Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Художественная литература
   Драма
      Райт Ричард. Сын Америки -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  -
му хотелось посмотреть новый фильм; он изголодался по кино. В кино так легко мечтать: нужно только откинуться на спинку кресла и пошире раскрыть глаза. Он подумал о Гэсе и Джеке и Джо. Пойти в биллиардную потолковать с ними? Но какой смысл? Разве только они решатся на то, что давно уже задумали все вчетвером. Тогда это верные деньги, и скоро. С трех до четырех часов дня в квартале, где находится "Торговля деликатесами" Блюма, не бывает дежурного полисмена, и бояться нечего. Можно так: один из них возьмет Блюма на мушку револьвера, чтобы тот не кричал; другой будет сторожить парадную дверь; третий станет у черного хода; а четвертый вытащит деньги из ящика под прилавком. Потом они запрут Блюма в лавке, убегут с черного хода переулками, а через час встретятся в биллиардной Дока или в Клубе молодежи Южной стороны и разделят добычу. Все займет самое большее две минуты. И это будет последнее их дело. Правда, и самое рискованное. До сих пор они совершали налеты только на газетные киоски, палатки фруктовщиков или жилые квартиры. И никогда не трогали белых. Они грабили только негров. Они знали, что грабить своих гораздо легче и безопаснее, потому что белые полисмены смотрят сквозь пальцы на преступления негров против негров. Уже несколько месяцев они строили планы налета на лавку Блюма, но привести их в исполнение все не хватало духу. Они инстинктивно чувствовали, что грабеж у Блюма явится нарушением векового запрета: переходом границы, за которой обрушится на них вся ярость чужого, белого мира; что это будет вызов владычеству белой расы, вызов, который они томительно желали, но боялись бросить. Да, если б им удалось ограбить Блюма, это была бы настоящая победа. Все их прежние дела рядом с этим просто детская игра. - До свидания, Биггер. Он оглянулся и увидел Веру с рукодельным мешочком, болтавшимся на локте. Она дошла до угла, остановилась и вернулась к нему. - Ну, чего тебе надо? - Биггер, послушай... Вот у тебя теперь будет хорошее место. Не водись больше с Джеком и Гэсом и Джо. Опять ведь попадешь в беду. - А ты не суй свой длинный нос в мои дела. - Но Биггер... - Проваливай на свои курсы, понятно? Она круто повернулась и пошла по тротуару. Он понял, что мать говорила о нем с Верой и Бэдди, сказала, что, если он опять попадется, его уже не пошлют в исправительную школу, как прошлый раз, а прямо засадят в тюрьму. Что мать говорит о нем с Бэдди - это наплевать. Бэдди хороший парень. У самого голова на плечах есть. Но Вера - девчонка, дура, что ни скажи, всему верит. Он зашагал к биллиардной. Подходя, он увидел Гэса, шедшего ему навстречу. Он остановился и стал ждать. Это Гэсу первому пришла в голову мысль о налете на Блюма. - Здорово, Биггер! - Что слышно, Гэс? - Ничего. Джо и Джека не видел? - Нет. А ты? - Нет. Сигареты есть? - Есть. Биггер вытащил из кармана пачку и протянул Гэсу; закурил сам и дал ему прикурить. Они прислонились к красной кирпичной стене и курили; сигареты белели на черном фоне подбородков. Биггер смотрел на восток, где солнце разгоралось ослепительной желтизной. В стороне по небу плыли разорванные белые облака. Приятно было попыхивать сигаретой, ни о чем определенном не думая. Внимание скользило, задерживаясь на незначительных уличных сценах. Он машинально провожал взглядом каждую машину, проносившуюся с шуршанием по гладкому черному асфальту. Прошла мимо женщина, и он смотрел на ее покачивающиеся на ходу бодра, пока она не скрылась в подъезде. Он вздохнул, почесал подбородок и сказал негромко: - День сегодня теплый. - Да, - сказал Гэс. - Солнце лучше греет, чем паршивые батареи дома. - Да, хозяева не очень-то стараются топить. - Квартирную плату требовать - это они знают. - Хорошо бы скорей настало лето. - Угу, - сказал Биггер. Он потянулся всем телом и зевнул. На глазах у него выступили слезы. Четкие контуры стального и бетонного мира расплылись зыбкими волнами. Он моргнул, и мир снова сделался твердым, машинным и ясным. Какое-то движение в небе заставило его поднять голову; он увидел узкую белую ленту, извивающуюся в глубокой синеве. - Смотри! - сказал Биггер. - Чего? - Самолет слова пишет, - сказал Биггер, указывая пальцем. - Ну! Они следили за тоненькой полоской белого дыма, заплетавшейся в буквы: ПОКУПАЙТЕ... Самолет летел так высоко, что временами терялся в слепящем свете. - Его и не видно, - сказал Гэс. - Как будто маленькая птичка, - пробормотал Биггер, по-детски удивленно вздохнув. - Здорово летают белые, - сказал Гэс. - Да, - сказал Биггер, жадно всматриваясь. - Им все можно. Крошечный самолет бесшумно кружил и петлял, исчезал и появлялся вновь, волоча за собой длинный белый пушистый хвост, ложившийся завитками, точно выдавленная из тюбика зубная паста; завитки разбухали, редели по краям и медленно таяли в воздухе. Самолет выписывал второе слово: ГАЗОЛИН... - А на какой он высоте? - спросил Биггер. - Не знаю. Сто миль, а может быть, тысяча. - Я бы тоже научился так летать, если б можно было, - сказал Биггер задумчиво, как будто обращаясь к самому себе. Гэс сложил губы бантиком, отодвинулся от стены, втянул голову в плечи, снял кепку, низко поклонился и произнес с притворной почтительностью: - Да, сэр... - Поди ты к черту, - сказал Биггер, улыбаясь. - Да, сэр, - снова сказал Гэс. - Я бы _выучился_, если б можно было, - повторил Биггер. - Да, если б ты не был негром, и если б у тебя были деньги, и если б тебя приняли в летную школу, ты бы _выучился_, - сказал Гэс. Биггер с минуту словно подсчитывал все "если", которые нагромоздил Гэс. Потом оба громко захохотали, поглядывая друг на друга прищуренными глазами. Нахохотавшись, Биггер сказал не то вопросительно, не то утвердительно: - ЧуднО все-таки белые с нами обходятся. - Если б только чуднО, - сказал Гэс. - Может, они и правы, что не дают нам учиться летать, - сказал Биггер. - Потому что если б я, например, полетел на самолете, то уж непременно захватил бы с собой парочку бомб и спустил им на голову... Они опять засмеялись, продолжая смотреть вверх. Самолет парил и нырял, и за ним на синем небе уже белело слово: СПИД... - Покупайте газолин Спид, - произнес Биггер, медленно выговаривая слова... - Господи, до чего же мне хотелось бы полетать там, в облаках. - Вот попадешь в рай, господь тебе крылышки даст, и будешь летать, - сказал Гэс. Они снова захохотали, а потом опять прислонились к стене, покуривая и щурясь на солнце. Мимо катились по асфальту автомобили. Лицо Биггера в ярком солнечном свете поблескивало, как черный металл. Во взгляде у него застыло задумчивое напряженное недоумение, как у человека, давно уже бьющегося над неразрешимой загадкой, ответ на которую постоянно ускользает от него, но упорно притягивает все его мысли. Молчание раздражало Биггера; ему хотелось сделать что-нибудь, чтобы отвлечься от этой назойливой загадки. - Давай играть "в белых", - сказал Биггер. Это была их старая игра, заключавшаяся в том, что они старались подражать речи и манерам белых людей. - Неохота, - сказал Гэс. - Генерал! - торжественно возгласил Биггер и выжидающе поглядел на Гэса. - К чертям! Я не хочу играть, - заворчал Гэс. - Вы будете преданы полевому суду, - сказал Биггер, по-военному отчеканивая слова. - Пошел ты, черномазый... - засмеялся Гэс. - Генерал! - настаивал Биггер решительным тоном. Гэс устало посмотрел на Биггера, потом подтянулся, отдал честь и отвечал: - Да, сэр. - Завтра на рассвете пошлите ваши части в наступление и атакуйте неприятеля с левого фланга, - приказал Биггер. - Да, сэр. - Пошлите Пятый, Шестой и Седьмой полки, - продолжал Биггер, хмуря брови. - Действуйте танками, газами, авиацией и пехотой. - Да, сэр, - повторил Гэс и снова отдал честь, щелкнув каблуками. С минуту они помолчали, глядя друг на друга, выпятив грудь и сжимая губы, чтоб удержать смех. Потом дружно прыснули, потешаясь не то над собой, не то над огромным белым миром, который ширился и высился вокруг них в солнечных лучах. - Скажи, а что это такое "левый фланг"? - спросил Гэс. - Не знаю, - сказал Биггер. - Я так слышал в кино. Они снова захохотали. Потом успокоились и прислонились к стене, дымя сигаретами. Вдруг Биггер увидел, что Гэс сложил левую руку чашечкой и приложил ее к уху, точно телефонную трубку, а правую тоже сложил чашечкой и поднес ко рту. - Алло, - сказал Гэс. - Алло, - ответил Биггер. - Кто у телефона? - Говорит Морган, - сказал Гэс. - Слушаю вас, мистер Морган, - ответил Биггер, состроив льстивую и подобострастную мину. - Я желаю, чтоб вы сегодня утром продали на бирже двадцать тысяч акций Американской стали, - сказал Гэс. - По какой цене, сэр? - спросил Биггер. - Ах, по какой хотите, - сказал Гэс с напускным раздражением. - У нас их слишком много. - Да, сэр, - ответил Биггер. - А в два часа позвоните мне в клуб и скажите, звонил ли президент, - сказал Гэс. - Да, мистер Морган, - ответил Биггер. Оба сделали вид, что вешают телефонные трубки, потом покатились со смеху, держась за бока. - Пари держу, так именно они и говорят, - сказал Гэс. - Да, наверно, в этом роде, - согласился Биггер. Они еще помолчали. Затем Биггер поднес ко рту сложенную чашечкой руку и заговорил в воображаемую трубку: - Алло! - Алло, - ответил Гэс. - Кто у телефона? - Говорит президент Соединенных Штатов, - сказал Биггер. - Я вас слушаю, мистер президент, - ответил Гэс. - Сегодня в четыре часа дня я созываю заседание кабинета, и вы, как государственный секретарь, обязательно должны явиться. - Ах, мистер президент, - сказал Гэс, - знаете ли, я очень занят. В Германии чего-то бузят, и я должен послать им ноту... - Но это очень важно, - возразил Биггер. - А какой вопрос вы будете разбирать на заседании кабинета? - спросил Гэс. - Видите ли, негры в Америке очень бузят, - сказал Биггер, давясь от смеха, - надо что-нибудь сделать с этими черномазыми. - А, ну если это насчет негров, так я приду, мистер президент, - сказал Гэс. Они повесили воображаемые трубки, привалились к стене и долго хохотали. Мимо продребезжал трамвай. Биггер вздохнул и выругался: - Сволочье проклятое! - Чего ты? - _Ничего_ нам делать не дают. - Кто? - _Белые_. - Можно подумать, что ты это только сейчас узнал, - сказал Гэс. - Нет. Но я никак не могу привыкнуть к этому, - сказал Биггер. - Вот что хочешь, не могу. Я знаю, что лучше не думать об этом, а все-таки думаю. И всякий раз, как я об этом подумаю, мне будто кто-то раскаленным железом тычет в глотку. Ты пойми, Гэс. Вот мы живом здесь, а они живут там. Мы черные, а они белые. У них есть все, а у нас ничего. Им можно всюду, а нам никуда. Живем как в тюрьме. У меня всегда такое чувство, будто я стою где-то под забором и только в щелочку поглядываю на мир. - Брось ты эти мысли. От них не легче, - сказал Гэс. - Знаешь что? - сказал Биггер. - Ну? - Мне иногда кажется, что со мной случится что-то страшное. - Биггер произнес это с оттенком мрачной гордости. - Что? - спросил Гэс, быстро глянув на него. В глазах у Гэса отразился страх. - Не знаю. Так мне кажется. Всякий раз, когда я думаю про то, что я черный, а они белые, что я здесь, а они там, мне кажется, со мной случится что-то страшное... - А ну тебя! Ведь все равно тут ничего не поделаешь. Зачем же себя грызть? Ты - негр, а законы пишут они... - Почему мы должны жить здесь, а не в другом месте? Почему нам нельзя летать на самолетах и водить пароходы? Гэс толкнул Биггера в бок и проговорил добродушно: - Эй ты, черномазый, выкинь все это из головы. А то смотри, спятишь. Самолет улетел, и пушистые клубы белого дыма реяли, расплываясь в небе. Биггер зевнул и высоко вскинул руки над головой - хотелось двигаться и некуда было девать время. - Никогда у нас ничего не случается, - пожаловался он. - А что тебе нужно, чтобы случилось? - Что-нибудь, - сказал Биггер и обвел широкий круг своей темной ладонью, как бы включая в этот круг все мыслимые событии мира. Тут вдруг их глаза приковала к себе одна точка: аспидно-сизый голубь слетел на мостовую и принялся расхаживать между трамвайными рельсами, распушив перья и с царственным достоинством надувая взъерошенный зоб. Загремел трамвай, и голубь поспешно вспорхнул и понесся на плотных упругих крыльях, сквозь кончики которых просвечивало солнце. Биггер закинул голову и следил, как аспидно-сизая птица, кружа и хлопая крыльями, скрылась за гребнем высокой крыши. - Вот бы мне так, - сказал Биггер. Гэс засмеялся: - Рехнулся, черномазый. - Наверно, во всем этом городе только мы одни не можем жить там, где хочется, и делать то, что хочется. - Брось ты думать об этом, - сказал Гэс. - Не могу. - Потому-то тебе и кажется, что с тобой что-то страшное случится, - сказал Гэс. - Слишком много думаешь. - А какого дьявола мне еще делать? - спросил Биггер, поворачиваясь к Гэсу. - Напейся и проспись - все пройдет. - Не могу. Денег нет. Биггер смял сигарету и бросил, потом достал другую и протянул всю пачку Гэсу. Они опять закурили. Мимо проехал большой грузовик, взметая за собой тучу бумажек; бумажки покружились, белея на солнце, и медленно улеглись опять на землю. - Гэс! - Угу? - Ты знаешь, где живут белые, Гэс? - Ну, знаю, - сказал Гэс и указал на восток. - Вот там, за "чертой", на Коттедж Гроув-авеню. - Нет, не там, - сказал Биггер. - Как не там? - удивился Гэс. - А где же? Биггер сжал кулак и ударил себя в солнечное сплетение. - Вот здесь, у меня под ложечкой, - сказал он. Гэс пытливо поглядел на Биггера и потом отвел глаза, словно ему стало стыдно. - Да, я понимаю, что ты хочешь сказать, - пробормотал он. - Всегда, когда я думаю о них, я их тут _чувствую_, - сказал Биггер. - Да, и в груди тоже, и в горле, - сказал Гэс. - Жжет, как огнем... - Бывает, что даже вздохнуть нельзя... Глаза Биггера, широко раскрытые, неподвижно смотрели в пространство. - Вот тогда мне и кажется, что со мной случится что-то страшное... - Биггер помолчал, зрачки его сузились. - Нет, даже не случится... А я сам сделаю что-то такое, и не захочу, а сделаю... - Да! - сказал Гэс с лихорадочной поспешностью. В его глазах, обращенных на Биггера, было смешанное выражение страха и восхищения. - Да, да, я знаю, как это бывает. Как будто падаешь куда-то и не знаешь, где очутишься... Голос Гэса замер. Солнце зашло за большое облако, и прохладная тень легла на улицу; но оно сейчас же вынырнуло, и на улице снова сделалось совсем светло и жарко. Длинный изящный черный автомобиль, сверкая на солнце, как стеклянный, промчался мимо на третьей скорости и свернул за угол несколькими кварталами дальше. Биггер вытянул губы и пропел: - Зуууууум! - Все у них есть, - сказал Гэс. - Весь мир - их, - сказал Биггер. - Ну ладно, хватит, - сказал Гэс. - Пошли в биллиардную. - Пошли. Они направились к двери биллиардной. - Да, ты что ж, пойдешь на эту работу, про которую говорил? - спросил Гэс. - Не знаю. - Можно подумать, что тебе не нужна работа. - Да, как бы не так! Они посмотрели друг на друга и засмеялись. Потом они толкнули дверь и вошли. В биллиардной было пусто, только у входа, облокотись на стойку, стоял толстый негр с недокуренной погасшей сигарой во рту. В глубине комнаты горела одна электрическая лампочка под зеленым колпаком. - Здорово, Док, - сказал Биггер. - Что-то вы сегодня рано, ребятки, - сказал Док. - Джек и Джо не заходили? - спросил Биггер. - Не было, - сказал Док. - Сыграем партию, - предложил Гэс. - Денег нет, - сказал Биггер. - У меня есть немножко. - Зажгите свет. Шары на полке, - сказал Док. Биггер повернул выключатель. Они померились, кому начинать. Вышло Биггеру. Они начали игру. Биггер играл плохо: он думал о лавке Блюма, мысль о грабеже соблазняла и слегка пугала его. - Помнишь то дело, о котором мы все толковали? - спросил Биггер небрежным, равнодушным тоном. - Какое? - Старый Блюм. - А, - сказал Гэс. - Мы уже с месяц как перестали о нем толковать. Чего это ты вдруг надумал? - Давай почистим его. - Н-не знаю. - Ты первый предложил это, - сказал Биггер. Гэс выпрямился и пристально поглядел на Биггера, затем на Дока, который смотрел в окно. - Тебе нужно, чтобы Док услыхал? Когда ты научишься говорить тихо? - Да я только спросил, хочешь ли ты попробовать. - Нет. - А почему? Трусишь оттого, что он белый? - Нет. У Блюма есть револьвер. Вдруг дойдет до перестрелки? - А, ты просто боишься, вот и все. Он белый, и ты трусишь. - Врешь, не трушу, - обиженно защищался Гэс. Биггер подошел к Гэсу и обнял его за плечи: - Слушай, тебе даже не придется входить. Ты будешь только сторожить у двери. Мы с Джеком и Джо войдем. Если ты кого-нибудь увидишь, ты свистнешь, и мы удерем через черный ход. Больше ничего. Дверь отворилась; они замолчали и повернулись к двери. - Вот Джек и Джо, - сказал Биггер. Джек и Джо прошли в глубину биллиардной. - Что вы тут делаете? - спросил Джек. - Играем. Хочешь с нами? - спросил Биггер. - Это что же, на твой счет, на мои деньги? - сказал Гэс. Все засмеялись, и Биггер тоже, но он тотчас же оборвал свой смех. Он почувствовал, что смеются над ним, уселся у стены, положил ноги на перекладину соседнего стула и сделал вид, что не расслышал шутки. Гэс и Джо продолжали смеяться. - Ну чего ржете как жеребцы, - сказал Биггер. - Мастера языком трепать, а на дело у вас пороху не хватает. - Это как понимать? - спросил Джо. - Есть один план. Я уже все обдумал, - сказал Биггер. - Какой такой план? - Лавка Блюма. Наступило молчание. Джек закурил сигарету. Гэс смотрел в сторону, уклоняясь от разговора. - Если б старый Блюм был негром, вы бы так и поскакали сейчас. А раз он белый, все трусят. - Я не трушу, - сказал Джек. - Хочешь, пойдем? - Говоришь, ты уже все обдумал? - спросил Джо. Биггер шумно вздохнул и обвел всех троих взглядом. Ему казалось, что объяснения тут ни к чему. - Это очень просто. Бояться совершенно нечего. От трех до четырех старик всегда один в лавке. Полисмен в это время уходит на другой конец квартала. Один из нас останется на улице и будет сторожить. Трое войдут в лавку, понятно? Один возьмет Блюма на мушку, второй полезет в кассу за деньгами, а третий сразу выйдет на черный ход и откроет дверь, чтобы мы могли быстро смыться переулком... Вот и все. На три минуты дела, не больше. - У нас ведь был уговор, оружие в ход никогда не пускать, - сказал Джо. - И до сих пор мы белых не трогали. - Неужели ты не понимаешь? Ведь это же _настоящее дело_, - сказал Биггер. Он подождал новых возражений. Но так как все молчали, заговорил опять: - Ничего тут нет трудного, если не трусить. В комнате было тихо, только Док насвистывал у окна. Биггер внимательно следил за Джеком: он знал, что при таких обстоятельствах слово Джека будет решающим. Биггер боялся Гэса, потому что он знал, что, если Джек скажет "да", Гэс не выдержит. Гэс стоял у биллиарда, вертя в руках кий, рассеянно скользя взглядом по шарам, остан

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования