Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Научная фантастика
      Резник Леонид. Дом в центре -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  -
ю, но на удивление чистую комнатку, сели в кресла. Юмор убрал волосы с глаз, его лицо стало выглядеть совсем по-другому. Словно не с ним я встретился в дверях. Выслушав рассказ и просьбу о помощи, Юмор принялся раскачиваться в своем кресле-качалке. Что за черт? Мы ведь сели в одинаковые обыкновенные кресла. Или этот абстракционист на меня галюки напускает: не было полозьев изогнутых, так выросли. - Рута - хорошая девочка. Я ее даже помню, - сказал Юмор. - Наивная, чистая. Не стоило им ее захватывать, не стоило. Завтра в шесть встречаетесь? Как бы не забыть, как бы не забыть... Откуда-то из-за спины Юмор вытащил кисть. ("Он что, в самом деле художник?" - подумал я). Встал, прошелся по комнате, нашел подходящее место на стене, уверенно нарисовал здоровенную шестерку. Немного подумал и обратился ко мне: - Адрес! Я назвал адрес, который мгновенно был записан под шестеркой. Непонятного происхождения красная краска словно горела огнем. Я предположил, что она с добавлением фосфора. Не подобные ли знаки появились у Валтасара на стене? - Иди на встречу, - обратился ко мне Юмор, - неси деньги. Веди себя смирно. Увидишь меня - тоже веди смирно. А потом вместе с Рутой убирайся подальше. Нервный я что-то стал, разойтись могу. Нельзя сказать, чтобы я ушел обнадеженный. Ничего смешного и страшного я не заметил. Ну, трюк с креслом, краска необычная, манеры странные... Достаточно ли таких фокусов для нашей защиты? Тип этот юморной в себе уверен, но разве мало самоуверенных болванов? Вернувшись домой, я по инерции продолжил свое запойное чтение. Сутки не растягивал, спал, с незапомнившимися кошмарами, но спал. На следующий день книги уже не читались. Еда не лезла в горло. Хотелось побродить по городу, и все же, во избежание непредвиденных осложнений, я решил не выходить из комнаты. Меня так и подмывало выпить самую малость для храбрости, однако и этот соблазн я преодолел. Без пяти минут шесть я со вздохом отложил пистолет (толку от него не было никакого), взял чемоданчик с деньгами и вышел из комнаты. Через минуту неторопливой ходьбы перед моими глазами уже стояли колпинские новостройки. Мафия, как ей и полагалось, не дремала: меня ждали двое "Жигулей", грузовой фургон с надписью "Продуктовый" и шесть бравых молодцов рядом. Один из них с широкой улыбкой на лице пошел мне навстречу. - Пунктуальный человек, дорогой, - сказал он, - уважаю. Наверное, и деньги принес? Подавив желание двинуть "дорогого" по морде, я поднял чемоданчик, подержал на весу, опустил и спросил: - Где Рута? - Вот она, твоя родная-любимая, бери, пользуйся, но далеко от машины не уходи. И деньги давай! Приоткрыв чемоданчик, парень крякнул и направился к голубым "Жигулям", около которых стояли другие бандиты. Я двинулся к зеленой машине, где на переднем сиденье успел заметить Руту. Моя подружка выглядела неважно, хотя единственным заметным доказательством непорядка был небольшой фингал под правым глазом. Я хотел было сесть в "Жигули", но, увидев на заднем сиденье типа, скалящего зубы в мерзкой ухмылке, передумал. - Рута, лапушка, выйди, - попросил я. Вместо ответа она подняла левую руку. На ее запястье красовался металлический браслет, от которого тянулась цепочка серебристого цвета. Я вскипел от бешенства. Шутники хреновы! "Далеко не уводи..." Ну, я теперь эти рожи запомню... Пусть только попробуют не снять цепь!.. Я повернулся крикнуть, но крик застрял в горле. Из-за соседнего дома выходил Юмор. Мысленно оценив длину цепочки более чем в метр, я предпочел, чтобы Рута, даже прикованная, находилась не в машине, и громко произнес: - У меня есть чувство юмора. Давай-ка вылезай. Взгляд Руты изменился. Стараясь не демонстрировать спешку, она принялась выбираться из машины со стороны руля, так как именно к нему и был прикован другой конец цепи. Я в меру сил пытался помочь. А наш странный знакомый приближался. Никто не обратил внимания на покачивающегося человека в старом джинсовом костюме, измазанном побелкой. Нечесаные патлы неопределенного цвета свисали на лошадиное лицо Юмора. Алкаш алкашом. Пьянь хроническая. Краса и гордость любой очереди за вином. Мерзавцы забеспокоились, лишь когда "забулдыга" оказался от нас метрах в десяти. Двое направились ему наперерез. Рутин "компаньон" вылез из машины. - Эй, ты, ..., стой! - крикнул один из бандитов. Юмор не откликнулся, продолжая с трудом переставлять ноги, словно шел по глубокому песку. Он стал чуть ближе, а вот двое держиморд как будто занимались ходьбой на месте и не продвинулись ни на йоту. Это вызвало беспокойство во вражьем стане. К нам направилась уже вся "великолепная шестерка", а перед Юмором оказался парень, сидевший в зеленой машине. Юмор приостановился и дунул. Лично я не почувствовал ни малейшего ветерка, но парень отлетел, словно воздушный шарик, подхваченный ураганом. Приземлившись в нескольких метрах от зеленых "Жигулей", он больше не подавал никаких признаков жизни. А время вокруг нас потекло по неизвестным доселе законам. Бандиты медленно-премедленно, как будто я наблюдал снятые рапидом кадры, лезли под куртки за оружием. Юмор уже стоял передо мной и Рутой. Правой рукой он сгреб за грудки меня, левой - ее. Я хотел крикнуть: "Цепь!", - но боковым зрением заметил, что ее звенья покатились маленькими ртутными шариками. - Домой! К мамам! - скомандовал Юмор и швырнул нас, резко распрямив руки. Оказывается, взбесилось не только время, но и пространство. Судя по ощущениям, мы падали. Судя по траектории полета, - поднимались. Больше всего это напоминало движение по желобу из скользкого-прескользкого, упругого и прозрачного до невидимости пластика, когда кажется, что ты стремительно падаешь, но земля не приближается, а отдаляется. Невидимый желоб доставил нас на третий или четвертый этаж строящегося дома, прямо в незастекленное окно, да так деликатно, что даже деревянная рама осталась незадетой. Мы безболезненно плюхнулись на пол, вскочили и бросились к окну досматривать спектакль. Внизу законы природы вроде бы пришли в норму. Молодчики уже почти все были с пистолетами. Однако бред не кончился. В руке у Юмора возник здоровенный подковообразный магнит, словно взятый из школьного кабинета физики. Юмор бросил магнит на землю между собой и своими противниками. Оружие само вырвалось из их рук, и даже мы с Рутой услышали металлический лязг. Кучка пистолетов почти скрыла под собой красно-синюю поверхность магнита. Где-то далеко, но очень громко, сломали ветку. Юмора качнуло, и тогда я понял, что это не ветка треснула, а прозвучал выстрел какого-то сидящего в засаде стрелка... На голубой куртке Юмора проступило багровое пятно. Мне стало жутко. Мы-то с Рутой теперь в безопасности, а вот Юмор... Не был он, оказывается, всемогущ. Раненый не проявил заметных признаков беспокойства. Он пару раз провел по пятну ладонью, и пятно исчезло. Еще дважды прозвучал выстрел, но Юмор уже был настороже. После каждого из выстрелов слышался звон от удара пули по металлу и визг рикошета. Похоже, что пули попадали в цель, но мишень изменила свои свойства. Стало понятно, откуда велся огонь. Этот дом стоял немного особняком вдалеке, напротив нашего. И недавняя мысль, что мы находимся в безопасности, показалась мне преждевременной. Будь снайпер поумней, я и Рута, маяча в окне, как дураки, запросто могли получить по пуле. Юмор тем более "вычислил" стрелка. Он повернулся к нам спиной и лицом к противнику, поднял вверх руки, как дирижер перед финальным аккордом, и сделал жест, словно потянул на себя какой-то большой невидимый предмет. Я весь покрылся испариной, а слабость, ударившую в ноги, вообще описать невозможно. Дом, где прятался стрелок, практически построенный дом, со стеклами, блестящими от вечернего солнца, словно превратился в стопку гигантских костяшек домино. Верхние этажи-"костяшки" поехали по нижним, накренив здание в нашу сторону, притом деформация произошла без малейшей трещины. Как будто весь вид из окна оказался панорамой, нарисованной на упругом холсте, и какой-то гигант с той стороны холста навалился на него, выпятив рисунок дома в нашу сторону. Описание процесса часто занимает больше времени, чем сам процесс. Короче говоря, дом поехал - качнулся к нам, а от крыши отделилась и полетела вниз малюсенькая человеческая фигурка, ну никак не больше муравья, если смотреть из нашего окна. И громкий, совсем не муравьиный вопль разнесся над новостройками. Избавившись от снайпера, дом принял нормальный вид. Стоявшие внизу и наблюдавшие за поединком бандиты избавились от последних остатков любознательности и кинулись врассыпную. Но безуспешно. Вначале мы могли лицезреть уже известный "бег на месте". Потом бегущие вроде как бы начали помаленьку терять в росте. Я пригляделся повнимательней. Мне показалось, что их ноги словно стачиваются о почву, как мягкий материал о грубый напильник. Нет, это их почва затягивает, как трясина. Нет, это они растекаются... Я отказался от попыток понять происходящее. Несложно было свихнуться. Вопли неудачливых мафиози несли в себе страшную боль. Они гибли, и спасения им не было. Вот исчезли ноги, вот туловища, руки, головы. Жутчайший хор затих. - Пошли! - Я схватил Руту за руку и потянул. Ее трясло. - Пошли, Юмор сам предупреждал. Это опасно! Но оторваться от страшного зрелища было не просто. Внизу как раз ожили голубые "Жигули". Затененные стекла мешали разглядеть, кто сидит внутри. С визгом то ли колес, то ли мотора машина рванулась с места. Недалеко. Мотор ревел, колеса крутились как бешеные, но из-под них, всех четырех, только летела в стороны жидкая грязь. Автомобиль постепенно проседал в вырытые вращением ямы. "Что-то я не слышал о "Жигулях" с четырьмя ведущими колесами", - подумалось мне. Юмор пошел к машине. Вернее, не пошел, а двинулся. Это движение нельзя было назвать ходьбой, от него за версту несло мультипликацией: Юмор исчезал и тут же появлялся через три-четыре метра, вновь исчезал и вновь появлялся таким же образом, притом исчезновения казались настолько кратковременными, что их и исчезновениями-то нельзя был назвать. Через несколько секунд Юмор уже стоял у голубых "Жигулей" и зачем-то вытирал их рукавом. Как картинка, нарисованная на стекле, смывается растворителем, так исчезали "Жигули" после джинсового рукава Юмора. Это было уже слишком. Оставался продуктовый фургон, неизвестно, что в нем скрывалось, и неизвестно, как Юмор мог его уничтожить. Я сгреб Руту поперек туловища, взвалил на плечо и побежал к лестнице. 16. КАПИТУЛЯЦИЯ Удобно устроившись на диване, я смотрел прямую трансляцию матча "Наполи" - "Рома". Хотел прогуляться по Риму, сделал за окном вид Вечного Города, зачем-то включил телевизор и... не смог оторваться. Темпераментный комментарий на непонятном мне итальянском языке воспринимался как своеобразная музыка. Ну, а зрелище в переводе не нуждалось. Я махнул рукой на прогулку. Вечный, он вечный и есть, денек подождет. А футбол... Хорошего футбола я не видывал целую вечность. Неплохой каламбур? "Рома" забила гол, сократив разрыв в счете. На трибунах гремели петарды. У меня в комнате зазвонил телефон. На мгновение я задумался. Вроде бы не междугородный звонок, а в Риме я еще никого не знаю... Тут же дошло, что для Дома звучание звонков - сущая мелочь, и законы, по которым работают его телефоны, - не меньшая загадка, чем все остальное. После таких вот основательных размышлений я снял трубку. Голос в ней показался знакомым. В самом деле. Звонивший представился. Это был племянник и заместитель Кардинала. Он хотел, чтобы я его немедленно принял. Рим и футбол мгновенно вылетели из головы. Как ни прекрасен отдых, но исламскую тему еще никто не снимал с повестки дня. А как расценить случившуюся с собеседником метаморфозу? Он не слал больше голографических фантомов, не являлся в окружении дюжих костоломов, как хозяин всех и вся. Он смиренно просил его принять. Не забавно ли? Я вернул за окно вид вечернего Ленинграда и стал ждать звонка в дверь, попутно вспоминая давнюю идею: комната с замаскированными пулеметами, где простреливается почти все пространство. Приводишь опасных гостей, заходишь сам в мертвую зону и общаешься. А если что не так - нажимаешь нужную дощечку паркета. Вот лень проклятая! Нарисовал бы эскизик и был бы готов ко встрече со всякими... террористами. Жаль, поздно поумнел, не додумался до подобного тогда, с Атлантом. Зазвенел дверной звонок, и я пошел открывать, на ходу прикидывая, где надо разместить хотя бы спрятанные пистолеты. На всякий случай. Не верю я в перевоспитание фанатиков. Гость пришел один и уже не выглядел бюрократом. Галстук и жилетка исчезли из его гардероба, а в глазах появилось выражение загнанности, явного страха. Хотя разве не бывает запуганных бюрократов? Вдруг Кардинал решил устроить сокращение штатов? А как у них сокращают? "Пиф-паф, ой-ой-ой..." - Ты нас обманул, - с места в карьер рванул помощник Кардинала. - Обвел вокруг пальца, как щенков. Сам щенком прикинулся. Я удивился и задумался. Как обманул? Промолчал кое о чем, это да. Но что случилось? И как себя вести, признавать обман или отрицать? Признать опасно, но вдруг это признание какой-то силы, за которую меня зауважают и не тронут. - Мне плевать, - гость не дал мне додумать, - на причины. Дураку ясно, что тебе, молодому, нечего делить со старым хреном. И он так считал, потому приказал тебя не трогать... "Люблю, - говорил, - идейных людей. Их всего-навсего надо переубедить". Да и твой третий этаж... Ему же цены нет! Нас, из Дома, всего двое на все дело. Старый пень ленился, вечно жить хотел. А я ишачь! Вечный проводник... Да ты мне больше, чем Кардиналу, нужен был! Ждали мы, когда шпана тебя достанет и ты у нас помощи попросишь. Это не я! Кардинала идея! Дождался... Довыпендривался... Скрытым имамом себя вообразил! За короткий срок в моем мозгу произошла гигантская работа. Многие детали оставались неясными, но кое-что... Пока болтун переводил дух после пылких оправданий, я пытался понять главное: какого черта он тут кается? - У меня одна просьба, - взмолился гость, - убери своего киборга-убийцу! Ты хороший актер, ты и сейчас сидишь с невинным видом, но не смей повторять, что ты ничего не знаешь! Это ты его нам подкинул, еще проследил, как мы его брали! - К-какой к-киборг? - Мое изумление было более чем неподдельным, я даже начал заикаться. - Седой, что ли? - Он седой, это точно. И человек он, наверное. Но как он это сделал?.. Ты хоть знаешь, что он Кардинала убил? - Что-о? Как? - Может, и не знаешь... Пес с тобой. Вчера убил. А как - один Аллах знает. Вот я и назвал его киборгом. Человеку такие вещи не по силам. У меня кассета... Недавний заместитель Кардинала, а ныне, надо понимать, новый глава организации, достал из кармана кассету, дрожащими руками сунул в видик и стал перематывать пленку в поисках начала записи. А во время перемотки - бормотал, бормотал, бормотал: - Его брали, там два се-узу были. И у Кардинала два се-узу. Слава Аллаху, меня там не было. А что случилось - никто не знает. Только трупы. И куда он скрылся - никто не знает, наружная охрана никого не выпускала. Словно этот твой... Седой умеет Домом пользоваться. На экране телевизора появилось изображение незнакомого кабинета. Пол, кресла, ковер - везде валялись трупы. Назойливо, как специально размазанная краска, лезла в глаза кровь. Дрожание камеры в руках оператора можно было объяснить как неопытностью, так и чрезвычайным волнением. Однако, дважды прочертив комнату, объектив быстро нашел чеканный профиль Кардинала. Крупный план... Оператор обошел покойного, чтобы показать его анфас. Камеру бросало из стороны в сторону, ее хозяин в буквальном смысле слова шел по трупам. Я внимательно вглядывался в экран. Похоже, подвоха не было. Совсем недавние воспоминания перед глазами: отец показывает фотографию, что-то говорит... Словно полжизни я ухлопал на войну с Кардиналом. А всего прошло... Месяц или два? И какое время считать: растянутое, нерастянутое? М-да, поработал Седой, порезвился. И без папаши моего не обошлось, кто, как не он, помог Седому бежать? - Ну что, доволен? - спросил гость, выключив видик. Я помолчал секунд двадцать, не зная, что сказать. И от этого незнания захотелось ответить вопросом на вопрос, да так лихо, чтобы и мне узнать хоть самую малость. - А где гарантия, что это не спектакль? Набрали статистов, измазали томатным соком, мебели наломали. Одного загримировали Кардиналом... - Да как?.. Да зачем?.. - Собеседник даже вспотел от возмущения. - А если бы у тебя твой наймит сидел? - Нет наймита. Пришили вы его и прикидываетесь, что он ушел. А кто такие се-узу? - Живой он! Живой! Дай мне Аллах таким живым быть. - Гость достал платок и вытер вспотевший лоб. - А се-узу - земляки его, Седого твоего. Из одного мира, только из другой страны. Се-узу - примерно как суперагент переводится. Специальная подготовка, сверхшпионы... Это еще с древности идет. Они мне рассказывали, что их шейх, учитель, значит, говорил: "В мире может быть только сто один се-узу". Самые лучшие считались в ОИРе и в Чосоне, Корее по-нашему, если я не ошибаюсь. Вот... Восемь се-узу нам дали и еще двадцать два простых офицера. А Седой, получается, тоже се-узу. И классом выше. Что нам теперь в ОИРе сказать? Четырех Седой у Кардинала кончил. Из них трое - аристократы, из центра, корни к Рязанскому халифату уходят. И еще... Он посидел, помолчал, откинувшись в кресле, потом вновь взял пульт управления, принялся возиться с видиком и продолжил: - Говоришь, убили мы друга твоего Седого? Ну, ну... Вот тебе еще привет от него. Лагерь у нас был такой... Неважно, где. В средней полосе. Вроде как шабашники в нем жили, а на самом деле гости из ОИРа с обстановкой знакомились, русский язык учили, обычаи. А шабашники работали, да. Накрыл их кто-то ракетами, я думаю, Седой... с тобой. - Нет-нет-нет, - я завертел головой так, что чуть не вывернул шею, - первый раз слышу, клянусь. - Не могу тебе это место показать, не сняли мы, гебешников там много набежало и военных. Да и ничего особенного там. Выжженная земля. А вот другой лагерь у нас в Средней Азии есть... был, так там видеокамеры стояли, записывать могли. Не густо, но записали. На экране появилась картинка как из голливудского кинобоевика. С той только разницей, что здесь разобрать что-либо было абсолютно невозможно. Ночная темень, прожектора, проволока, мечущиеся фигуры, в том числе в милицейской форме, сполохи взрывов. - Разница во времени, - продолжил добровольный комментатор, - три часа. Это же надо таким лосем быть! У него что, личный самолет сверхзвуковой? Или его кто-то через Дом таскает? А ну давай говори! Пришел гость явно как проситель, но горечь поражения, а главное - привычка командовать - изменили его поведения. Я же

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования