Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Русскоязычная фантастика
      Кир Булычев. Река Хронос -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  -
ли Сергей Серафимович не спал и, услышав шум снизу, вышел из кабинета. Андрей замер, а Глаша, воспользовавшись этим мгновением, захлопнула дверь. Звякнул крючок. Андрей стоял затаив дыхание. Но сверху не доносилось ни звука. А по ту сторону двери стояла Глаша. Андрей знал, что она не уходит. - Спокойной ночи, - долетел из-за двери шепот. Андрею послышалась в нем усмешка. Он на цыпочках дошел до своей комнаты, закрыл за собой дверь и остановился у окна. Как все неловко и глупо вышло! Он, как барин Нехлюдов в <Воскресении>, пытался овладеть горничной. Это же низко! В нем не было злости на Глашу - только раздражение против своей необузданной плоти - вся унизительность его положения обрушилась на него. Он не должен был так поступать - не имел права. Если бы вчера ему сказали, что он будет ломиться в дверь служанки отчима, он с оправданным презрением взглянул бы на того человека. Что же происходит с ним? Неужели зверь, заточенный в нем, столь силен и бесстыден, что заставляет забыть о высоком чувстве, посетившем его недавно? В доме и в саду царила тишина. В предрассветный час даже цикады замолкли. <Глупо, глупо, глупо>, - повторял Андрей, забираясь под легкое покрывало и накрываясь с головой, чтобы скорее заснуть и забыть обо всем. Ужасный день, постыдный день... Завтра с утра он уедет в Симферополь. x x x Утром Андрей проснулся поздно, в десятом часу. Просыпаясь, он услышал сначала дневные веселые звуки: пение птиц, далекие голоса, квохтанье кур, звон ведра... Открыл глаза, увидел белый потолок, по которому пробежала замысловатая, похожая на Волгу трещина, и вспомнил ее - вспомнил, как в прошлом году так же просыпался в этой комнате и так же смотрел на эту трещину... Он потянулся, понимая, как хороша жизнь, и тут же зажмурился, потому что утро таило в себе обман - оно, такое светлое и невинное, сохранило память о вчерашнем. Скорее уехать... Может, выскочить через окно и, не прощаясь, покинуть дом, только бы не видеть укоризны в глазах Глаши, а то и презрительного выговора. А что, если отчим тоже услышал его ночные мольбы... <Господи, за что ты так наказываешь меня?> Но если выскочить в окно - как доберешься до Симферополя без единой копейки? Искать Беккера? У него ничего нет, да и не хочется видеть его. Ахмет наверняка катает князей по горам... - Андрю-юша! - сказала Глаша, заглядывая в окно. - Ты все на свете проспишь. Я уж два раза самовар ставила. Глаша стояла за окном, опершись ладонями о подоконник. Она была в розовом платье с короткими рукавами и переднике, волосы собраны в темно-золотой пук. - Доброе утро. - Андрей понял, что ничего дурного ночью не случилось. И в этом было возвращение счастья. - Давай, давай, не залеживайся! - Глаша рассмеялась, показав ровные белые зубы. - Одна нога здесь, другая там! Андрей вскочил с кровати. Глаша откровенно и весело глядела, как он натягивает брюки. - Жарища сегодня будет, - сказал она. - Просто ужасно. - Который час? - спросил Андрей. Ему хотелось как-то выразить благодарность Глаше за то, что она так легко отпустила ему ночные грехи. - Скоро десять, - сказала Глаша. - Я тебе на кухне накрыла. Не обидишься? - Да хоть в чулане! Глаша ушла, и Андрей, умываясь, слышал, как она созывает кур: - Цыпа, цыпа, цыпа... идите сюда; цыпа, цыпа, цыпа... Андрей прошел на кухню - прохладную, светлую и чем-то иностранную, может, от белых плиток, которыми были покрыты стены, серебряного блеска кастрюль и золотого сияния тазов. Глаша застелила белой салфеткой край кухонного стола. - А отчим где? - спросил Андрей. - Сергей Серафимович с утра уехали, - сказала Глаша. - В Массандру, там какие-то профессора из Парижа собрались поспорить, чей виноград лучше. Ты же знаешь, он у нас большой ботаник. Это даже к лучшему. В сущности, они уже вчера попрощались. - Ты молочка сначала выпей, - сказала Глаша. - Знаешь почему? Его нам сверху, с Ай-Петри привозят. Там травы особенные, горные... Глаша хлопотала, подставляла ему горный мед и черешню - это была обыкновенная, крепкая, налитая силой и здоровьем Глаша, совсем не та желанная, таинственная женщина, столь смутившая Андрея, когда он увидел ее за пианино в полутемном, наполненном жгучим пряным ароматом кабинете отчима. - Просто чудо, - говорила она, - сегодня утром встаю - все куры, понимаешь, все без исключения снеслись. Ты только посмотри. Она взяла с широкой полки большую миску, до краев полную яиц. - Может, возьмешь с собой, Марии Павловне, а? - Ну куда я с яйцами через перевал? - рассмеялся Андрей. - Я яичницу привезу. Чай был душистый, темный, Глаша наливала его из заварного чайника с голубыми розами и щербинкой на носике. Андрею чайник был знаком уже много лет. - Ты дальше что будешь делать? - спросила Глаша. - Сейчас домой или, может, искупаешься? В море хорошо сейчас! - А в самом деле! - сказал Андрей. - Искупаюсь сначала. - Только к обеду возвращайся. Я окрошку сделаю, у нас ледник хороший. Пообедаешь, поспишь, а как жара схлынет, поедешь. У нас теперь в Симферополь автобус ходит. Знаешь? - Нет, не слышал. - Евстигнеевы, которые раньше линейки держали, автобус купили. Немецкий. Дыму от него - ужас. К ночи дома будешь. Все устраивалось как нельзя лучше. - А ты небось купальный костюм не взял? Так в сундучке под твоей кроватью должен быть, еще с того года. Если, конечно, налезет. Уж очень ты широкий стал. - А когда Сергей Серафимович вернется? - Он к вечеру приедет. Думаю, к вечеру. Куда спешить? Было жарко, мухи жужжали у марли, натянутой на окно. Глаша - ах! - смахнула осу, что опустилась на скат груди. И Андрей тут же вспомнил ночь - не умом, а телом вспомнил. И отвернулся. Когда Андрей, с легкой сумкой, в которой лежал купальный костюм, полотенце и томик Леонида Андреева, спустился вниз к пляжу, мысли его совершенно покинули дом отчима, и возможность свидания с Лидочкой завладела им. С каждым шагом к набережной все большее волнение овладевало Андреем. Жара господствовала на нижних улицах и у моря, набережная как вымерла, лишь левее мола, на городском пляже, слышны были голоса, которые сливались с шумом моря, совершенно спокойного и как будто масляного, но набегавшего на гальку неожиданно пушистыми пенными волнами. Андрей постоял немного возле того киоска с сельтерской, где впервые увидел Лидочку, словно она должна была вернуться туда, а потом долго торчал на солнцепеке над пляжем, стараясь во множестве людей разглядеть Лидочку, что, конечно же, было невозможно, тем более что в большинстве люди старались, выбравшись из моря, сразу спрятаться под полосатые тенты или зонты. Почему же он так легкомысленно решил, что увидит Лидочку именно здесь? Ведь не исключено, а даже вероятно, что Беккер мог пригласить ее на Ай-Тодор или к водопаду Ак-Су, чтобы провести с ней время в прохладе гор и леса, а не здесь... И поняв, что Лидочка сейчас находится где-то в обществе Коли, Андрей расстроился. К тому же, вспомнив о Коле, он понял, что ведет себя не как джентльмен, потому что даже в мыслях не должен был желать встречи с Лидочкой, сердце которой принадлежит Беккеру. Андрей спустился на пляж. Места под тентом ему не нашлось, потому он расстелил полотенце прямо на гальке, разделся и улегся с книгой, которую раскрыл, но читать не намеревался. Купальные трусы, что он отыскал в сундуке, были тесны и старомодны - полосатые, они почти достигали колен, тогда как многие модники ходили по пляжу в куда более коротких одноцветных трусах. Солнце палило безжалостно, и через несколько минут бесцельного разглядывания купальщиков Андрей поднялся и пошел к воде. Войдя в море по колени, он долго стоял, с удовольствием ощущая, как волны разбиваются о его ноги и брызги холодят тело. В отличие от большинства обитателей сухопутного Симферополя Андрей хорошо плавал. Сергей Серафимович специально, еще в первом классе, научил его плавать, причем разными стилями. Преодолевая сопротивление воды, Андрей рванулся вперед и нырнул. И стал частью моря, жителем его, для которого вода ничуть не опаснее воздуха. Андрей поплыл к сверкающей дали. Голоса и шум пляжа остались сзади, вокруг было только море, солнце, небо и он сам. Андрей перевернулся на спину и закрыл глаза. Солнце обжигало лицо, а телу было прохладно. И этот покой и простор изгнали из Андрея мелкие печальные мысли. Он был песчинкой в море мироздания, оплодотворенной сознанием и ощущением простора. Река времени, о которой говорил отчим, была бескрайней и чистой, как Черное море, которое никогда не станет грязным и мелким. Когда Андрей открыл глаза и огляделся, оказалось, что его отнесло довольно далеко от берега. Он не спеша поплыл обратно, преодолевая течение и даже зная заранее, в каком месте пляжа выберется на берег. Наконец берег приблизился, но Андрею не хотелось вылезать на солнце, и он, лениво поводя руками, замер в воде, разглядывая пляж, белые домики, поднимавшиеся по зеленому откосу к темной щетине леса, из которого торчали скалистые зубы Ай-Петри. - Коля! - закричал женский голос совсем рядом. - Иди сюда! Радость и разочарование столкнулись в сердце Андрея. На берегу, у кромки воды, стоял Коля Беккер, в модных красивых купальных трусах, сложенный, как греческий бог, уже успевший легонько, в красноту, загореть, так что не выделялся, подобно Андрею, своей белизной среди прочих купальщиков. Андрей повернул голову и увидел, что в двух саженях от него по пояс в воде стоят Маргарита и Лидочка. Маргарита машет руками, призывая Колю, а Лидочка поправляет ленту, которой схвачены ее русые волосы. Обе были в красивых купальных костюмах, только на Маргарите он был голубой без узоров, а Лидочка была в зеленом костюме, рисунок на котором представлял собой волнистые линии, словно был продолжением морских волн. Первым увидел Андрея Коля. - Смотри кто к нам пожаловал! - крикнул он, шагнув к воде. - Как ты выследил нас, Посейдон? В несколько гребков Андрей выплыл на мелкое место и встал. - Я вас не выслеживал! - ответил он. - Я только что приплыл. Вон оттуда! Лидочка смотрела на него, рассеянно улыбаясь, как хозяйка гостю, который пришел поздно, а все стулья за столом заняты. Коля вошел в море, рассекая коленями воду, и остановился между девушками и Андреем. - А я думал, что ты сегодня утром уедешь. - Я тоже так думал, - сказал Андрей с некоторым злорадством, ощущая настороженность Беккера. - Но потом решил искупаться. Вы давно здесь? - Недавно пришли, - сказала Маргарита. Она собрала пышные волосы под специальную купальную шапочку, и оттого обнаружились широкие скулы, а нос и глаза казались куда больше. Она выглядела совсем иначе, чем вчера, - грубее и чувственней - и это к ней притягивало. - Ахмета видел? - спросил Коля. - Он вчера у нас был, - сказал Андрей. И не удержался: - Вместе с Марией Федоровной и Юсуповыми. - Какой Марией Федоровной? - спросила Маргарита. - Вдовствующей императрицей. Коля фыркнул, высказывая недовольство неудачной шуткой приятеля. - Что же им у вас делать? - Они знакомы с отчимом, - сказал Андрей. - Он пригласил для них знаменитого медиума. - Ой! - сказала Лидочка. - Вы вызывали духов? - Господи, какая чепуха, - сказал Коля. - Мы живем в двадцатом веке, и среди нас все еще бытуют ведьмы, медиумы и хироманты. Я почему-то представлял твоего отчима интеллигентным человеком. - Вы не правы, - сказала Лидочка. - В потустороннее существование верят известные и уважаемые люди. - Я не имею в виду религию, - сказал Коля. - И не отрицаю существования высшей силы. Но суеверия - увольте! - Не знаю, - сказала Лидочка, смутившись, словно стеснялась собственной отсталости. - Но мне кажется, что в этом что-то есть. - Поплыли! - предложил Андрей. - Чего здесь стоять? Андрей отлично знал, что Коля не умеет плавать, хотя вряд ли позволит себе в этом признаться. - Конечно, поплыли, - поддержала его Лидочка. - Ты же знаешь, что я плаваю, как топор, - раздраженно сказала Маргарита. - Я вас буду учить, - сказал Андрей, обрадовавшись тому, что Лидочка согласна плыть. Он надеялся на это с самого начала, потому что знал, что в отличие от прочих Лидочка - ялтинская. - В самом деле, это неэтично, - сказал Коля. - Мы не можем оставить Маргариту одну. - Спасибо, - сказала Маргарита и благодарно взяла его за руку. - А вы далеко не заплывайте! Лидочка, изогнувшись назад, неожиданно выскочила из воды, и резко, размашисто поднимая тонкие загорелые руки, поплыла на спине от берега. Андрей догнал ее и поплыл рядом. - Вы не устанете? - спросил он. - Я могу весь день плыть, - сказала Лидочка. - Я же здесь выросла. - Меня отчим учил плавать, - сказал Андрей. - Я его видела, - сказала Лидочка. - Он такой высокий, худой, с трубкой всегда ходит. - Я не знал, что вы знакомы. - Мы не знакомы, но зимой Ялта становится совсем пустая, и в ней остаются только постоянные жители. И я всех знаю в лицо, особенно если это необычный человек. - Он ученый, ботаник, - сказал Андрей. - Я слышала. А в самом деле у вас была императрица? - Разве я похож на лжеца? - А на кого похожи лжецы? - спросила Лидочка. В ней было лукавство столь близкое к наивности, что Андрей не мог, да никогда и не сможет провести между ними грань, да и сама Лидочка порой не отдавала себе отчета в том, шутит ли она либо серьезна в своей деловитой наивности. - Лжецы носят на себе печать. Посреди лба. Как клеймо. - Спасибо, а то мне так трудно порой разобраться, кто хочет мне добра, а кто хочет меня обмануть. Они плыли не спеша, море было как бы продолжением их тел и этим их об®единяло. - И вы тут всегда живете? - Да, уже шестой год, - сказала Лидочка. - У мамы начался процесс в легких, и врачи посоветовали изменить климат. Папа перевелся сюда из Одессы. - А как сейчас ваша мама? - Спасибо, ей лучше. - У меня мама тоже здесь жила, - сказал Андрей. - А потом? - Она умерла от чахотки, - сказал Андрей. - Здесь? Давно? - Давно, я был совсем маленький. - Простите, я не знала. - Это было давно. - Как странно встретить человека, у которого такая же беда... - Но ваша мама выздоровеет. - Спасибо. Поплывем обратно? - Давайте еще немного, - сказал Андрей. - Вон до той лодки. Посмотрим, что поймал этот чудак. - А наши не будут волноваться? - Волноваться можно, когда что-то угрожает. - Волнуются, когда кажется, что есть угроза. - Это называется - пустые хлопоты. Вблизи лодка оказалась куда больше, чем издали, - ее черный борт навис над пловцами. Толстый человек с темным лицом, в широкополой соломенной шляпе, крикнул: - Не подплывайте, лески оборвете! - Мы хотели у вас рыбы купить! - сказал Андрей. - Ну что за нравы! - рассердился толстяк. - Поплыли обратно, - сказала Лидочка. - Он ничего не поймал и боится в этом признаться. Вдруг толстяк резко поднялся в лодке, так что она опасно закачалась, чуть не зачерпнув бортом воды. Он выпрямился, подняв со дна лодки связку крупных скумбрий, и, размахивая ею в воздухе, воскликнул: - Это называется <не поймал>? Это так называется? Какое вы имеете право обвинять человека, ничего не зная? Андрей так рассмеялся, что чуть не наглотался воды, а Лидочка заработала руками, как мельница, отплывая от сердитого толстяка. Она тоже смеялась. - Вам это и не снилось! - кричал рыбак вслед. Потом уселся на банку и резко потащил из воды одну из удочек. Серебряная рыба взметнулась вверх к солнцу и неудачно упала на шляпу рыболову, шляпа свалилась в воду, он перегнулся, доставая, а потом стал помогать себе веслом, а рыба подпрыгивала в лодке. Это было смешно, они плыли и смеялись. Потом Лидочка обернулась назад и высоко подняла из воды руку, прощаясь с рыбаком, который уже снова склонился над удочками. - Вы зимой здесь будете жить? - спросил Андрей. - Я кончаю гимназию, - сказала Лидочка. - А вы куда? - В университет. В Москву. - Я жду не дождусь будущего года, - сказала Лидочка. - Мне так надоело здесь жить, как в банке, где все пауки уже знакомые. - Я думал, что вам здесь нравится. - Летом бывает интересно, а осенью и зимой ужасно. - А вы что будете делать после гимназии? - Я хочу стать художником. - Вы рисуете? - Я пишу акварели. - У меня нет ни одного знакомого художника. - Если хотите, мы можем зайти к нам. Только вам не понравится. Это только пейзажи и цветы. Я беру уроки у одной дамы. - Мне обязательно понравится, - убежденно сказал Андрей. Лидочка посмотрела на него внимательно. Они плыли совсем рядом - можно было протянуть руку и дотронуться. - Коля фон Беккер ваш друг? - Он на год раньше кончил нашу гимназию. И сосед. Мы с ним в одном переулке живем. - В переулке? - Да, в Глухом переулке. - Какое смешное название. Почему он Глухой? - Он маленький и никуда не ведет. И в нем живут небогатые люди. - Не сердитесь, - сказала Лидочка. - Но я не люблю этих разговоров - кто богатый, кто бедный. Я, наверное, стану социалисткой. Я - сторонница равноправия людей. Берег был уже совсем близко. Коля и Маргарита стояли по пояс в воде и разговаривали, поглядывая на море. Завидев головы пловцов, Маргарита замахала руками. - Вы не утонули! - кричала она. - А мы уж хотели искать лодку, чтобы вас спасать. - Маргарита - без ума от Коли, - сказала Лидочка. Под ногами было дно. Андрей встал. Коля был мрачен. - Нельзя заставлять других волноваться, - сказал он. Они пошли под тент, который загодя занял Беккер. Под тентом была расстелена циновка, на деревянном лежаке стояла корзина, которую девушки принесли из дому. В ней была снедь и бутыль красного вина, купленная Колей. Девушки сначала отказались пить вино, но за неимением воды согласились пригубить. Стаканов было только два, и пили по очереди. Андрей сделал так, чтобы пить после Лидочки. Он повернул стакан в руке, стараясь отыскать то место, которого касались губы Лидочки. Маргарита заметила это движение и громко сказала: - Андрей, если вы хотите узнать Лидочкины мысли, не старайтесь. - Почему? - Они пока заняты не вами. - И громко засмеялась. На берегу Коля чувствовал себя куда уверенней, чем в море. Он в основном говорил, и притом остроумно. Андрей бы так не смог. Вино согрелось, сразу хмельно растворилось в крови, и жара стала сильнее. Коля рассказал о Петербурге, как они ездили на Черную речку, где убили Пушкина, а потом о другой дуэли, которая случилась у них на курсе. Андрею не о чем было рассказывать - он был младшим. Но помогла Маргарита, которая вдруг вспомнила: - Андрей, вы обещали рассказать нам, какой дух вчера приходил к вам. - Сначала был голос, - сказал Андрей. Он не верил в духов и тем более не верил во вчерашний сеанс. Честно говоря, если бы он рассказывал об этом одному Коле, то признался бы, что и сам отч

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору