Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Научная фантастика
      Мамаев Сайфулла. Вторжение 1-3 -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  -
етать и версию Порывайко. Может, Чернов сам не совершал преступление, но какое-то отношение к нему он явно имел. Не зря же девушка и милиционеры были убиты одним и тем же оружием. А то, что в обоих случаях применялось одно и то же, сомнений не было. Не предполагать же, что в Москве одновременно появилось несколько таких... А чего таких? Само оружие до сих пор не найдено. То, что нашли у Чернова, находится у эксперта и при нападении не применялось. Да еще эксперты воду мутят, заявляют, что нигде не могут обнаружить ни единой частички металла, из которого сделано это оружие. Ни на трупах, ни на поврежденной штукатурке. Но так же не бывает! Во всей истории криминалистики такого не было. Какой бы прочности ни было лезвие, а частички его все равно должны присутствовать в местах разрезов. Черт, как все запутано! Попробуй в такой ситуации доказать, каким оружием наносились удары и каким боком к преступлению причастен Чернов. Хотя от того факта, что именно он является связующим звеном между делом Акопян и нападением на СИЗО, тоже не отмахнешься... Нет, о случайном совпадении не может быть и речи. Тогда что? Кто-то подставляет Чернова? Может быть. Вполне. Но тогда кто такой этот парень, если его недоброжелатель не остановился перед нападением на отделение милиции? Во сколько, интересно, обошелся ему этот налет? Небось под миллион долларов, если не больше - уж больно хлопотное дело. - Слава, свидетелей нападения на отдел нужно отпускать, - сказал Глотов, заходя в кабинет, где сидел руководитель бригады. - Люди усталые, злые, все равно больше ничего не скажут, а обиду на нас затаят. Сам понимаешь, не в наших это интересах. - Давай, - согласился Малышев. - Что у нас по очевидцам? - Таксисты, работающие в районе, выявляются, завтра приступим к допросам. Водители общественного транспорта тоже, - доложил Глотов. - Текст обращения к москвичам подготовлен, требуется твоя виза. Эксперты обещают предварительное заключение только к завтрашнему вечеру. Усиленные патрули разыскивают беглецов. По местам вероятного появления отправлены группы захвата. Но я думаю, что завтра пойдут первые добровольно вернувшиеся. Это если ты согласишься подписать обращение. Я при его составлении подумал, что нам важнее получить от них информацию по обстоятельствам нападения, чем чтобы их судили за украденный ящик пива, и от твоего имени пообещал добровольцам послабление. Как, не возражаешь? - Извини, Женя, но с этим к прокурору. - Малышев понимал, что фээсбэшник прав, но взять на себя ответственность не решался. - Я так и думал! - Глотов кивнул и бросил листки на стол. - В любом случае, вот возьми. А подпишешь или нет, дело твое. Что у нас на очереди? *** Сурков и его жена Мария Александровна по давно укоренившейся привычке сидели на кухне и за чаем с вафельным тортом обсуждали домашние проблемы. А так как главная их забота - Нина, особых хлопот не доставляла, то и разговаривать было особо не о чем. Так что рассказ Геннадия Семеновича о ночной трагедии и о том, как следом за ней кто-то напал на следственный изолятор и разнес его до основания, пришелся как нельзя кстати. Мария Александровна была так потрясена тем, что маньяк, нападавший на невинных девушек, опять на свободе, что чуть не уронила чайник с кипятком. Это что же получается, раньше он один свои жертвы пластовал, а теперь еще и с дружками вместе будет насиловать? - Геннадий, ты бы сказал нашей Нинке, чтобы дома сидела и никуда не выходила, - обратилась она к мужу. - Вон темень уже, а ее все нет. Вот придет, я ей устрою! - Маша, успокойся, что ты на дочку-то наговариваешь, - мягко возразил Сурков. - Уж нам-то на нее грех жаловаться. Ты бы посмотрела, что у других делается Наркота, алкоголь... Знаешь, каких соплячек в отделение доставляют? Бандитки, двенадцати нет, а они людей грабят. Места неиспользованного нет. Полный комплект болезней. - Вот молодец! Вот придумал! - Мария Александровна всплеснула руками. - Я не для того дочку воспитываю, чтобы ее с такими сравнивали! Еще не хватало! Ты хотя бы подумал, прежде чем такое говорить! Да наша Ниночка... - Вот, - спокойно сказал Сурков. - Теперь ты сама поняла, что нечего дочь ругать. Хорошая деваха выросла, спасибо скажи! А ты такой шум подняла... - А нечего мне на ночь глядя страсти такие рассказывать. Вот удумал-то, маньяки, топоры... - парировала супруга. - Сам напугаешь, а потом... Спор был прерван звонком в дверь. Грузная Мария Александровна вскочила со стула и колобком покатилась открывать. Два громких щелчка, по одному на каждый замок двойной двери, и началось привычное чмоканье, сюсюканье, и после некоторого возмущения избыточной экспрессивностью мамы послышался счастливый смех обеих. Геннадий Семенович довольно улыбнулся. Вот ради таких вечеров и стоило жить! Как же он любил, когда все его маленькое семейство собиралось вместе! Он и представить себе не мог, как это дочь уйдет из отчего дома, в ее жизни появится мужчина, который будет ее мужем, главой ее семьи... Нет, лучше об этом не думать. Кто бы ни был ее избранник, пусть себе твердо усвоит, что Сурков - это не фабрика мягких игрушек. Свою дочь он обижать не позволит. Геннадий Семенович достал из дипломата свежий "Космополитен". Барахло, конечно, но что делать - остальные журналы, говорят, еще хуже. Узнав, что сегодня на службе делать нечего, все клиенты разбежались, он прошелся по судьям, раздал презенты, согласовал сроки, выше которых подопечные не получат, и, чтобы не возвращаться домой с пустыми руками, купил дочке последний номер. Сам виноват - приучил ее к ежедневным подаркам. - Папулька, как дела? - Нина влетела на кухню и ткнулась мягкими губами в щеку отца. В кухне сразу стало как будто светлее. - Да вот, сидим с мамой и ждем тебя, - радостно улыбаясь, ответил отец. - Я, грешным делом, рассказал ей про побег маньяка, вот она и дрожит за тебя, говорит, темно, а Нинка загуляла, домой не идет. - Я у Вики была, - сообщила Нина. Она схватила кусочек торта и, запивая холодным молоком, стала есть. - Нинка, сколько раз тебе говорить, чтобы сладким аппетит себе не портила! - закричала Мария Александровна. - Я котлет нажарила, пюре натолкла... - Давай. - Нина кивнула, пшеничные волосы упали на лоб. - И огурец соленый тоже. - Как, после сладкого? - удивился отец. - А потом еще раз сладкое будет. - Нина побежала мыть руки. - После ужина! Старшие Сурковы переглянулись и заулыбались. Нет, такой дочки ни у кого нет. И вдруг дом сотрясся от страшного удара. В коридоре загрохотало - это упала двойная дверь вместе с рамой. Куски цемента и штукатурки влетели в коридор и, ударившись о стену, посыпались на пол. Осененный страшной догадкой, Сурков замер. Жена, сорвавшись с места, пробежала мимо неподвижного Геннадия Семеновича и выскочила в коридор - лишь для того, чтобы через мгновение ее голова с обрубком плеча вкатилась назад, рассеяв по стене веер кровяных брызг. Несколько теплых капель попало на лицо супруга, но даже это не вывело его из оцепенения. Адвокат обреченно ждал своей участи. Вот сейчас войдет Чернов и... Тяжелые шаги приближались. Сурков не смел поднять голову и взглянуть в глаза убийцы. Но он увидел ноги. Боже всемилостивый, да разве это... человеческие? Разве у людей бывают такие? Господи, спаси и помилуй, что это? В наступившей тишине хлопнула дверь ванной. Нина? Боже, его девочка! Может, хотя бы она спасется! - Нинка, беги! - закричал Сурков и, схватив со стола старый кухонный нож, взглянул на своего врага, - Ну, давай... - Сколько раз я тебе говорил, Андрей, чтобы ты не порол горячку? И вот, пожалуйста, рисунков нет, одни только твои слова. Как же, я тебя спрашиваю, горячая твоя башка, я смогу теперь составить о них более или менее точное представление? - Баграмов вскочил и зашагал по комнате. - Как, скажи мне? - Хочешь, я тебе нарисую? - отозвался Соколов. - Ты же знаешь, я могу по памяти... Но это, конечно, будет копия... жалкая копия, совсем не передающая силу произведения. Да и зачем они тебе? Сравнивать с твоими материалами? Или искать аналогии в Библии и других святых и древних книгах? Старо и малоэффективно. - Да нет, ты не понял! - Профессор замахал руками. - Нет, я не имел в виду чушь, которую пишут в романах на мистические сюжеты. Нет, тут другое... Ты будешь смеяться, но постарайся выслушать меня серьезно... и до конца. Соколов поднял обе руки ладонями к собеседнику, мол, все, молчу. - Помнишь, при одном из прежних президентов, вернее даже будет сказать во времена правления его всесильного охранника, ходили одно время разговоры о разработке у нас в стране психотропного оружия? Вернее, я бы даже сказал - психотропного оружия массового воздействия? Так вот, открою тебе маленький секрет, меня тоже привлекали к этой программе. Да, да, и не вскидывай так удивленно брови, я знаю, что и тебе поступали такие предложения. Ко мне пришли сразу после твоего отказа. А вот я согласился. И не потому, что желал быть поближе к власти, просто давно хотелось собрать вместе таких людей, как ты, как покойная Кулешова или Озолиня, например... Надеюсь, слыхал о ней? Нет? Наставник, соблюдая договоренность, молча помотал головой. - Странно. - Баграмов удивленно и разочарованно поджал губы. - Это же новая звезда в вашем деле! Совсем недавно вернулась из Испании, а уже знаешь сколько людей успела исцелить? И не морщись, пожалуйста, я тоже кое-что в этом деле понимаю и могу отличить шарлатана от того, кто действительно помогает людям. Соколов равнодушно пожал плечами. Ну, лечит так лечит, Бог ей в помощь. Он-то почему должен помнить обо всех? Тем более что все равно они не конкуренты, Андрей Георгиевич давно уже не стремится к славе... - Ну, не знаешь, такие знаешь. - Василий Сергеевич махнул рукой. - Ну так вот, начал я сколачивать команду, собрал энное число экстрасенсов, твое, кстати, словечко. Экстрасенс. Придумал же! Ну и всяких других тоже - ясновидящих, гадалок, общающихся с душами умерших, искателей... Ну и прочих, всех не перечислишь. И знаешь, поразительные результаты были. Ты-то меня понимаешь, а вот другие просто не верили своим глазам. Говоришь: вот смотри, пощупай, потрогай... Нет, отвечают, это фокус и вы нас обманываете. Коперфильдами домашними называли. А я им говорю: вы нас хоть на десятую часть того, что этот трюкач получает, профинансируйте, я вам все его фокусы повторю. Да мы такое сделаем, что весь мир ахнет! Ну а когда нашего шефа турнули, нашу программу и прикрыли... Новые фавориты от ненависти ко всему, что всесильный генерал делал, рушили всю систему... Ну, это ты и без меня знаешь. Вот с тех пор... Слушай, а почему это ты все молчишь? Неинтересно, что ли? Соколов растерянно улыбнулся: - Ну хорош! Ты же сам просил меня молчать и дать тебе договорить. А теперь виноват, что тебя не перебиваю. Так что, теперь можно? - Ну ты и вредный! - засмеялся Баграмов. - Нашел все-таки, как уесть. Но и я тебе отвечу тем же. - Ну давай, давай! - весело произнес Андрей Георгиевич. - Попытки меня достать - это же твое любимое занятие. - Хорошо. - Василий Сергеевич вытянул руку вперед. - Вот смотри, ты согласен, что есть феномен памяти у неживых предметов? - Разве что деформация. Это все, чему тебя научили в вашей конторе? Тогда вас правильно... - Стоп! - Баграмов поспешил остановить товарища, пока тот не ляпнул чего-нибудь, о чем потом пожалеет. - Ты хочешь сказать, что не признаешь такого явления, как розыск людей по их вещи? - Собаки же находят... - Андрей, ты же знаешь, о чем я говорю! - вскипел профессор. - Вася, вот ты все стараешься усмирить свою восточную кровь, а все равно не получается, - усмехнулся Соколов. - Я еще покойной Кулешовой говорил, что нет эффекта кожного зрения, но она меня не послушала и ради утверждения своей правоты жизнь свою положила. - Но я же сам видел, - Баграмов ударил большим кулаком себя в грудь, - как по фотографии человека разыскивают. Своими глазами! И эксперимент ставил чисто, без всяких допусков. - Да кто же спорит? Я знаю, что у некоторых людей есть такие способности, - деланно равнодушным тоном проговорил Наставник. - Никто не спорит. Профессор вдруг успокоился и, подозрительно прищурившись, посмотрел в хитро блестевшие глаза товарища. - Ну давай-давай, выдай свою теорию, - требовательно сказал он. - Я тебя знаю. Раз ты так хитро глядишь, значит, что-то придумал. - Да что давать-то? - начал Соколов. - Я давно говорю, что все мы живем в информационном поле, но видим только часть его проявлений. Ну вот словно в той притче, где слепые слона ощупывали. Некоторым же, таким как твои ведуны и искатели, дается увидеть несколько больше. Но тоже только частичку, кусочек... Кто-то видит след предмета в пространстве, а кто-то видит развитие судьбы индивидуума во временной среде информационного поля... Таких и называют ясновидящими. Пример тому - Нострадамус. И то, что называют кожным зрением... Ну помнишь, как я по цветным воздушным шарикам стрелял? Чтобы был определенного цвета. Вы ведь считали, что я держу в памяти, где каждый хранится, а я просто пользовался тем, что мне давало поле. Так же и вождение вслепую. Ты хоть десятью слоями мне глаза закрой, а я все равно дорогу вижу. Только не так, как вы, а совсем... Подожди, я же к тебе совсем за другим пришел. Ты мне голову заморочил. - Я не заморочил, я просто подводил тебя к тому, что мне нужен кусочек чего-то, что принадлежит твоему... - Баграмов вспомнил, что собеседник до сих пор не назвал имя художника. - Как, ты говоришь, его фамилия? - Чернов. Олег Чернов. - Что? - удивился Василий Сергеевич. - Это не тот, который в розыске? Его еще по телевизору показывали? Соколов кивнул: - Он самый. Но все это чушь. Поверь моему опыту, парень не виноват в том, что ему приписывают. Баграмов испытующе посмотрел на Соколова: - Уверен? - Полностью. - По одним рисункам? - Ну, твои же подопечные могли по фотографии найти человека, - засмеялся Андрей Георгиевич. - Придется тебе поверить мне на слово. Василий Сергеевич молча кивнул. Да, приходится признать: Соколов вновь переиграл его. Ну, к этому не привыкать, профессор давно свыкся с тем, что его друг необыкновенный человек и соревноваться с ним в быстроте мышления бесполезно. Как, впрочем, и в мышечной реакции. - Ладно, давай начнем поиск твоего гения, - примирительным тоном сказал Баграмов. - И хочешь ты или не хочешь, а придется нам обратиться к Алле Рихардовне Озолине. Баграмов подошел к телефону и, включив громкую связь, набрал номер. Он сделал это из уважения к Сoколову - пусть знает, что у Василия Сергеевича нет от него секретов. - Да? - прозвучал в динамике нежный девичий голос. - Здравствуй, Илсочка, это Василий Сергеевич, - представился Баграмов. - Мама дома? - Здравствуйте, Василий Сергеевич, - ответила девушка. - Я вас узнала. Мама дома, но она спит. У нее очень тяжелый больной... Но если что-то важное, я ее разбужу. Баграмов вопросительно посмотрел на Соколова. Тот сделал отрицательный жест рукой. - Нет, нет, девочка, не нужно, - проговорил он в микрофон. - Как вы там поживаете? А то что-то я давно о вас не слышал. Мама чем занимается? - Мама там же, в больнице работает... да и в частном порядке тоже, - щебетала собеседница Баграмова. - Я юристом в провайдерской фирме... Маме передать что-нибудь? Может, сказать, чтобы она вам перезвонила? - Да нет, не надо, я завтра позвоню, - сказал Баграмов. - Если какие будут трудности, звоните. Скажи маме, что я... Ладно, я сам ей скажу. Ну хорошо, Илсочка, не забывай старика, звони. - Эх, Андрей, знал бы ты, какая красавица дочь у Аллы! - Василий Сергеевич в восхищении закатил глаза. - Был бы сын, женил бы не задумываясь. *** Порывайко вернулся домой по обыкновению поздно. Инна, казалось, уже научилась угадывать, когда он явится. Ужин еще не остыл, по крайней мере можно было не разогревать. Идя домой, Виктор даже не представлял, что его там ждет. Инна весь день разрывалась между рассматриванием картинок в альбоме и строительством планов, как заставить мужа исполнить супружеский долг. Все, хватит, она больше не позволит манкировать ею. Если он затрахался на работе, то пусть ее бросает. Свою работу, конечно. Инна еще не знала, что произошло прошлой ночью Впрочем, за долгий день она себя накрутила так, что на нее не подействовала бы и новость о гибели целого милицейского отделения. Хорошо еще ужин приготовила. Правда, хватило ее только на отварную вермишель да разогретые вчерашние сосиски, но голодный муж проглотил все за милую душу. Глаза его слипались, Инна видела это, но остановить ее уже ничто не могло. Свое она с Виктора получит, пусть даже с мертвого! Не за тем замуж выходила, чтобы только сосиски греть. Быстро, пока супруг размешивал сахар в чае, Инна влетела в спальню и, сбросив халат, надела приготовленное заранее черное прозрачное боди, пристегнула тонкие чулки, тоже черные - они шли в комплекте с эротическим бельем. Как бы муженек ни кивал носом, такое зрелище должно его встряхнуть. Иначе пусть пеняет на себя. Верность дело хорошее, но только тогда, когда ее ценят. Подскочив к зеркалу и подправив новую прическу - хорош муженек, даже не заметил ее - Инна освежила помаду. Продавщица сказала, что это очень эффектный и модный оттенок. Якобы на мужчин действует неотразимо. Как это происходит, Инна не понимала, но раз так говорят... Хотя, может, действительно оттенок такой, что женщинам непонятно, а мужики чувствуют? Ну да! Быть такого не может, чтобы она чего-то не замечала, а Виктор заметил. Врут небось. Инна в раздумье повертела тюбик в руках. А что, если этой помадой соски намазать? Она где-то читала, что за рубежом мода такая. Во всех топлесс-шоу якобы так делают. Недолго думая Инна приспустила лиф боди и тщательно подкрасила грудь. Затем полюбовалась своим отражением. А что, очень даже ничего! Ничего?! Да просто здорово! Все! Вот теперь она во всеоружии! Сунув ноги в домашние туфли без задников на высоком каблуке, Инна вышла к мужу. - Мужчина, не хотите ли... - Она собралась произнести фразу, услышанную в какой-то порнушке из тех, что иногда приносил Виктор, но осеклась. Супруг, положив голову на сгиб локтя, спал. Вот мерзавец! Для кого же она так старалась? Кровь бросилась ей в голову. Да что же это такое! За кого он ее принимает? За кухарку? Или за прислугу? Да на нее столько мужчин заглядывается! Если бы только она захотела... Ну все, ее терпение кончилось. Первый же, кто предложит знакомство, заполучит ее в постель. И второй. Хватит свою молодость хоронить в четырех стенах. Женщина, злая, снедаемая желанием, пошла в спальню. Что за день дурацкий! Мало того что Андрей Георгиевич наорал на нее, реставратора какого-то искал. Ремонтировать, что ли, что-то собрался? Так она-то здесь при чем? Как будто Инна из бюро добрых услуг. А теперь вот и муж подарочек преподнес. Ночь, к которой она так долго готовилась... Неужели придется опять? Как же она не любила то, что называют мас

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору