Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Фэнтази
      Булычев Кир. На пути с обрыва -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  - 127  - 128  -
ю красную глину здания почтамта и оставили машину на стоянке, профессор доверил Ко тащить за ним неподъемный портфель. У входа в почтамт толпились в основном пожилые и просто старые марсиане с кляссерами, ожидая, когда начнется спецгашение. Многие приветствовали профессора. Но Ко показалось, что, как правило, теплоты в приветствиях не было. Внутри почтамт представлял собой высокий сводчатый зал, вокруг которого располагались окошки. К некоторым стояли небольшие очереди. -- У нас есть пятнадцать минут до начала гашения, -- сказал профессор. -- Где твой свидетель? -- Я знаю не больше вас, папа, -- ответила Ко. И в этот момент из-за колонны походкой римского сенатора вышел господин Артур дю Гросси, муж Коры и потому инкогнито зять профессора дю Куврие. -- А, вы уже здесь! -- произнес профессор с разочарованием, и Ко поняла почему: взгляд его остановился на кучке скромно одетых пожилых людей, которые сгрудились вокруг скамейки, где вальяжный старик с двумя длинными серебряными косами разложил альбом с марками. -- Свидетель ждет! -- торжественно объявил Артур и тут же обернулся к Ко, словно только что заметил ее. Незаметно от профессора подмигнув, он спросил официально: -- Как вы спали, Вероника? -- Без вас мне всегда одиноко спать, -- нагло ответила Ко, Артур зашелся в кашле и покраснел, а профессор поморщился. -- Не терплю глупых шуток! -- заявил он. Ко чуть было не сказала, что это не шутка, но Артур резко потянул профессора к толстой колонне, уходящей под потолок зала. Ко пришлось торопиться за ними, волоча портфель, который кирпичной ношей рвался к полу. Так что из-за портфеля Ко чуть опоздала и подняла глаза в тот момент, когда профессор уже кланялся госпоже Аалтонен, директрисе Детского острова, столпу педагогики и верному помощнику комиссара Милодара. Так что первым чувством Ко было облегчение от того, что свидетель -- это свой человек, и лишь встретившись взглядом с госпожой Аалтонен и увидев в этих глазах откровенную панику, Ко встревожилась: а все ли проходит так гладко, как обещал комиссар? -- Здравствуйте, -- сказала Ко робким голосом, как положено приветствовать директрису детского дома. -- Ах, -- произнесла директорша. --Это вы тут... -- Что такое? -- вдруг спросил профессор. -- В чем дело? Я чувствую неладное. -- Разрешите представить вам, -- вмешался смущенный Артур, который, видно, не понял значения этой сцены, -- директрису детского дома на острове Кууси, я правильно говорю? -- Правильно... -- Доктора педагогики госпожу Розу Аалтонен. -- Оу, -- сказал профессор с неким завыванием, которое он приберегал для разговоров с персонами высокого ранга. Почему-то он отнес госпожу Аалтонен именно к ним. Возможно, на него произвели впечатление размеры мадам, ее сходство с гигантским пингвином, чему способствовал строгий черный костюм и белая манишка госпожи Аалтонен. -- Вы прилетели с Земли? -- Вот именно, -- сказала Аалтонен, и взгляд ее нервно метался между профессором, Ко и Артуром. Порой ее глаза мутнели, будто она старалась прислушаться к внутреннему голосу. Правда, внутренний голос, как вскоре сообразила Ко, находился точно сзади Аалтонен, метрах в десяти и представлял собой двух силачей князя, которые даже не старались казаться похожими на филателистов. -- Тогда попрошу ваш паспорт, диплом и удостоверение -- все документы, которые вы удосужились захватить с собой. -- Профессор уже преодолел первую реакцию почтения, и его сварливость взяла верх. -- Я хотел бы убедиться в том, что вы -- это вы. -- О да, -- сказала директриса и, открыв старомодную сумочку, принялась рыться в ней, а Ко поняла, что Аалтонен, не выдав ее в первое мгновение, тем более не выдаст ее сейчас. Может, все же мадам состоит в агентах комиссара? -- Папа, -- Ко потянула профессора за рукав, -- это в самом деле наша директриса. Она очень строгая, но мы ее уважаем. -- Помолчи! -- приказал профессор и выхватил из пальцев Аалтонен ее галактический паспорт. -- Верю, -- сказал он, коротко скользнув взглядом по первой странице, и вернул документ. Затем через плечо тоскливо посмотрел на растущую толпу коллекционеров, которые стягивались к окошку, за которым должно было происходить гашение. Профессор беспокоился, что штемпель могут поставить без него. У этого человека отсутствовали критерии того, что хорошо, а что плохо, что важно, а что -- пустяк. Он был рабом своей коллекции, и, как назло, она была слишком дорогой, а потому люди становились игрушкой в борьбе за нее. -- Говорите! -- приказал профессор. -- Кто эта девица? -- Это... -- Госпожа Аалтонен проглотила слюну. Ее большой кадык неуверенно дернулся. Ко похолодела. А вдруг она -- не агент Милодара? И через несколько секунд здесь прозвучат выстрелы -- силачи расстреляют самозванку. -- Это Вероника... -- Сказав так, директриса осмелела и повторила уже уверенней: -- Вероника! -- Откуда вам известно ее имя? -- спросил профессор. -- Мы называем детей... порой по случайным, совсем случайным деталям. Но в случае с Вероникой мы были почти уверены в ее имени. -- Почему? -- Профессор вцепился в директрису взглядом. -- На шее у девочки был золотой медальон. В нем находилась старая почтовая марка с надписью "Вероника". Мы определили, что так называлась маленькая английская колония в Карибском море, рядом с островом Тринидад. Марка относилась к выпуску 1886 года... -- Красная? Три пенса? -- Голос филателиста сорвался. Он закрыл лицо руками. Он плакал. Все вокруг замолчали. Было неловко видеть, как трясутся узкие плечи этого короля почтовых марок. -- Простите... -- Профессор вытер глаза рукавом, шмыгнул носом и спросил: -- А что случилось с этим медальоном? -- О! -- воскликнула госпожа Аалтонен. -- Вероника бежала из детского дома так быстро, что не оделась и забыла свой медальон. -- Вы привезли его? -- догадалась Ко. -- Простите, Ко... Вероника! Я думала, что помогу тебе отыскать твоего отца. Директриса раскрыла свою сумочку и долго, мучительно долго копалась в ней, пока наконец не извлекла бумажный пакетик. Из него вытащила толстыми пальцами плоский золотой овал на тонкой цепочке. -- Это он! -- закричал профессор. Он выхватил медальон из пальцев директрисы и открыл его. Выпавшую марку колонии Вероника он положил на ладонь и не дыша начал ее рассматривать. Наконец, вспомнив, что он здесь не один, профессор произнес: -- Это очень редкая марка. Ее нельзя подделать, потому что я помню расположение штемпеля. Все эти годы я страдал от того, что она потеряна для моей коллекции. Спасибо вам, мадам, за то, что вы возвратили эту ценность домой... -- Вы имеете в виду марку? -- Директриса была потрясена душевной извращенностью профессора. -- Марку или дочку? -- С дочкой теперь все ясно, -- отмахнулся профессор. -- Кстати, это вы забрались в сейф детского дома и достали оттуда секретные генетические карты? -- Да, -- упавшим голосом произнесла директриса. -- И много вам за это заплатили? -- Клянусь вам, что ни гроша... -- Не важно. Даже если это так, то, значит, вам заплатили не деньгами, а молчанием. На свете есть только корысть и шантаж. -- Как вам не стыдно... --А я не лучше вас, госпожа Аалтонен. Но я, по крайней мере, не делаю вида, что люди мне дороже марок. Марка -- это совершенное создание природы. Человек -- скопище недостатков. Почему я должен любить людей больше, чем марки? Почему? Госпожа Аалтонен молчала. Она с трудом сдерживала слезы. -- Теперь вы, папа, удовлетворены? -- спросила Ко. -- Теперь я удовлетворен, моя доченька, -- ответил профессор. Он достал из верхнего кармана своего потертого, блестящего на локтях пиджака маленький пластиковый пакетик и вложил в него марку. Его пальцы дрожали от возбуждения. Затем он спрятал конвертик, а медальон собственноручно повесил на шею Ко. -- Носи, -- сказал он. -- Все в порядке. Ты -- моя потерянная и возвращенная дочь. Профессор обернулся к Ко. Глаза его сияли. Это было немыслимо -- увидеть сияющие глаза этой бумажной крысы. Он поднялся на цыпочки и поцеловал Ко в щеку. -- Какое счастье! -- воскликнул он. -- Спасибо вам, госпожа Аалтонен, у меня больше нет сомнений. Вы все можете идти. А ты, дочка, подожди меня здесь. Береги портфель. И с превеликим облегчением, словно выкинув из головы собеседников и саму проблему поисков дочери, он кинулся 'к толпе филателистов, которые двинулись на штурм окошечка, где начиналось гашение. Оттуда отдельными выстрелами звучали удары почтового штемпеля. Ко осталась лицом к лицу с Артуром и директрисой. -- Спасибо, -- сказала Ко, -- что вы прилетели. -- Не беспокойся, -- ответила директриса, часто мигая белыми ресницами. -- Не беспокойся, Вероника. Все будет в порядке. -- Теперь, девочки, -- обратился к директрисе и ее ученице Артур, -- ваша задача -- поскорее отвезти этого крысенка в Совет, пускай оформит отцовство, как положено. -- Это уж он сам будет решать, -- возразила Ко. -- Как я могу ему это сказать? -- Ты что думаешь, "Сан-Суси" вечно здесь будет парковаться? -- спросил молодой муж. -- Почему это связано одно с другим? -- спросила Ко. -- Много будешь знать, скоро состаришься, -- прошипел Артур, заметив, что профессор возвращается к ним. Он поспешил спрятаться за стол, профессор заметил этот маневр, но отнесся к этому философски. -- А этот жулик все здесь крутится! Я знаю, он рассчитывает оторвать клок от того, что они берут с меня за беседу с вами, госпожа Аалтонен. Не поддавайтесь, торгуйтесь, как дьявол -- иначе вам ничего не достанется. Я же понимаю, что они ничего не делают бесплатно. Завтра и я от них получу счет за находку моей дочери. И с неожиданной нежностью он потрепал Ко по руке. Впрочем, она тут же поняла, что ошиблась, назвав это чувство нежностью. Просто она стала значительным прибавлением к его коллекции. -- Как вам моя дочь? -- спросил он у директрисы. Но та не думала о Ко. Оказывается, ее занимала совсем другая проблема. -- Вы заявили, -- воскликнула она, -- что я приехала сюда ради получения определенной суммы денег! Так вы не правы! Из-за колонны выскочил толстый камергер и позвал ее: -- Госпожа Аалтонен, госпожа Аалтонен, мы вас ждем! -- Ага, -- засмеялся профессор. -- Засуетились, испугались, что их денежки убегут. -- И, обратившись к колонне, из-за которой выглядывала физиономия Артура, заявил: -- Госпожа Аалтонен едет сейчас вместе со мной в мэрию. Вы слышите, жулики? Там она мне нужна как свидетель при одном юридическом акте. Поехали! Никто не откликнулся из-за колонны. Лишь оба силача князя, что стояли в отдалении, играли мышцами. Потом, подчиняясь какому-то приказу, поспешили к выходу. Это встревожило Ко. И она, хоть и дала себе слово не вмешиваться в отношения между всеми этими людьми, негромко сказала профессору, когда они втроем шагали через зал: -- Будьте осторожны, папа, за нами следуют силачи князя Вольфганга. -- А ты чего от него ожидала? -- ответил профессор. -- Конечно же, они глаз с нас не спустят. Как бы мы не украли у них госпожу Аалтонен. Он обернулся к директрисе и взял ее под пышный локоть. Он был на голову ниже ее и втрое тоньше, но так уверен в себе, что разница в размерах не ощущалась. -- Госпожа Аалтонен, -- сказал он, -- я проникся к вам искренней симпатией. Независимо от причин, которые заставили вас прилететь сюда, вы совершили благородный поступок -- восстановили мое семейство. И я сделаю все от меня зависящее, чтобы вы получили причитающиеся вам деньги и улетели на Землю. -- Но вопрос не в деньгах... вопрос вообще не в этом! -- Госпожа Аалтонен говорила срывающимся голосом. -- Ну ладно, ладно, не надо переживать. Деньги еще никому не мешали. Ведь важны не деньги -- важен ваш честный, благородный поступок. Лицо госпожи Аалтонен стало малиновым, Ко испугалась, что щеки ее могут лопнуть от прилива крови. Но профессор ничего не замечал. Он отворил дверь в машину и пригласил Аалтонен внутрь. Затем проверил, не потеряла ли Ко драгоценный портфель, и занял место за рулем. -- Надеюсь, -- сказал профессор, уверенно ведя автомобиль, -- что вы сможете уделить мне еще полчаса вашего времени, притом бесплатно. -- О, конечно! -- откликнулась директриса. -- Вся операция, в которой вы будете свидетельницей, займет совсем немного времени. Мы покончим с загадочным прошлым и откроем себе будущее. Машина затормозила перед зданием мэрии. Оно было схоже с почтамтом, и если бы не вывеска, Ко могла бы их спутать. На Марсе еще не наступила эра собственных архитекторов и собственных мод -- строили лишь так, чтобы главной заказчицей была надежность. Профессор провел своих спутниц на второй этаж и, указав на жесткие стулья в коридоре, велел дожидаться его. Впервые за все время директриса и сбежавшая сиротка остались вдвоем. Ко боялась, что их могут подслушивать, и ждала, что же скажет директриса. Та почему-то молчала. Ко уже открыла было рот, чтобы спросить, почему не видно комиссара Милодара. Ведь он руководит всей этой операцией. Но тут заговорила директриса. И ее слова прозвучали неожиданно. -- Ко, что ты тут делаешь! -- громко прошептала она. -- Я чуть с ума не сошла. -- А кого вы ожидали увидеть? -- улыбнулась Ко. -- Как кого? Разумеется, Веронику. Я прилетела, чтобы опознать ее. И когда увидела тебя, то буквально впала в шок. Я чуть было тебя не выдала. Я могла тебя погубить! -- Неужели комиссар вам ничего не успел сказать? -- А почему комиссар должен был мне что-то говорить? Ко удивилась: -- Так вы сюда прилетели не по заданию комиссара? -- О нет! -- Крупные слезы сорвались с белых ресниц директрисы и покатились по красным щекам. -- О нет, я здесь по причине моего преступного прошлого! Я есть риколинен. Я так виновата перед тобой... -- Но что? Что? Я не понимаю! Всю свою сознательную жизнь Ко привыкла воспринимать директрису как высший авторитет, как бога, управляющего делами островного мира. И крушение божества всегда больно видеть. Всхлипывая и сморкаясь в кружевной платочек, директриса призналась Ко, что в юности была "сладкой девочкой" -- то есть попала в лапы Вольфганга дю Вольфа, который в те дни не был ни Вольфгангом, ни дю Вольфом, а был более известен как межпланетный карточный шулер Карлуша, скользкий как угорь, за которым тянулись хвосты десятков незавершенных или недоказанных уголовных дел. Был он молод, хорош собой, дьявольски нахален и смертельно опасен для романтически настроенных девиц, к которым и относилась молодая студентка Стокгольмской консерватории по классу арфы Розочка Аалтонен. Девочка потеряла голову, бросила консерваторию и очутилась в проходном гареме Карлуши, который именовался "ротой сладких девочек". Уже тогда организм Карлуши ни секунды не мог обходиться без сахара, и потому жизнь в гареме проходила среди тортов, конфет и ликеров. Так что яды вкладывали в пирожные, иголки подсыпали в варенье, а толченое стекло -- в мед. -- Нашей мечтой была... нашей мечтой был кусок селедки или черного хлеба. Если бы не власть, которую имел над нами Карлуша, мы бы разбежались хотя бы для того, чтобы забыть о сахаре. -- Поэтому у нас в детском доме не дают сладкого к чаю и не сахарят компот? -- догадалась Ко. -- Поэтому, -- коротко ответила Аалтонен. -- И что было дальше? -- спросила Ко. -- Мне повезло более, чем другим. Я не успела стать его полной рабой, как однажды он попался на каком-то грязном деле и ему пришлось тайком бежать с Земли, бросив на произвол судьбы очередной гарем "сахарных девочек". После нескольких месяцев скитаний я смогла вернуться домой и стать учительницей. И жизнь моя прошла в честной работе... если бы не появился князь. -- Он прилетел к нам на остров? -- спросила Ко. -- Да. Он прилетел сам. Потому что никому, кроме него, я бы не подчинилась. Но мне он сказал, что ему достаточно нескольких слов, чтобы навсегда погубить мою карьеру, чтобы лишить меня работы, чтобы опозорить меня на весь мир. Ты представляешь -- директриса детского приюта, доктор наук Аалтонен -- в прошлом оказывается "сладкой девочкой" мерзавца дю Вольфа! Тогда лучше покончить с собой! -- Успокойтесь, -- попыталась утешить директрису Ко. -- Не надо так нервничать. -- И я совершила преступление... я пошла на сделку с этим убийцей. Я дала ему дело Вероники дю Кув-рие. А он поклялся мне, что ей не причинят никакого зла... А потом оказалось, что зло неотделимо от князя. Погиб Артем, исчезла Вероника... на этот раз просто приказал лететь на Марс и подтвердить личность Вероники... ты можешь себе представить, каково было мое удивление, когда я увидела тебя... но замаскированную под брюнетку. -- За Веронику не бойтесь. Мы с комиссаром спрятали ее, -- ответила Ко, которая почувствовала себя старше и даже мудрее директрисы. Происходило это от уверенности в том, что она, Ко, стояла на стороне добра и знала, что добро сильнее, а потому имела как бы моральное право судить тех, кто не удержался на этом пути. И пройдет еще немало времени, прежде чем она поймет, что никакого права судить чужую слабость человеку не дано. -- С комиссаром? -- Больше я ничего не могу сказать... -- Ты думаешь, что комиссар знает обо всем? -- Он следит за каждым нашим шагом, -- уверенно ответила Ко. -- Не может быть! -- Ужас исказил доброе лицо директрисы. Ко кинула взгляд наверх и увидела, как по потолку бежит темнокожая муха-докторша с "Сан-Суси". Муха прижала лапку к губам, чтобы Ко не выдавала ее присутствия, и Ко, от сознания того, что ее друзья рядом, стало еще легче и спокойнее. Она хотела еще многое спросить у директрисы, но тут отворилась дверь и из кабинета выглянул профессор дю Куврие. -- Скорее! -- крикнул он. -- У них вот-вот начнется обеденный перерыв. Не приезжать же нам еще раз. Аалтонен и Ко поспешили в кабинет, где за компьютерами сидело множество чиновников и чиновниц, и Ко даже удивилась, с какой легкостью профессор отыскал нужный стол и нужный компьютер, где решительного вида девица сурово заявила: -- Из-за вас я потеряла уже две минуты обеденного перерыва. -- Возместим, -- сказал профессор. -- Мы здесь защищены от коррупции, -- возразила девица и показала наверх, где под потолком над каждым из компьютеров горел зеленый огонек телевизионного глаза. И тут же девица ахнула и чуть не упала в обморок, потому что по потолку бежала муха-докторша. Муха метнулась обратно и исчезла из поля зрения девицы. -- Это вам показалось, -- сказала Ко. -- Вы так думаете? -- спросила девица. -- Скорее, скорее,-- рассердился профессор, который не заметил Ванессу. -- Вы сами себя задерживаете. -- Все документы готовы. Девица протянула профессору пачку документов. -- Это удостоверение с приложением анализов и свидетельских показаний о том, что Вероника дю Куврие -- ваша единственная дочь и наследница. А это завещание, которое оставляет ваше имущество дочери. Быстро подписывайте. Сначала свидетели. Первый -- я сама. Она расписалась. -- Вторая -- госпожа... Аалтонен? Подписывайтесь. Госпожа Аалтонен подписалась. Затем документы были подписаны Ко и ее отцом. За

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  - 127  - 128  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору