Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Научная фантастика
      Резник Леонид. Дом в центре -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  -
был настолько обескуражен, что не смел возразить. И выдумал настолько неправдоподобную историю, что даже через пять минут уже был не в состоянии ее вспомнить. Опять Атлант, его брат, сват... Через четвертый этаж вытащили Седого... - Надоел ты мне, - племянник Кардинала перебил мои излияния. - Где-то врешь, где-то не врешь. Мне не до того. Запоминай. Увидишь своего Седого - передашь: Организации больше нет. Я ухожу от дел. Ухожу! Все. И без моей помощи мусульмане вас съедят. С нами бы все даже тише было бы, почти без насилия. Но зачем мне это? Я могу в месяц по миллиону делать. Зачем мне власть? Надоело. Передай Седому - ухожу. А вам и сто Седых не помогут. Гость извлек из видика кассету, покряхтел, посопел, словно старый дед, откашлялся вместо прощания и ушел. "Весь вечер на манеже, - подумал я, - все рассказал, покаялся в грехах и отрекся. Мавр сделал свое дело". Голове было от чего пойти кругом. Во-первых, никто не давал гарантии, что все услышанное правда. Во-вторых, если правда, то получается, все меня подставляли. Кардинал - мафии, а родной отец вместе с Седым - Кардиналу. Просто Иванушка-дурачок какой-то. Своего "я" ни на грош. В-третьих... а в-третьих, дурак - он дурак и есть. Вот хотя бы с четвертым этажом. Кардинал кого-то в заложниках держал. Почему я, идиот, забыл о них? Мог ведь потребовать, чтобы отпустили. Долго ломал я голову над самыми разными загадками. А поздно вечером позвонил недавно найденный и тут же забытый в суматохе брат Борис и сообщил, что Михаил Ильич два дня назад умер при странных обстоятельствах. 17. ЖИЗНЬ ПРЕКРАСНА, НО... УДИВИТЕЛЬНА Прошло три дня. Отец с Седым так и не объявились. Что непонятней всего - исчезла даже мать. Хорошо, если это отец спрятал ее на время своих авантюр. Оставалось надеяться на это. А искать... Кого из жильцов Дома можно найти? С Рутой я тоже не виделся. Идти к ней первому, после всей истории с похищением и освобождением, не хотелось. То ли чувство вины мешало, то ли какой-то дурацкий принцип. И она не шла. Ничего, не последний день живем... Я побывал в Риме. Поборол опасения оказаться белой вороной в чужом непонятном городе. И был вознагражден. Рим - лучшее в мире место для "белых ворон". Я выглядел банальным туристом, которые встречались здесь на каждом шагу. Да почему выглядел? Я БЫЛ туристом! А паспорт и виза - это уже вторично. Рим меня восхитил. Я не собирался ограничиваться кратким знакомством. А своей очереди ждали Венеция, Милан, Флоренция... Да и не сошелся свет клином на Италии! Мало ли в мире интересных мест?! Япония, Франция, Индия, Мексика... Господи, до чего странен же был Атлант, обуздавший свое хобби государственной границей. Уж в Риме бы он нафотографировал... Я настроился на самое подробное знакомство с земным шаром. Чуть позднее, получив понятие о странах и народах, можно было махнуть в другие варианты истории. А там, глядишь, если высшие этажи мне подчинятся, и по времени попутешествую, и дальше... Ни к чему делать кавалерийские наскоки на Пушкина. Если уж Дом обещает превратить мою жизнь в роскошное пиршество, то надо соблюдать меню. Но я не расставался с Ленинградом, возвращаясь в город для ночлега. С одной стороны, еще не набрался нахальства, чтобы устраиваться в отелях, с другой - надеялся на встречу с родителями и Рутой. А на четвертый день римских каникул - "спекся", замучила ностальгия. И после завтрака, начитавшись родных газет, решил прогуляться по Питеру. Вышел я сразу на Невский рядом с Домом Книги, сам толком не зная, куда направиться. "Потолкаюсь среди очередей, у Казанского постою, послушаю ораторов, - думал я, - и надоест. Уж на что римский воздух ругают, а наш, похоже, ядовитей будет. Вон как "Икарусы" копоти поддают!" Летние дни готовились к превращению в осенние, но кое-что от летнего зноя в них осталось. Облака старались не баловать ленинградцев солнечным теплом, солнце успешно ускользало... Одним словом - день как день. На миг во мне вспыхнуло ощущение жуткой зависти к людям, деловито снующим вокруг. Они ЗНАЮТ, зачем пришли сюда, ЗНАЮТ, что им надо делать в ближайшее время. А я? Я - человек без желаний; у меня ВСЕ есть, мне нечего больше желать. Противоположности сходятся: чья-то абсолютная бедность сходна с моим абсолютным богатством. В чем сходство? В безысходности... Чувство было жуткое, словно мир вокруг меня поплыл, потерял ясность очертаний. Мне показалось, что этак я смогу ходить сквозь варианты даже без помощи Дома. Наваждение постепенно рассеялось, вернулась способность к логическому мышлению. Что это? Жесточайший приступ угрызений совести? Зависть к тем, кто знает смысл жизни? Чепуха. Текущие заботы - еще не смысл жизни. А вот то, что мои невероятные возможности ко многому обязывают - точно. Я подумал, что такой вот приступ запросто мог толкнуть моего отца к действиям, не позволить ему просто наслаждаться всеми прелестями жизни. Получается, и я в туристах надолго не засижусь, куда-нибудь полезу восстанавливать справедливость в моем понимании. Побродив у фонтана рядом с Казанским собором, я, как в старые недобрые времена, попытался установить наличие слежки. Никого. Сложновато это, выследить человека, выходящего не из Дома, а бог знает где... - Извините, вы говорите по-английски? - Изящная стройная брюнетка с болтающимся на груди фотоаппаратом обратилась ко мне на таком разборчивом английском, что я автоматически ответил: - Да. - И после недолгих размышлений добавил: - Немного. Моя собеседница так же разборчиво спросила, как проехать до Исаакиевской площади. Я объяснил и добавил, что могу проводить. Она согласилась, и мы сели в автобус. По дороге я вспомнил слова о ружье, видящем на театральной сцене. На этот раз "ружьем" оказался английский язык. Не зря, выходит, я зубрил его, накачивая мышцы! Шибко не преуспел, но с девушкой симпатичной пообщаться хватит. И в чем особенная прелесть - не где-нибудь в Нью-Йорке или Майами, а у себя в Ленинграде, на своей, так сказать, территории. Девушка оказалась американской студенткой, приехавшей в Ленинград в составе туристской группы и пожелавшей осмотреть городские достопримечательности самостоятельно. Я вызвался поработать гидом, и мое предложение было принято. Слава богу, перед выходом из Дома мне хватило ума заменить лежавшие в кармане брюк итальянские лиры на изрядное количество рублей. Это позволило лихо катать американскую гостью на такси и щедро угощать ее в кафе, куда мы прорвались лишь благодаря еще более щедрым чаевым швейцару. Моя спутница, в полном соответствии с тем, что я знал об американцах, вначале пыталась платить сама, но я пресек ее поползновения на корню. С шутливой (насколько я разбираюсь в английском) интонацией она спросила, богатый ли я человек. Мне не оставалось ничего другого, как согласиться. Кроме фраз типа: "Это очень старый дом", "Это очень красивый дом", - я оказался способен и к диалогам на более сложные темы. Ну, а под вечер мы так наловчились общаться, словно нашему разговору помогала телепатия. Я предложил Кэт (так звали американку) побывать у меня в гостях, и она согласилась. Первым делом Кэт из моей квартиры позвонила в гостиницу "Пулковская", где ей удалось застать в номере свою соседку, и предупредила, чтобы та не волновалась из-за ее, Кэт, отсутствия. Поговорив, она приступила к изучению висящих на стенах живописных полотен. Дело в том, что, стараясь потрясти гостью, я "заказал" настоящие хоромы, а стены украсил запомнившимися работами матери, дополнив их и врезавшимся в память "Собакочеловеком". Именно "Собакочеловеку" да еще картине со скелетом-велосипедистом Кэт уделила особое внимание. Она спросила, не Сальвадор ли Дали автор этих полотен, и высказала несколько предположений об их возможной баснословной цене. Вечер прошел замечательно, аванс на еще более замечательную ночь (звонок в "Пулковскую") я получил... О чем еще остается мечтать человеку? Да я ни о чем и не мечтал. Правда, лаская Кэт, я вспомнил о Руте, и кое-какие угрызения совести зашевелились в душе. Но не сильные. В конце концов, мы ведь не давали друг другу никаких клятв верности? Засыпая, я пообещал сам себе, что не расстанусь с Кэт ни завтра, ни... в ближайшее время. Наверное, навещу ее в Штатах... Ярчайший солнечный свет наконец сумел пробраться даже сквозь мои закрытые веки. Сзади, уткнувшись носом в спину, посапывала Кэт, и я боялся пошевелиться, чтобы не разбудить ее. Но через несколько секунд после пробуждения до меня дошло: ни разу в жизни в моей комнате не было так солнечно. Как это я расположил спальню, разместил кровать? Или заказал наутро за окном калифорнийский пейзаж? Я открыл глаза. И сразу же понял, что комната мне незнакома. Надо вспомнить вчерашний вечер... ночь. Пили мы шампанское и французский коньяк, притом не так, чтобы слишком. Спальню я придумал без выкрутасов, простенькую. Но не эту комнату, точно. Это же... крестьянская изба какая-то. Верно, изба. Разве Кэт тоже из Дома? Какие сволочи так шутят! Осторожно, стараясь не разбудить Кэт, я повернулся. Господи, боже мой! Спаси и сохрани! Рядом со мной лежала не Кэт! Рута? Трудно даже за день пересказать весь поток мыслей, гипотез, часто абсолютно противоречивых, выданных моим мозгом за какую-то долю секунды. Нет, не Рута. Но и не Кэт. От Руты только соломенного цвета волосы и короткая стрижка. Волосы меня обманули. А вот все остальное... Похоже, женщина почувствовала на себе мой взгляд, ритм ее дыхания изменился, она открыла глаза. Первой естественной реакцией женщины в подобной ситуации должна быть попытка прикрыться. Во всяком случае, я так думал. Однако, моя соседка по постели была другого мнения. Не меняя позы, она окинула меня изучающим взглядом и спросила на английском, с трудом поддающемся пониманию: - Кто ты такой, парень? Что ты здесь делаешь? - Не знаю. Кто ты? Где я? Чей это дом? - Это мой дом, - ответила хозяйка на один из моих вопросов, - и ты должен мне деньги... за ночлег. Мысленно проклиная все на свете, я натянул брюки и полез в карман за деньгами. Интересно, рубли ей подойдут? Кстати, я перевел "за ночлег", а может быть, она имела в виду "за ночь"? Вот переплет... За такие шуточки убивать мало... Женщина повертела в руках десятирублевую купюру и бросила на пол. - Это деньги?! - взвизгнула она. - Ты, черт бы тебя побрал, кто ты такой? Почему ты не платишь? Я - бедная женщина, а ты... Дальше, мне кажется, последовали ругательства, но с этим разделом английского я почти не был знаком. Из добродушной с примесью любопытства женщины хозяйка начала превращаться в крикливую ведьму. Рассчитывать на диалог с ней не приходилось. Да и ситуация пиковая. Лучше сматываться подобру-поздорову. Я накинул рубашку, всунул ноги в кроссовки, сгреб носки и куртку, окинул комнату взглядом в поисках своих вещей. Ничего. Оставив за дверью крики и вопли, я выскочил на улицу. Отбежал метров на пятьдесят, остановился, привел в порядок одежду, завязал шнурки. И только потом огляделся. Без сомнения, меня занесло в деревню, притом очень большую, дома равномерно тянулись во все стороны до горизонта. Но сами дома... Во многом они напоминали обыкновенные крестьянские постройки, бревенчатые и кирпичные. Только крыши подкачали. Односкатные, почти параллельные поверхности земли, лишь с самым минимальным наклоном. Эти крыши, да еще малая высота домов, метра три - три с половиной, придавали всем постройкам эфемерный вид. Сараюшки, да и только. Но все остальное вокруг домов - вполне основательно. Заборы, огороды, фруктовые деревья. Где-то лают собаки, где-то курица кудахчет. Улицы не замощены, вдоль заборов стоят столбы с натянутыми проводами. Я не был за границей нигде, кроме Рима. Куда меня забросили неизвестные шутники? Мысленно я перечислил все англоговорящие страны. Если судить по фильмам... Не знаю. Я огляделся. Ни одного высокого дома, выходит, "Мать всех лестниц" на помощь не позовешь. Та-ак. Кто же так тонко пошутил и зачем? Да и шутка ли это? Отсутствие высоких домов означает мою полную изоляцию на приличный срок. В зависимости от расстояния до ближайшего города. Кому надо меня изолировать? Кардиналу, если его помощник врал, или самому преемнику, если тот врал лишь о своем выходе из игры? Есть у меня еще враги? Не слыхал, не знаю. Неожиданно в памяти всплыла случайная встреча, когда мы с Кэт шли к Дому. У соседнего здания, того самого, с преимущественно женским населением, стояла симпатичная девушка, которую я вначале принял за Руту и здорово струхнул. Но она, скользнув равнодушным взглядом, отвернулась, а я, подойдя поближе, признал свою ошибку. Опять же - блондинка с короткой стрижкой, но Рута так никогда не одевалась. На этой платьице - закачаешься. А если, все-таки, это была Рута? Увидела, закипела от ревности и сама или еще, не дай бог, с мамашиной помощью отомстила? Я стоял посреди улицы и ломал голову над происками неизвестных врагов. Одно можно сказать: все мои неприятности от женщин. Из-за Наташки со шпаной связался, потом Рута влипла, тоже "весело" было. А теперь - Кэт. Нет, это она меня сюда доставила, точно. Только я убедился, что слежки нет, она объявилась. И я хорош, ас сыскного дела. Через секунду меня занимали уже другие проблемы. Я увидел вывернувшую из-за угла странную процессию. Впереди в обтрепанной красной накидке с белыми крестами на груди и спине шел скелет. Да-да, скелет. Бело-желтые кости, череп с пустыми глазницами... Как он ходит, что он видит? За скелетом вереницей шли пятеро хмурых людей: трое мужчин и две женщины в самой... гм... разнообразной одежде. На шеи пятерых была петлями накинута общая веревка. Процессия прошла мимо меня, стоящего с отвисшей челюстью, и остановилась у одного из домов. Скелет бросил на землю конец веревки, открыл калитку, прошел к зданию. Подойдя к дому вплотную, он засветился сиреневым светом и... прошел сквозь стену. Секунд через тридцать дверь распахнулась, он появился на пороге. Костлявая образина тащила отчаянно сопротивлявшуюся женщину в изодранной рубашке. Высокая, плотного сложения женщина не могла противостоять усилиям непонятного, чуть ли не просвечивающего насквозь существа. Скелет волок пленницу абсолютно без усилия, как это делал бы какой-нибудь мощный механизм. Вопль стоял жутчайший. Я почувствовал себя как на просмотре объемного, да еще и с запахами, фильма ужасов. В дырах ночной рубашки мелькнула белая грудь, ягодицы. Фильм ужасов, да еще и с элементами эротики. Но ведь у скелета не видно никаких признаков пола. Вопль был хуже всего. В фильмах так не кричат. Я находился в очень-очень реальном мире. Что делать? Вмешаться? Я огляделся. У дома напротив во дворе стоял здоровенный парень и наблюдал за действием без малейшего любопытства или чувства сопереживания на лице. Та-ак, аборигены в курсе, им это не в новинку. Вмешаться? Ведь потом даже не смоешься, Дом далеко. Веревочная петля, накинутая на шею женщины, мгновенно остановила вопли и сопротивление. Теперь все пленники выглядели одинаково. Внезапно из распахнутой двери выскочил-вывалился мужчина в исподнем с лопатой в руках и кровоподтеком в пол-лица. Он поднял лопату как топор и, пошатываясь, кинулся на скелета. Образина дважды взмахнула бичом, до этого висевшим на каком-то подобии бедра. Первый удар перерубил лопату. Второй - сломал мужчине ногу. Хлынула кровь, треснула кость, и ее острый обломок разорвал кожу. Раненый с воем свалился на землю. Скелет равнодушно отвернулся и пошел как ни в чем не бывало, ведя за собой невольничий караван. Да-а. Ну и скелеты здесь. Пожалуй, подерешься с таким... Движимый каким-то извращенным любопытством, я пошел за прецессией. Одно мне стало ясно. Попал я сюда через седьмой этаж. Это не иная история, не иное время и не иная планета. Это вымышленный мир. Сто процентов. Значит, Кэт с седьмого этажа? Или тот, кто ее послал. Но мне нечего делить ни с кем из семиэтажников. Чья-то наводка? Чья? На противоположной стороне улицы появился еще один скелет с пленниками. Шли они навстречу нам, а накидка на том скелете была салатная с какими-то закорюками на груди и спине. Скелеты поприветствовали друг друга взмахами рук и продолжали свой путь. Я брел, продолжая ломать голову. Мое подозрение упало на несколько мгновений морального самоедства рядом с Домом Книги. После этих мгновений все и началось. Словно высшая сила с ногами влезла в мою жизнь, распорядилась мной как беспомощной марионеткой, персонажем своего безумного сценария. Может, это экзамен на зрелость? Что я стою без Дома? Вечно мне кто-то помогал, даже в безнадежных ситуациях. То Ветер, то Юмор. А вот теперь, парень, выкрутись сам. Без помощи Бога с Машины. Мимо прогромыхала телега, запряженная вполне земной лошаденкой. И старичок-боровичок тоже вполне земной. Вообще, райский уголок, дачное место, если бы не скелеты проклятые. Я остановился! Работа матери! Скелет на велосипеде! Но какая связь? Неужели мать меня?.. Ну, нет. Она же никого не знает и ни в чем не разбирается. Я решил не преследовать процессию. Ну их. Надо получить какую-то информацию. Слава богу, хоть в англоязычный фильм или роман засунули. Могли в японский, китайский... Интересно, а живопись как-то связана с языком? Или Кэт просто домыслила мир картины? Я подошел к первому же встречному, пожилому опрятно одетому мужчине с ящиком в руках. - Скажите, пожалуйста, здесь есть поблизости большой город? - Большой... - Мужчина отвечал вполне дружелюбно, просто надолго задумался. - Очень далеко. Вниз по реке - две недели плыть. Наш город - самый большой в провинции. Шестьдесят тысяч жителей, может быть, и больше. "Вот это да, - подумал я, - домики до горизонта, точно. Но должно же здесь быть хоть одно высокое здание! Например, церковь. Или электростанция. Провода же есть. Мне бы только до лестницы добраться..." - А есть здесь поблизости какое-нибудь высокое здание? - спросил я. - Что? - Дружелюбие собеседника мгновенно испарилось. - Еще сам Великий император Лентяй Первый запретил строить дома выше дюжины футов под страхом мучительной... Договаривал он уже отвернувшись и направляясь быстрой трусцой в сторону, противоположную той, куда шел. Вот это да! Какова империя Первого Лентяя или его наследников? Дела-а-а... Что-то у него не то с именем. Что? Лентяй по-английски - лэйзибоунз. Дословный перевод сказанного стариком - ленивые кости. Как понимать: скелет - император? Меня засунули в жестокий мир. Засунули всерьез и надолго. Бессмысленно гадать, кто и зачем. Надо искать выход. Искать, искать, искать, не надеясь на чудо и внезапный подарок судьбы. Этот мир создан по тем же законам, по каким создаются все художественные произведения. А ни один автор не в силах предусмотреть все. Моя задача - обнаружить чужой просчет. Кстати, какой палач не захочет посмотреть на муче

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования