Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Философия
   Книги по философии
      . Древнеармянские рукописи -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  -
анипулировать в других местах, но не в научной работе, в подготовке научного текста классика! У нас имеются еще кое-какие замечания в отношении нарушений и искажений текста Корюна, но большая часть их, мы надеемся, будет исправлена при академической подготовке текста со всеми, существенными разночтениями списков данного произведения. 10 Нам хотелось бы остановиться на характеристике двух немаловажных сторон нашего памятника и этим закончить настоящее предисловие. К ним относится. во-первых, литературно-художественная ценность этого произведения и. во-вторых, историко-источниковедческое значение его, как первоисточника истории Армении и изобретения письменности армян, иверов и агван. В настоящей главе рассмотрим памятник с литературно-художественной стороны, выявим приемы его художественного воспроизводства исторической действительности. В жанровом аспекте произведение Корюна мы охарактеризовали как панегирик, похвальное слово, а не как исторический труд в узком значении этого понятия. Как похвальное слово оно требовало соответствующие средства повествования, отличные от исторического произведения. Автор это прекрасно понимает, поэтому он заявляет, что будет не просто излагать, а "красочно повествовать" - ***. Приняв в основу метод "красочного повествования", он уповает на поощрение, молитвы однокашников не для того, чтобы трезво и объективно изложить материал, а чтобы "успешно и устремленно плыть по широко катящимся волнам наставнического моря", т. е. чтобы изложить жизнь и деятельность своего Вардапета. Все чувства и переживания, все заботы и думы, все дела и подвиги, все искания и достижения великого Вардапета переданы вдохновенным, искренне любящим учеником его, Корюном, в основном гиперболами; описание деяний Маштоца изобилует накоплением разных эпитетов, сравнений, метафор, которые подчеркивают величие его. Он даже в подвижничестве велик, непревзойденный герой: "И много всевозможных лишений перенес он..., предаваясь духовным упражнениям, одиночеству, голоду и жажде; жил он в горах, в темных пещерах, питался лишь травами, одеваясь во власяницу, ложась на голую землю. Много раз сладостный отдых ночей и потребность сна проводил он как мгновение, бодрствуя всю ночь на ногах"83[82]. Мысли и думы Вардапета лишь о народе, о массах... "Осаждаемый печальными заботами, как бы в западне, находился он,- повествует Корюн,- в пучине размышлений о том, какой бы найти выход из (создавшегося) положения"84[83]. Когда же эти заботы великого народолюбца увенчались успехом, как он ликовал, как ликовал с ним его любимый ученик Корюн, сравнивая его подвиг с подвигом "великого Моисея", "боговидца" и признавая превосходство Вардапета над пророком! Начата просветительская деятельность. Мудрый учитель Маштоц в своей роли - он учит и наставляет, творит и просвещает... Страна возродилась, перевооружилась!.. "В то время... стала чудесной наша желанная, благодатная Армения, куда внезапно, благодаря двум равным мужам, прибыли и стали говорить по-армянски законоучитель Моисей вместе с сонмом пророков и шествующий впереди Павел со всем отрядом апостолов и с животворящим Евангелием Христа"... Так и перед взорами нашими торжественно шествуют по армянской земле, как на параде, библейские патриархи и новозаветные апостолы! Таких образных описаний, сравнений, метафор и т. д. немало в этой небольшой книжке... "И какая была там радость сердцам и какое зрелище, ласкающее глаз! Ибо страна, которая раньше ничего не знала о тех краях, где были сотворены все божественные чудеса, вскоре за короткое время была осведомлена обо всех совершившихся событиях, и не только (событиях), совершенных в те времена, но и о том, что было до того и после того в вечности, о начале и о конце"... 85[84] Страна была вправе ликовать, она узнала все то, что необходимо было ей для перевооружения, для борьбы с чужеземными поработителями... В знании сила! И эту силу дала ей письменность, просветительская деятельность Вардапета и его сподвижников. Корюн, восторженно восхваляя гуманизм своего Вардапета, временами в лирических отступлениях проникновенно и эмоционально воспевает духовные подвиги Вардапета и его сподвижников. "Там (на местах подвижничества - К. М.-О.) они не напивались вином, но преисполнялись духом и подготовляли сердпа свои духовными песнопениями... Там упражнялись в назидательных чтениях книг... Там вардапет ободрял и увещевал их идти вперед и достигнуть того места, где Христом положен венец. Там кипели души их в служении Богу. Там - молитвы к человеколюбивому Богу, исполненные мольбы, и миротворящие просьбы за жизнь всех людей!"... 86[85] Ограничимся этими примерами и теми цитатами. которые попутно приводились из труда Корюна. и сжато охарактеризуем манеру письма, стилистические особенности пера автора. О языке, стиле, манере письма Корюна много говорилось в арменистике. Одни исследователи отзывались весьма отрицательно, как например, Н. Г. Адонц, считавший его язык "негладким, подавляющим, темным", или говоривший, что у него "искусственный, деланный стиль, расплывчатый и тяжелый, как скрипучая телега, и он не обладает легкостью и плавностью слога своих современников"87[86], другие, критически относясь к тем или иным недостаткам его стиля, дали глубокую и разностороннюю- характеристику его, например, Норайр Бюзандаци, а третьи - расхваливали его на все лады, а наблюдаемые недостатки приписывали малограмотным писцам (Г. Фынтыглян). Нам хотелось бы познакомить читателя с блестящей и по форме и по содержанию характеристикой стиля Корюна, данной таким выдающимся арменоведом-филологом, каким был Норайр Бюзандаци. Вот что пишет он: "Витиеватый, пышный, изящный,- вот каков армянский язык Корюна в Биографии Маштоца. Какое изобилие звучных слов, какие филигранные периоды, сколько изящества, сколько форм и разнообразия оборотов! Как голос твой прерывается в конце каждого предложения (пауза), будто читаешь ты гладкое стихотворение... как искусно и лаконично может он причастными формами выразить свои мысли и с каким большим мастерством может он сочетать специальные формы и обороты изысканного литературного языка с формами и оборотами семейной речи!"88[87] Впрочем Н. Бюзандаци не только умеет восторгаться языком Корюна. Чтобы ярче представить себе, понять языковые достоинства интересного автора" он считает необходимым сопоставить его манеру письма с языком его же однокашника, известного классика Езника Кохбаци, автора другого оригинального труда первой половины V века "Оба они пишут красочно,- говорит Н. Бюзандаци,- с той лишь разницей, что Езник не любит излишне украшать во вред ясности (clarte) слога, между тем как (излишества) убранства у Корюна часто затемняют смысл предложения. Первый (Езник) в своей книге с начала и до конца походит на тихий ручей, в прозрачных ведах которого мы ясно видим дно, а второй - весьма часто несется. как бурный поток, покрытый цветами, а потому наши взоры не могут проникнуть в глубину (потока). У Езника грамматика всегда правильная... от точки до точки - глагол, существительное, эпитет, форма, оборот... все прозрачно, как кристалл. Вот поэтому без особого труда понимаем его текст и легко переводим на все европейские языки. Между тем как у Корюна нет недостатка в оборотах, (грамматически) неправильных или сомнительных (фр. vague), часты сложные слова и пояснения, которые невозможно перевести не только на иностранные языки, но и на новоармянский литературный язык"89[88]. Полностью соглашаясь с вышеприведенной раз. посторонней характеристикой стилистических особенностей нашего автора, нам кажется, что наши маститые исследователи упустили еще одну немаловажную черту в характере и творчестве Корюна. Биограф Маштоца не простой летописец или историк, пишущий историю жизни и деятельности своего любимого учителя, а поэт, одаренный "милостью божией", который не просто описывает, а воспевает, не академическую речь держит, а местами с поэтическим пафосом произносит похвальное слово, панегирик своему любимому Вардапету. Вот в чем главная разница между поэтом Корюном и ученым Езником. 11 "И вот тех, которые были собраны из отдельных и разрозненных племен,он (Маштоц) связал божественными заветами н сделал их единым народом". Корюн. Нам остается ответить еще на один вопрос: каково историко-литературное и источниковедческое значение "Жития Маштоца"? Является ли этот памятник полноценным отображением великого события - возникновения армянских письмен? Видимо, этот вопрос возникал и у армянских писателей V века. Отдавая должное дарованию Корюна. все же они молча протестовали против восхваления лишь одного Маштоца и вследствие этого в некоторой степени умаления роли католикоса Саака. По труду Корюна высокообразованный католикос являлся лишь советчиком, ходатаем и неустанным переводчиком Библии, а Маштоц инициатор, изобретатель, учитель, наставник, одним словом, подлинный вождь всего движения, который всюду поспевает, где в нем нуждаются. И это обстоятельство не удовлетворяло многих современников. Этим, пожалуй, можно объяснить и то, что Мовсес Хоренаци обещал "возвышенным словом достойно прославить отца нашего90[89], который, родившись смертным, оставил по себе бессмертную память", "но, боясь обременять читателя пространною речью,- говорит он,- мы откладываем говорить о нем в другом месте и в другое время вне этой книги, как мы обещали еще в начале нашего повествования"91[90]. Точно такого же мнения придерживается Лазар Парпеци, который, отдавая должное Маштоцу, как энергичному изобретателю и школьному деятелю, все же считает руководителем всего дела просвещения народа католикоса Саака, ибо фактически Маштоц не может сделать ни шагу без санкции или же без задания его. Саак возглавляет и группу переводчиков, включая и Маштоца, ибо без него "никто не посмел бы приняться за такое серьезное и важное дело, как перевод Библии с греческого на армянский язык, ибо никто не был так научно осведомлен в знании греческого языка"92[91] . И вот, все собрание деятелей во главе с царем Врамшапухом и Маштоцем просят Саака возглавить дело перевода Библии на армянский язык. Саак соглашается, переводит книги и руководит всем движением. Можно без всякого преувеличения сказать, что большая часть повествования Лазара Парпеци касается именно католикоса Саака. Думается, такое умонастроение как у Мовсеса Хоренаци, так и у Лазара Парпеци должно было вызвать к жизни. какое-то произведение, полнее освещающее роль Саака в этом общенародном движении. Судя по сведениям Лазара, такое произведение уже имелось в его распоряжении, ибо его данные по линии Саака отличаются от имеющихся у Корюна. Какое же это произведение и кто автор его? В древнеармянской письменности сохранились списки-перечни армянских историков и летописцев. Так вот, в шести списках-перечнях из семи сохранившихся. вслед за Корюном или рядом с ним упоминается Хосров (Хостров-диалект, форма), которому приписывается исторический труд, посвященный католикосу Сааку. В IX списке по Армянской библиологии (V-XVIII вв.) А. С. Анасяна имеется: 7-ой (по порядку). "Корюн Чудесный, который повествовал былое", 8. "Хосров Могучий, который повествовал", а в XIII списке имеется: 5. (по порядку). "Корюн переводчик - История св. вардапета Месропа", 6. "Хостров (sic) переводчик -История св. патриарха Саака"93[92]. Кто же этот Хосров? Не тот ли Хосровик-переводчик, упомянутый Лазаром Парпеци, который не успел дойти до пределов Армении, по дороге умер, так как в стране подняли вой против него? Да и произведение под таким заглавием пока что нигде не найдено, но, что когда-то оно имелось, в этом не приходится сомневаться. Теперь перейдем к оценке труда Корюна как первоисточника истории Армении. Конкретно укажем его достоинства с точки зрения источниковедения. Этот вопрос неоднократно ставился в армянской филологической науке. Ответы оказались весьма разноречивыми. Одни умаляют историческое и источниковедческое значение этого маленького по объему памятника и, напротив, превозносят его историко-литературную ценность; другие, признавая некоторую недостаточность исторических сведений в нем, все же считают его автора "единственным достоверным историком шестидесятилетнего периода (384-441 гг.)" Первую группу ученых представляет Норайр Бюзандаци94[93], а вторую - Г. Фынтыглян95[94]. Проф. М. Абегян. в основном придерживаясь выводов последнего, иначе аргументирует свои положения. "При оценке произведения данного типа,- говорит он,- прежде всего надо иметь в виду тему и план автора, т. е., что он хотел написать, а также эпоху его". Так вот, Корюн с первых же слов говорит, что он намерен писать "о письменах... о том, когда и при каких обстоятельствах были они пожалованы и рукою какого мужа была проявлена эта новая милость божия, а также о светлом учении того мужа и об ангелоподобном монашеском благочестии его"96[95]. Раз планировал он писать в этом разрезе, а не историю Армении, мы не вправе требовать большего. "Он прекрасно осуществил то, что планировал"97[96]. М. Абегян обоснованно отвергает все выпады Н. Бюзандаци и его последователей против Корюна, осмеивающих последнего за то, что он считает этот маленький труд "сверх сил своих" и просят "их всех молитвами своими присоединиться... дабы смогли мы... успешно и устремление плыть по широко катящимся волнам наставнического моря"98[97]. Корюн обращается за моральной поддержкой к своим однокашникам. Близкие люди, питомцы Маштоца должны поддержать его, чтобы "плыть по волнам наставнического моря". Это были тяжелые времена. всюду шли внутрицерковные споры, распри; ереси развернули свою деятельность против "православия". Ефесский вселенский собор (431 г.) вел борьбу против несторианства, против Теодора Мопсуэстского и т. л. Армянская церковь не могла остаться безучастной в этой борьбе. Малейшее отклонение от учения официальной церкви могло ввергнуть ее и адептов ее в беду. Вот поэтому и Корюн желает заручиться моральным содействием сотоварищей. Критики Корюна недовольны и его вторым длинным предисловием, находя его лишним. М. Абегян доказывает необходимость такого предисловия в условиях борьбы разных общественных течений внутри страны. Корюн, по мнению М. Абегяна, не намеревался писать историю Армении своего времени. В "Житие Маштоца" биограф не останавливается, молча проходит мимо многих исторических событий, однако нельзя говорить, что "она (эта книжка - К. М.-О.) не имеет никакой ценности как историческое произведение". Это неправильно. "Она имела и имеет весьма большую ценность. Достаточно сказать, что, не будь этой книжки, мы знали бы мало что и то сомнительного характера о таких важных событиях, каковыми являются возникло" вение армянских письмен и литературы"99[98]. По книжке Корюна "мы ясно себе представляем разумно намеченную и затем последовательно претворенную в жизнь деятельность, а главный деятель ее. Маштоц, выступает как одаренный и влиятельный муж, преисполненный неисчерпаемой энергии, который живет думами и заботами о родном армянском народе и его закавказских соседях, постоянно разъезжает по районам и странам, всюду инструктируя и укрепляя начатое им дело просвещения народа"100[99]. Чтобы не полемизировать с другими исследователями, конкретно укажем на достоинства нашего памятника с точки зрения источниковедения. 1. Корюн не агиограф, восторгающийся и восхищающийся своим героем-подвижником, а объективный повествователь-очевидец, сжато описывающий реально-исторический подвиг общественного деятеля. В деятельности Маштоца нет ничего чудесного, сверхъестественного, этого неотъемлемого элемента всякой агиографии. Перед нами реальный человек, и деяния его также весьма реальны. 2. По Корюну, народолюбец Маштоц совершает свой "подвиг" не в "единоборстве с деспотом или дьяволом" во славу своей веры, как в агиографии, а творит и создает свое великое дело при содействии своих друзей, покровителей, сподвижников и учеников, называя их по именам и по роду-племени. Это народное дело и оно было совершено при активном содействии сотрудников из армян, иверов, агван и т. д. 3. По Корюну, изобретатель письменности армян, иверов и агван не какой-то святой, отшельник. уповающий на Бога и ждущий лишь от него "мило сти божьей", а реальный государственный деятель. сознающий значение письменности для просвещения и объединения народа, который не покладая рук трудятся, чтобы создать эти письмена. Он нс чуждается посторонней помощи, а напротив, сам едет в более развитые страны за реальной помощью, а получив ее, он с радостью делится своим опытом со всеми, кто нуждается в нем. 4. Корюн прекрасно понимал всю глубину мыслей великого Вардапета, знал, что созданием письменности Маштоц и его сотрудники старались сплотить армянский народ, духовно перевооружить. морально поддержать его в борьбе против сасанидской экспансии. Вот что говорит он о роли письменности, просвещения в деле сплочения племен в единый народ: "И вот тех, которые были собраны из отдельных и разрозненных племен,- пишет он об учениках, привезенных от разных иверских племен,- он (т. е. Маштоц) связал божественными заветами и сделал их единым народом"101[100]. Несомненно, эту кардинальную мысль Корюн перенял у своего Вардапета. 5. В армянской историографии впервые в книжке Корюна перечисляются все активные деятели просвещения Армении, Иверии и Агванка первой половины V века. На этом поприще выступают государственные деятели (по Армении - царь Врамшапух, хазарапет Ваан Аматуни, ншханы Васак, Сюни, Вардан Мамиконян и др., по Иверии - цари Бакур, Арчил, князь Ашуша и др., а по Агванку- царь Арсвах и др.) 'и церковные деятели по всем этим странам (католикосы-епископы Саак, Мовсес. Еремия, Самуэл и др.). Здесь выступают сирийские и греческие государственные и церковные деятели (импер. Феодосии, стрателат Анатолии, епископы Акакий, Пакидас, (Бабилас) Рабулас, патриарх Аттик и др.). Наконец, здесь даны по мере возможности сведения о первых культурно-просветительских деятелях и их работе (Езник Кохбаци, Иоанн Пахнаци, Иосеп, Гевонд, Корюн, Джага, Вениамин. Ропанос и др.). Все перечисленные деятели - люди одного поколения, современники, которые помогали друг другу, содействовали завершению великого дела по просвещению армян, иверов и агван. 6. Корюн сохранил и передал потомству ценные сведения о ереси барбарианов, а также об их подавлении в пределах Армении. 7. Никто из армянских авторов, а они являются единственными первоисточниками по изобретению письмен среди армян, иверов и агван, так подсобно, последовательно и достоверно не повествет об изобретении письменности и о переводах на эти языки, как Корюн. Конечно, современный читатель хотел бы иметь больше сведений о таком великом событии, как возникновение письменности у трех дружественных соседей. Однако всего не скажешь в маленькой книжке, да и сам Корюн не намеревался подробно, до мельчайших подробностей повествовать. "Мы прошли мимо многочисленных заслуг святых. дабы, подробно исследуя, рассказать лишь важнейшие обстоятельства", или "мы кратко изложили все. что известно не только мне, но и всем, кто прочтет эту книгу",- пишет он. Что обещал, то и сделал. Что можно еще требовать от него? 8. Год, месяц и день смерти Саака (четверг 7 сент. 439 г.) и Маштоца (суббота 17 февраля 440 г.) переданы Корюном с такой точностью102[101], что эти даты становятся отправными датами для уточнения многих событий в общественной жизни Армении первой половины V века, как например, год возникновения армянской письменности, создания "Жития Маштоца", перевода Библии и т. д 9. Труд Корюна представляет собою большую ценность для истории древнеармянской литературы, как историко-литературный памятник, имеющий тесные, но до сих пор еще окончательно не выясненные связи с целым рядом произведений иятого века, а также для истории армянского литературного языка, как один из первых оригинальных памятников на этом языке. 10. В отношении хронологич

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования