Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Фэнтази
      Хепри Дмитрий. Легенда о гибели богов -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  -
или моих братьев. Ты ответишь перед аллахом! - Я не убивал! - испугался Джимми. - Это все Лино! А я - чистый символ... - Месть! - ответил Абу, наводя пулемет на профессора преступного мира. Но спустить курок он не успел. Сзади появился Лино Труффино и выстрелил из пистолета с глушителем. Абу повалился ничком. - Молодец, Лино! Я повышу тебе зарпла... Лино прошел мимо Брэди, Аль-Гаруни вскочил и заметался по забегаловке. Выстрел! Обмякшее тело безжизненно повисло на турникете. - Мой мальчик! Спасибо, Лино! - лепетал Брэди, пятясь от Лино. Лино ухмыльнулся и поднял пистолет. - Что ты делаешь, негодяй?.. - Брэди повернулся и кинулся прочь, петляя, как заяц. Пуля настигла его у машины. Лино оглядел побоище, сунул пистолет под пиджак и сказал подбежавшему Сиду: - Теперь я - капо-ди-тутти-капи, глава всех глав! Сид радостно и подобострастно закивал. Глава 54 ВОЙНА НАЧИНАЕТСЯ ...- Вас понял! Выхожу на поиски! Все будет сделано!.. Только Матрене Никитишне привет передайте, ага?.. - Гектор Блейк торопливо закидал рацию землей. Стукнуло окно. - Доколе? - возопил в ночную тишь немощным голосом дюк Уинсборо. - До полной победы мировой револю... - Блейк не успел закончить мысль - дюк выпалил из двустволки. И на этот раз попал. Схватившись за задницу обеими руками, знаменитый разведчик сиганул в кусты. ... Человек в зипуне пулей пронесся по предрассветным улицам. Его путь лежал в полицейское управление Вавилона. * * * Джефф О'Брайен вошел в свой кабинет и онемел: бородатая личность в зипуне и картузе, орудуя ломиком, вскрывала секретный несгораемый шкап. - Что ты здесь делаешь, негодяй?? Я арестую тебя, молодчик!.. Зипун развернулся к Джеффу, прорычал недвусмысленную фразу "Фастен белтс, бэйби" - и выбросил комиссара в открытое окно. Джефф вспылил. Поднявшись с мостовой, он ринулся в управление, на ходу доставая связку наручников. Он ворвался в кабинет, миновав остолбеневших охранников. - Руки на стол! У тебя есть право молчать, но я заставлю тебя выложить все секреты Дремля! Бросок! С идиотским выражением на лице комиссар снова вылетел в окно. Из окна выпал сейф. Шмяк! Сейф вонзился углом в мостовую. Не успел Джефф подняться, как на него сверху спланировал зипун. - Стой, негодяй!.. Но зипун уже удалялся, унося на спине все секреты вавилонской полиции. Джефф ринулся в погоню. Следом, взвыв сиренами, стартовали полицейские автомобили. Зипун грохотал коваными сапогами о мостовую. Впереди показалась неразлучная троица галогенов. - Ой, дядя... - загнусил было Йод. Бац! Кованый сапожищи резидента протопали по худенькому тельцу Йода. Фтор и Бром успели отскочить. Завизжали покрышки автомобилей. Галогенов окружила туча полицейских. Связки наручников пошли в дело. - Ну, теперь-то вы попались, голубчики! - кровожадно ухмыльнулся Джефф О'Брайен. * * * Серж О'Коннор сидел под домашним арестом и смертельно скучал. Франсуаз приговорила его к пожизненному заключению. Она не давала ему читать газеты, смотреть телевизор, слушать радио. Сначала Серж буянил, метался по комнате, отказывался от пищи и грыз решетку. Потом впал в прострацию, сел у окна и целыми днями разглядывал клетчатое небо. Франсуаз за массивной железной дверью звенела ключами, заглядывала в глазок. За примерное поведение она вознаграждала Сержа добавочной порцией баланды. Однажды в наружную стену поскребли. Серж встал на табурет, привинченный к полу, дотянулся до окна и выглянул. Внизу стоял Алан Персиваль, в руках он держал передачу. - Спасибо, друг! - Серж высморкался, принимая тощий сверток. В оберточной бумаге оказались самовязаные шерстяные носки и томик Ричардсона. - Черт подери! - заорал Серж, когда Алан Персиваль под вечер появился снова. - На кой черт мне сдался ваш Ричардсон?? Подтираться?.. - Учитесь меланхолии, мой друг, - ответствовал Алан. - В вашем положении... Впрочем, извольте: я готов принести вам свежий нумер "Меланхолического собеседника"... - Благодарю! Беседуйте с ним сами! Лучше принесите мне криминальный раздел "Бабилония ивнинг"! Сэр Персиваль сбегал к ближайшему киоску и принес Сержу ворох вчерашних газет - свежие были раскуплены. Серж дождался ночи, когда его неумолимая тюремщица легла спать, затеплил огарок свечи и засел за чтение. Газеты были полны сообщений о многочисленных перестрелках в Вавилоне: после гибели главарей два враждующих клана мафии вступили на тропу войны. Серж перечел все газеты на три раза. Потом решил написать на волю и принялся лепить из мякиша чернильницу. Он писал молоком между газетных строк перьевой ручкой, с которой никогда не расставался. На рассвете он выбросил газету в окно. Раздалось шуршание: кто-то поднял газету. "На воле прочтут. Надо готовиться к побегу", - решил Серж. Весь день он изготавливал из матрацной ваты парик, накладные усы и бородку. Ночью алюминиевой ложкой он выскреб раствор между кирпичами, разобрал часть стены, высадил решетку. Загримировался и покинул негостеприимное жилище. Наутро ворвавшаяся в камеру Франсуаз прочла послание, накарябанное на штукатурке: "Франсуаз не любит Сержа! Серж уходит!" Франсуаз пустила по следу свору немецких овчарок. Овчарки тоже не вернулись. Глава 55 СНОВА ПРОМОКАШКИН Бандиты ждали. Ждали танкисты, прильнув к дальномерам. Ждала пехота, докуривая последние самокрутки. Послышался цокот множества копыт - в конце улицы показался отряд сарацин из клана Аль-Гаруни. С криком "ля-илля-ибн-алла!" бедуины атаковали редут. Ударили пушки, завизжала шрапнель. Теряя всадников и коней, бедуины отступили. Лино Труффино сидел на походном барабане и принимал донесения. - Боеприпасы на исходе, босс! - докладывал по рации Сид. - Я послал ребят по окрестным домам - собирать гвозди и вилки. - Не забудьте о металлических пуговицах, - строго предупредил Лино. - Из них тоже получается замечательная шрапнель. Стайка оборванных замурзанных ребятишек по ту сторону баррикады собирали дробины и гильзы. Прозвучали зурнаи. Новая атака. Вновь тяжело заворчала артиллерия. Туча вилок и гвоздей с вкраплениями металлических пуговиц смела атакующих. В сарацинских рядах возникло замешательство. "Еще немного продержаться, - думал Лино. - К нам прорвется бронедивизия Пита и двенадцатая армия Венка... Где же Венк??. Я возьму басурман в железные клещи...". Перед окопом появилась пропагандистская машина. На крыше фургона заскрежетал громкоговоритель: - Сдавайтесь, поганые агаряне! Не слушайте своих командиров! Переходите к нам! Мы обеспечим вам трехразовое питание, обмундирование, а самое главное - гарантируем жизнь! Все будут помилованы, за исключением муэдзинов! - Кяфиры, нечестивцы! - прокашлял динамик с другого конца улицы. - Всех вас посадим на кол! Всех возьмем в заложники!.. А с вашего главаря живьем сдерем кожу, натянем на барабан! До самого вечера бедуины не отваживались пойти на новый штурм. В течение ночи со стороны бедуинского лагеря доносился шум: лязгали гусеницы, ревели моторы. Но и утром атаки не было. "Что еще задумали эти негодяи? - мучительно размышлял Лино, сидя в танке. - Может быть, они получили подкрепление?" Под утро Лино вздремнул. Ему снились пальмы и древние стены освобожденного Иерусалима. Когда он очнулся и глянул в стереотрубу - ужаснулся: из тумана на баррикаду надвигалось что-то огромное, квадратное. Вот показался зипун, потом картуз, натянутый на уши... На плечах бородатый гигант нес здоровенный стальной шкап. "Террорист! Взрывчатку несет!" - догадался Лино и скомандовал: - Огонь из всех калибров! От дружного залпа стальной шкап развалился. Секретные полицейские бумаги рассыпались по мостовой. Зипун втянул голову в плечи и нырнул в ближайшую подворотню. - Как думаешь, Сид, - спросил Лино у своего верного помощника, - что еще придумают эти кочевники? - Еще один такой залп - и мы останемся без вилок и даже без пуговиц, - проворчал Сид, шмыгнул носом и мрачно подтянул сползавшие штаны. - Видимо, это была намеренная провокация... - в раздумьи проговорил Лино. - Негодяи хотят оставить нас без боеприпасов... Приказ: на провокации не отвечать! Беречь каждый патрон! - Слушаюсь, сэр! Из переулка выполз Промокашкин. Поглядел по сторонам, нагнулся, поднял рассыпанные секретные документы и стал их изучать. Изучив, он скатывал документы в трубочки и засовывал в огромный карман клетчатого пиджака. - Босс! Неизвестный, судя по виду - дремлевский турист -приближается к позициям! - донесли с передовой. - Когда приблизится - возьмите его без шума. Это лазутчик. Ничего не подозревавший Промокашкин полз прямо к окопам. Вот он поднял голову, увидел баррикаду. Сверкнули очки. Бледное лицо растянулось в подобие улыбки. - Батюшки! Баррикады! Красная Пресня! Революция!.. - срывалось с его синих губ. Над бруствером замаячила нечесанная голова Сида. - Эй! Ходи сюда! Туда не ходи - кирпич на башка упадет! Совсем мертвый будешь! Промокашкин кинулся к громиле, расставив руки для объятий: - Ура! Да здравствует пролетарская революция! Так держать, товарищи! Сид, попав в железные объятия туриста, был сбит с толку. А Промокашкин, троекратно расцеловав бандита, уже побежал по ходам сообщения, братался с гангстерами и плакал от счастья. - Товарищи! Родные вы мои!.. Пролетарии усих краин!.. Нам же нечего же терять, кроме своих же цепей!.. - он давился рыданиями. Глядя на него, мафиози тоже расчувствовались. Сид срочно связался с Лино и доложил обстановку. - Гоните его в три шеи! - перепугался Лино. - Он заслан гарунцами, чтобы разложить изнутри наше бандитское единство! - А может, того... - неуверенно сказал Сид. - Может, послушаем сначала? Он такое говорит!.. - Что-о? Препираться? - завопил Лино. - Я лишу тебя вознаграждения по итогам года! - Да иди ты со своими итогами! - огрызнулось радио. - Скоро все итоги нашими будут, общими. Понял? Послышался какой-то шум, потом в наушниках снова раздался голос Сида: - Товарищ Промокашкин говорит, что ты - наймит буржуазии! Он верно говорит! - А?.. - Лино выронил микрофон и ошалело уставился в пространство. Глава 56 ВАВИЛОНСКАЯ СМУТА Промокашкин взошел на крышу, где он провел в изгнании несколько дней, и заговорил. Он гремел как гром, как протопоп Аввакум. Динамики пропагандистских машин разносили его голос по улицам Вавилона. Собравшиеся внизу бандиты, а также высыпавшие из домов обыватели, слушали, разинув рты. - Все вы станете гражданами мировой республики! Все будете членами профсоюза! Все будет вашим! Мы отберем у кровавых богатеев награбленные богатства!.. На соседней крыше сидел, спрятавшись за трубу, Гектор Блейк. Он был на стреме. - А вас, - Промокашкин указал на плотные ряды гангстеров, -будет судить самый гуманный суд в мире! Вы станете борцами революции! Бандиты сморкались в платочки. - Вас никто и никогда не сможет бросить за решетку! В толпе послышались неразборчивые всхлипы: - Заботятся... Привечают... Ах, как о нас будут заботиться, братцы! В толпе появился оборванный, небритый Серж О'Коннор в полосатой робе, разорванной снизу овчарками. Он снял полосатую шапочку и задрал голову. Гектор Блейк напрягся. Промокашкин начал громить эксплуататоров. Его взгляд остановился на Серже. - Вот! - закричал он радостно. - Взгляните на этого несчастного! Его осудили на всю жизнь за горсть риса! Он работал всю жизнь, а плодами его труда насыщались кулаки и заводчики! Серж слегка попятился и пугливо огляделся. Он много дней пробирался из Халдей-сити, избегая больших дорог, шел лесами, питался лесными плодами, а иногда воровал у зажиточных курей и цыплят. - Война дворцам! - надрывался Промокашкин. - Мир хижинам! Раздуем мировой пожар! Серж вздрогнул. Его ноздри раздулись. "А ведь он того... правду говорит!" Серж почувствовал прилив радостного возбуждения. С криком "пропадай все!!" - он кинулся крушить первую попавшуюся продуктовую лавку. Мафиози устремились за ним. Закончив митинг, Промокашкин слез с крыши по пожарной лестнице. - Приведите ко мне этого человека! - приказал он. Сид бросился за Сержем. Смущаясь и робея, босоногий гигант с палкой экспроприированной колбасы в руках, явился пред светлые очи. - Вы сможете драться во имя победы революции? - испытующе посмотрел Промокашкин в глаза Сержа. - Жизнь положу!! - Это хорошо. Мы найдем вам достойное место в нашем светлом будущем! Серж О'Коннор остался при Промокашкине, исполняя обязанности связного и телохранителя. * * * И вот уже Вавилон забурлил. Повсюду вспыхивали стихийные стачки и митинги. Толпы стали громить полицейские участки. Промокашкин успевал повсюду. На "паккарде" он разъезжал с митинга на митинг, воодушевляя трудящихся на новые победы. Очень теплой оказалась встреча с узниками полицейского централа, освобожденными народом. Выступая перед грабителями и убийцами, Промокашкин в конце своей речи разбушевался до того, что сор-рвал с головы стоявшего рядом Гектора Блейка картуз и грякнул им оземь. - Даешь всемирный профсоюз!! Картуз имел потрясающий успех. Узники тут же ринулись крушить оплоты реакции - почты и телеграф. Откуда ни возьмись, явились галогены. Они были в черных анархистских шляпах, с черными шарфами вокруг немытых шей и в тельняшках, разорванных до пупа. Они объявили себя бакунинцами и решили отрицать любую власть. Галогены тащили огромный чемодан с динамитом и минировали все, попадавшиеся им по дороге, церкви, костелы, синагоги и мечети. Вечером в Вавилон прибыла Франсуаз. Она быстро сориентировалась в обстановке и, конспиративно повязав голову темным платочком работницы, отправилась на поиски Сержа. Сержа она отыскала на многолюдном митинге, посвященном освобождению женщин Востока. Промокашкин произносил речь с балкона особняка первой освобожденной женщины - мадам Лямур, которая, обнажив телеса, гарцевала под балконом на лошади. Серж маячил позади Промокашкина и зорко вглядывался в толпу, выискивая провокаторов и наемных убийц. Вдохновенная речь Промокашкина дошла до глубины сердца Франсуаз. После митинга, когда Промокашкин продирался сквозь толпу освобожденных женщин, норовивших расцеловать вождя, Франсуаз кинулась на шею Сержу. - Милый! Прости меня! Я все поняла! Давай бороться вместе! - Борьба потребует полной самоотдачи и жертв! - сурово ответил Серж, за ноги отдирая от Промокашкина особо любвеобильную освобожденку. - Я знаю! Я на все готова ради светлого будущего! "Так. Верхи не могут, низы не хотят... Или нет... Вершки и корешки... Или.. тьфу! И за что мне только ставили пятерки преподаватели обществоведения? Возмутительно!" - мрачно размышлял Промокашкин, усаживаясь в автомобиль. - Товарищ Бумажкин! - конспиративно обратился к нему Серж. -Это - Франсуаз, моя гражданская жена. Она готова к борьбе и созрела идейно. Подскажите, что ей делать в смысле задач текущего момента? - Нам нужна газета, чтобы доносить до людей правду, - сказал Промокашкин. - Сможете достать типографский шрифт? Он ласково взглянул на Франсуаз. "Совсем юная. Чистая и прекрасная, как наше общее дело... Но революция требует жертв!" - Смогу! - Франсуаз закусила губу. - Тогда действуйте, товарищ! - Промокашкин захлопнул дверцу. Серж вскочил на подножку, махнул на прощанье маузером. Автомобиль фыркнул и укатил. "Какой человек!" - восхищенно глядела вслед Франсуаз. Потом взяла себя в руки и нахмурилась. Надо во что бы то ни стало обмануть наймитов буржуазии и достать типографский шрифт! Глава 57 НАКАНУНЕ "Спишь, засранец? - спросил внутренний голос Джеффа О'Брайена. - А в городе-то крамола. Промокашкин интригу плетет, переворот замыслил, механизмов за людей принял...". Джефф подскочил в своем кресле, треснул кулаком по столу: - О'Нийли! Ко мне!.. Эхо раскатилось по пустынным коридорам полицейского управления (большинство сотрудников либо переметнулись на сторону Промокашкина, либо были взяты в заложники освобожденными женщинами и расстреляны массовидно): "Ний-ли! Ты где? Ний-ли! Ко мне!" О'Нийли как ошпаренный влетел в кабинет и увидел страшное: глаза шефа сверкали, ужасные проклятия срывались с сахарных уст. - Крамола... У, такут твою растакут!.. У-у, сицилия!" Через полчаса верные демократии полицейские окружали место очередного митинга. Митингующие спешно свернули повестку дня и стали разбегаться. Троих анархистов, однако, удалось схватить. Это были галогены. Джефф, довольно притопывая ножкой, читал протокол: "Изъято у негодяев: бонбов ручных - 152, пулеметов типа "Максим" - 13, ружо - одно. Писал реестр О. Нили". "Черт неграмотный!" - комиссар высморкался, потер руки, вынул из кармана самопишущий агрегат... Через час на стол министра полиции легла цидуля: "Пойманы мною три злодея. У оных реквизировано: бонбов ручных - 1500, пулеметов типа "максим горки" - 130, ружей - 10, пистолей разных - мульон. На допросе злодеи созналися, что были завербованы Ферапонтом Самовайровым, из Дремля, от коего получали задания и по 30 либровских рублей золотом в месяц. Писал О. Брайен, комиссар полиции округа нумер 1". Поверх документа министр начертал собственноручно: "Комиссара, О. Брайена, наградить. Злодеев, анархистов - казнить!" * * * Франсуаз в конспиративном платочке шла по улице. В руках она несла крынку молока. Шпики, торчавшие на каждом углу, тревожно заглядывали в крынку, понимающе кивали и беспрепятственно пропускали Франсуаз. Они не знали, подлые сатрапы, что на дне крынки лежал некомплектный типографский шрифт. Вот и окошко конспиративной квартиры. Франсуаз глянула вверх и замерла: на подоконнике стоял горшок с геранью. Это означало, что явка провалена. Франсуаз обернулась: в конце улицы выросли фигуры шпиков. Она посмотрела вперед - и там маячили переодетые жандармы. Выхода не было. Франсуаз приложилась к крынке и выдула ее содержимое. Крынку она кинула оземь. Крынка разлетелась на сто кусков. Шрифт надежно улегся в нижний сегмент железного желудка. Ее тут же окружили, вывернули руки. Часть шпиков бросились просеивать осколки крынки, другие с торжеством повели закованную в цепи революционерку в участок. * * * На площади Несогласия при большом стечении народа плотники споро рубили помост. Рядом прохаживался О'Нийли с огромным окровавленным топором в руках. Когда из каземата вывели галогенов и Франсуаз, по толпе прокатился шепоток: "Ишь, ведут антихристов... Политика... Интеллигенты, такут их растакут!.." Анархисты безутешно рыдали. Франсуаз поднялась на эшафот с гордо поднятой головой. Шепнула галогенам: "Выше голову, товарищи! Пусть беснуются тираны!" - Тетенька, - отвечали анархисты-бакунинцы, - да ить мы нечаянно! Мы не хотели! Палач накинул на головы всех троих черный мешок. Галогены изнутри завыли в голос. - Передайте товарищам, - ломким голосом крикнула Франсуаз в толпу, - Сид - провокатор! Он не Сид! Его настоящая фамилия -Бруно-Азеф-Булкин!.. Она помолчала, глядя в высокое синее небо, и вдруг запела. И разогнулись согнутые спины. Подняли головы угнетенные и затюканные, сжались мозолистые кулаки, а на площадь вдруг ворвалась яростная толпа освобожденных женщин. Размахивая лентами с надписью "Долой стыд!", освобожденки накинулись на сатрапов. С другой стороны площади неслась толпа психов с клистирными трубками наперевес. Психи вопили: "Даешь Гармонию!" Палачи позорно бежали. Галогены и Франсуаз свергли с себя пудовые цепи. На площадь вышел бывший граф Дебош. Он был в мятом фраке, лицо его опухло от многодневного пьянства. Сегодня он очнулся впервые после возвращения из Фармазонию и вышел проветрить голову. - Что это тут у вас творится? - спросил он у старушек, торговавших семечками. - Политику гоняют, батюшко! Дебош угостился семечками и глубокомысленно сказал: - Нельзя насилием сей бренный мир улучшить. Усугубить можно. И, продолжая угощаться семечками, побрел, спотыкаясь, прочь. Глава 58 СВЕРШИЛОСЬ! Дебош вернулся в отель. Глория еще не вставала. Лежа в огромной коммунальной кровати, она лениво курила пахитоску. - Мир обезумел, - доложил Дебош, облачаясь в халат. - По этому поводу надо выпить. Глория не реагировала. Взор ее был затуманен. Фарфоровое лицо дышало покоем и негой. Дебош вытянул из-

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору