Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Фэнтази
      Лейбер Фриц. Большое время -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  -
ни глядели куда-то над моей головой полузакрытыми глазами и казалось, - держите меня! - что они вслушиваются в то, что говорит Брюс и может быть, даже что-то слышат. - Мы четко различаем Зомби и Нерожденных, то есть тех, потревоженных нашей операцией, чьи жизненные линии лежат в прошлом и тех, у кого они в будущем. Но есть ли сейчас такое различие? Можем ли мы указать на различие между прошлым и будущим? Можем сказать, что такое "сейчас", настоящее "сейчас" в космосе? На каждой Станции свое понятие о том, что такое "сейчас", относящееся к Большому Времени, в котором мы находимся, но это все не то - оно не приспособлено к настоящей жизни. Пауки говорили нам, что настоящее "сейчас" - где-то во второй половине XX века, и это значит, что некоторые из нас живы также и в космосе, имеют действующие жизненные линии. Ну а вы, Илилихис, Севенси, - как вы-то это переносите? Как это отражается на слугах Тройной Богини? На Пауках из Октавиановского Рима? На Демонах из эпохи доброй королевы Бесс? На господине Зомби с Великого Юга? А как Нерожденные водят космические корабли, а, Мод? Пауки говорили нам также, что, хотя туман битвы не дает возможности точно указать на настоящее "сейчас", все станет ясно после неминуемого поражения Змей и установления космического мира, и величественно покатится в будущее, оживляя континуум по мере прохождения. И вы действительно в это верите? Или же вы, как и я, осознаете, что мы использовали все будущее, как и все прошлое, растратили их в бессмысленных экспериментах, и вот теперь реальность затянута дымом, навсегда украдена у нас, наше драгоценное "сейчас", когда мы по-настоящему растем, то детство, в котором заложена вся жизнь, тот момент, который, как новорожденное дитя, вмещает все наши надежды?.. Он умолк, давая нам возможность переварить все это, а потом сделал несколько быстрых шагов и продолжил, повысив голос в ответ на Эрихово: "Брюс, последний раз тебя прошу..." и даже вроде бы нашел зерна надежды в своих же собственных словах: - Но хотя все представляется ужасающе скверным, остается шанс - ничтожнейший шанс, но все-таки шанс - спасти космос от Смерти Перемен и восстановить богатство реальности, дать Призракам спокойно заснуть и быть может, даже обрести реальное "сейчас". Такое средство у нас есть. Что, если энергию, необходимую для путешествий во времени, использовать не для войны и разрушения, а для исцеления, для взаимного обогащения эпох, для спокойной коммуникации и развития, короче говоря, передать призыв к миру... Но мой маленький комендант тоже мнит себя актером и знает немножко о том, как привлечь к себе внимание публики; он не собирался позволить Брюсу заглушить себя, как будто он всего лишь играет роль Голоса-из-толпы. Он метнулся между нами и баром, и одним прыжком очутился на проклятом ящике с бомбой. Чуть позже Мод молча указала мне на белое пятно над своим локтем, в том месте, где я в нее вцепилась, а Илли пытался высвободить пучок своих щупалец из другой моей руки, укоризненно скрипя: "Греточка, никогда больше так не делай". Эрих стоял на сундуке, широко расставив ноги, над самым кругом черепов, и мне, конечно, давно бы следовало осознать, что очень трудно нажать на них в нужном порядке, просто прыгнув на них. Он указывал на Брюса и говорил: - ...а это означает мятеж, мой молодой сэр. Um Gottes willen, Брюс, послушай меня и слезь, пока ты не наговорил чего-нибудь похуже. Я старше тебя, Брюс. И Марк старше. Положись на своих Kameraden. Доверься их опыту. Я слушала его внимательно, но не могу сказать, чтобы я была с ним согласна. - Ты старше меня? - презрительно фыркнул Брюс. - Да эту двенадцатилетнюю разницу ты промотал, когда мудрость нации извращенных мечтателей превратилась в паранойю, когда течение мыслей в мире было замутнено тотальной войной! Марк старше меня? Все его идеалы и преданность - идеалы и преданность волчьей стаи тупоумных забияк, которые на две тысячи лет моложе меня! А может, вы старше потому, что в вас больше того цинизма убийц, этой самой мудрости, которую Мир Перемен дает вам? Не смешите меня! Я англичанин, и я пришел из той эпохи, когда мировая война еще оскорбляла, когда бутоны и цветы мыслей еще не были выполоты и не завяли. Я поэт, а поэты мудрее всех остальных людей, потому что только у них есть орган, позволяющий им и думать и чувствовать одновременно. Верно, Сид? Когда я обращаюсь ко всем вам с призывом к миру, я хочу, чтобы вы воспринимали это конкретно, в том смысле, что мы используем Станции, чтобы оказывать помощь, когда она действительно нужна, а не навязывать ее, когда ее никто не просит; мы не должны приносить преждевременное либо пагубное знание; иной раз лучше не приносить ничего, но лишь проверять, с бесконечной мягкостью и терпением, что все в порядке, и что вселенная процветает, развиваясь, как тому и следует быть... - Да, ты поэт, Брюс, - вмешался Эрих. - Ты можешь бесконечно пустословить и выжимать из нас слезу. Ты можешь открыть все клапаны на самых больших трубах оргАна и заставить нас трепетать, как если бы мы слышали шаги Иеговы. Последние двадцать минут ты услаждал нас поистине прелестной поэзией. Но кто ты такой? Развлекатель? Или все же Солдат? Именно тогда, - не знаю, как я это ощутила - может быть по тому, как откашлялся Сид - стало ясно, что наше настроение изменяется не в пользу Брюса. Странное чувство - ощущать, как на тебя снова начинает давить реальность, как яркие краски тускнеют, а мечты исчезают в тумане. И только тут я осознала, насколько близко к грани бунта Брюс подвел нас - по крайней мере некоторых из нас. Я была зла на Эриха за то, что он сделал, но не могла не восхищаться его дерзостью. Я все еще была под впечатлением слов Брюса и того, что он не успел договорить, но потом Эрих слегка сдвинулся, чуть не наступив одним из каблуков на смертоносные кнопки-черепа, и мне захотелось взять его шпору и проткнуть ею каждую пуговицу с черепом на его мундире. Трудно описать, что я тогда почувствовала. - Да, я Солдат, - ответил ему Брюс, - и я полагаю, что тебе не приходится сомневаться в моей смелости, потому что мне требуется больше смелости, чем в любой из операций, которую мы когда-либо планировали или даже могли бы придумать, чтобы предложить отправить послание о мире на все другие Станции и во все болевые точки космоса. Может, нас тут же прихлопнут, едва мы сделаем первую попытку, но кто знает? Быть может, мы по крайней мере увидим наших настоящих хозяев, когда они явятся, чтобы раздавить нас. Что касается меня, то я бы этим был вполне удовлетворен. Но мы и сами можем нанести удар. - Так оказывается, ты Солдат, - Эрих оскалил зубы в улыбке. - Брюс, я готов признать, что те полдюжины операций, в которых ты побывал, были покруче, чем все, что я видел за мою первые сотню снов. И потому я искренне тебе сочувствую. Но ты дошел из-за них до такого состояния, что любовь и девчонка смогли перевернуть тебя вверх ногами и ты начал балабонить о призывах к миру.... - Да, клянусь Господом, любовь и девушка изменили меня! - заорал на него Брюс, а я посмотрела на Лили и вспомнила, как Дэйв сказал "Я еду в Испанию". И я подумала, найдется ли что-нибудь в мире, отчего мое лицо могло бы вот так запылать... - А точнее, они заставили меня выступить за то, во что я верил всегда. Они заставили меня... - Wunderbar! - воскликнул Эрих и начал, кривляясь, выплясывать на бомбе танец, от которого я стиснула зубы. Он жеманно сплетал руки, покачивал бедрами, зазывно вытягивал шею и быстро моргал глазами. - Не пригласите ли вы меня на свадьбу, Брюс? Вам придется поискать другого шафера, а я в роли цветочницы буду бросать избранным гостям прелестные маленькие букетики. Пожалуйста, Марк. Держите, Каби. Это вам, Грета. Danke schon. Ach, zwei Herzen in dreivierteltakt... та-та... та-та... та-та-та-та... - Что ты позволяешь себе думать о женщинах? - с ненавистью крикнул Брюс. - По-твоему, они предназначены для того, чтобы ты мог поразвлечься в свободное время? Эрих, продолжая мурлыкать мелодию "Двух сердец в ритме вальса" и кружиться в такт ей, черт бы его побрал - небрежно кивнул Брюсу и сказал: "Совершенно верно". Так что мне стало известно мое место в его жизни; впрочем, это и не было для меня новостью. - Ну и прекрасно, - сказал Брюс. - Пусть этот коричневорубашечник развлекается, а мы займемся делом. Я сделал всем вам предложение и, думаю, мне не надо объяснять вам, насколько оно серьезно или как мы с Лили к этому относимся. Мы должны не только внедриться на другие Станции и завоевать их - к счастью, они просто предназначены для захвата - но еще и вступить в контакт со Змеями и установить рабочие взаимоотношения с их Демонами нашего уровня. Это должен быть наш первый шаг. Тут Эрих прекратил кружиться, а у нас - мне показалось, что у всех - перехватило дыхание. Эрих воспользовался этим, чтобы сменить пластинку. - Брюс! Мы позволили тебе нести эту чушь дольше, чем следовало бы. Похоже, ты вбил себе в голову, что раз тут у нас нас Станции происходит всякое такое - дуэли, пьянки, und so weiter - то ты можешь плести что тебе вздумается, а потом все это будет забыто. Ничего подобного. Конечно, среди такой толпы монстров и вольнодумцев, как мы все, да еще впридачу работающих секретными агентами, не может быть естественной военной дисциплины, которая поддерживается в земной армии. Но я хочу кое-что сказать тебе, Брюс, а ты зазубри это раз и навсегда. А Сид, Каби и Марк, как офицеры соответствующего ранга, подтвердят мои слова. Так вот, команды Пауков выполняются в этом месте так же четко, как слово Фюрера правит в Чикаго. И мне не стоило бы напоминать тебе, Брюс, что у Пауков есть такие виды наказаний, которые заставили бы моих соотечественников в Бельзене и Бухенвальде... ну, скажем, немножко побледнеть. Так что пока остается хоть слабенькая возможность воспринимать твои высказывания просто как лишенную чувства меры клоунаду... - Болтай дальше, - махнул рукой Брюс, не удостоив его взглядом. - Люди, я сделал вам предложение. - Он сделал паузу. - Сидней Лессингем, на чьей вы стороне? И я почувствовала, что мои ноги подкашиваются, потому что Сид не ответил сразу. Мой дружок сглотнул и огляделся по сторонам. Затем ощущение чего-то зловещего, повисшего в воздухе, стало еще сильнее, и Сид перестал оглядываться, а спина его напряглась. Тут быстро врубился Марк. - Мне очень жаль, Брюс, но мне кажется, что ты свихнулся. Эрих, его нужно взять под стражу. Каби с отсутствующим видом кивнула. - Взять под стражу или убить труса, смотря что проще, а женщину высечь, и давайте вернемся к битве в Египте. - Ну и правильно, - сказал Марк. - Я в ней погиб. Но теперь, может, это будет не так. - Ты мне нравишься, римлянин, - сказала ему Каби. На губах Брюса была легкая улыбка, а глаза перебегали с одного из нас на другого. - Вы, Илилихис? Пищалка Илли никогда прежде не звучала как механизм, но сегодня это было именно так: - Я намного глубже любого из вас забрался во время, тра-ла-ла, но папочке еще хочется пожить. Не включай меня в свой список, Брюсик. - Мисс Дэвис? Сзади меня раздался бесцветный голос Мод: - Вы думаете, я дура? Я видела, что рядом с ней сидит Лили. Я подумала: Господи, я могла бы выглядеть на ее месте столь же гордо, но никогда бы мне не удалось выглядеть столь же уверенной в себе. Взгляд Брюса еще не добрался до Бура, но тут картежник заговорил сам. - У меня нет причин обожать вас, сэр, скорее наоборот. Но это место начинает утомлять меня еще больше, чем Бостон, хотя я долго с этим боролся. Боюсь даже, слишком долго. Я с вами, сэр. У меня в груди защемило и в ушах зазвенело, и сквозь этот звон я услышала рев Севенси: - Тошнит эти грязный Пауки. Бери меня вместе. А потом перед баром воздвигся Док, потерявший где-то свою шляпу, волосы его были всклокочены; он схватил за горлышко пустую бутылку и отбил ей дно, ударив о стойку бара, взмахнул ей и зловеще каркнул что-то по-русски. Тут же Бур перевел на английский: "Убивайте Пауков и немцев!" И Док после этого не свалился снова; впрочем, я видела, что он крепко вцепился в стойку бара, а в помещении Станции стало совсем тихо, гораздо тише, чем я когда-либо слышала, и взгляд Брюса начал наконец перемещаться к Сиду. Но он не дошел до Сида, и я услышала, как Брюс спросил: - Мисс Форзейн? - и я подумала: "Ну, это же вообще смешно", и начала оборачиваться, разыскивая графиню, а потом увидела, что все смотрят на меня и осознала: "Эй, да это же он про меня! Но ведь меня-то это не касается. Другие - да, но не я же. Я здесь просто работаю. Не троньте Грету, нет, нет, нет!.." Но их взгляды уперлись в меня и не отпускали, а тишина стояла такая, что я сказала себе: "Грета, ты должна хоть что-нибудь сказать, хоть какое-нибудь подходящее к случаю слово из четырех букв", а потом я вдруг поняла, на что похожа эта тишина. Это как будто в большом городе в одно мгновение выключили все шумы. Как будто Эрих продолжал петь, когда рояль уже умолк. Как будто Ветры Перемен полностью утихли... и я, кажется, заранее знала, что случилось, еще до того, как успела увидеть. Девушки-призраки исчезли. Главный Хранитель не был переключен на интроверсию, как я полагала. Он тоже исчез. 9. В ЗАКРЫТОЙ КОМНАТЕ - Мы обследовали мох между камнями и обнаружили, что он не потревожен. - Надеюсь, вы искали среди бумаг Д. и в книгах в библиотеке? - Конечно; мы развернули каждый сверток и просмотрели каждый пакет; мы не только раскрыли каждую книгу, но в каждой книге перелистали каждую страницу... Эдгар По Через три часа мы с Сидом плюхнулись на кушетку, ближайшую к кухне, хотя мы слишком устали, чтобы хотеть есть. Самые тщательные поиски, какие только можно вообразить, показали, что Хранителя на Станции больше нет. Конечно, он должен быть на Станции, - все мы повторяли это друг друг первые два часа. Он должен быть здесь, если та наука, по которой существовала Станция, значила хоть что-нибудь. Хранитель - это такая штука, которая поддерживает существование Станции. Малый Хранитель снабжает нас кислородом, обеспечивает должную температуру, влажность, силу притяжения и все прочее, что нужно для круговорота материи и жизни на Станции. А вот Главный Хранитель - он не дает схлопнуться стенам и свалиться потолку Станции. Не так уж мало, сами понимаете. Он не использует радиоизлучение или еще что-нибудь в таком духе. Просто искривляет локальное пространство-время. Мне рассказывали, что внутренность Хранителя - это чрезвычайно упругие и прочные гигантские молекулы, каждая из которых - чуть ли не космос в миниатюре. А внешне он выглядит, как переносной радиоприемник с чуть большим, чем обычно, количеством подстроечных ручек, индикаторами, переключателями и гнездами для наушников и всякими прочими штуковинами. Хранитель исчез, а Пустота тем не менее не обрушилась на нас. Но к этому времени я настолько валилась с ног от усталости, что меня даже не интересовало, схлопнулась она или нет. Одно было ясно, что Хранитель был переключен в режим интроверсии, перед тем как духи его уволокли; или же при исчезновении он автоматически переключается в этот режим - можете выбирать сами. Потому что нас наверняка интровертировали - я это вбила себе в голову, как затверженный школьный урок - выпивка не выдыхается, ни дуновения Ветра Перемен, полное удушье, а серость Пустоты, казалось, так глубоко проникла в мою голову, что меня даже осенило - так вот что имели в виду наши ученые всезнайки, когда втолковывали мне, что Станция - это своего рода переплетение материального и духовного. Один из них назвал это "гигантской монадой". Как бы то ни было, но я сказала себе: "Грета, если это интроверсия, то я в такие игры не играю. Не очень приятно быть отрезанной от космоса и знать об этом. Спасательный плот посреди океана или космический корабль, летящий между галактиками - и то не так одиноки". Я задала себе вопрос, зачем вообще Пауки снабдили наши Хранители такими переключателями, если мы не имеем опыта обращения с ними, и, как предполагалось, можем ими воспользоваться только в случае крайней необходимости, когда тебе остается либо интровертироваться, либо быть захваченным Змеями. И только тут до меня вдруг дошло: Интровертировать Станцию - все равно что открыть кингстоны на корабле. Цель этого одна: сохранить секреты и оборудование от врага. При этом Станция оказывается в таком положении, из которого ее не может вывести даже командование Пауков, и нам остается только тонуть (всплывать? дрейфовать?) в Пустоте. Если дело обстоит таким образом, то наши шансы выбраться отсюда примерно такие же, как мне снова стать малышкой, играющей в песочнице. Я теснее прижалась к Сиду, мне захотелось - как бы это сказать? - спрятаться к нему под крылышко. Потерлась щекой о засаленный бархат его шитого золотом камзола. Он поглядел на меня сверху вниз, а я спросила: "Ну что Сидди, далеко стало до Королевского Линна, а?" - Дражайшая, ты изрекаешь весьма мудрые вещи, - сказал Сид. Дрянной мой старикан прекрасно знает, что делает, когда переходит на такую манеру выражаться. - Сидди, зачем тебе нужно все это золотое шитье? Без него ты был бы такой гладенький... - Святая дева! Мужчина должен быть колючим и, ну я не знаю, мне нравится чувствовать на себе металл. - И колоть девушек, - фыркнула я. - Но ты, пожалуйста, не выкидывай свой камзол в Восстановитель. Пока мы не выберемся из леса, я хочу, чтобы все вокруг по возможности оставалось, как прежде. - Святая дева! А зачем мне его чистить? - простодушно поинтересовался он, и мне кажется, что он вовсе не собирался меня дурачить. Путешественников во времени меньше всего заботит, чем они пахнут или чем не пахнут. Потом его лицо омрачилось, и вид у Сида стал такой, будто ему самому захотелось спрятаться мне под крылышко. - Да, милая, в этом лесу деревьев побольше, чем в Шервуде. - Твоя правда, - согласилась я, задумавшись, что означает этот его взгляд. Чувствовалось, что его сейчас не забавляет моя ребячливость. Я понимала, что делаю глупости, но он стал мне очень близок за все это время и вообще... Трудно сказать. И еще я вспомнила, что кроме меня, еще только он ничего не сказал, когда Брюс предложил нам выбирать, на какую встать сторону и, быть может, это все еще продолжало угнетать его мужское достоинство. Я-то как раз наоборот - все еще была благодарна Хранителю, что он вытащил меня из затруднительного положения - несмотря на то даже, что все мы при этом здорово влипли. Казалось, прошла уже целая вечность. Все вынуждены были согласитьс

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору