Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Религия. Оккультизм. Эзотерика
   Библейская литература
      Александр Мень. Сын Человеческий -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  -
какую-то конкретную программу переустройства общества. Он дал людям свободу самим создавать такие проекты, исходя из этики Его учения. Поэтому, когда два брата попросили Иисуса быть арбитром при разделе наследства, Он возразил: "Кто поставил меня судить или делить вас?" [38]. Верящие Ему и без прямых указаний смогут найти путь. "Ищите прежде Царства Божия и правды его, и все остальное приложится вам". По той же причине Христос не касался и политических проблем эпохи, а говорил о том, что актуально во все времена. ЦАРСТВО БОЖИЕ Что же такое Царство Божие, весть о котором занимает столь важное место в проповеди Иисуса? Сторонники вульгарного мессианизма связывали это понятие с внешним торжеством Израиля и фантастическим благоденствием на земле: солнце умножит свой свет, реки -- живительную воду, плоды будут необыкновенной величины. Пророки же верили, что воцарение Бога изгонит всяческое зло и преобразит Вселенную. В апокалиптической литературе последних веков до нашей эры переплетались оба воззрения. А то, что начало Царству положит приход Мессии, было общим чаянием почти всех иудеев. Иисус говорит о Царстве Небесном как о Своем Царстве. Всем державам мира, всем видам человеческого Града Он противопоставляет владычество Господне. Царство Божие "не от мира сего", оно выше всего преходящего; сокрушая власть Сатаны, оно несет на землю законы Неба. Эту духовную реальность нельзя ставить в один ряд с каким-либо земным счастьем. Земное счастье хрупко: немного нужно, чтобы развеять его, как сон; но и оно укрепляется и приобретает новый смысл в лучах евангельской радости, которая учит бесстрашию, вселяет уверенность и надежду. Даже люди, которые, казалось бы, сломлены обстоятельствами жизни или своими грехами, преодолев искус силой веры, обретут блаженство в обетованной земле Царства Божия. Ее наследуют миротворцы и сострадательные, чистые сердцем и гонимые за правду. Там утешатся плачущие, обогатятся "нищие духом", насытятся алчущие Правды. Таким образом, благая весть Христова есть весть о спасении, о приобщении мира к божественной жизни как высшей его цели. Когда фарисеи, много размышлявшие о "конце времен", спросили Иисуса о явлении Царства, Он ответил им: "Не приходит Царство Божие приметным образом, и не скажут: "вот оно здесь" или "там". Ибо вот Царство Божие внутри вас" [40]. Оно незримо уже присутствует среди людей, если в их душах воцаряется Господь. Оно приносит вступающим в него не забытье, а светлое, радостное чувство близости небесного Отца. Со временем же настанет день, когда Слава Царства будет явлена, как молния, которая "исходит от востока и светит до запада". Говоря об этом, Иисус прибегал порой к образному языку апокалиптических книг, а некоторые Его слова были поняты учениками в том смысле, что день Славы совсем близок. Однако гораздо чаще Иисус недвусмысленно учил о долгом, постепенном приближении Царства и сравнивал его с процессом созревания. Таково Царство Божие: оно подобно человеку, который бросит семя в землю, и спит, и встает ночью и днем, А семя всходит и тянется вверх, он сам не знает как; земля сама собой дает плод: сперва зелень, потом колос, потом полное зерно в колосе. Когда же созреет плод, он тотчас посылает серп, потому что настала жатва... Подобно Царство Небесное зерну горчичному, которое взял человек и посеял на поде своем. Хотя оно и меньше всех семян, но, когда вырастет, оно больше овощей и становится деревом, так что птицы небесные прилетают и вьют гнезда в ветвях его. Подобно Царство Небесное закваске, которую взяла женщина и положила в три меры муки, доколе не вскисло все [41]. В свете этих притч можно думать, что и сегодня история христианства переживает скорее всего только начало. Для осуществления замыслов Божиих две тысячи лет не более чем миг. Процесс роста происходит медленно. Закваска действует не сразу. Небесный дар не дается праздным. Поэтому Иисус требует неустанной борьбы. "Царство Божие, -- говорит Он, -- усилием берется" [42]. Все значительное редко достигается без жертвы, без отказа, без труда, а ради Царства никакой подвиг нельзя считать чрезмерным. Человек должен искать, действовать, выбирать. Входите узкими вратами, ибо широки врата и просторен путь, ведущий в погибель, и многие идут им. Ибо узки врата и тесен путь, ведущий в жизнь, и немногие находят его [43]. Предание сохранило и другие слова Христовы, указывающие на неизбежность выбора: Кто близ Меня, тот близ огня, кто далек от Меня -- далек от Царства [44]. Единение с Отцом превосходит все ценности и идеалы, все священные и благородные цели человечества. Обретая его, мы обретаем все. Если соблазнит тебя рука твоя, -- отруби ее; лучше тебе без руки войти в жизнь, чем с двумя руками пойти в геенну, в огонь неугасимый [45]. Подобно Царство Небесное зарытому в поле сокровищу, которое человек, найдя, скрыл, и от радости идет и продает все, что имеет, и покупает поле то. Еще подобно Царство Небесное купцу, ищущему хорошую жемчужину. Найдя одну многоценную жемчужину, он пошел и продал все, что имел, и купил ее [46]. "Не хорошо человеку быть одному", -- учит Библия. Люди созданы как существа, нуждающиеся друг в друге. И само дело Божие они должны осуществлять совместно. Древнее обетование было обращено к ветхозаветной Церкви, то есть к Общине верных. Она была избрана, чтобы стать "народом святым и царством священников", братством людей, посвятивших себя Богу. Когда же народ Завета оказывался недостойным этого призвания, пророки возлагали надежду на тех, кто устоял, кого они называли "Шеаром", Остатком. Но Иисус уже говорит не просто об Остатке, а созидает как бы новый народ Божий. Некоторые богословы высказывали мнение, будто у Христа не было намерения основывать Церковь и что оно было приписано Ему лишь позднее. Но в Евангелиях многое говорит против этой точки зрения. Можно ли считать случайным, что Иисус избрал именно двенадцать апостолов? Несомненно, Он видел в них своего рода родоначальников Общины Нового Завета, подобно тому как древний Израиль вел происхождение от двенадцати патриархов. Христос говорит о престолах, на которых воссядут двенадцать Его учеников "судить", то есть, возглавлять, Израиль [47]. Знаменательно, что после измены Иуды апостолы сочли необходимым выбрать на его место другого, чтобы сохранить число двенадцать. Кроме них Иисусом было выбрано семьдесят апостолов, и это тоже знаменательно. По традиции считалось, что все народы земли произошли от семидесяти предков. Само слово "Церковь" Иисус употреблял редко, вероятно потому, что в те дни оно определенно связывалось с ветхозаветной Общиной. Церковь же Христова полагала основание для новой духовной общности, хотя и построенной на почве Ветхого Завета. Иисус дает ей собственные законы, отличные от законов, принятых в земных царствах ("Между вами же да не будет так..."). Он ободряет ее: "Не бойся, малое стадо, ибо благоволил Отец ваш дать вам Царство" [48]. Из малых ручьев Церковь должна превратиться в широкую реку. "Вы соль земли, -- говорит Христос, -- вы свет мира. Не может укрыться город, расположенный на верху горы" [49]. Поэтому первое дело Церкви Христовой -- благовестие. Но в этом ее ожидают немалые трудности. Порабощенность суетой, искушения, легкомыслие, леность души будут противодействовать возрастанию Царства. Однако всегда найдутся люди, "алчущие и жаждущие правды". Благовестников должны радовать даже те, кто отнесется к ним без вражды. Им следует избегать замкнутости и сектантской гордыни. Однажды Иоанн Зеведеев сказал Иисусу: -- Учитель! Мы видели человека, именем Твоим изгоняющего бесов, и препятствовали ему, потому что он не следовал за нами. -- Не препятствуйте ему, -- ответил Господь, -- не может человек сотворить чудо именем Моим и вскоре сказать на Меня злое, ибо, кто не против нас, тот за нас [50]. Многие люди, даже стоящие вне Общины, не потеряны для Царства. "Тот, кто далек от вас сегодня, будет завтра близок" [51]. По-разному встречали и Сына Человеческого, а ведь "ученик не больше Учителя". Разве не были столь многие глухи к Его призыву? Но это не остановило Его. Пусть "званые" в Царство Божие отказались прийти. Он терпеливо продолжал отыскивать тех, кто пойдет за Ним. Однажды, когда Иисус посетил некоего фарисея, кто-то из гостей, слушая Его слова, воскликнул: "Блажен тот, кто вкусит хлеба в Царстве Божием!" Тогда Иисус рассказал притчу: "Сделал человек большой ужин и позвал многих. И послал раба своего в час ужина сказать приглашенным: "приходите, уже готово". И начали все, как один, извиняться. Первый сказал ему: "я купил землю, и мне нужно пойти посмотреть ее. Прошу тебя, извини меня". И другой сказал: "я купил пять пар волов и иду испытать их. Прошу тебя, извини меня"". И третий сказал: "я женился и потому не могу прийти". И придя, раб сообщил это господину своему. Тогда, разгневавшись, сказал хозяин дома рабу своему: "выйди поскорее на улицы и переулки города и введи сюда нищих, и увечных, и слепых, и хромых". И сказал раб: "Господин, сделано то, что ты приказал, и еще есть место". И сказал господин рабу: "выйди на дороги и к околицам, заставь людей войти, чтобы наполнился мой дом. Ибо говорю, что никто из мужей тех приглашенных не вкусит моего ужина"" [52]. Памятуя о том, что далеко не все люди готовы откликнуться на призыв, ученики Христовы должны следовать своему Учителю, который поступал подобно крестьянину, бросающему зерна во вспаханную землю. Вот вышел сеятель сеять. И, когда сеял, некоторые зерна упали при дороге, и прилетели птицы и поклевали их. Другие же упали на камень, где у них не было земли, и тотчас взошли, ибо земля у них была неглубока. Когда же солнце взошло, они были опалены им и, не имея корня, засохли. Другие же упали в терние, и поднялось терние, и заглушило их. Другие же упали на землю добрую и дали плод: какое -- сто, какое -- шестьдесят, какое -- тридцать [53]. На евангельской ниве может вырасти и бурьян. Но это не должно смущать истинных учеников Христовых. Им нужно лишь хранить трезвость и бдительность. Остерегайтесь лжепророков, которые приходят к вам в одежде овечьей, а внутри -- волки хищные. По плодам их узнаете их. Разве собирают с терния виноград или с репейника смоквы?.. Не всякий, говорящий Мне: "Господи! Господи!" войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего, Который на небесах [54]. Сорняки проникнут в Церковь незаметно, и подчас их будет трудно отличить от настоящей пшеницы Божией. "Подобно Царство небесное человеку, посеявшему доброе семя в поле своем. Когда же люди спали, пришел враг его и посеял между пшеницей плевелы, и ушел. А когда взошла зелень и дала плод, тогда явились и плевелы. И придя, рабы домохозяина сказали ему: "Господин, не доброе ли семя посеял ты на своем поле? Откуда же в нем плевелы?" Он сказал им: "Враг-человек это сделал". Рабы же ему говорят: "Так хочешь, мы пойдем выберем их?" Он говорит: "Нет, чтобы, выбирая плевелы, вы не вырвали с корнем вместе с ними и пшеницу, дайте им всем расти до жатвы, и во время жатвы я скажу жнецам, выберите прежде плевелы и свяжите их в связки, чтобы сжечь их, а пшеницу соберите в житницу мою" [55]. Только суд Божий произведет окончательный отсев и отделит доброе от злого. Суд же, как и Царство, уже начался. По слову Евангелия, он "состоит в том, что свет пришел в мир, но люди более возлюбили тьму, нежели свет" [56]. В результате возникает цепь кризисов и катастроф, вызванных столкновением правды Божией и человеческого зла. Последний Суд станет огненным очищением мира, когда руда истории будет переплавлена для Царства. Это новое рождение, трудное, как и всякие роды, принесет плод -- обновленную тварь... Подобно Царство Небесное большой сети, закинутой в море и собравшей рыб всякого рода. Когда она наполнилась, ее вытащили на берег и, сев, собрали хорошее в сосуды, а плохое выбросили вон. Так будет и в конце века: выйдут ангелы и отделят злых от праведных и бросят их в печь огненную: там будет плач и скрежет зубов [57]. Эти притчи подводят нас к теме, которая издавна составляла мучительный вопрос для христианской мысли. Что имел в виду Иисус, говоря о "муке вечной"? Тот факт, что образы "огня", "Геенны", "червя" взяты Им из иудейской апокалиптики, мало что поясняет [58]. Однако Христос не прибегнул бы к ним, если бы за ними не крылась определенная реальность. Слова об "изгнании во тьму" не подразумевают, конечно, пространства или "места", где пылает физический огонь. Этот символ, передающий атмосферу отверженности, содержит лишь намек на состояние вне Бога, вне света и истинного бытия. Но главное: может ли Бог любви, возвещенный Христом, бесконечно карать за грехи временной жизни? Неужели могущество зла столь велико, что оно будет существовать всегда, даже тогда, когда "во всем" воцарится Господь? Впрочем, ведь наши нынешние понятия о времени едва ли применимы к вечности. Не обещает ли Слово Божие, что "времени уже не будет"? Человеку пока не дано проникнуть в эту тайну. Но весь Новый Завет свидетельствует против той мысли, будто Геенна -- некая непреходящая реальность, противоположная Царству. Она есть "смерть вторая", небытие, уход в ничто. "Жизнь" в эсхатологическом смысле слова есть только "жизнь вечная". Царство Божие. Толкователи уже давно заметили, что притчу Христову о разделении на "овец и козлищ", на добрых и злых нельзя понимать буквально, ибо грань между светом и тьмой чаще всего проходит через сердце одного и того же человека. Однако, чем больше в нем света, тем полнее сохранится его личность после того, как огонь Суда выжжет все нечистое [59]. Величие человека как образа и подобия Творца в том, что он может стать участником созидания Царства. Когда победа над злом будет полной, тогда осуществится то, о чем грезили, чего жаждали и что приближали миллионы разумных существ. Все самое прекрасное, созданное ими, войдет в вечное Царство. Наступит эра сынов Божиих, которую лишь в отдаленных подобиях описывала Библия. Однако уже и теперь, в этом несовершенном, полном ужаса и страданий "веке", сила и слава Грядущего могут быть обретены. Иисус говорил, что Его ученики увидят Царство еще в этой жизни. Оно пришло на Землю в лице Сына Человеческого, в Его благовестии, в Его торжестве над смертью и явлении Духа. Призывный свет Царства горит вдали, но в то же время отблески его рядом с нами: в простых вещах и событиях жизни, в радости и скорби, в самоотверженности и одолении соблазнов. Предчувствие его -- в звездах и цветах, в весенней природе и золоте осени, в кипении прибоя и ливнях, в радуге красок и музыке, в смелой мечте и творчестве, в борьбе и познании, в любви и молитве... "А Я ГОВОРЮ ВАМ..." Возможно ли, посильно ли для людей то, к чему зовет Евангелие? Ведь человек, даже полюбив идеал, часто не находит в себе сил подняться до него. Другое могучее притяжение владеет им, пригибая к земле; и человек служит Маммоне, носит на шее камень заботы, проводит отпущенные ему драгоценные дни, погрязая в мелочах. Ему более внятен голос того, кто искушал Иисуса в пустыне: он готов жить "хлебом единым", он требует чудес, он опьянен насилием. К Богу человек приходит с сердцем, полным корысти и себялюбия, и странно звучат над нашим мятущимся и заблудшим миром слова: "Будьте совершенны, как Отец ваш небесный совершен..." Кто же может проложить путь к Царству? Кто подведет к нему человека? В Ветхом Завете люди верили, что только Всемогущий творит невозможное. Когда Он пребывает среди Своего народа, Он очищает его, даруя ему духовные силы. Раввины называли это мистическое Присутствие Шехиной, незримым излиянием Божественного, приходящего в мир. "Если двое или трое собрались для изучения Закона, -- говорили мудрецы, -- Шехина обитает среди них" [60]. Это была тайна, у порога которой останавливались величайшие мудрецы Израиля. Ведь близость Божия непереносима для человека. Только побеждающая вое преграды любовь Сущего может соединять несоединимое. Но вот люди слышат слово Иисуса Назарянина: "Где двое или трое собраны во имя Мое, Я там среди них..." [61]. Кто же Он, ставящий Себя на место Шохины Господней? Он называет себя Сыном Человеческим, как нередко называли простых смертных, но при этом Сам Учитель ясно свидетельствует, что на Нем исполнились обетования пророков: Блаженны очи, видящие то, что вы видите. Ибо говорю вам: многие пророки и цари хотели увидеть то, что вы видите, и не видели, и услышать то, что вы слышали, и не услышали [62]. Значит -- Мессия? Долгожданный утешитель Израилев? Однако может ли даже Мессия отпускать грехи, как делает Иисус? Может ли Он быть "выше Храма"? Почему называет Он Себя "господином субботы" и отменяет то, что завещали отцы и сам Моисей? Все видели, что Иисус проповедует "как власть имеющий, а не как книжники и фарисеи". В Капернауме с первых же дней жители города "изумлялись учению Его, ибо слово Его было со властью". Но откуда, спрашивали они, эта власть, превышающая авторитет признанных богословов и хранителей церковного предания? Как понимать Его слова "А Я говорю вам..."? Каким правом отменяет Он постановления Торы и противопоставляет Себя ей? Трудно заподозрить, будто мудрым, кротким, полным смирения и любви Учителем владеет пустое самообольщение. Что же в таком случае значит притязание быть "возлюбленным Сыном Отца"? Конечно, и всех верных Он называет "сынами", однако недвусмысленно дает почувствовать, что Его сыновство -- иное. Иисус никогда не говорит "Отец наш". Он -- единственный Сын и Господь Царства, нет человека, который стал бы с Ним наравне. Власть Его исключительна. Все Мне предано Отцом Моим, И никто не знает Сына, кроме Отца, И Отца не знает никто, кроме Сына, И кому хочет Сын открыть. Придите ко Мае, все труждающиеся и обремененные, и Я дам вам покой. Возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим, ибо иго Мое благо и бремя Мое легко [63]. Иисус не только Пастырь, но Он -- дверь, врата, через которые входят овцы "малого стада", Посредник, или, как говорили в старину, Ходатай, связующий Небо и землю. "Никто, -- говорит Он, -- не приходит к Отцу, как через Меня" [64]. Многие иудеи верили, что, кроме Мессии-Царя, явятся Мессия-Первосвященник и Мессия-Пророк. Иисус же соединяет в Себе всех трех: Он -- и Провидец, и Служитель, и Царь, Он -- Помазанник, владеющий всей полнотой власти. Но почему тогда Он действует столь осторожно, почему скрывает от народа Свой сан, запрещая называть Себя Мессией? Ученики переходили от недоумений к тревоге и от уверенности к сомнениям. Но любовь, глубокая человеческая привязанность и доверие к Учителю оказались сильнее всего.

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору