Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Фэнтази
      Ясиновская Ирина. Человек самой мирной профессии -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  -
ледующий ярус насильно? -- Это невозможно: грузоподъемность Лифта -- не более двух человек. Единственный способ привезти декорацию -- это бросить своего партнера ... -- ... в каковом случае привезенная декорация становится новым партнером? -- закончил за Следователя Франц. -- Совершенно верно. Фриц говорил с неподдельным удовольствием -- было видно, что он действительно любит свою науку. -- Помимо этого, теория "Бог испытывает человека" допускает и другие противоречия. -- продолжал он, -- К примеру, известны случаи, когда на Втором Ярусе подследственным не предоставлялось ни одной возможности совершить неспровоцированное убийство ... -- Может, Бог видел, что они достойны Третьего Яруса безо всяких испытаний? -- Э, нет. В таких случаях он просто переводит человека с Первого Яруса сразу на Третий. -- Неужто и так бывает? -- удивился Франц. -- Тогда остается только предположить, что это ошибки. Должен же Бог иногда ошибаться? -- И такая теория есть. -- Фриц улыбнулся. -- Кстати, скажу я вам, она заслуживает большего внимания, чем кажется с первого взгляда. Один из моих коллег, анализируя всевозможные аномалии, выявил очень интересные совпадения -- так сказать, закономерности отклонений от закономерностей ... Но мне не хочется сейчас вдаваться в подробности -- мы и так обсуждаем "теорию испытаний" слишком долго. А ведь есть, как минимум, еще четыре версии, каждая из которых тоже объясняет многие, если не все, факты. -- Например? -- заинтересовался Франц. -- Хотя нет, подождите, я хочу спросить о другом: что эта за планета, где мы сейчас находимся? Вы вообще физическую сторону этого мира исследуете? -- Почти нет ... -- без интереса отвечал Фриц. -- И по очень простой причине: для изучения физики здесь ровно те же возможности, что и в досмертной жизни, а вот для философии -- море новой информации. Вы только подумайте: все до одной теории загробной жизни оказались неверны! Перед нашими глазами развертывается невиданный спектакль -- и он ждет своего обьяснения. Это -- величайший вызов, брошенный Богом человеку! Щеки Фрица разрумянились, глаза горели. Привстав, он достал из заднего кармана носовой платок и громко высморкался. -- Я не понимаю этого. -- Франц откашлялся. -- Физическая и философская стороны мира связаны: изучение естественных наук наверняка даст ответы и на многие философские вопросы. -- Вся физика здесь точно такая же, как и в предыдущей жизни: релятивистская механика, уравнения Навье -- Стокса, поля Янга -- Миллса ... Поймите же, разница совсем в другом! -- А смерть? -- вскричал Франц. -- Смерть определяется физикой, химией, если угодно, -- но не философией. Объясните, как наши тела и сознания воскресают после физической смерти, -- и вы заодно ответите на десятки чисто философских вопросов! Ведь смерть существует и здесь -- так вперед, изучайте ее! -- Изучение смерти -- это тупик. -- возразил Фриц. -- Люди изучали ее на протяжении всей истории человечества и все так же далеки от разгадки, как и в самом начале. А у нас ничуть не больше шансов разрешить эту головоломку, чем у них, -- то, что смерть происходит с нами во второй раз, ничего не упрощает!... Да, нам добавился огромный кусок новой жизни, но смерть -- смерть осталась такой же, какой была. Она так же необратима, из нее никто не возвращается назад -- и мы по-прежнему не можем узнать, что произойдет после. -- Да я не спорю, что из смерти никто не возвращается. Но ведь мы все уже по разу умирали -- неужели этот опыт не дает материала для обобщений? -- Ровно никакого. -- отрубил Фриц. -- После первой смерти мы оказались здесь, после второй -- можем оказаться где угодно. Гадание в последнем случае столь же целесообразно, сколь и в первом. Припомните всю ту ерунду, которую человечество наплело вокруг смерти за три тысячи лет своей истории! -- А вы пробовали что-нибудь узнать о Четвертом Ярусе? -- Это тоже невозможно, -- Фриц покачал головой, -- физически невозможно ... Не вдаваясь в подробности, скажу, что Система устроена так, что "сверху вниз" информация не передается. -- А снизу вверх? -- Снизу вверх -- проще простого: клади в Лифт, да отправляй. Только зачем?... -- А почему считается, что Четвертый Ярус хуже Третьего, если вы о нем ничего не знаете? -- Объективных данных к тому нет. Думаю, что причина здесь психологического характера: люди со Второго Яруса попадают сюда, намучившись, -- ну и решают, что от добра добра не ищут. Франц взял с тумбочки стакан воды и отпил несколько глотков. Оживление, испытываемое им в начале разговора, улетучилось -- он чувствовал лишь усталость. -- Ладно, -- сказал он. -- Бог с ней, со смертью, Бог с ним, с Четвертым Ярусом ... Но ведь не может вся здешняя физика быть той же самой -- иначе каким же образом мое тело в мгновение ока перенеслось сюда в после аварии? А где находится этот мир по отношению к "досмертному" миру -- на другой планете, в девятом измерении? Где находятся остальные ярусы? Да это противно человеческой природе -- удовлетвориться изучением одного, пусть даже очень большого, куска мира и игнорировать все остальное! -- Вы слишком любопытны, -- с еле заметной усмешкой произнес Фриц. -- это мешает концентрации. Ничего, побудете у нас подольше ... -- У меня есть два вопроса. -- перебил его Франц, -- Первый: в каком виде появляются здесь люди, умершие от старости? -- Никто никогда не умирает от одной старости. Всегда есть какие-нибудь болезни или травмы -- а когда человек оказывается здесь, они исчезают без следа. Иными словами, Бог переносит сюда всех абсолютно здоровыми, а потом дает дожить отпущенный каждому срок жизни до конца. -- Второй вопрос, -- сказал Франц, -- если Бог испытывает человека, то чем Он испытывает его здесь, на Третьем Ярусе? Перед ответом Следователь сделал паузу -- дождь заполнил ее барабанной дробью капель по черному стеклу окна. -- Счастьем. -- Фриц улыбнулся, лицо его осветилось. -- Человек может быть здесь очень счастлив, Франц. Если только он хочет этого: интересная работа, любимая женщина ... друзья, понимающие с полуслова и интересующиеся тем же, чем и он ... Что вам нужно еще? -- Не знаю, может быть, и ничего. -- Франц прислушался к себе. -- Нет: мне нужен, как минимум, еще один ингредиент. -- Какой? -- Я хочу понимать все. Фриц выпрямился на своем стуле и, подняв указательный палец, покачал рукой, как стрелкой метронома. -- Это невозможно. Слово "невозможно" упало на пол, как гиря. -- Почему? Прежде чем ответить, Следователь помедлил, собираясь с мыслями. -- Что такое понимание? -- он поправил на переносице очки, -- Для вас -- человека, обладающего навыками логического мышления, -- понимание есть сведение сложных явлений к элементарным законам. Но, что вы хотите считать элементарным? Если -- физические законы, то это нереально: слишком велико расстояние между надежным миром физики и здешним непредсказуемым хаосом. Или нет, не совсем так: нереально для одного человека, начинающего с нуля ... -- Погодите, Фриц! Вы забываете, что я пришел не на пустое место. Ведь до меня здесь существовали вы, а до вас -- ваши предшественники! Вы накопили море информации -- разве это называется "начинать с нуля"? Фриц улыбнулся -- он явно наслаждался дискуссией. -- Вы путаете две близкие, но, все же, различающиеся вещи: знание и понимание. Знание можно накопить и передать по наследству, понимание -- нельзя. Понимание является знанием лишь на одну четверть, а на остальные три -- принятием и приятием мира, в котором живешь. Однако, здешний мир слишком другой: если вы не родились в нем, вам никогда не достигнуть того интеллектуального комфорта, который называется "полным пониманием" ... -- Достигают ли его родившиеся здесь дети? -- Достигают, но только в том, что касается Третьего Яруса, а о Первом и Втором они имеют еще меньше понимания, чем вы. И, кстати, Третий Ярус -- самый логичный с точки зрения досмертной жизни. -- Вы усложняете. -- сказал Франц после недолгой паузы. -- Для меня понимание является знанием на 99 процентов, а не на 25. И еще: чувство интеллектуального комфорта мне дает не столько конечная цель, сколько движение к ней. -- он помолчал, проверяя свою логику, -- Я должен непрерывно двигаться к абсолютному пониманию -- иначе я сойду с ума! -- Вы делаете серьезную ошибку, Франц. -- возразил Следователь, -- Абсолютное понимание -- это химера, мираж ... движение в этом направлении не приведет вас ни к чему хорошему. Сделайте уступку, стремитесь к ограниченному пониманию -- к пониманию ближайшей к вам части мира. Как я. Воцарилась тишина. -- Я не хочу сейчас об этом думать ... -- к усталости Франца добавилась головная боль. -- У меня ведь есть время? -- До завтра. -- ровным голосом произнес Следователь. -- Завтра в восемь утра мне нужен ответ -- Таня разве вам не говорила? -- Нет ... Какой ответ? -- Остаетесь ли вы здесь или переходите на Четвертый Ярус. -- Что-о? -- вскричал Франц. -- Да я в первый раз об этом слышу! Почему завтра? -- Обычный порядок: не позднее семидесяти дней по прибытии на Третий Ярус. -- Вот это новость! -- Франц резко выпрямился на подушке и тут же, сморщившись от боли, бессильно откинулся назад. -- Да я и не думал об этом. Ну, я ей скажу ... -- он внезапно разозлился на идиотский поступок Тани, забывшей сообщить ему о предстоящем решении. -- А почему такая спешка? У вас что -- инструкция? -- Инструкция?... -- Фриц озадаченно поправил на переносице очки. -- Да нет ... мы просто всегда так делали. Ну, если хотите, могу дать вам отсрочку -- скажем, до послезавтрашнего вечера, хорошо? -- Следователь подобрал с пола свой атташе-кейс и встал на ноги. -- Подумайте, время есть ... да и решение, в общем-то, очевидно. -- уже от двери он обернулся назад, -- Я приду послезавтра в семь вечера: подпишем бессрочную приостановку следствия и все дела ... До свиданья. -- До свиданья. -- отозвался Франц, опустил голову на подушку и отвернулся к окну. Черное стекло окна отражало лишь белый потолок. 3. Таня: Прощание Отклонения от привычного распорядка дня начались сразу же, как только Франц формально отказался от приостановки следствия. Стоило лишь Следователю выйти из палаты, унося в своем атташе-кейсе Постановление о передаче дела на Четвертый Ярус, как в дверь вошла Вторая Медсестра, отсоединила от францевой руки провода и отключила аппаратуру на этажерке у стены. Очевидно, он более не считался пациентом Госпиталя -- в соответствии с чем восьмичасовый визит Доктора также оказался отменен. Следующая по счету неожиданность произошла сразу после ужина: Медсестра принесла большую хрустальную вазу с осенними листьями и, сказав что-то ласково-обволакивающее, поставила на тумбочку. Франц глубоко вздохнул -- и наяву ощутил снившийся ему сквозь закрытое окно запах осени. Наконец, перед сном ему не дали очередной порции таблеток: Вторая пришла в палату с пустыми руками -- ни блюдечка с лекарствами, ни стакана воды. Франц вопросительно посмотрел на нее и изобразил, как бросает таблетку в рот и запивает ее водой, но Медсестра, мягко улыбаясь, покачала головой. Потом она подошла к постели, наклонилась и неожиданно поцеловала его в губы. Пока ошеломленный Франц приходил в себя, Вторая погасила свет и вышла, оставив позади себя, как чеширский кот, реящую в темноте воздуха улыбку. Франц остался один. Из-под полупрозрачной кисеи облаков в окно просвечивала полная луна, дождя не было. Спать он пока не собирался -- он собирался думать. Хотя, чего там думать? Постановление подписано -- обратного пути нет ... Он закрыл глаза, в который раз проверяя правильность своего решения внутренними ощущениями ... на душе было смутно. Подписание Постановления не казалось бесповоротным, все еще десять раз может измениться ... Хотя, с другой стороны, что может измениться: завтра в восемь за ним заедет Фриц -- и все, конец Третьему Ярусу. И все, конец его отношениям с Таней. Немного притупившаяся боль ожила вновь -- чуть ниже раны в груди, в районе солнечного сплетения. А еще говорят, что от любви должно болеть сердце ... чушь -- скорее ближе к желудку. Франц усмехнулся -- целебная ирония спасет его, как всегда. А может, все-таки, остаться? Попросить Фрица порвать проклятое Постановление -- и пусть подбросит его завтра утром на своей машине до таниного дома! Франц представил себе, как нажимает кнопку звонка и ничего не ожидающая, еще сонная Таня открывает дверь. И тогда он скажет ей: "Я остаюсь!" -- а она бросится ему на грудь и прильнет теплым тоненьким телом. Господи, зачем он все это затеял?!... -- Господи, зачем ты все это затеял?!... Вздрогнув от неожиданности, он открыл глаза: дверь в палату была приоткрыта, на пороге, черным силуэтом, -- Таня. -- Закрой дверь. -- тихо сказал Франц. -- И говори шепотом, если не хочешь, чтобы тебя вывели со скандалом. Как ты вообще сюда пробралась? Плохо различимая в темноте комнаты, Таня отделилась от притолоки и с громким щелчком затворила дверь. -- Через вход. -- сказала она в полный голос. -- В корпусе никого, кроме нас, нет. -- Откуда ты знаешь? -- Чувствую. Она невесомо присела на край кровати. -- Что, подписал? -- Подписал. -- Франц нажал на кнопку, чтобы приподнять изголовье, но кровать осталась в горизонтальном положении. -- Что за черт!... -- Электричества нигде нет -- можешь не пытаться. -- А свет в коридорах? -- Говорю тебе, нет нигде. От нее исходил слабый запах духов и осенней свежести. -- Почему ты не хочешь остаться на Третьем Ярусе? -- спросила Таня. -- А почему ты не хочешь уйти со мной на Четвертый? -- Я тебе говорила: я боюсь. -- И я тебе говорил: я не могу жить, не понимая. -- А я тебе на это отвечала: ты все равно не сможешь понять все и до конца. -- А я тебе на это отвечал: я должен хотя бы попытаться. Поток серебристого света, струившийся в окно, плавно усиливался -- облачко, закрывавшее луну, сплолзало, уносимое ветром. Если б не зеленые глаза, лицо Тани казалось бы сделанным из гипса. -- Чушь! -- с неожиданным озлоблением выдохнула она. -- В какой дурацкой книжке ты это вычитал? Такая чепуха не может быть настоящей причиной -- нормальный человек не поедет черт знает куда из-за выдуманного идиотизма! Так делают только герои подростковых книжек про покорение Антарктики! -- Таня захлебывалась словами, -- Да скажи ты мне, наконец, правду, идиот ... мучитель ... -- Я тебе уже сказал -- постарайся понять. -- Я не могу. На несколько секунд стало тихо. -- Извини. Я была не права. Таня встала и отошла к окну. -- Постарайся понять, -- повторил Франц, -- как бы книжно это ни звучало: я не могу быть счастлив, не поняв произошедшего. Я должен дойти до конца. -- Конца чего? -- Конца Лабиринта. -- А если у него нет конца? -- по голосу Тани было слышно, что она вот-вот заплачет. -- Тогда я просто должен идти. В нужном направлении. -- Нужном кому? -- Мне. Для моего понимания. Раздались всхлипывания -- тихие и жалостливые. -- Перестань, малыш. -- скривившись от боли, Франц сел на постели. -- Иди сюда. Черный силуэт у окна не шевельнулся. -- Брось ... -- Таня вздохнула, сдерживая всхлипы, -- Если б ты меня жалел, то остался бы здесь. -- А если б ты меня любила, то пошла бы со мной. -- Я тебя люблю -- ты это знаешь. Прежде, чем ответить, Франц прислушался к своим ощущениям. -- Знаю. Резким движением Таня повернулась к нему. -- Может, все-таки останешься? Если мне не веришь, так хоть послушай Фрица: здесь можно быть счастливым. Хочешь заниматься наукой? Занимайся -- физикой, математикой, чем угодно ... Не хочешь математикой, разбирайся вместе с ним в этом идиотском балагане, в котором мы живем. Ну чего тебя несет на Четвертый Ярус? -- Я тебе уже говорил: сидя здесь, я ни в чем разобраться не смогу. -- А как же Фриц? Он что, этого не понимает? -- Таня шагнула вперед. -- Если хочешь знать, ты даже похож на него внешне -- только без очков. Даже имя -- и то похоже! -- Да при чем здесь имя? -- При том: если он может быть здесь счастлив, значит и ты сможешь! -- Не значит. -- Господи, ну что тебе еще сказать? -- было видно, что Таня старается успокоиться. -- Подумай еще раз, может ... -- Я уже подписал Постановление -- ты знаешь. Таня шагнула вперед и опустилась на край кровати. -- Знаю. -- тихо сказала она. -- А я подписала бумажку, что остаюсь. Стало тихо. Первым нарушил молчание Франц: -- Слушай, если б ты согласилась уйти со мной, то, может, мы смогли бы уговорить Фрица ... -- Я тебе говорила сто раз -- я боюсь. -- Боишься чего? -- Всего: боли, голода, пыток, унижений ... Боюсь неизвестности. -- Кто сказал, что на Четвертом Ярусе тебя будут пытать? Да по всем теориям Фрица ... -- Не знаю я ваших дурацких теорий. И не хочу знать -- ни одна теория не может предсказать того, что будет дальше. Франц откинулся на подушку. -- Трудно с тобой. Ты не слушаешься голоса разума. -- А ты? -- Таня гневно повернулась к нему. -- Ты слушаешься? Только законченный идиот попрется отсюда неизвестно куда! -- Ты можешь разговаровать спокойно? Или хотя бы вежливо? Таня опять встала и отошла к окну. -- Извини. -- и после долгого молчание. -- Я, наверно, пойду -- мы с тобой не договоримся ... -- Подожди. -- Францу стало страшно, что она действительно уйдет. -- Подожди, я согласен -- никакие теории не могут предсказать того, что будет на Четвертом Ярусе. Но предчувствия ... предчувствиям-то ведь ты веришь? -- У меня нет предчувствий насчет Четвертого Яруса. -- голос Тани звучал глухо и бесстрастно. -- А у меня есть -- насчет Третьего. Я чувствую фальшивку. -- Ты не умеешь чувствовать. Ты умеешь только наблюдать и делать выводы. -- Называй это, как хочешь, -- но здесь слишком чисто, слишком тепло ... Этот Фриц -- слишком дружелюбен и слишком увлечен своей наукой ... А при этом не понимает и половины из того, что происходит вокруг! Здесь есть что-то от Первого Яруса: медсестры и врачи, разговаривающие на никому не известном языке, какие-то таблетки ... Таня резко обернулась и подошла к кровати. -- Ну, тогда все сходится: если Третий Ярус похож на Первый, то тогда Четвертый будет похож на Второй. Это как раз то, во что они здесь верят! -- Она опять села на край постели и склонилась над Францем. -- Может, все-таки, останешься? -- Знаешь, чем наш разговор отличается от партии в шахматы? -- Чем? -- непонимающе переспросила Таня. -- Тем, что после троекратного повторения позиции шахматные игроки автоматически соглашаются на ничью. Какое-то мгновение Таня молчала, склонившись в темноте над Францем, потом громко всхлипнула. -- Ты ... ты ... На его лицо закапали слезы -- это была неудачная шутка. -- Извини меня, малыш, -- торопливо сказал Франц, -- я не хотел тебя обидеть. -- он притянул ее к себе за шею. 4. Таня: Развязка Осторожно, чтобы избежать щелчка, Таня закрыла дверь. Теперь: два пролета вниз по лестнице, двенадцать шагов до машины, двадцать два километра до Города. А сколько лет до конца жизни? Ей всего тридцать три -- остатка жизни может хватить надолго. "Без Малыша -- НЕ ХОЧУ ЖИТЬ! Тогда иди с ним вместе. А идти с ним -- НЕ МОГУ! Легко ему говорить, когда он не знает, как эта гадина мучила меня на Втором Ярусе." Она медленно пошла в кромешной темноте коридора, ведя рукой по стене, чтобы не

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору