Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Приключения
   Приключения
      Мегре Владимир. Рассказы -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  -
о посоветовать, Владимир: "Верните, люди, родину свою". -- "Верните Родину" -- ты, может быть, ошиблась, так сказав, Анастасия, есть родина у всех, просто не все на родине живут. Не родину вернуть -- самим на родину приехать нужно -- ты так сказать хотела? -- Владимир, не ошиблась я. Нет родины совсем у большинства людей сейчас живущих на планете. -- Ну, как же -- нет. У россиян -- Россия родина, у англичан -- Англия. Все ж где-то родились, и, значит, родиною называться будет та страна, где человек рожден. -- Считаешь ты, что родину свою границей, кем-то обусловленною, нужно мерять? -- А чем еще? Так принято. У всех государств границы имеются. -- Но если б не было границ, тогда чем свою родину ты обусловить мог? -- Тем местом, где родился, городом или селом, а может, вся земля была б тогда Родиной для всех. -- Могла б и вся Земля быть Родиной для каждого, живущего на ней, и все вселенское ласкать могло бы человека, но для того соединить все планы бытия в единую необходимо точку. Ту точку родиной назвать своей, в ней сотворить собой любви пространство, все лучшее вселенское соприкасаться будет с ним. С пространством Родины твоим. Собою через эту точку Вселенную ты будешь ощущать. Непревзойденной силой обладать. В мирах других об этом будут знать. Тебе служить все будет как Бог, создатель наш, того хотел. -- Ты лучше по-простому говори, Анастасия, я ничего не понял про планы бытия, как их соединить. Про точку, что я родиной своей могу назвать. -- Тогда с рожденья разговор нам нужно начинать. -- Ну, пусть с рожденья. Только ты не просто говори, а с толком для сегодняшнего дня. Ну, например, как видишь ты, как себе представляешь зарождение семьи, рождение и воспитание детей в условиях сегодняшнего дня. И чтобы дети все счастливыми рождались. Такую можешь ты построить схему иль нарисовать картину? -- Смогу. -- Так говори. Но только не про жизнь в лесу да про науку образности непонятную. Никто о ней не знает, только ты... Я не смог договорить фразу. В голове как будто не один, а множество бурным потоком вопросов понеслись. И главные: "Почему мне стало интересно знать, что скажет мне про нашу жизнь таежная отшельница? Откуда она знает не только внешние детали нашей жизни, но и внутренние переживания многих людей? Какие возможности у этой непонятной наук" образности?" Не мог сидеть. Встал, начал взад-вперед ходить. Чтоб успокоиться и чтоб невероятность осознать, понять, стал рассуждать: "Вот сидит под кедром спокойная молодая женщина. То не спеша по траве рукой проведет, то внимательно на букашку какую-то смотрит, по ее руке ползущую, то заду мается ненадолго. Сидит в тайге, вдалеке от бурной жизни городов и стран. От войн и перипетий всяческих цивилизованных миров. Но что, если она в совершенстве знает эту науку образности? Что, если она с ее помощью может влиять на людей? Оказывать более сильное влияние на общество, чем правительства, парламенты и множество духовных конфессий? Невероятно! Фантастично, но... Есть реальные, конкретные факты, свидетельствующие об этом. Невероятные факты! Но они существуют в реальности. Она научила меня за короткий срок писать книги. На это ей потребовалось всего три дня. Это она сыпет и сыпет непрерывным потоком информацию. Невероятно, но факт. Книги без рекламы с легкостью пересекают границы городов и стран. В книгах ее образ. Этот образ неведомо как влияет на людей, вызывает в них творческий порыв. Тысячи поэтических строк, сотни песен бардов посвящены ее образу. И она об этом прекрасно знала! Еще в первой книге я приводил ее высказывания на этот счет. Тогда еще ничего не было. Тогда ее слова казались невероятным бредом, фантастикой. Но все произошло точно так, как она сказала. И сейчас, когда я пишу эти строки, произошли еще невероятные события. Издательством "Проф-Пресс" в июле 1999 года выпущен сборник в пятьсот страниц с письмами и стихами читателей. Сборник выпущен в июле месяце, считающемся для книготорговцев "мертвым сезоном". Происходит невероятное: пятнадцатитысячный тираж раскупается за один месяц. Выпускается еще пятнадцать тысяч, но и они тут же раскупаются. Это событие не так зрелищно для сенсаций, преподносимых прессой, оно вообще выходит за рамки представлений о сенсациях необычностью стоящих за ним выводов. В эти выводы трудно поверить. Трудно поверить, что образ Анастасии меняет сознание общества. Читающие испытывают потребность к действию. Люди в России и за ее пределами самостоятельно организовывают читательские клубы и центры, называя их ее именем. Новосибирский завод медицинских препаратов выпускает кедровое масло, о котором она говорила. В небольшой деревеньке Новосибирской области местные жители восстанавливают оборудование, стремятся получать целебное масло по ее технологии, им помогают из города. Но это она говорила, что возродятся сибирские села, что к родителям начнут возвращаться дети. Она перенаправляет поток паломников от заморских святынь к родным. Только за два последних года дольмены в окрестностях Геленджика, о которых она рассказала, посетило более пятидесяти тысяч ее читателей. Вокруг забытых ранее святынь сейчас высаживают люди цветы и сады. В разных городах высаживают кедры и другие растения по ее методу. Постановлением главы администрации Томской области учреждено предприятие "Сибирские дикоросы". Ими отправлено в Москву четыре тысячи саженцев кедра. О ней говорят ученые. Это ее образ живой самодовлеющей субстанцией уже парит над Россией. Но только ли над Россией? Женщины в Казахстане собирают деньги на съемку фильма об Анастасии; Надо же, казахские женщины хотят, чтоб был фильм о сибирской отшельнице! Это ее образ начинает куда-то вести людей. Куда? Какой силой? Кто ей помогает? Возможно, она сама обладает какой-то невероятной, неведомой ранее силой. Но почему она по-прежнему остается на своей полянке, по-прежнему возится с какими-то букашками? Пока умники рассуждают, существует она вообще или не существует, она просто действует. Проявления ее действий можно видеть, трогать, пробовать на вкус. Что означает эта наука образности? Эти мысли тогда, в тайге, немного пугали. Хотелось быстрее опровергнуть или утвердиться в них, но рядом только она, спросить можно только у нее. Сейчас спрошу... Она не способна солгать... Сейчас спрошу. -- Анастасия, скажи... Скажи, ты науку образности знаешь в совершенстве? Ты обладаешь знаниями древних тех жрецов? С волнением я ждал ее ответа, но без волнения спокойный голос отвечал: -- Я знаю то, что праотец мой тем жрецам преподавал. И то, чего сказать отцу жрецы не дали. И новое еще сама познать, почувствовать стремилась. -- Теперь я понял! Я предполагал! Науку образности лучше всех познала ты. И ты перед людьми предстала, сама свой образ сотворив. Для многих ты богиня, добрая лесная фея, мессия. Так в письмах пишут о тебе читатели. Мне говорила, будто бы гордыня, самость -- грех большой, что искренне я должен все писать. И я предстал пред всеми недоделком, но ты сама при этом выше всех превознеслась, и то, что будет так, заранее сама об этом знала. -- Владимир, ничего перед тобой я не скрывала. Анастасия поднялась с травы, напротив меня встала, руки опущены, в глаза глядит и продолжает: -- Мой образ лишь сейчас не каждому понятен. Но образ тот, другой, когда перед людьми предстанет, останется и мой. Похож мой образ будет на уборщицу, которая лишь паутину с главного снимает. -- Какую паутину? Скажи ясней, Анастасия, еще что хочешь сотворить? -- Перед людьми хочу я образ Бога оживить. Его великую мечту для каждого понятной сделать. Его стремления в любви каждый живущий сможет чувствовать. Сегодня в этой жизни сможет стать счастливым человек. Дети сегодняшних людей все будут жить в Его Раю. Я не одна. Ты не один. И рай предстанет общим сотвореньем. -- Постой, постой. Теперь я понимаю, твои слова переломают многие ученья. Их авторы, последователи, набросятся не только на тебя, но и меня обхают. А мне зачем эти проблемы? Не буду я писать все, что о Боге скажешь. -- Владимир, испугался ты лишь предстоящей непонятно с кем борьбы. -- Да, все понятно мне. Обрушатся все те, кто разные конфессии возглавляют. Своих фанатов-последователей на меня будут натравливать. -- Не их -- себя боишься ты, Владимир. Стыдишься сам предстать пред Богом. Не веришь в новый образ жизни свой. Считаешь, что не сможешь измениться. -- Причем здесь я? Тебе твержу о священнослужителях. И так уже многие из них на твои высказывания реагируют. -- И что же говорят они тебе? -- По-разному говорят. Некоторые нехорошо отзываются, некоторые наоборот, один священник православный с Украины со своими прихожанами ко мне приезжал, чтобы твои высказывания поддержать. Но он сельский священник. -- И что же из того, что сельским был приехавший к тебе священник? -- А то, что есть еще другие, высокопоставленные. Им все подчиняются. Все от них зависит. -- Но ведь и те, высокопоставленные, как о них ты говоришь, когда-то тоже в маленьких церквях служили. -- Неважно это. Все равно писать не буду, пока хоть кто-нибудь из руководства серьезного храма... Да что я говорю, ты ведь сама все можешь наперед сказать. Вот и скажи, кто будет противостоять, а кто тебе поможет. Да и найдется ли хоть кто-нибудь, кто станет помогать? -- Какого же священник ранга тебя может убедить смелее быть, Владимир? -- Не ниже настоятеля или епископа ты можешь мне назвать кого-нибудь? Лишь на мгновение задумалась она, как будто вглядываясь и во время, и в пространство сразу. И прозвучал ответ невероятный: -- Уже помог, по-новому сказав слова о Боге, римский папа Павел Иоанн, -- ответила Анастасия, -- образ Христа и Мухамеда соединят в пространстве энергии свои, в единое сольются с ними образы другие. Еще земной найдется православный патриарх, и почитаемым в веках им сказанное будет. Но будет главным среди всех, внешне простых людей порывы вдохновенные. Тебе земной их статус важен, но ведь всего на свете истина важней. И замолчала, опустив глаза, Анастасия, как будто что-то вдруг обидело ее. Как будто ком к горлу подкатил, его она сглотнула и вздохнула. Потом добавила: -- Прости, коль непонятно для твоей души я изъясняюсь. Пока не получается, но постараюсь я понятней быть, только ты людям расскажи... -- О чем? -- О том, что закрывать от них тысячелетьями стремятся. О том, что каждый в одно мгновенье может в первозданный сад Создателя войти и с ним вершить совместные прекрасные творенья. Я чувствовал, как нарастает в ней волненье. И сам стал почему-то волноваться и сказал: -- Ты не волнуйся, говори, Анастасия, я, может быть, смогу понять и написать. А в том, что дальше поведала она, была предельная конкретность, простота. Уже потом, анализируя и вспоминая ее слова, стал понимать, -- какой-то есть, быть может, и немалый смысл в ее словах: "Верните, люди, Родину свою". А тогда, в лесу, переспросил Анастасию: -- Я понял, как все это будет происходить. Я понял, если ты с легкостью способна производить картины из жизни тысячелетней давности, то, значит, тебе известны все учения, трактаты и ты откроешь людям их? -- Известны мне ученья, что в людях поклоненья вызывали. -- Все? -- Да, все. -- И веды сможешь полностью перевести? -- Могу. Только к чему на это тратить время? -- Но разве ты не хочешь, чтобы человечество узнало древнейшие учения? Ты мне о них расскажешь, я в книжке напишу. -- И что потом? Что с человечеством в итоге будет, как считаешь? -- Как что? Мудрее оно станет. -- Владимир, вся как раз уловка темных в том, что множеством учений они стремятся главное от человека скрыть. Часть истины, лишь для ума преподнося в трактатах, от главного старательно уводят. -- А почему ж тогда тех, кто ученья преподносит, люди называют мудрецами? -- Владимир, если позволишь мне, я притчу расскажу тебе. Ту притчу, что еще тысячелетие назад в укромном месте шепотом друг другу передавали мудрецы. Много веков никто ее не слышал. -- Расскажи, если считаешь, что притча может что-то пояснить. ДВА БРАТА /притча/ В какие времена совсем неважно, супруги жили. Долго не было у них детей. В преклонном возрасте жена рожала двух сыновей, двух близнецов, двух братьев. Тяжелыми те роды были, и женщина, родив двух сыновей, в иной мир вскоре отошла. Отец кормилиц нанимал, старался выходить детей и выходил, и до четырнадцати лет растил. Но умер сам, когда пятнадцатый годок пошел сынам. Похоронив отца, два брата в скорби в горнице сидели. Два брата-близнеца. Их три минуты разделяли в появлении на свет, и потому среди двоих один считался старшим, другой -- младшим. После молчанья скорбного брат старший произнес: -- Отец наш, умирая, свою печаль поведал нам о том, что мудрость жизни не успел нам передать. Как будем жить без мудрости с тобой, мой младший брат? Несчастным род без мудрости наш будет продлеваться. Над нами могут посмеяться те, кто успел мудрость от отцов принять. -- Ты не печалься, -- младший старшему сказал, -- в задумчивости часто ты бываешь, быть может, время так распорядится, что ты в задумчивости мудрость и познаешь. Я буду делать все, что скажешь ты. Я без задумчивости жить могу, и все равно мне жить приятно. Мне радостно, когда день наступает, и когда закат. Я буду просто жить, трудиться по хозяйству, ты -- мудрость познавать. -- Согласен, -- старший младшему ответил, -- только нельзя, оставшись в доме, мудрость отыскать. Здесь нет ее, никем здесь не оставлена она, никто к нам сам не принесет ее. Но я решил, я старший брат и должен сам для нас обоих, для рода, что в веках продлится, все мудрое, что в мире есть, найти. Найти и принести в наш дом, и подарить потомкам рода нашего и нам. Все, что есть ценного от нашего родителя, с собой возьму и обойду весь мир, всех мудрецов из разных стран, познаю все науки их и в дом родной вернусь. -- Твой долог будет путь, -- брат младший сочувственно сказал, -- есть конь у нас, возьми коня, повозку, побольше нагрузи добра, чтоб меньше бедствовать в дороге. Я дома остаюсь и буду ждать мудрейшего тебя. Надолго братья расставались. Прошли года. От мудреца шел к мудрецу, от храма в храм, ученья познавал востока, запада, на севере бывал и юге старший брат. Великолепной память у него была, ум острый схватывал все быстро и легко запоминал. Лет шестьдесят по миру шел брат старший. Стали волосы и борода его седыми. Пытливый ум все странствовал и мудрость познавал. И стал считаться из людей мудрейшим седой странник. Гурьбою следовали за ним ученики. Он проповедовал умам пытливым мудрость щедро. Ему внимали с восхищением и те, кто молод был, и старики. И впереди его о нем великая шла слава, селения оповещая на пути о мудреца пришествии великом. И в ореоле славы, окружен толпой учеников подобострастных, к селению, где в доме был рожден, из которого ушел он юношей в пятнадцать, где не был шестьдесят он лет, все ближе подходил седой мудрец. Все люди из селения встречать его пришли, и младший брат с похожей сединой навстречу выбежал ликуя, и голову склонил пред братом-мудрецом. И в умиленьи радостном шептал: -- Благослови меня, мой брат-мудрец. Войди в наш дом, омою ноги я твои после дороги долгой. Войди в наш дом, мой мудрый брат, и отдохни. Величественным жестом всем ученикам своим велел мудрец остаться на пригорке, принять дары встречающих, беседы мудрые вести и в дом вошел за братом младшим. Сел у стола устало в горнице просторной величественный и седой мудрец. И младший брат стал теплою водою его ноги омывать и слушать речи брата-мудреца. И говорил ему мудрец: -- Я выполнил свой долг. Познал учения великих мудрецов, свое учение создал. Я в доме ненадолго задержусь, теперь других учить, -- в том мой удел. Но раз тебе я обещала дом мудрость принести, обещанное выполняя, я у тебя день погощу. За это время истины мудрейшие тебе, мой младший брат, я сообщу. Вот первая: все люди должны жить в саду прекрасном. Чистым, с красивой вышивкою полотенцем ноги вытирая, хлопотал, все угодить пытался младший старшему и говорил ему: -- Отведай, на столе перед тобой стоят плоды из сада нашего, сам для тебя их лучшие собрал. Плоды разнообразные прекрасные вкушал мудрец задумчиво и продолжал: -- Необходимо, чтоб каждый на земле живущий человек сам родовое дерево взрастил. Когда умрет, то дерево его потомкам доброй памятью останется. Оно и воздух для дыхания потомков будет очищать. Все мы хорошим воздухом должны дышать. Заторопился младший брат, захлопотал, сказал: -- Прости, мой мудрый брат, я позабыл открыть окно, чтоб воздухом ты свежим подышал. -- Он занавесочки отдернул, распахнул окно и продолжал: -- Вот воздухом двух кедров подыши. Их я посадил в тот год; когда ты уходил. Одну своей лопаткой лунку выкопал для саженца, а для второго ямочку твоей лопаткою копал, что ты играл когда-то, в детстве нашем. Мудрец задумчиво на дерева взирал, потом проговорил: -- Любовь -- великое есть чувство; Не каждому с любовью жизнь прожить дано. И мудрость есть великая -- к любви днем каждым каждый должен устремиться. -- О, как ты мудр, мой старший брат! -- воскликнул младший. -- Великие познал ты мудрости, и я теряюсь пред тобой, прости, не познакомил даже со своей женой, -- и крикнул к двери обращаясь: -- Старушка, где же ты, моя стряпушка? -- Так вот же я, -- в дверях веселая старушка показалась, неся на блюде пироги парящие. -- Я с пирогами задержалась. Поставила на стол пирог, веселая старушка игриво реверанс смешной пред братьями изобразила. И близко к брату младшему, своему супругу, подошла, сказала полушепотом, но шепот тот услышал старший брат: -- К тому ж ты, муженек, прости меня, уйду сейчас, прилечь должна. -- Да что ж ты, непутевая, вдруг отдыхать решила. У нас гость дорогой, мой брат родной, а ты... -- Не я, кружится голова, да и тошнит слегка. -- И от чего же так могло у хлопотушки у тебя случиться? -- Быть может, сам ты виноват, опять, наверное, дитя у нас родится, -- со смехом молвила старушка, убегая. -- Прости, мой брат, -- винился младший брат смущенно перед старшим, -- не знает цену мудрости, всегда веселою она была и в старости вот веселушкою осталась. Задумчивым мудрец все дольше оставался. Задумчивость его шум детских голосов прервал. Услышал их мудрец, сказал: -- Великую познать стремиться мудрость должен каждый человек. Как воспитать детей счастливыми и справедливыми ко всему. -- Поведай, мудрый брат, я жажду счастливыми своих детей и внуков сделать, ты видишь, вот вошли они, шумливые мои внучата. Два мальчика не старше шести лет и девочка лет четырех в дверях стояли и спорили между собой. Угомонить пытаясь ребятню, брат младший торопливо им сказал: -- Быстрей мне говорите, что у вас стряслось, шумливые, и не мешайте нам беседой заниматься. -- Ой, -- меньший мальчик восклица

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору