамошняя часть флота, ведущего блокаду, теперь хорошо обеспечивается. Новые вести с моря. Военный корабль США "Сантьяго-де-Куба" остановил британскую шхуну "Эжени Смит" близ устья реки Рио-Гранде. -- Причины приводятся? -- Разумеется. Капитан Дэниел Риджли объясня-ет, что британское судно останавливалось в техас-ском порту. Его подозрения подтвердились, когда на борту судна был обнаружен хорошо известный торго-вый агент конфедератов -- Дж. У. Захари, купец из Нового Орлеана. Его сняли со шхуны, после чего по-зволили ей следовать дальше. -- Это лишь подольет масла в огонь, разгорав-шийся из-за "Трента", -- утомленно покачал головой Линкольн. -- Это все? -- Нет, сэр. Мятежники настолько уверены в ско-ром падении Саванны, что жгут весь хлопок на при-станях и в полях. На море канонерская лодка "Пин-гвин" перехватила контрабандное судно, пытавшееся проскочить в Чарльстон. Груз весьма богатый. В дек-ларации упоминаются ручное оружие, боеприпасы, соль, провизия всякого рода. Не только модная ма-нуфактура из Франции, но и седла, упряжь и кава-лерийское снаряжение на сумму около ста тысяч долларов. -- Превосходно. Они потеряли, мы нашли. Министр юстиции еще не пришел? -- Сейчас схожу поглядеть. Как только Эдуард Байте вошел, Линкольн под-нял глаза от разложенных на столе бумаг и сказал: -- Я хочу занять минутку вашего времени. Завтра я должен выступить перед Конгрессом с отчетом о со-стоянии дел Союза. О том, что Союз в опасности, им должно быть известно, но я должен посулить им ка-кую-то надежду на будущее. Вы позволите зачитать вам выдержки из намеченной речи и выслушать ваше мнение? -- С удовольствием приму на себя эту обязан-ность. Слегка откашлявшись, президент начал: -- Союз должен быть сохранен, и посему в ход должны идти все необходимые средства. Но не сле-дует поспешно решать, что столь уж необходимыми являются радикальные и крайние меры, каковые могут обрушиться и на лояльных, и на вероломных. Сбор средств для продолжения войны и победы в ней настолько же неизбежен, насколько необходим. -- Линкольн поднял глаза, и Бэйтс кивнул. -- Согласен. Полагаю, речь о налогах. Для фи-нансирования боевых действий они вновь должны быть повышены. И нужно объявить новый набор в армию. Вы обязаны идти вперед, невзирая на при-зывные бунты среди ирландских иммигрантов в Нью-Йорке -- Ценю вашу поддержку. Мне придется также остановиться на общественных установлениях, ибо мы поминутно должны осознавать, ради чего ведем эту войну, -- Президент перешел к следующей странице. -- Труд предшествует капиталу и не зависит от него. Капитал -- лишь продукт труда, и никогда не возник бы, если бы прежде не возник труд. Но капитал обладает своими правами, ничуть не менее до-стойными защиты, чем всякие другие. Бэйтс, и сам проницательный политик, прекрасно понимал, что умиротворить надо все заинтересован-ные стороны. Рабочие, отдающие свой труд и свои силы во имя войны, несомненно, заслужили призна-ние своего радения. Но в то же время и фабриканты не должны считать, будто они в одиночку несут нало-говое бремя военного времени. Но когда Линкольн зачитал отрывок о проблеме негров, Бэйтс отрицательно затряс головой, перебив президента: -- Вам же известно мое мнение на сей счет, госпо-дин президент. Я считаю колонии свободных негров весьма отдаленной перспективой. -- А не следовало бы. Место можно найти -- ска-жем, в одной из Америк, где-нибудь южнее, где мож-но основать независимую колонию. Если негров уб-рать из уравнения, повод для продолжения войны просто-напросто исчезнет. -- Но я беседовал со свободными неграми здесь, на Севере, и они считают подобный подход опромет-чивым. Они считают себя такими же американцами, как и мы, и отнюдь не питают желания отправляться за тридевять земель. Насколько я понимаю, когда вы примете делегацию свободных негров, они скажут вам то же самое. Не успел Линкольн ответить, как раздался стук в дверь и вошел Николай. -- Извините, что помешал, но прибыл генерал Рамси. Вы хотели встретиться с ним как можно раньше. Он ждет за дверью. -- Отлично. Пусть войдет, как только мы закон-чим. -- Президент повернулся к министру юстиции: -- Позже обсудим это более детально. Я тверд в своем убеждении, что это настоящее решение наших про-блем. -- Мне трудно такое говорить, господин прези-дент, но мне кажется, что в этом вопросе вы окаже-тесь в полнейшем одиночестве. Быть может, идея отыскать подобные колонии мудра -- но кто в них от-правится? Добровольно негры не согласятся, тут ца-рит почти полное единодушие. Но можем ли мы от-править их туда в кандалах? Прежде всего такое ничуть не лучше, если не хуже, чем работорговля, из-за которой они оказались здесь. С глубочайшим уважением я прошу вас пересмотреть это решение, приняв к сведению все привходящие аспекты. Как только Бэйтс удалился, в кабинет пригласи-ли Рамси -- рослого, одетого в простой синий мун-дир, лишенный аксельбантов и прочих украшений, столь обожаемых остальными штабными офицерами. Инженер по складу ума, он явно уделял технике -- и войне -- гораздо больше внимания, чем блистатель-ному мундиру. Войдя, он вытянулся в струнку и сел лишь после того, как Линкольн указал на стул. -- Этот несчастный случай с Рипли -- событие трагическое, весьма трагическое. Кивнув, Рамси на миг задумался, прежде чем за-говорить, будучи человеком решений твердых, но от-нюдь не поспешных. -- Он был хорошим офицером, господин прези-дент, и отважным воином. Совсем не так хотелось ему уйти. -- Ничуть не сомневаюсь. Нет ли новостей о его состоянии? -- Только те, что он слабеет и дышит с большим трудом. Доктора считают, что долго ему не продер-жаться. -- Весьма сожалею. И все же, несмотря на поте-ри, война идет дальше. А жизненно важная работа генерала Рипли должна продолжаться. Вы ведь были некоторое время его помощником?-- Был. -- Значит, не мне рассказывать вам о важности материального снабжения, о том, как оно жизненно важно для нашей страны? -- Совершенно согласен, господин президент. Нам обоим известно, что войну не выиграть без постоянного притока оружия и боеприпасов. Мы всегда снабжались лучше противника и не должны отсту-пать от этого правила, если хотим победить. -- Да будет так всегда, --торжественно кивнул Линкольн. -- Я как раз консультировался со своим Кабинетом по этому вопросу. Военный министр Ка-мерон весьма высокого мнения о вас. Он полагает, что вы идеальная кандидатура на пост главы бюро материального снабжения. Что вы думаете по этому поводу? -- Я знаю, что работа мне по плечу, сэр. Но преж-де чем будет одобрено какое-либо назначение, пола-гаю, вам следует знать, что мы с генералом Рипли не находили общего языка по целому ряду вопросов. Но что более существенно, наши воззрения на один весь-ма весомый предмет расходились диаметрально. Когда я был его подчиненным, честь налагала на мои уста печать молчания касательно этого, но теперь, по-моему, я обязан открыться. Мной движет не злоба и не зависть. Я убежден, что был хорошим и лояль-ным помощником генерала Рипли. Когда он был жив, мне даже в голову не приходило вслух выска-заться о наших разногласиях. Но теперь все переме-нилось. Если я займу этот пост, то не смогу не внести перемен, которые считаю необходимыми. --Я восхищен честностью, побудившей вас от-крыться. Что являлось яблоком раздора? Офицер вдруг смешался, и потянулись долгие се-кунды, пока он пытался взять себя в руки. Сперва потупился, Потом устремил взгляд за окно. Наконец сел еще прямей, будто аршин проглотил, и собрался слухом. -- Генерал твердо верил в достоинства стандарт-ных ружей, заряжаемых с дула. Они хорошо зареко-мендовали себя, надежны и при соответствующей вы-учке обеспечивают неплохую скорострельность. -- А вы с этим не согласны? -- Конечно, согласен, господин президент. Но мы живем в век прогресса. Я вижу новые изобретения чуть ли не каждый день. Я убежден, что их надо про-верять и проверять, но я также убежден в достоин-ствах винтовок, заряжаемых с казенной части. Мы подвергли испытаниям несметное количество образ-цов, и, откровенно говоря, большинство из них про-сто никчемны. Их заклинивает, они взрываются, очень часто ломаются, а ухаживать за ними очень Трудно. Но были и две винтовки нового типа, кото-рые мы исследовали и обстреливали весьма долго, два ружья, стоящие особняком от остальной массы. Винтовка системы Спенсера и снайперская. Я хотел заказать изрядные партии и той и другой, но генерал Рипли решительно воспротивился. Посему не было сделано ничего. -- А он не объяснил, почему воспротивился? Рамси Замялся с ответом. Так и не дождавшись от него ни слова, Линкольн сам нарушил молчание: -- Я ценю вашу лояльность по отношению к свое-му непосредственному армейскому начальству. Но, говоря честно и откровенно, ему вы не повредите -- и сделаете громадный вклад в общее дело. Если это по-может, то я, будучи вашим главнокомандующим, могу приказать вам доложить все, что вам известно. -- Это не понадобится, сэр, -- с трудом выдавил Рамси. -- Тут дело в... ну, вопрос спорный. Генерал считал, что зарядка ружья с казенника будет поощ-рять солдат на растрату боеприпасов попусту. Я же не считаю подобные затраты пустыми, ибо роль сол-дата--стрелять по врагу. -- Согласен, Рамси, Согласен. Вы должны орга-низовать демонстрацию своих замечательных винто-вок при первой же возможности. Это будет вашим первым поручением в новом качестве начальника де-партамента материального снабжения. Больше вы мне ни о чем не хотите поведать? -- Ну-у, о полковнике Бердане(Любопытно отметить, что впоследствии полковник Бердан участвовал в разработке российской винтовки, принятой на воору-жение в русских войсках. Отсюда и се название -- "берданка") и его снайпер-ском полке. Вы слыхали о нем? --Докладная записка лежит где-то у меня на столе. Это ведь он снарядил полк за свой счет, да? И каждый из его подчиненных бьет без промаха. -- Так точно. Но и здесь я опять-таки не виню ге-нерала Рипли за твердые убеждения. Но люди Бердана обременены револьверной винтовкой Кольта -- подобием револьвера, только с длинным стволом. Они дают осечки и... ну, в общем, ничего хорошего о них не скажешь. Выбор откровенно неудачный. На самом деле им нужны снайперские винтовки, заря-жающиеся с казенной части. Такая винтовка в руках меткого стрелка -- инструмент точный. --Позаботьтесь, чтобы они их получили. Отдав честь, генерал удалился. Отличный чело-век, великолепно справится с работой. Линкольну вдруг пришло в голову, что трагический случай с ге-нералом Рипли мог быть благословением свыше -- вмешательством Вседержителя, подмогой в этой войне. Смерть одного человека во спасение бесчис-ленного множества других. Но Линкольн отбросил эту недобрую мысль. Что ж, если Всевышний и в самом деле на их стороне, лично он отнюдь не про-тив. Быть президентом Соединенных Штатов -- зна-чит нести на себе груз бесчисленных обязанностей, и отнюдь не последнюю скрипку тут играет великая война, начавшаяся, как только он был избран. Побе-да в войне имеет наивысший приоритет, и всякая по-мощь -- особенно помощь Всемогущего -- будет при-нята с благодарностью. А всего в каких-то шестидесяти милях от Белого дома, в городе Ричмонд, штат Виргиния, президент Конфедерации бился с бременем таких же непре-одолимых проблем и приоритетов, как и президент Соединенных Штатов. Но Джефферсон Дэвис, ли-шенный силы и выносливости Линкольна, находился в куда менее выгодном положении. Для президента Конфедерации, вечно хворого из-за перенесенного много лет назад сильнейшего воспаления легких, да вдобавок страдающего куриной слепотой, каждый день являл собой битву против неутихающей боли. Ни одна живая душа ни разу не слыхала от него и слова жалобы. Джентльмен не унижается ни перед кем. Сегодня ему мешало сосредоточиться воспале-ние среднего уха, и он изо всех сил бился, чтобы не показать, как донимает его мучительная боль. Юг болел, как и его президент. Зима выдалась холодная, абсолютно все запасы подходили к концу. А список погибших в боях все удлинялся, что южане старались не замечать, тщились не терять надежды, поддерживать боевой дух на высшем уровне. Песни и собрания вроде бы помогали, но блокада взимала тя-желую дань, да и начала сказываться нехватка всего подряд, всего -- кроме доблести. На днях Дэвис назначил нового военного мини-стра, искренне надеясь, что тот поможет ему спра-виться с бесчисленными трудностями в снабжении войск. Джефферсон Дэвис постучал пальцем по тол-стой стопке бумаги, высившейся перед ним на столе. -- Иуда, вы знаете, почему я вас назначил на место Лероя Уокера? Сочтя вопрос риторическим, Иуда П. Бенджамин улыбнулся в ответ. Его скрещенные руки уютно по-коились на обширном животе. -- Лерой отличный человек и настоящий работя-га. Но у него слишком много врагов в правительстве. По-моему, ему приходилось больше времени тратить на сражения с ними, чем с янки. Вот. -- Дэвис подви-нул бумаги через стол. -- Ознакомьтесь с этим и по-думайте, не найдет ли новый военный министр ка-ких-либо новых решений. Вот почему вы получили эту должность. Вы -- мирный человек. Иуда, убе-ленный сединами государственный муж, имеющий много друзей. Вы можете положить конец грызне и позаботиться о том, чтобы вся упряжка тянула в одну сторону. Ознакомившись с этими рапортами, вы уви-дите, что нам не хватает буквально всего, но главным образом пушек и пороха. Не будь мы сельскохозяй-ственной нацией, мы оказались бы в ужасающих тис-ках. При нынешнем же положении дел каждый добро-волец, вступая в наши ряды, приносит свое оружие. Но нам нужны не одни только мушкеты. Чтобы выиг-рать эту войну, надо отыскать пушки и порох. -- Как я понимаю, господин президент, в битве у Боллс-Блаф было захвачено изрядное количество боеприпасов. -- Это и в самом деле так. То была великая побе-да, и синепузые так спешили отступить, что бросали оружие. Наша первая победа со времени Булл-Рана. Это помогло, но не надолго. Также поступают доне-сения о захвате фуражиров янки. Все это хорошо, но все-таки недостаточно хорошо. Нельзя же рассчиты-вать, что единственным поставщиком для нас будет Север. На фронтах сейчас царит затишье, и мы долж-ны воспользоваться преимуществами этой передыш-ки. Армии северян Макклеллана пока что прикованы к месту, но мы можем с уверенностью ожидать каких-либо боевых действий на полуострове по вес-не. Но больнее, мучительнее всего ранит нас морская блокада. Вот почему мы бросаем все имеющиеся ре-сурсы, чтобы снарядить броненосную "Виргинию" для битвы. Когда она выйдет в море, в ней воплотят-ся все наши упования, что она разорвет кольцо бло-кады и потопит флот северян. После этого мы сможем доставлять грузы целыми кораблями. В Британии ждут не дождутся нашего хлопка, и на прибыли от него мы сможем купить и порох, и пушки, и припа-сы, в которых так отчаянно нуждаемся. Пока президент говорил, Бенджамин неторопли-во перелистывал бумаги. Джефферсон Дэвис извлек ворох газетных вырезок. -- С Севера. Они там распустили хвосты, как павлины, раздувшись от гордости по поводу плене-ния Мейсона и Слайделла. Пусть себе бахвалятся "начинаю подозревать, что тут украдкой вмешалось само провидение, и провозглашаю, что, сидя в темни-це янки, эти двое джентльменов делают для Конфе-дерации куда больше, чем могли бы сделать в Евро-пе. Британцы прямо вне себя из-за столь вопиющего вторжения на их территорию. Полагаю, в данный мо-мент все тамошние верфи до единой строят для нас либо контрабандные суда, либо рейдеры. А самое восхитительное здесь то, что янки сами накликали да себя беду. Как бы ни старались мы сами, нам не уда-ло

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору