Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Научная фантастика
      Шефнер Вадим. Небесный подкидыш, Исповедь трусоватого храбреца -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  -
здравствует неведомый изобретатель, некий гороховый Дедал, замысливший осуществление этой идеи. Когда он предложит свой проект человечеству, то на первых порах будет поруган и осмеян, - Ему ответят: "Это бред! Попал безумью в плен ты!" А после, через много лет, Воздвигнут монументы. Но я отвлекся. Вернусь к тому, что, стоя под гороховым деревом, я срывал с его ветвей стручки и с аппетитом поглощал их содержимое. Я ел, ел, ел-и ни мог насытиться. Но вот наконец настала блаженная минута: я почувствовал, что больше ни одной горошины съесть не могу. И тут я глянул в сторону и обомлел, затрясся мелкой дрожью. И было от чего! На этот самый луг из лесной чащи вышли два тигра. Одного из них я сразу узнал, - то был Кривохвост, мой знакомец. Второй экземпляр был поменьше, поизящней, я сразу догадался, что это - тигродама, законная половина Кривохвоста. Увидя меня, она свирепо замяукала) спружинилась - и у меня возникло убеждение, что сейчас для меня наступит спокойствие No 10. То есть они сожрут меня за милую душу. Но тут послышался второй голос - это Кривохвост замяукал... И вдруг вижу: мяучит он не в мою сторону, а в сторону своей подруги, склонясь к ее пушистому уху. И мяуканье у него не агрессивное, а с какими-то лирическими переливами. Потом оба удалились. На следующее утро я опять пришел туда питаться. Жую горох, и вдруг - новая встреча: из чащи выходит тигрище. Не Кривохвост, а другой. Остановился шагах в десяти от меня - и победоносно облизывается. Ну, думаю, не вернуться мне на Землю-матушку. А зверь остановился и вроде бы призадумался, вспоминая что-то. Потом мотнул головой, еще раз облизнулся на прощание - и мирно ушел в лес. У меня создалось впечатление, что он и съел бы меня, да ему кем-то дано руководящее указание не трогать этого аппетитного незнакомца. Ясное дело, это .Кривохвост заботу проявил, шефство надо мною взял, разъяснил своим собратьям по когтям. Что питаться мною - грех. С того дня я перестал бояться тамошних зверей. Я вдруг осознал, что я для них - парень свой в доску. 26. ВЕЩИЙ СОН Погода на Фемиде стояла отличная, дачная; пища была однообразная, но питательная; мои ручные часики трудились исправно, приближая час моего возвращения на Землю. Казалось бы, живи, надейся и радуйся. Но новая разновидность страха заползла в мой ум - то была боязнь невозвращения. Мне стало казаться, что Юрик никогда не прилетит за мной, что Юрика и в живых уже нет, что я здесь - один навсегда. А если так - то стоит ли жить? Стоит ли дожидаться того дня, когда я в назначенный час приду к подножию Храма Одиночества, буду там ждать прибытия моего друга, и никто не спустится ко мне с неба? Боязнь стать космическим невозвращенцем преследовала меня наяву и во сне. Настали двадцать седьмые сутки моего пребывания на Фемиде. Очень памятные для меня сутки! В ту ночь мне приснился странный сон. Странный тем, что, проснувшись, я позабыл его содержание, ведь обычно свои сновидения я запоминаю очень точно. А тут я помнил только то, что вначале мне было почему-то очень, очень страшно, а потом вдруг стало совсем-совсем не страшно, и проснулся я от радости, от желания поделиться с Настей счастливой вестью. Но Насти рядом не было, она жила за тридевять небес отсюда. И что за радостная весть - я не помнил. Вокруг же ничего радостного - все та же самая осточертевшая Фемида... Я спустился к ручью, умылся, потом позавтракал запасенным заранее горохом, потом стал шагать взад-вперед по поляне, пытаясь припомнить, что же такое замечательное я видел во сне. И вдруг кое-что вспомнил. Вспомнил, что сон мой заканчивался тем, будто я сижу на стволе того сломанного бурей дерева, которое тигровый хвост прищемило; сижу там, и в левой руке у меня записная книжка, а в правой - авторучка. И вот теперь - уже вполне наяву - я направился к этому дереву, сел на его шершавый, ствол и вынул из кармана своего потрепанного пиджака записную книжку и авторучку. И тут вспомнил то самое главное, что видел во сне, - и сделал короткую запись. Свершилось то, о чем я тайно мечтал всю жизнь: я открыл Формулу Бесстрашия. Осчастливленный самим собой, опьяненный радостью, сидел я на древесном стволе. В уме моем возникли гордые строки: Расступитесь, прохиндеи, Я великим стать могу - Драгоценные идеи Трепыхаются в мозгу! И вдруг послышался зловещий шум. В просвете между деревьями возникло длинношеее рогатое чудище. Оно приближалось... Быстрее зайца устремился я к чертежному дереву, быстрее белки поднялся в свое высотное жилище - и, дрожа от страха, стал ждать дальнейших событий. Меж тем животное вышло на поляну, и теперь я разглядел его получше. У него длинная жирафья шея, оленьи рога и четыре уха, одна пара на голове, другая - возле хвоста. Оно принялось поедать траву, и мне стало ясно, что для меня - опасности нет. Уважаемый читатель, не удивляйтесь моему испугу! Да, я открыл Формулу Бесстрашия, но ведь она нуждается в техническом воплощении; на ее основе я должен сконструировать СТРАХОГОН - тот самый прибор, наименование и внешний вид которого подсказала мне Главсплетня в одном из моих предыдущих сновидений. А пока этого прибора не будет, я, владелец Формулы Бесстрашия, по-прежнему буду трусоватым человеком. Обидно, но факт. 27. ВОЗВРАЩЕНИЕ НА ЗЕМЛЮ В назначенный срок я явился на лужайку возле Храма Одиночества. Звездолет прилетел вовремя, меня сразу с него увидели, и ладья-лифт, в которой восседал мой друг, приземлилась возле меня. Юрий был ошеломлен тем, что я удрал из Храма. Когда мы поднялись в звездолет, я соврал своему спасителю, что Храм покинул не из страха, а потому, что соскучился по природе. Затем коротко поведал ему о зверях, которых мне довелось видеть. - Узнаю твой героический нрав! - воскликнул наивный иномирянин. - Ты не по природе соскучился, тебе захотелось свое земное бесстрашие проявить! Ты намереино рисковал! Я не должен был высаживать тебя на Фемиде! Я - полуубийца! Я обалдуй, олух, остолоп, охламон, обормот, очковтиратель, обидчик... - Оборотень, охальник, опричник, отравитель, обыватель, обжора, - продолжил я. - Спасибо, Серафимушка! Как приятно слышать задушевные земные слова! Слушаю - и уши радуются! - растроганно произнес Юрик. - А теперь спеши в каюткомпанию, обедай вовсю! Ты ведь изголодал себя. - Прежде всего я должен побриться, - заявил я. - А то твои однопланетники с опаской на меня поглядывают. В салоне звездолета кроме тех подкидышей, которые, подобно Юрику, возвращались на изучаемые планеты, находилось четверо отцов с малолетними сыновьями - будущими подкидышами. Я спросил Юрика, не страшно ли этим папашам за своих детей. - Не страшно, не ужасно, не жутко, не боязно, - ответил мой друг. - Детишек подбросят не к каким-нибудь живодерам, живоглотам, жуликам, жадинам, жмотам, а к заранее разведанным добрым иномирянам. И учти: подбрасывают только мальчиков, девочки менее выносливы и более стыдливы. А ведь есть планеты открытого секса. Там... - Я человек женатый, меня такие бардачные планеты не интересуют, - целомудренно прервал я иномирянина. - Ты лучше расскажи, как твои сердечные дела движутся. - Дела великолепны! Свадьба сбылась! Я теперь вполне женатый человек! Я на Землю в последний раз лечу! - восторженно сообщил Юрик и пригласил меня слетать на - его планету, когда он будет туда возвращаться; обратно на Землю я смогу вернуться рейсовым звездолетом. Я поблагодарил его за это дружеское приглашение и добавил, что обдумаю его, но не произнес строк, которые у меня возникли в этот миг: Кот в подвале встретил мышь, Пригласил ее в Париж. Мышь ответила ему: - Нам парижи ни к чему. Когда я вспоминаю свой обратный полет на Землю, он кажется мне очень коротким. Это потому, что во время этого полета я обращал очень мало внимания на все, что окружало меня, ибо моя голова была занята разработкой проекта СТРАХОГОНА. Миниатюрный прибор должен иметь круглую шкалу с двумя стрелками. Черная стрелка показывает человеку степень его испуга или ужаса; зеленая стрелка показывает степень фактической опасности. Благодаря этому владелец прибора получит возможность даже в самых экстремальных условиях действовать в пределах разумной осторожности. Ведь часто мы, люди, преувеличивая степень опасности, впадаем в необоснованную панику и ведем себя так, будто нам угрожает неизбежная гибель. И этот слепой страх нередко приводит людей к гибели фактической. СТРАХОГОН поможет людям при самых неожиданных обстоятельствах сберечь свою нервную систему, самоуважение, а иногда и жизнь. Однажды, когда я, взяв записную книжку, принялся набрасывать некоторые детали будущего прибора, Юрик поинтересовался, чем это я занят. Мне почему-то не хотелось, чтобы он знал о моем открытии, но и врать не хотелось другу. И я изложил ему суть дела. Он был восхищен. Он заявил, что и его однопланетникам СТРАХОГОН мог бы иногда пригодиться, но, к сожалению, подкидыши имеют право заимствовать на чужих планетах только гуманитарные и кулинарные знания, но отнюдь не технические. В заключение он сказал, что ему понятно, почему я додумался до своей формулы: я хочу, чтобы все земляне стали такими же отважными, как я. Возражать Юрику я не решился. Мы благополучно приземлились на крыше моего родного дома. По земному времени наше отсутствие равнялось десяти минутам. Первым делом я заглянул к своим родителям. Их удивило, почему это я с рюкзаком и топором, - и я соврал им, что отправляюсь на субботник. А когда мать спросила, почему у меня такой радостный вид, я пробормотал что-то невнятное. Да, меня прямо-таки шатало от радости, что я опять на Земле. Когда мы с Юриком вышли из подъезда (друг решил проводить меня до трамвая), какая-то старушка, взглянув на меня, молвила укоризненно: - С утра надрался, гопник! - Голодранец, грязнуля, головотяп, гордец, глупец, греховодник, - восторженно продолжил Юрик. - А что еще? Подскажи, Фима! - Грабитель, графоман, головорез, громила, гужбан, горлодер, гангстер... Кажется, все. После комфортабельного звездолета странно было ехать в дребезжащем трамвае, а в душе пела радость: сейчас увижу Настю! И вот моя квартира, кругом - никакого космоса. Настя отворила дверь и озарила меня улыбкой No 8 ("Я тебе рада! " ). А я первым делом выложил на стол топор, а затем честно вернул ей 200 рублей, которые, как помнит уважаемый читателе, она мне вручила перед моим отлетом в надежде, что я обменяю их на инопланетную валюту и куплю каких-нибудь неземных дамских шмоток для пополнения ее гардероба. Сперва Настя огорчилась тому, что это коммерческое мероприятие не состоялось, но когда я рассказал ей о своих космических мытарствах, она зарыдала. Затем на лице ее возникла улыбка No 47 ("Радость сквозь слезы" ), и она заявила, что я, слава Богу, привез из этого путешествия самое главное - самого себя, и взяла с меня клятву, что впредь я ни на какие планеты летать не буду. Эту клятву я ей дал очень охотно. Когда я сообщил Насте о Формуле Бесстрашия и о СТРАХОГОНЕ, она, к моему удивлению, отнеслась к этому без особого восторга. Она сказала, что такой прибор очень бы мне пригодился, но ведь его так трудно осуществить практически... В этот момент из-за стены послышался шум; соседи приступили к музыкальной тренировке. Настя сочувственно посмотрела на меня, но я был спокоен. После пребывания в Храме Одиночества я стал бояться тишины. Теперь всякий шум действовал на меня успокоительно. Пусть ржут жеребцы и кобылы, Пусть мучает скрипку сосед - Хочу, чтоб душа позабыла Безмолвие дальних планет! 28. ПРОЩАНИЕ С ДРУГОМ Со дня моего возвращения на Землю прошло немного времени, но мне кажется, что в Космосе побывал я очень-очень давно, и вспоминается мне эта окаянная Фемида не то как сон, не то как бред. А дома у нас тишь и благодать. Настя утверждает, что характер у меня стал получше, - хоть и прежде мы с ней ссорились довольно редко. Не так давно я купил в комиссионке подержанный, но исправный телевизор, и по вечерам мы втроем смотрим всякие программы. В особенности довольна этим Татка. Она недавно сказала, что теперь у нас все как у нормальных. Весь свой отпуск я провел дома. Чертил не покладая рук, думал не покладая головы - и в конце сентября вручил директору ИРОДа чертеж СТРАХОГОНА и подробнейшую пояснительную записку. Через неделю после этого директор вызвал меня и сообщил, что идея сама по себе весьма интересна, но не вполне соответствует профилю ИРОДа, да и технически трудно осуществима. Однако в дальнейшем институт, возможно, займется моим изобретением вплотную. Меж тем ироды не дремлют. В отделе бытовой химии воздано съедобное мыло, которое очень пригодится не только в туристских походах, но и в быту. Сотрудники парфюмерной подсекции разрабатывают рецептуру духов, которые будут называться "Времена суток"; запах их меняется четырежды в течение дня. Дизайнеры ИРОДа готовят новинку - юбку с рукавами. Главсплетня (с которой я с недавних пор нахожусь в товарищеских отношениях) утверждает, что когда эти юбки выбросят в продажу, за ними будут вдоль и поперек Невского дамские очереди стоять. Увы, та же Главсплетня на днях принесла весть, что высшее начальство почему-то недовольно ИРОДом и даже подумывает о ликвидации нашего института. Быть может, это объясняется участившимися нападками прессы на деятельность ИРОДа? x x x Вчера Юрий Птенчиков навеки покинул Землю. Я проводил своего друга до моего родного дома, с крыши которого он должен был отбыть на свою планету. Но на крышу с ним подниматься не стал, простился с ним на нашем чердаке; а поскольку там никаких ангелов нет, расставальный наш разговор происходил наедине. - Ты мой спаситель, тебя я всегда помнить буду как героя! - воскликнул сентиментальный иномирянин. - Нет, Юрик, никакой я не герой, - признался я. - Если бы я героем был - ты бы не хромал. - И тут я честно рассказал ему, как дело было, как долго не мог я решиться прийти ему на помощь. - Все равно - для меня ты герой! И я знаю, как смело ты себя в своем НИИ ведешь, как с критикой выступаешь. - Юрик, это - не смелость храбреца, а нахальство тайного труса, рассчитанное на чужую - еще большую - трусость. А когда я заранее знаю, что мне могут отпор дать, - я тихо в сторонке стою. - Фима, один наш древний мудрец так выразился: "В каждом герое прячется трус, и в каждом трусе дремлет герой". Тебе надо понять себя. Ведь ты решился побывать на Фемиде - разве это не отважный поступок?! - Это я не отвагу, а лихачество показное проявил. Если бы я заранее знал, какой ужасна меня на этой сволочной Фемиде навалится, - черта с два бы на это решился... Правда, быть может, благодаря этому ужасу Я нашел Формулу Бесстрашия. - Фима, а скоро твой прибор будет запущен в массовое производство? - Ишь чего захотел! Скоро только сказка сказывается... Проект пока все еще у директора, у Герострата Иудовича в шкафу лежит. - Серафим, так ты предложи свой проект другому НИИ. - Юрик, а если он и там в долгий ящик ляжет? Может, в другом НИИ тамошний директор, какой-нибудь Вампир Люциферович, его под сукно положит. А наш директор наверняка обозлится, что я через другое ведомство действовать хочу, - и в должности меня понизит, а у меня зарплата и так невелика, полторы сотни ре. А впереди пенсия маячит, и учти, что у нас на Земле пенсия по зарплате начисляется. Мне надо смирно себя вести. Жизнь - это мост без перил, надо идти посередке, не забегая вперед, а не то тебя в реку столкнут. - Серафим, что же это получается?! Ты извини, но ведь ты философию трусости рекламируешь! Из твоих словес вытекает, что мелкий личный страх не разрешает тебе бороться за всеобщее бесстрашие - и за твое личное тоже! Я ошеломлен, озабочен, обеспокоен, обескуражен, озадачен... - Обманут, одурачен, околпачен, - присовокупил я. - Фима, для меня ты все равно герой! И спасибо тебе за помощь в освоении строгих слов земных! Благодаря тебе я возвращаюсь на родную планету словесным богачом! - Вот от этой похвалы не отказываюсь, - молвил я. Затем мы дружески обнялись - и расстались навсегда.

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору