▌ыхъЄЁюээр  сшсышюЄхър
┴шсышюЄхър .юЁу.єр
╧юшёъ яю ёрщЄє
╧Ёшъы■ўхэш 
   ╧Ёшъы■ўхэш 
      ╤рсрЄшэш ╨рЇр¤ы№. ╨√ЎрЁ№ ЄртхЁэ√ -
╤ЄЁрэшЎ√: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  -
осторожно двигающихся по противоположной стороне дороги. Темнело рано, и предметы были трудноразличимы. И поэтому стук копыт застал его врасплох. Кеннет поднял голову и увидел двух всадников в десяти ярдах впереди него. Их намерения были очевидны, и в мозгу перепуганного Кеннета пронеслась мысль: "Грабители!" Но, приглядевшись внимательно, он различил, что на них были красные плащи и военные стальные шлемы, и он понял, что перед ним солдаты Парламента. Услышав топот копыт за спиной, он обернулся и увидел еще четырех солдат, подъезжающих сзади. Его сердце сжалось. - Стой! - раздался низкий голос сержанта, который вместе с солдатом подъезжал спереди. Кеннет остановил лошадь в ярде от них, чувствуя на себе пристальный, изучающий взгляд патрульного. - Кто вы, сэр? - требовательно спросил бас. О, человеческое тщеславие! Даже Кеннета пробрала дрожь при мысли, что сержант может опознать в нем человека, замешанного в бегстве короля. Секунду он колебался, затем произнес: - Блаунт. Джаспер Блаунт. - Наконец-то! - насмешливо произнес сержант. - А то уж я боялся, что ты забыл свое имя. - И по его смеху Кеннет с ужасом осознал, что сержант не верит ему. - Откуда вы едете, мастер Блаунт? Снова Кеннет замялся с ответом. Но затем, вспомнив большие связи Ашбернов в Парламенте, он решил, что может извлечь из этого выгоду, и ответил: - Из замка Марлёй. - Клянусь, сэр, вы отвечаете неуверенно. Куда вы направляетесь? - В Лондон. - С какой целью? - вопросы сержанта падали, как удары меча. - С письмом к полковнику Прайду. Более уверенный ответ произвел впечатление на сержанта. - От кого письмо? - От мастера Джозефа Ашберна, владельца замка Марлёй. - Предъявите письмо! Пальцы Кеннета тряслись, когда он вручал конверт, и сержант не преминул это заметить. - Что вы так дрожите? - Да так, сэр. Холодно. Сержант осмотрел письмо, проверил печать. К письму прилагалась подорожная, и он пришел к заключению, что стоящий перед ним человек действительно тот, за кого он себя выдает. Он не походил ни внешне, ни внутренне на того, кого они искали, но сержант все же не был провидцем, и, отпусти он этого парня, он мог бы потом об этом пожалеть. Но, с другой стороны, если он решит его задержать, то возможны осложнения с полковником Прайдом, а тот, как известно, человек нетерпеливый. Он все еще не мог решить, как поступить, и повернулся к товарищу: - Как ты считаешь, Питер? - Но тут сам Кеннет разрушил последний шанс на спасение. - Я прошу вас, сэр, отпустить меня, поскольку вы знаете, с каким поручением я тороплюсь в Лондон. Его голос слегка дрожал от нетерпения, которое сержант принял за нотку страха. Вспомнив неуверенные ответы мальчика, он принял окончательное решение: - Мы не будем мешать вашему путешествию, сэр, - произнес он, пронзительно глядя на Кеннета, - и поскольку ваш путь лежит через Вальтхам, я попрошу вас следовать туда вместе с нами, чтобы ответить на некоторые вопросы, которые могут возникнуть у нашего капитана. - Но, сэр... - Довольно, мастер Гонец. Сержант приставил к нему солдата и пробормотал команду. Солдаты окружили Кеннета и под конвоем повезли его в Вальтхам. Глава 20 Перевоплощенный Хоган Густые сумерки легли на город, когда Кеннет и его конвой въехали в Вальтхам и остановились перед гостиницей "Трактир Крестоносца". Дверь была гостеприимно распахнута, и из нее струился теплый луч света, отражаясь на мокрой дороге. Сержант повел Кеннета мимо общего зала в небольшую пристройку, стоящую на внутреннем дворе гостиницы. Он провел его по тускло освещенному коридору и, наконец, остановившись перед дверью, отворил ее и втолкнул задержанного в небольшую комнату, обитую дубовыми досками. В дальнем углу комнаты полыхал огромный камин, и спиной к нему стоял крупный мужчина с юношески задорным лицом, которое мало вязалось с серебристой прядью седины в волосах, говоря о том, что эта седина преждевременная. Кираса и шлем лежали в углу комнаты, но на столе Кеннет заметил шляпу, длинный меч и пару пистолетов. Снова взглянув на могучую фигуру мужчины, Кеннет, к своему изумлению, обнаружил что-то знакомое в чертах его лица. Он попытался вспомнить, где и при каких обстоятельствах встречал этого человека, как вдруг раздался знакомый голос. - Клянусь душой! - воскликнул мужчина. - Мастер Стюарт, чтоб мне сдохнуть! - Стюарт? - разом воскликнули его подчиненные, напряженно вглядываясь в лицо пленника. В ответ на их слова капитан разразился громким хохотом. - Нет, не молодой Чарльз Стюарт! - прогрохотал он. - Нет, нет! Ваш пленник не такая важная птица. Это всего-навсего Кеннет Стюарт из Бэйлиночи. - Но он назвался другим именем! - вскричал сержант. - Он сказал, что его зовут Джаспер Блаунт. С этим надо разобраться, капитан. Мне кажется, я не зря притащил его сюда. Капитан сделал пренебрежительный жест. В этот момент Кеннет узнал его. Это был Гарри Хоган - человек, чью жизнь Криспин спас в Пенрите. - А, пустая добыча, Бэддоуз, - сказал он. - Может и нет, - возразил сержант. - Он везет письмо, которое, по его словам, написано Джозефом Ашберном из замка Марлёй полковнику Прайду. Имя полковника указано на конверте, но, может быть, это только уловка? Иначе зачем ему было называть себя Блаунтом? Хоган нахмурил брови. - Так-так. Ха! Обезоружь его и обыщи! С показным спокойствием Кеннет выдержал эту процедуру. Внутри он кипел от негодования на непредвиденную задержку и ругал себя за то, что так опрометчиво назвался Блаунтом. Если бы не это, Хоган сразу же отпустил бы его. Однако вряд ли они задержат его надолго. Обнаружив, что он везет только письмо Ашберна, они отпустят его. Но обыскали его очень тщательно. С него сняли ботинки, раздели донага, прощупывая каждую деталь его туалета. Наконец обыск был закончен, и Хоган задумчиво держал в руках пакет Ашберна. - Теперь, сэр, вы, несомненно, позволите мне ехать? - крикнул Кеннет. - Уверяю вас, это дело срочного характера, и если я не поспею в Лондон до полуночи, будет уже поздно. - Поздно для чего? - осведомился Хоган. - Я... я не знаю. - О?! - смех ирландца был не из разряда приятных. Он находился в "прекрасных" отношениях с полковником Прайдом. Полковник считал его солдатом до мозга костей, примкнувшим к войскам Парламента только ради наживы, и, будучи сам фанатическим приверженцем Кромвеля, он частенько высказывал Хогану свое презрительное отношение. Хоган не боялся его по той причине, что он не боялся никого на свете. Но он вместе с тем понимал, что было бы неплохо нащупать брешь в доспехах старого пуританина. Если послание не содержит ничего крамольного, то он сможет оправдаться тем, что вскрытие конверта диктовалось соображениями чисто служебного характера. С этой мыслью он завладел письмом. Неприятный смех Хогана поразил Кеннета, который решил, что раз его освобождение затягивается, значит, Хоган его в чем-то подозревает, но в чем, этого Кеннет не мог понять. Внезапно ему в голову пришла одна мысль. - Могу я поговорить с вами наедине, капитан Хоган? - Он говорил настойчивым тоном, который произвел впечатление на ирландца. Тот приказал всем выйти. - Теперь, капитан, я прошу вас незамедлительно отпустить меня. Я и так потерял уже массу времени из-за тупости ваших солдат. В то же время мне очень необходимо быть в Лондоне до полуночи, и вы должны понять меня. - Клянусь душой, мастер Стюарт, вы возмужали с момента нашей последней встречи. - На вашем месте я бы не стал упоминать о нашей последней встрече, мастер-Переодеваться. Ирландец удивленно взметнул брови. - Вот как? Черт меня побери, мне плевать на твой тон. - Если вы меня не отпустите, вы об этом пожалеете. - Кеннет был уверен, что держит в руках большой козырь. - Что скажут ваши корноухие друзья, если узнают о вашем прошлом? - Над этим действительно стоит задуматься, - сказал Хоган. - Как они, по-вашему, отнесутся к истории о прожженном разбойнике, который дезертировал из армии короля, будучи приговоренным к повешению за убийство? - Действительно, как? - горестно вздохнул Хоган. - Как вы думаете, это скажется на репутации капитана благочестивой армии Парламента? - Да какая уж к черту репутация! - униженно сознался Хоган. - Так вот, капитан Хоган, - начал взыгравший духом Кеннет, - если вы немедленно вернете мне этот пакет, то тем самым избавитесь от меня и той кучи неприятностей, которые я могу вам доставить. Хоган уставился на юношу с выражением комического изумления, и на мгновение между ними воцарилась тишина. Затем, не отрывая взгляда от лица Кеннета, Хоган издал смех, больше похожий на ржание лошади, и срезал ножом печать. - О, не волнуйтесь! - вежливо произнес он. - У меня и в мыслях не было намерения причинить вам боль. А чтобы вы не тешили себя напрасными иллюзиями, мастер Стюарт, позвольте мне напомнить вам, что я ирландец, а не дурак. Неужели вы считаете меня таким простаком, что, покидая эту несчастную армию Стюарта Чарльза, я не обдумывал возможность, что в любой момент могу столкнуться с кем-нибудь, кто наслышан о моих былых подвигах? Как вы можете видеть, я даже не сменил имя. Вы видите перед собой, сэр, Гарри Хогана, когда-то заблуждавшегося изменника и бунтовщика, последователя Чарльза Стюарта, превращенного Божьей милостью в покорного преданного сына израилевого. Теперь, мастер Стюарт, вы можете рассказать им все, что вам вздумается, но я вас уверяю, вы не встретите взаимопонимания в изобличении такого негодяя, как я. Он снова рассмеялся и наконец сломал печать. Кеннет, смущенный, не пытался помешать его действиям. Хоган распечатал письмо, и после прочтения первых строк его лицо приняло озабоченное выражение. По мерс чтения письма его брови все больше хмурились, и под конец он издал проклятие. - Святой Иисус! - Он поднял глаза и пристально посмотрел на юношу. - Что, что там? - спросил наконец мальчик. Но Хоган так и не ответил ему. Он быстрыми шагами прошел мимо него и распахнул дверь. - Бэддоуз! - рявкнул он. В коридоре послышался шум шагов, и на пороге появился сержант. - У вас здесь есть солдат? - Питер, который приехал с нами. - Пусть он присмотрит за этим парнем. Прикажи ему запереть его под замок здесь, в гостинице, и держать до тех пор, пока он мне не понадобится. Да скажи ему, что он отвечает за пленника головой! Кеннет в страхе отпрянул назад. - Сэр... капитан Хоган... извольте объясниться... - Объясниться? Вы получите объяснение еще до утра, или можете назвать меня старым ослом. Но нам нечего бояться. Я не собираюсь причинять вам вреда. Бэддоуз, уведите его, затем возвращайтесь ко мне! Когда Бэддоуз вернулся, он застал Хогана сидящим в кресле с письмом Ашберна, разложенным на столе. - О, разве я был не прав в своих подозрениях, капитан? - осторожно осведомился он. - Тысячу раз прав, Бэддоуз, само небо направляло тебя! Это дело не государственное, но оно касается одного человека, в котором я очень Заинтересован. Во взгляде сержанта читалось откровенное любопытство, но Хоган не спешил его удовлетворить. - Вы немедленно отправитесь на свой пост! - приказал он. - Если лорд Ориель попадет вам в руки, как мы надеялись, пришлите его сюда. Но вы останетесь контролировать дорогу и проверять всех проезжающих. По этой дороге вскоре должен проследовать сэр Криспин Геллиард. Вы должны его задержать и доставить ко мне. Он высокого роста, худощав... - Черт! Я знаю его, сэр, - вмешался Бэддоуз. - В армии бунтовщиков его звали "Рыцарь Таверны". Я видел его в Ворчсстере, он был взят в плен после битвы. Хоган нахмурился. Этот чертов Бэддоуз знал больше, чем было нужно. - Именно этот человек мне и нужен, - сказал он коротко. - Езжай и смотри, чтобы он не проскользнул мимо твоих рук. У меня в нем большая и срочная необходимость. Глаза Бэддоуза раскрылись от изумления. - Он может везти сведения, которые мне необходимы, - прояснил Хоган. - Можешь быть свободен! Оставшись один, Хоган придвинул кресло поближе к огню, набил трубку - за время своих походов он пристрастился курить табак, - положил ноги на соседний стул и начал размышлять. Прошел час, в комнату заглянул трактирщик узнать, не нужно ли чего капитану. Прошел еще час, и капитан задремал. Проснулся он внезапно. Огонь в камине догорал, а стрелки здоровенных часов в углу показывали полночь. Из коридора донеслись звуки шагов и шум голосов. Прежде чем он успел встать с кресла, дверь распахнулась, и на пороге вырос сильный мужчина в сопровождении нескольких солдат. - Мы доставили его, капитан, - объявил один из стражников. - Вы привели меня, корноухие собаки, способные только распевать псалмы! - прорычал Криспин, бешено вращая глазами. Остановившись взглядом на безмятежном лице Хогана, он резко прекратил поток ругательств. Ирландец вытянулся во весь рост и посмотрел на солдат. - Оставьте нас! - коротко скомандовал он. Он продолжал стоять неподвижно до тех пор, пока шаги солдат не стихли в отдалении. Затем он, не глядя на Криспина, подошел к двери и запер ее на ключ. После этого он повернулся с широкой улыбкой на лице и протянул ему руку. - Слава Богу, Крис! Наконец-то я могу отблагодарить тебя за ту услугу, которую ты мне оказал в Пенрите. Глава 21 Письмо, которое вез Кеннет Еще не придя в себя от изумления, Криспин пожал протянутую руку. - Черт побери! - воскликнул он. - Если твоя манера выражать признательность заключается в том, чтобы стаскивать человека с лошади, извалять его в грязи с помощью своих ищеек, напяливших на себя раковины, то я бы предпочел уехать неотблагодаренным. Но Хоган держался серьезно. - И все же я уверен, Крис, что ты изменишь свое мнение не позже, чем через час. Ого, ты, должно быть, продрог! Вот бутылочка крепкого винца... Капитан "круглоголовых" повернулся, достал с полки бутылку и налил полстакана крепкого напитка. - Пей! - скомандовал он, и Криспин подчинился. Затем Хоган снял с него грязный, порванный во многих местах камзол, придвинул стул и заставил его сесть. И снова Криспин молча подчинился. Он одеревенел от холода и бесконечной скачки и сейчас с удовольствием вытянул длинные ноги поближе к огню. Хоган сел напротив него и откашлялся. Он никак не мог решить, каким образом сообщить Криспину те потрясающие новости, случайным обладателем каковых он оказался. - Черт меня побери, Хоган, - мечтательно рассмеялся Криспин, - я и не подозревал, что эти "корноухие" притащат меня к тебе. Честно говоря, я и не надеялся, что мы свидимся снова. Но ты, похоже, зря время не терял с той ночи в Пенрите. И он повернул голову, чтобы получше разглядеть ирландца. - Ты едешь в Лондон? - спросил Хоган вместо ответа. - Откуда тебе это известно? - О, мне известно гораздо больше! Я даже могу сказать тебе, по какому адресу ты едешь и с какой целью. Ты направляешься в трактир "Якорь" на улице Темзы за новостями о твоем сыне, который, по утверждению Джозефа Ашберна, жив. Криспин выпрямился на стуле, глядя на ирландца со смесью недоверия и изумления. - Ты хорошо осведомлен, джентльмен из Парламента. - По этому вопросу я осведомился гораздо лучше тебя, - спокойно продолжал ирландец. - Хочешь знать, кто в действительности проживает в трактире "Якорь"? - Хоган сделал паузу, как будто ожидая ответа, затем невозмутимым тоном сам ответил на свой вопрос: - Полковник Прайд! Какое-то мгновение это имя не вызывало никаких ассоциаций у Криспина. - И что это за птица, полковник Прайд? Хоган был явно разочарован. - Некий влиятельный и мстительный член Парламента, чьего сына ты убил в Ворчестере. На этот раз удар понал в цель, и Криспин сел прямо. Его лицо потемнело. - Черт меня побери, уж не хочешь ли ты сказать, что Джозеф Ашберн хочет меня обманом передать в его руки? - Ты сам это сказал. - Но... Криспин замолчал. Его лицо посерело. Он откинулся на стул и прямо взглянул на Хогана. - Но мой сын, Хоган, мой сын? - Его голос дрожал. - О, милосердный Бог! - крикнул он внезапно. - Чья это дьявольская работа? - Его губы побелели, он не мог унять дрожь в руках. Затем он произнес угрюмым безнадежным тоном: - Хоган, я убью его за это. Я идиот, слепой, жалостливый идиот! - Подожди, Крис, - произнес Хоган, кладя свою руку на плечо Криспина. - Не все, что он сказал, - ложь. Джозеф Ашберн действительно хотел предательским путем заманить тебя в руки полковника Прайда, но с той гарантией, что ты все узнаешь о своем сыне. Это был обман, но в нем была и доля правды. Твой сын действительно жив, и в трактире "Якорь" ты бы действительно получил сведения о нем. Но ты бы узнал их слишком поздно, чтобы воспользоваться ими. Делая отчаянную попытку взять себя в руки, Криспин воскликнул необычно дрожащим голосом: - Хоган, не мучай меня! Что ты действительно знаешь? Ирландец достал письмо Ашберна. - Мои люди патрулируют дороги в поисках одного мятежника, разыскиваемого Парламентом. Нам стало известно, что он направляется в Харвич, очевидно в надежде достать судно и бежать во Францию, поэтому мы решили поджидать его здесь. Три часа назад патруль задержал молодого человека, который был не в состоянии удостоверить свою личность, и поэтому его доставили ко мне. Он вез письмо от Джозефа Ашберна к полковнику Прайду. Тот факт, что он назвался чужим именем и постоянно порывался уехать, возбудил во мне подозрения, и я решил проверить содержание этого письма. И, возможно, ты будешь за это каждую ночь возносить благодарные молитвы Богу, Крис. - Этим молодым человеком был Кеннет Стюарт? - Да, это был он. - Чертов мальчишка... - начал Криспин, но сдержался. - Нет, нет. Мне не за что проклинать его. Я принес ему достаточно горя и не вправе гневаться на него за то, что он хотел отплатить мне тем же. - Юноша, - продолжал Хоган, - мог и сам не подозревать о содержании послания, которое он вез в Лондон. Позволь мне зачитать его, тогда многое сразу выяснится. Хоган придвинул поближе светильник, развернул на столе письмо и начал читать: "Уважаемый сэр! Податель сего письма должен опередить другого человека, которого я направил к вам с фальшивым письмом на имя некоего мастера Лэйна, якобы проживающего в трактире "Якорь". Этот другой человек - известный мятежник Криспин Геллиард, от руки которого на ваших глазах пал в Ворчестере ваш сын. Я знаю, что поимка этого негодяя является вашим жгучим желанием, и я надеюсь, что вы сами знаете, как с ним поступить. Для нас он также представляет источник большой опасности: пока он на свободе, наша жизнь под угрозой. На протяжении восемнадцати лет этот Геллиард считал умершим своего сына, которого ему родила наша кузина. Новость о судьбе сына, которую я ему сообщил - его сын действительно жив, - послужила поводом, чтобы заманить его в ловушку. Я уверен, что будучи заблаговременно предупреждены о готовящемся вам подарке, вы сумеете оказать ему достойный прием. Но прежде, чем его постигнет справедливая кара, я хотел бы просить вас сообщить ему сведения о его сыне, которые я посылаю вам в этом письме. С

╤ЄЁрэшЎ√: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  -


┬ёх ъэшуш эр фрээюь ёрщЄх,  ты ■Єё  ёюсёЄтхээюёЄ№■ хую єтрцрхь√ї ртЄюЁют ш яЁхфэрчэрўхэ√ шёъы■ўшЄхы№эю фы  ючэръюьшЄхы№э√ї Ўхыхщ. ╧ЁюёьрЄЁштр  шыш ёърўштр  ъэшує, ┬√ юс чєхЄхё№ т Єхўхэшш ёєЄюъ єфрышЄ№ хх. ┼ёыш т√ цхырхЄх ўЄюс яЁюшчтхфхэшх с√ыю єфрыхэю яш°шЄх рфьшэшЄЁрЄюЁє